Could you do me a favor?

POV Changgu Я ненавижу будильники. Всей своей душой их откровенно ненавижу. Я ненавижу вставать рано и ненавижу, когда душ занят, когда я спешу. Я бы ненавидел и человека в душе заодно, но почему-то не могу ненавидеть Ян Ана. Особенно когда он такой расслабленный выходит из душа, вытирая волосы полотенцем и смотрит на меня так по-доброму, что у меня сердце пропускает удар. Он готовит неплохой омлет, который иногда всё же пригорает, но за что на него невозможно злиться. Он мило улыбается, когда стягивает с меня одеяло, если я долго не встаю с кровати. Он раскладывает свои немногочисленные вещи на полках рядом с моими, но делает это так, что моя половина шкафа выглядит свалкой, по сравнению с его. Он пользуется моей зубной пастой и шампунем, и в стаканчике на раковине появилась ещё одна зубная щётка. Он моет посуду каждый вечер и дуется на меня, когда я начинаю это делать, аргументируя это тем, что это его обязанность. Ну, а я не смею ему отказывать в таком сомнительном, на мой взгляд, удовольствии. Такая жизнь вместе временами неловкая, но чаще всего тёплая и уютная. На локте всё же проступил синяк, что не осталось незамеченным Ян Аном, кто из-за своего жалостливого взгляда напоминал мне нашкодившего щенка. Я отмахнулся, когда он извинился, ведь в этом и правда не было ничего страшного. Но на самом деле меня всё ещё тревожило то, что он немного теряет контроль под влиянием эмоций. Я много думал о том, не станет ли это проблемой в будущем, ведь даже и представить не мог, что однажды мы двое начнём жить раздельно, заведём свои семьи, и не факт, что будем продолжать общение и дальше. Так ведь часто случается. Ты дружишь с одними людьми в детском саду, с другими - в школе, и с совершенно иными - в университете и во взрослой жизни. Иногда, правда, есть люди, с которыми ты проводишь всю свою жизнь, и такая дружба является настоящим сокровищем. Я отлично играл беззаботность, хотя сильно переживал обо всём, что происходило в моей жизни. Всё ли будет нормально в университете? - Знаешь, - вдруг тихо произнёс я. – С тобой не так уж и плохо жить, - я опустил взгляд. - Хён, - так же тихо ответил Ян Ан, - так же говорят в Корее, да? Ты слишком много думаешь. - Да, ты прав, - кивнул я. – Я и сам это знаю. Но уж лучше я буду столько думать, чем делать и говорить глупые вещи бездумно. Ни к чему хорошему это не приводит, насколько ты знаешь. - Долго ещё будешь вспоминать? – вдруг обернулся он ко мне, заглядывая в глаза. - Это не так легко отпустить, как кажется, - вздохнул я. – Я просыпаюсь посреди ночи и не могу заснуть, думая о том, что всё могло быть совсем иначе. В своих снах я пытаюсь убежать от невидимого мне преследователя, забегаю в тёмный переулок и падаю. И так всегда, я сворачиваюсь в позу эмбриона, съёживаюсь от холода, пробирающего до костей, и думаю о том, что это кара за мою глупость. В холодной кровати холодные мысли. - Хочешь, я буду спать с тобой? Будет не так холодно, - предложил он, наверняка без задней мысли. - Не стоит, - живо ответил я, молясь, чтобы он не сделал всё наперекор. – Мне просто нужно немного времени, и всё станет снова на свои места. Правда, немного непривычно жить с кем-то ещё, но это совсем неплохо. - Я рад, что тебе становится лучше, Чангу, - уже серьёзным тоном произнёс Ян Ан. – Правда рад. И я надеюсь, что регрессии не произойдёт. Ты позволил мне жить с тобой, дал крышу над головой, тёплый ужин и вкусный кофе на завтрак… Если тебе нужно о чём-то поговорить или ты нуждаешься в какой-либо помощи, пожалуйста, не молчи, и расскажи мне, ладно? Я просто хочу иметь хотя бы возможность отплатить тебе за доброту, которую ты проявляешь ко мне каждую секунду моего пребывания здесь. Я промолчал, ведь на подобное обычно тяжело найти достойный ответ. Такая взаимная благодарность, казалось, укрепляет наше отношение друг к другу, повышает нашу ответственность друг за друга. А иначе, как объяснить то, что я на автомате разливаю кофе по двум кружкам, даже не задумываясь, а Ян Ан просит довериться ему. Такие отношения мне по нраву. Мне очень нравится разговаривать с Аном, и, надеюсь, он тоже получает от наших разговоров удовольствие. Раньше меня немного напрягало то, что мы молчим за завтраком. Но сейчас это молчание казалось таким приятным и даже немного интимным. Мы не разговариваем, чтобы просто разговаривать. Мы чувствуем себя комфортно в молчании друг с другом, и нас обоих это вполне устраивает. По крайней мере, мне так кажется. Мы вышли из дома пораньше, чтобы не опоздать на занятия, от которых я уже, честно говоря, отвык за такое время. Я заметно нервничал, из-за чего Ян Ан продолжал бросать на меня непонятные мне взгляды. Он хотел что-то сказать? Подумал, что лучше не стоит? Он часто так делает: хочет что-то сказать или сделать, иногда даже начинает, но останавливается и отмахивается, будто ничего серьёзного. Меня потом долгое время мучает интерес, что же это было, но я в конечном итоге успокаиваюсь до следующего раза, когда он снова так сделает. Такое чувство, будто он испытывает моё терпение. Но, чтобы ты знал, Ян Ан, терпение - моё второе имя! В метро мне стало немного легче, сам не знаю почему. Я расслабился, облокотившись на поручень, и взглянул на Ян Ана, чьё лицо было каким-то странно задумчивым. Обычно он либо серьёзный, либо выглядит как безмятежный ребёнок. Я впервые видел его таким, поэтому продолжал разглядывать его лицо, особо ни о чём не задумываясь. Он, почувствовав на себе мой пристальный взгляд, обернулся ко мне и взглядом спросил, в чём дело. Я быстро замотал головой, посылая мысленные сигналы о том, что ничего такого. Видишь?! Я тоже могу так делать. Это забавно, когда люди могут понимать друг друга без слов только по выражениям лиц и жестам. Вообще, Ян Ана тяжело понимать, но я изо всех сил стараюсь, чтобы он не чувствовал себя неуютно в моей компании. Мы зашли в университет вместе, что было совершенно неловко. Ян Ан, как ответственный сосед по квартире, довёл меня до аудитории. Он хотел было что-то сказать, но почему-то решил этого не делать. Он улыбнулся и пошёл дальше по коридору, оставляя меня в недоумении. Я вздохнул и зашёл в аудиторию, где уже сидело несколько человек. Среди них была и староста, чей звонкий голос сразу же зазвучал громко и радостно. Она двинулась мне навстречу и даже обняла, продолжая говорить о том, как же она рада меня видеть после столь долгого моего отсутствия. Я неловко улыбался и думал, как было бы хорошо, если бы она побыстрее прекратила всё это, ведь остальные студенты уже заходили в аудиторию и мне становилось всё больше неловко с каждым её словом. Она никак не упомянула причину моего отсутствия, из-за чего я подумал, что ей она, собственно, и неизвестна. Наконец я смог сесть и достать тетрадь, приготовившись к лекции. Прозвенел звонок, и в аудиторию зашёл лектор и сразу же начал начитывать материал. Я счастливо улыбался, конспектируя его слова. Мне всё же нравилось учиться. Тем более, что я учился на том факультете, на котором давно хотел. Пока что день не сулил ничего плохого, и я немного расслабился, ведь, честно говоря, ожидал чего-то похуже. После окончания лекции я подошёл к лектору, почтительно поздоровался и спросил, нет ли чего-либо, что я мог бы сделать для того, чтобы отработать пропуски. Мужчина немного удивился, но, немного поразмыслив, предложил мне написать рецензии на любых 5 книг из списка, любезно предоставленного мне им самим. Он акцентировал внимание на том, что описание сюжета ему не интересно и, что я должен обратить внимание и качественно интерпретировать языковые приёмы и смысл между строк. 5 книг не так уж и много, и я поблагодарил его за такие уступки. Так же попросил двоих следующих преподавателей пойти мне навстречу и в итоге получил большое количество письменной работы. Последнюю пару я решил прогулять и пойти немного поработать в университетскую библиотеку. Там спокойно, тихо и ничтожно мало людей, поэтому мне удастся найти нужные мне материалы и заняться делом. Я много времени проводил там, когда только приехал сюда учиться. Я был мальчишкой, не любившим шум и большие компании, но немного позже компании всё же пришлись мне по душе. С возрастом многое меняется. Я стал намного позитивнее и мне было легче открыться людям. Наверное, я просто нашёл правильных людей. Я зашёл в библиотеку и пошёл в дальний конец читального зала, чтобы усесться за стол, которого не было видно за стеллажами с книгами. Когда я подошёл поближе, то увидел, что за столом уже кто-то сидит, а точнее лежит, но почему-то всё же подошёл к нему. На столе, прижавшись к его холодной поверхности щекой, сладко спал Ян Ан, а его сумка лежала на полу рядом с его стулом. Я улыбнулся: это чудо пришло со мной в университет только ради того, чтобы поспать в библиотеке. Я тихо поставил сумку рядом со стулом напротив и пошёл к стеллажам искать нужную мне литературу. Взяв несколько книг, я вернулся к столу и сел напротив Ян Ана. Я пытался не сильно шуметь книгами, чтобы не разбудить его. Я понял, что, на самом деле, эти пять книг были отличнейшим наказанием, ведь только одной из них можно было запросто убить человека – «Сон в красном тереме» в двух томах. Я вздохнул и открыл первый, попутно открывая блокнот для особых пометок. «Перед тобой, читатель, первая глава, она открывает повествование. Мне, автору этой книги, признаться, самому пришлось пережить пору сновидений и грез, после чего я написал «Историю Камня», положив в основу судьбу необыкновенной яшмы, чтобы скрыть подлинные события и факты. А героя этой истории назвал Чжэнь Шиинь — Скрывающий подлинные события».* «Скрывающий подлинные события»… Интересно, а что скрывает Ян Ан? Какие события своей предыдущей жизни гнетут его даже во снах? Ему настолько тяжко это вспоминать, что он постоянно уходит от разговоров и даже ни словом не заикается об этом? Он же не просто так решил начать новую жизнь с нуля. Он сбежал от той жизни, которая преследует его в царстве Морфея… «О каких же событиях пойдет речь в этой книге? О каких людях?» Какой он человек, на самом деле? Он всегда такой разный… То он будто тёплый тягучий мёд, то будто обжигающе острое блюдо. Мы недостаточно долго живём вместе, чтобы отлично понимать друг друга. Я часто вижу, как он думает о чём-то мучительном, но он никогда не говорит об этом, а я боюсь спрашивать. «А вот о каких. Ныне, когда жизнь прошла в мирской суете и я ни в чем не сумел преуспеть, мне вдруг вспомнились благородные девушки времен моей юности. И я понял, насколько они возвышеннее меня и в поступках своих, и во взглядах». Он так легко отказывается от дурного, стаёт на путь истинный, так сказать. Он сам принял решение и сам несёт за него ответственность. Именно таких людей я уважаю всей своей душой – истинно сильных духом. Ян Ану наверняка тяжело жилось, но он увидел низость жизни окружающих его людей и пошёл по благородному пути возвышенных ценностей. «Право же, мои густые брови и пышные усы — гордость мужчины — не стоят их юбок и головных шпилек». Я чувствую себя его полной противоположностью: я более слабохарактерный и постоянно думаю о том, что же скажут или подумают другие. От этого парня веет таким благородством, о котором пишут разве что в романах. Но как только он открывает рот, ты понимаешь, что он слишком мил для того, чтобы быть холодным и неприступным принцем. На самом деле, он напоминает сладкое банановое молоко, не приторное на вкус, освежающее. Но иногда он был похож на отборный дорогой алкоголь, от которого в голову даёт неслабо. Так странно, что человека может так бросать из крайности в крайность, но это был его особый шарм, то, что привлекало меня к нему. Он слишком хорош даже для того, чтобы быть моим другом, не говоря уже о большем. «Стыд и раскаяние охватили меня». Эта книга вообще о чём? Не могу сосредоточиться. - Нравлюсь? – неожиданно сказал Ян Ан. - Что? Ты о чём? – у меня чуть сердце в пятки не ушло. - Ты пялился на меня, - усмехнулся парень. - Я не пялился на тебя, - возмутился я. – Я задумался, и просто смотрел в одну точку. И так получилось, что она оказалась на твоём лице. - Слабенькая отговорка, - хихикнул он. – Но я тебе поверю. Ты и правда выглядел погруженным в какие-то свои мысли. После этого мы оба сохраняли молчание. Теперь Ян Ан разглядывал меня, пока я пытался сосредоточиться на чтении, что у меня совершенно не получалось. Я никак не мог прочитать одну и ту же страницу, хотя прошло уже достаточно времени. Мне постоянно хотелось поднять глаза и посмотреть на Ян Ана в ответ, но я сдерживался, делая вид, что его явная провокация на меня совершенно не действует. Парню наверняка было забавно следить за моей реакцией, он ждал, пока я выдам себя. Но не тут-то было! Я же отличный актёр! Вскоре прозвенел звонок, и я облегчением закрыл книгу. Ян Ан тоже засуетился, пока я собирал все книги, разбросанные по всему столу. Я отнёс их и поставил на их законные места и вернулся забрать сумку. Ян Ан тоже уже был готов идти на работу и только ждал меня у стола. Мы вышли из университета вместе и пошли к станции метро. Я услышал рядом смешки и повернулся посмотреть, что же там такого забавного, но увидел там дружков Бэя, насмешливо косившихся на нас. Ну, что же. Было совершенно очевидно то, что не может целый день быть таким хорошим. Ян Ан, кажется, не обратил на это ни малейшего внимания, и я решил тоже этого не делать. В метро мы продолжали молчать, что уже начинало меня немного напрягать. О чём он постоянно думает? - Зачем было приходить в университет, если ты всё равно спал в библиотеке? – заговорил я, когда мы уже направлялись к кафе. – Тебе стоит учиться, если ты и правда хочешь начать новую жизнь. Прогулы тебе в этом не помогут. Учись, чтобы затем найти хорошую работу и жить, как все остальные, к чему ты, собственно, и стремишься. Так же нельзя, Ан! Ты просто растратишь сейчас все свои шансы, и жизнь пройдёт впустую. Я не хочу, чтобы ты потом жалел о том, что ничего не делал. - Ты говоришь так, будто бы ты моя серьёзная и ответственная девушка, Чангу. Заботишься обо мне постоянно. Это так мило с твоей стороны, - он засмеялся. Не смешно, Ян Ан. Совершенно не смешно…