Истинная сущность

      Надя в беспокойстве наматывала круги по комнате. Изредка она присаживалась на край дивана, рядом с лежащим там Антоном, но уже спустя мгновение она вновь вскакивала и снова начинала метаться от стены к стене. Спокойно сидящий на стуле Завулон с неодобрением наблюдал за ней, не делая, впрочем, попыток заговорить с взволнованной Абсолютной. В очередном кардиограммном скачке траектории ее движений, Надя приблизилась к Темному и зло прошипела тому в лицо:       — Это все ты виноват!       — Винить окружающих, это так по-Светлому. Во-первых, девочка, я бы попросил быть повежливее, во-вторых, если ты вдруг не заметила, когда я появился в квартире, у Антона уже начался приступ, ну и в-третьих, своими причитаниями и метаниями по комнате ты ему не поможешь. Лучше еще раз протри его нашатырем. — Посоветовал маг, озабоченно глянув на беспокойно мечущегося по дивану Светлого.       — Я думаю, правильнее будет перенести его в комнату, — решила она, выразительно посмотрев на Завулона. — Я его не понесу. У меня грыжа выпадет.       Темный только закатил глаза и щелкнул пальцами, намереваясь перенести Антона в его комнату при помощи левитации. Ничего не произошло. Он обернулся на издевательски застывшую Надю.       — Ты что думаешь, я сама бы до этого не додумалась? Использование некоторых заклинаний из арсенала целителей блокируют всю остальную магию, применяемую к объекту исцеления. Самостоятельно справляйся, ножками-ножками! — Она пару раз взмахнула руками, показывая как именно, по ее мнению должен был спешить Темный.       Сегодня ее сильно тянуло дерзить окружающим.       Маг с неприязнью глянул на наглую девчонку и одним рывком поднял Антона с дивана. Светлый опустил ему голову на плечо, прерывисто дыша и пытаясь сжаться в комок.       — Куда нести? —Спокойно поинтересовался Завулон, после чего, не дожидаясь ответа, двинулся в сторону спальни. Угадать, куда ему надо транспортировать Светлого, труда не составляло, но поддразнить Абсолютную — дело святое.       Надя обогнала Темного в коридоре, распахнув перед ним дверь, и быстро смахнула с кровати дяди какие-то железки для компьютера.       Завулон аккуратно положил извивающегося в его руках Антона на кровать и, секунду подумав, укрыл того пледом с головой. Вскоре он убедился, что делать это было бессмысленно, так как непрерывно мечущийся и крутящийся на месте Светлый быстро сбил плед куда-то в ноги. Он повторил действие и опять укрыл Антона, когда тот вновь сбил плед, снова укрыл. Сдаваться Завулон явно не собирался.       — Да прекратите вы! — Не выдержав творящегося абсурда, крикнула Надя. — Чего вы привязались-то к этому пледу? Перестаньте! Антона сейчас лучше оставить в покое, целительная магия наложена, он выкарабкается. Самым правильным в сложившейся ситуации будет вытолкать вас взашей и позвонить Гесеру, — она снова глянула на упорно борющегося с пледом Темного и, вздохнув, сказала. — Но мы верные решения презираем. Так ведь? Пойдемте, что ли чаю попьем. Я Силы много потратила, мне восстановиться надо, а вас наедине с ним я не оставлю. Особенно, когда он в таком уязвимом положении. Мало ли что?       Она подошла к окну и распахнула форточку, впуская в комнату свежий, морозный воздух.       Завулон в последний раз накрыл Антона пледом и выскользнул за дверь, не оборачиваясь на Надю. Она вздохнула, поправила плед и вышла вслед за Темным.

***

      Антон очнулся у себя в комнате. Гулко стучала кровь в висках. Ломило кости и тянуло мышцы. Он лежал на боку и боялся открыть глаза. За веками снова могла оказаться мгла Сумрака.       «Дежа вю. Плавали, знаем»       Маг поморщился и пошарил вокруг себя рукой, в надежде обнаружить кровать. Кровати не было, но рука наткнулась на что-то продолговатое и прохладное, он потянулся вперед, стараясь получше разобраться, что это за предмет, и свалился на пол. Отбитый бок подтвердил его нахождение в реальности, и Антон открыл глаза. С минуту он тупо разглядывал скопившийся под кроватью мусор, величественно венчавший древнюю материнскую плату, некогда забытую на полу и успешно покоившуюся под кроватью невесть сколько лет. Он с усилием повернул голову направо, разглядывая то, из-за чего свалился на пол. Это оказалось стулом с занавешенной одеждой спинкой. Антон ухватился за ножку стула, и медленно-медленно перехватываясь руками по его поверхности, поднялся на ноги. Это оказалось неожиданно тяжело, как будто ему приходилось кроме своего тела поднимать что-то еще. Антон попытался обернуться назад, но его качнуло, и он свалился животом на кровать.       На шум из комнаты, с кухни прибежала обеспокоенная Надя и застыла в дверях, ошарашено разглядывая распластанного на кровати дядю.       — Дядь Антон! Что с тобой произошло? Как это случилось? Это обратимо? — Она выдала целую очередь вопросов, все еще не решаясь подойти к Антону.       А он, в свою очередь, повернув голову налево, рассматривал мокрое и серое крыло, спокойно покоящееся рядом с ним на пледе. Не веря в происходящее, он потрогал крыло рукой. На ощупь оно было мягкое и холодное, покрытое сверху какой-то противной липкой дрянью, по запаху смахивающей на улитку. Антон, проверяя, шевельнул спиной, надеясь, что крыло отреагирует на манипуляции. Ничего не произошло, только спина отозвалась болью, как бы напоминая, что о своем здоровье неплохо бы и позаботиться.       — Надя, выйди, пожалуйста, я сам разберусь, — попросил Антон.       — Я приготовлю тебе поесть. — уверенно сказала она, захлопывая за собой дверь.       — Спасибо, — тихо шепнул Антон ей вслед. Какая же Надюшка у него все-таки умница! Все поняла и спокойно отреагировала на, эм, некоторые перемены в его облике. Он приподнялся на руках и, опираясь на спинку кровати, перебрался на стул, бережно перекинув волочившиеся за ним, подобно огромным тряпкам, крылья по разные стороны от спинки.       Придется осваиваться. Мучиться с крыльями ему осталось недолго. Если с момента его выпадения из реальности прошло не больше суток, то Гесер уже к утру выйдет на работу и можно будет связаться с ним, не рискуя быть проклятым ревниво охраняющей его покой Ольгой.       Антон откинулся на спинку стула, закрыл глаза, наслаждаясь холодящим кожу ветерком, проникающим из приоткрытого окна, и запустил Авиценну. Пусть исцеляющее заклинание потрудится. Ему пока надо выдохнуть и расслабиться. Скоро Надюшка принесет ему поесть, он восстановит силы и ляжет спать. Все хорошо, все тихо и мирно. Надо отдохнуть…       Дверь хлопнула. Антон не открывая глаз, протянул руку и похлопал по кровати, приглашая Надю садиться рядом с ним.       — Закрой, пожалуйста, окно. Дует, — попросил он.       Мимо него неслышно скользнула тень, тихо скрипнуло, закрываясь, окно, и рядом с ним на кровать опутился человек. Антон почувствовал, как за руку его тронули холодными пальцами и нехотя приоткрыл глаза.       — За коим чертом ты сюда приперся? — устало спросил Светлый, вставая со стула. Он практически не удивился. Сегодняшний день был уже перенасыщен событиями. Однако, сидеть в присутствии Всетемнейшего ему не хотелось. Это создавало ощущение неравенства.       — Антон, у меня есть идея, — сказал сидящий рядом Завулон.       — Какая?       — Интересная.       Завулон встал и резко приблизился к его лицу. Антон почувствовал, как за плечи его ухватили сильные, унизанные кольцами пальцы. Он попытался высвободиться, но Темный лишь притянул его ближе, прижимаясь к губам Антона и чуть кусая того за нижнюю губу.       Резким ударом по лицу Антон отшвырнул Завулона от себя и спешно отпрыгнул от него подальше.       — Ты что творишь, Темный?! — Взвыл Антон, вытирая губы тыльной стороной ладони. Он был удивлен не только поведением Всетемнейшего, но и той легкостью, с которой ему удалось отпрыгнуть от мага. Неужели Авиценна так быстро подействовала?       Завулон медленно провел пальцами по губам, потом по крови на щеке, а потом неожиданно облизнул пальцы, смакуя вкус собственной крови.       — Прежде чем обвинять меня, оглянись назад, Светлый. Это называется шокотерапия. С тебя должок, — коротко бросил Темный и, не прощаясь, шагнул в открывшийся перед ним портал.       Антон обернулся. Крыльев не было. Что ж, спасибо.       Он провел указательным пальцем по нижней губе, определяя, не прокусил ли ее Завулон. И улыбнулся. Спасибо.