Время бури не может пройти

Саид Рашид практически не справился с управлением, когда услышал фразу, процитированную Жади из видео материалов: «Маиза, я не могу сейчас развестись с Жади – это навредит моему сыну. Ну потерпи – через три месяца ребенок родится и потом уже наши проблемы разрешатся сами собой.» Аналитическому уму Саида не потребовалось смотреть видео, для того чтобы и без эксперта определить, как был выполнен монтаж. Фраза могла быть смонтирована, только из записи, полученной в одном единственном месте – и от этого по спине Саида заструился холодный пот ужаса и злобы. Он прекрасно знал, что поделился своими проблемами только однажды. То, что было взято из его реальной речи звучало: «……….., я не могу сейчас ……………………Жади – это повредит моему сыну. …………………. – через три месяца ребенок родится и потом уже наши проблемы разрешатся сами собой.» А полностью эта фраза звучала так: «Зейн, я не могу сейчас даже тронуть Жади – это повредит моему сыну. Мы потерпим – через три месяца ребенок родится и потом уже наши проблемы разрешатся сами собой.» Сказано это было в клубе «Нефертити» куда Саид стал достаточно часто приходить после восстановления дружеских отношений с Зейном. Хуже всего то, что это был очень личный разговор и проходил он не в общем зале, где играет музыка и люди чаще всего не обращают внимания на то, о чем говорят находящиеся рядом, а в личном кабинете владельца клуба. Зейн тогда поинтересовался – счастлив ли его друг детства теперь. Приведенная фраза была частью ответа - причем Саид улыбался, глядя другу юности в лицо. Что это означает? Одно из двух: либо все это сложно выстроенный план Зейна, но сюда не вписывается слишком многое (в том числе и Маиза, и Париж, где Саид был по делам, при этом заказал СВОЕЙ Жади подарок ко дню рождения сына) либо то, что у Зейна ведется запись, о чем он вряд ли догадывается. Худший вариант – это если запись ведется … скажем так «по объекту Саид Рашид вне зависимости от его местонахождения». Все это пролетело в голове Саида молниеносно, поэтому от неожиданности он резко затормозил и машину занесло… Справившись с управлением и съехав в боковую улочку, чтобы не натворить еще большей беды, Саид лихорадочно соображал: «Кто и зачем это сделал? Внести разлад в его семью - еще не значит одержать над ним победу в бизнесе… Можно все объяснить Жади, Зейн подтвердит, но он так и не узнает от кого и в связи с чем исходит опасность. Либо узнает слишком поздно. И еще не маловажный вопрос – а кто у него реальные соратники в такой борьбе? Жади? Да, разумеется – она уже поверила, что надо разбираться и нестандартные решения ей даются с легкостью, тут ей не откажешь. Но она женщина… слабая женщина … даже учитывая, что это ЖАДИ. Тем более малыш Саид еще совсем кроха. Мохаммед? Вряд ли – он выполнит работу коммерсанта, но не специалиста готового пойти на промышленный шпионаж… а сейчас уже об этом речь идет. Все его специалисты – ну эти просто на виду и однозначно уже пересчитаны и в «соответствующую картотеку занесены» … Кто? Кто? Кто? Зейн??? Вот так вот в тяжелейший момент понадеяться на юношескую дружбу? А вариантов для партизанской войны не осталось…» Уронив голову на руль глухим голосом Саид проговорил: «Это правда, Жади, и анализ этого видео ничего не изменит. Если можешь прости меня…» Сначала Жади не могла позволить себе поверить, но переспрашивать не стала – поведение Саида за рулем говорило о многом. Потом жена Саида Рашида неловко выбралась из машины – ноги отказывались слушаться – и побрела назад к дому Рании, до которого добралась минут через двадцать, хотя ей самой показалось, что прошла вечность. *** В клуб «Нефертити» Саид Рашид вошел спустя полчаса после столь тяжелого расставания с женой. На вопрос «где в настоящий момент находится Зейн» Саид Рашид получил не только немедленный ответ, но его и немедленно проводили к владельцу клуба в его кабинет, где тот заканчивал свою беседу с Роже. Увидев Саида, Зейн поспешил закончить деловые разговоры и с раскрытыми объятьями пошел на встречу гостю. Тем неожиданней был прямой удар в корпус, который заставил Зейна просто сложиться пополам. А его визави еще готовился и к новому удару раз за разом повторяя: «Ну что вспомнил детство золотое или еще добавить???». Зейн не торопился распрямляться сразу, так как не справился еще с болью, не восстановил дыхание, которое было сбито абсолютно внезапным нападением – он лишь хрипло поинтересовался: «За что на этот раз?» - напоминая Саиду удар, когда Зейн сообщил, что не вернет Жади. Это напоминание еще больше взбесило Саида – он заиграл желваками его кулаки были сжаты и лишь периодически короткими взмахами он сбрасывал нарастающее напряжение. Зейн внимательно следил за противником и, выждав момент рванулся в атаку, предварительно жестом приказав всем вбежавшим сотрудникам удалиться. Саид и Зейн сцепились в рукопашную и очень быстро покатились по полу задевая все, что попадалось им по пути. Сотрудники и вызванная охрана не знали, что делать: слушаться приказа босса «не вмешиваться» или все же прийти ему на помощь. «Я думал ты не поймешь» - с придыханием прямо в ухо Зейна раздался голос Саида. «Вспомнил детство золотое… Ты уверен??? Везде???» - раздалось в ответ. «Возможно на мне – это худший вариант» - подтвердил Саид. Еще минут десять два взрослых мужика мутузили друг друга и практически в лоскуты разодрали одежду. А потом уставшие, но в тайне довольные друг другом расцепились и остались сидеть на полу. Саид внес последнюю лепту: «Ты все равно не получишь Жади!!! Так и знай! Даже если сейчас она на меня зла, обижена и мне не верит!» - при этом на листе бумаги схваченном со стола Саид быстро написал: «Монтаж. Мерзость. Запись сделана в этом кабинете.» Зейн не остался в долгу: «Ну это мы еще посмотрим кому достанется Жади!» - получил от Саида выразительный кулак под нос, а на листе написал: «Я не забыл, что значит знак «Внимание, уши!». Переоденешься полностью. Потом все остальное будем решать.» Два друга юности внимательно рассмотрели себя в зеркало – работа чистая – вся одежда в лохмотья, наверное, синяков понаставили, но лица целые. На лице Саида появилась первая улыбка.