Истинная сущность

      Антон откинулся на спинку стула. Нади не было уже около десяти минут, ее телефон язвительно откликался из соседней комнаты, а ментальная связь сбоила. И где ее черти носят, на ночь глядя?       Взгляд, до этого бессмысленно блуждавший по комнате, натолкнулся на Надюшкин шкаф, несколько лет назад, когда в квартире Светланы был ремонт, Надя и Света жили у Антона почти полгода. Это конечно, вторжение в личное, и эгоистично оберегаемое пространство Антона, но он был не очень против, тем более что уже тогда племяшка не была сопливой девчонкой, а уже вполне себе на уме подростком, с ней было о чем поговорить, да и Свете это давало некоторую свободу.       С тех пор этот шкаф числился за Надей. Она часто приезжает, нет, не в гости, а просто в свой второй дом.       Антона все устраивало, хоть девчонка и спрашивала порой: «почему бы Антону со Светланой не пожениться?». Он усмехнулся. Свету он не рассматривал как девушку или жену. Она была для него верный боевой товарищ, подруга и сестра. Женитьба бы все только испортила. Поэтому они со Светланой синхронно отмалчивались и незаметно переводили разговоры на другую тему.       Женской руки его квартире хватает. Иногда на Надюшку находят «приступы домовитости» и она, врубив громко музыку, благо музыкальный вкус ей он прививал самостоятельно и слушает племяшка только «годные» по ее выражению песни, переставляла тумбочки, ворошила шкафы, перевешивала картины и протирала пыль в зале. Свою комнату Антон, со скрипом, отвоевал и сейчас там царил легкий хаос. Хотя иногда он и пропускал туда Надьку, чтобы она протерла пыль или морально пнула прибираться. Хотя особенных усилий для приборки и не требовалось.       Надя обычно не любила прибираться и систематезировать вещи. Поэтому с недельку подумав, она притащила полгода назад из закромов Дозора книгу по бытовой магии. После этого пылесосить, мыть окна и пол стало не нужно. Сор с пола бодро съедал шевелящийся ковер (если уронил что-то важное, вспомни правило «пяти секунд»), а окна, жалобно пророчествуя всему миру беду и апокалипсис, самоочищались.       Антон был в шоке. На занятиях они проходили очищающие заклинания, но так они никогда не действовали. На его вопрос «а как мне тут сейчас жить, в этом музее монстров?» Надюшка лишь пожала плечами. Тогда решено было убавить у окон голос и приручить ковер.       Примерно в то же время Надя притащила в дом кактус, который торжественно нарекли Борисом. На вопросы Антона, почему именно кактус и именно Борис племяшка бодро выдала, что мол «кактусы впитывают в себя излучения от компьютера, а Борис, это так, только шалость». Сейчас на подоконнике его квартиры стоял жутко полезный кактус, к которому Антон иногда риторически обращался, а потом благодарный за его молчание говорил «спасибо, Шеф».       Интересно, что будет, когда о кактусе узнает Гесер? Антон улыбнулся. Мысли уже совсем расплывались. Он только на минуточку закроет глаза и…       Из дремы его вывело то, что кто-то ущипнул его за ногу.       Антон резко распахнул глаза, но все равно несколько секунд все было размыто. Как только взгляд сфокусировался на ехидно скалящемся Завулоне он прошипел:       — Ты что творишь?!       Темный скорчил страдающую физиономию и ехидно отозвался:       — Я тут уже пять минут как в сознании лежу и жалобно стенаю. А в ответ ноль реакции. Где же ваша светлая любовь к страдающим, больным и угнетенным? Я тут, вообще-то, умираю. Вот и пришлось привлекать твое внимание другим способом.       — Какая у меня на тебя может быть реакция? — Темный пошленько хихикнул — Это ты тут страдающий и угнетенный? Да и больным не прикидывайся, Надя твою ауру сканировала, все у тебя в порядке.       Завулон поморщился. Потом попробовал приподняться с дивана, но со стоном откинулся обратно на подушки.       — Никуда не пойду, пока мне не принесут кофе и бутерброд. Я потратил много сил и их надо восстановить.       Антон откровенно ошалел от такой наглости.       — С чего это я обязан таскать тебе бутерброды? И на что это ты потратил так много сил, что, конечно, совершенно случайно оказался в моей квартире и валяешься на моем диване. Я сейчас Гесеру позвоню, и ты бодренько выметешься вон, а если он до сих пор занят, то и мы с Надей справимся…       Антон осекся. Надюшки еще не было. Сколько, Мерлин тебя побери, времени?! Он судорожно зашарил рукой по домашним джинсам в поисках мобильника.       Завулон, казалось, не замечал судорожных метаний Светлого.       — Если бы ты хотел, то давно позвонил бы. Эй, ты чего это там делаешь? — возмутился Темный, когда его нагло начали переворачивать на живот. — Я могу расценить это как сексуальное домогательство, до неспособного сопротивляться. — он засмеялся, раскидывая угловатые конечности по дивану и мешая Светлому.       — Брысь, ты мне телефон искать мешаешь. Я должен узнать время и позвонить Свете, она точно сможет связаться с дочкой. Надюхи до сих пор нету. — Антон рукой быстро прощупал все складки дивана, стараясь как можно меньше контактировать с Темным. Если уж тот сам завалился в его квартиру, то можно и похамить.       Завулон нехотя отодвинулся на край и буркнул Антону куда-то в область подмышки:       — Ты же Светлый маг, Высший, между прочим. Телефон лежит на столе, сейчас 7:16, взгляни в окно, дубина, уже утро и Надя твоя в школу умотала. Кстати, ты уверен в ее психическом здоровье?        Антон, переставший шариться по дивану и облегченно направившийся к столу удивленно остановился и резко развернулся к Темному:       — Ты это о чем? Я уверен с ней все в порядке. — он задумчиво нахмурился и потер указательным пальцем губу — Нет, точно уверен.       — Когда она проходила мимо комнаты, то заглянула сюда и принесла бутерброды, вон на кресле тарелка стоит. — Темный махнул рукой в сторону кресла, на котором, действительно стояла тарелка, но пустая.       Антон удивленно вскинул брови, и укоряюще ткнув, в ту самую тарелку пальцем спросил:       — Ты все съел? Но ты ведь даже встать с кровати не смог. Темный фыркнул.       — Левитация, недруг мой. Так вот. На чем я остановился? Когда сия дама принесла нам вершину кулинарного искусства.       — Не ерничай, ты ведь все слопал. — перебил его Антон.       — А ты не фамильярничай. Так вот. Все время пока она ходила по квартире, собиралась и, весьма громко, готовила, она шептала какое-то странное заклинание и смеялась. — Завулон привстал, подперев голову кулаком — Она ходила и говорила " шип-шип-шип», иногда дополняя это все возгласами «ой не могу» и «ор выше гор». И смеялась! — он недоуменно посмотрел на Антона, явно ожидая от того пояснений.       Светлый смутился.       — А ты что в это время делал, Завулон?       — Ничего, лежал просто. Мне было преотвратно, знаешь ли, и ничего дельного я делать не мог.       — А я? — поинтересовался Антон.       — Что ты? — не понял Темный.        -Я что делал?       — Ты, положив на диван ноги, нагло храпел.       — Тогда я точно ничего не понимаю. Вечером спрошу у Нади, в чем дело. А сейчас мне на работу уже пора. Ты покидать помещение собираешься?       Темный вздохнул, и не вставая с дивана, телепортировал.       — Засранец, мог ведь так в любую секунду.- коротко прокомментировал Антон и начал собираться. Трудовые будни еще никто не отменял.