Мальчик из соседнего дома

Ночь была лунная, дорога лёгкая, и Дин ощущал некий подъём. Он ехал домой, и в кои-то веки это не вызывало в нём желание повернуть назад. Он соскучился по родителям, по брату. Хотя с последним они виделись гораздо чаще. Дин навещал его в Стенфорде, и это было проще, чем возвращаться домой. Семь лет в дороге, в поиске, в погоне за призраком счастья. Семь лет и Дин удивлялся, что смог прожить так долго, не смотря на выбранный путь и опасность, сопровождающую его в дороге. Белая коробочка лежала под тайной нишей в багажнике, как и кое-что другое, запрещённое. Но это странным образом грело его остывшее сердце. В доме не горел свет, и Дин тихо и осторожно припарковался, вышел, не сильно хлопая дверью, и пошёл не через главный вход, а через кухню. Ухмыльнувшись сам себе, ибо это стало привычкой, забираться в дома украдкой и желательного с заднего двора. Словно бы он вор или преступник, которых ловит. Дом спал, и он прокрался в свою комнату. Родители оставили её в том же виде, и она всегда ждала его возвращения. Даже шторы они не открывали, по-крайней мере, когда он приезжал в гости. Принять душ, расстелить свежую постель и впервые за пару месяцев насладиться хорошим сном. Ради этого стоило отмотать пару тысяч миль. Его прежняя жизнь стиралась неохотно и со скрипом, но он старался. Его чувство к одному человеку, заполнявшее раньше всё его тело и душу, сжалось сейчас до размера маленькой горошины и лишь изредка напоминало о себе, перекатываясь по дну опустевшего сердца. Он никого не любил, даже не делал вид, что способен испытывать это чувство. Он переезжал из города в город, делая свою работу. Иногда зависал где-нибудь на пару месяцев, но потом срывался снова в дорогу. Он не мог усидеть на одном месте, он начинал задыхаться и испытывал чувство, схожее с клаустрофобией. Родители часто звали его вернуться назад домой, но он не мог. Не мог жить в этом доме, не мог открыть шторы и посмотреть в окно напротив. Там уже давно жила другая семья, которых он толком не знал. И знать не хотел. Ему было проще жить в дороге, перебиваться иногда случайными заработками и даже мухлевать в покер и бильярд. Основной доход приносила охота. Он ловил беглых преступников и отлично справлялся с этим делом. Но когда на горизонте было затишье, он уходил в редкие запои и доставал содержимое белой коробочки. Его всегда что-то останавливало. То ли страх умереть, то ли страх разочаровать свою семью. То ли надежда. Только на что? Он не знал, он ведь давно перестал надеяться. В первые пару лет он искал утешения с чужими людьми, хотел снова принадлежать кому-нибудь. Он перепробовал много женщин и мужчин. Но ни у кого не было тех самых рук, тех самых губ. И такого оттенка синего в глазах. Потом он перестал сравнивать и стал просто получать удовольствие. Чисто физическая эйфория и этого хватит. Утро началось с Сэма и его прыжка на постель. Дин ворчливо обозвал его лосем и велел проваливать. Парню уже двадцать два, а ведёт себя, как ребёнок. Но брат знал, что гнев старшего напускное и вскочил с постели, отдёргивая шторы. - Доброе утро, Дин. Пора вставать. - Отвали, мелкий. Я, в отличии от тебя, спать лёг под утро. - Мама готовит завтрак и мне скоро на работу, так что вставай. Дин нехотя вытащил лохматую голову из-под одеяла. Брат всегда с утра был бодрым и свежим. И сейчас этот великан взирал на него с улыбкой от уха до уха. - Я так рад, что ты приехал. - Я тоже, хотя мы виделись пару месяцев назад. - Родители соскучились, Дин. Они тут переживают за тебя, между прочим. Дин ворчливо сел на постели и потянулся. Он упорно не смотрел в окно и почесал бок. - На то они и родители, чтобы переживать. Но со мной всё в порядке. Я в последний раз сорвал хороший куш. Всё-таки опасные преступники стоят гораздо дороже, - и Дин самодовольно улыбнулся, но Сэм не оценил. Он покачал головой и сделал два шага в сторону двери. - Маме только не говори, она в святом неведении и верит, что ты ловишь только нарушителей парковки. Они оба улыбнулись, и Дин согласно кивнул. Маме он действительно мало, что рассказывал, чтобы не волновать. Отец догадывался, но сохранял нейтралитет. Через год его отсутствия они пытались вернуть его назад, но не вышло. Дин приехал на месяц, поработал в мастерской по старой дружбе, но больше не смог. Видеть соседний дом было выше его сил, он снова сбежал и уже надолго. Его домом стали дешёвые мотели и бары, его друзьями - полицейские и мелкая шушера в подворотнях. Он сам не заметил, как втянулся во всё это, но ему нравилось. Был риск, был вкус к жизни и кайф, когда он получал стопку денег. Это наполняло его смыслом до определённого момента. А потом всё по кругу. Уныние, отчаянье и попытки завершить начатое. Мама целовала его так, словно бы хотела съесть. - Мам, ну мам. Я приехал, всё хорошо, - Дин с улыбкой вырывался из ласковых объятий и смеялся. Отец до этого пожал ему руку и похлопал по плечу. А Сэм уже уминал блинчики и тоже улыбался. Идиллия, которой он лишил свою семью, сейчас хлестала через край. - Ты такой худой, Дин. Чем ты питаешься? - Ну, мам. Нормально я питаюсь, мясом в основном. Сэм, оставь мне блины. Куда в тебя столько лезет? Он отодвинул тарелку от брата и наконец-то уселся за стол. Побольше джема, взбитых сливок и шоколада. Мамины блины самые вкусные, как и её пироги. Он надеялся, что вечером будет его любимый, с вишней. Они посмеялись за завтраком, он рассказал пару историй, отфильтровав весь ужас, и, проводив Сэма на работу, пошёл к машине. Нужно было поменять масло, почистить багажник и вообще отличный повод залезть к детке под капот. Он нашёл мочалку, средство для мытья и раскатал шланг. Был жаркий летний день, и он старался не поворачиваться к соседнему двору лицом. Отец подошёл и похлопал по дверце Импалы. - Ну, как моя старушка? Не подводит? Дин ласково погладил машину и прошептал: - Не слушай его, детка. Ты у меня молодее всех молодых. Отец рассмеялся, и они вместе полезли менять масло и проверять свечи. Дин снова ощутил это щемящее чувство в груди. Дома было хорошо, если отмести все горькие воспоминания. И он скучал по родным, но знал, что через неделю, две, его потянет снова в путь. Они завалились с Сэмом в бар после работы. Была пятница, и им нужно было поговорить без взрослых. Сэм недавно начал работать в адвокатской конторе, этим летом он закончил Стенфорд с отличием, и у него был хороший выбор куда пойти. Но он вернулся домой. В баре они встретили Виктора и тот так обрадовался Дину, что остался составить им компанию. Он расспрашивал старшего Винчестера, чем он занимается, сам он стал полицейским и уже был детективом. Разговор пошёл на профессиональную тему, Дин похвастался, кого он поймал в последний раз, и получил одобрительные похлопывания по спине. Виктор свалил после полуночи, и Дин поискал глазами с кем бы зависнуть на ночь. Потом вспомнил, что он не в том месте, чтобы завести интрижку на ночь и свалить на рассвете, и расслабился. Придется на недельку устроить себе целибат. Это и не страшно. Сейчас ему хотелось мужского тела, а искать себе пассива в родном городе было не лучшей идеей. После разрыва с Касом он пробовал себя в обеих ролях. Но с подчинением произошёл сбой. Он не испытывал особого удовольствия под чужим мужиком, вот трахать какого-нибудь смазливого парня было другим делом. Он частенько ходил в публичные дома, выбирал какого-нибудь брюнета и трахал его без особой нежности. Женщин он предпочитал снимать в барах и бесплатно. Они велись на его внешность и сами прыгали в койку, он даже выбирал и привередничал. Сэм рассказывал ему про свою работу, про то, что ему поручили составить речь для ведущего адвоката, и он даже будет присутствовать в суде. Для начинающего сотрудника это очень не плохо. Дин потрепал братишку по волосам и пошёл отлить. Когда он вернулся, около Сэма сидела симпатичная брюнеточка и стоила ему глазки. Дин оценивающе оглядел девушку и одобрительно кивнул сам себе. Вполне в его вкусе, но не сегодня. Брат улыбнулся ему и представил девицу. - Знакомьтесь, это Сара, а это Дин. Сара работает со мной в одной конторе, а Дин - мой брат. Они кивнули друг другу и девушка тут же перевела взгляд на Сэма, не удосужив Дина даже улыбкой. Всё понятно, он не в её вкусе, а вот мелкий вполне. Хрен с ним, он всё равно не хочет сейчас девчонку. А мелкому полезно вылезти из скорлупы и поискать себе кого-нибудь сексуального. Дин сел рядом и снова окинул бар взглядом. А вот тот парнишка вполне в его вкусе. Темненький, хорошо сложен и мило улыбается. Член в джинсах заинтересованно дёрнулся, и Дин улыбнулся сам себе. Он уже хотел пойти и познакомиться, так, на всякий случай. Всегда ведь можно пообщаться, прощупать почву, а перед отъездом потрахаться. Но тут около парня образовалась девица, и Дин поморщил нос. Белла Талбот, его знакомая и та, в чьём доме он совершил самую главную и роковую ошибку в своей жизни. Подкатывать к парню сразу перехотелось и Дин повернулся к брату и его сослуживице. Они о чём-то трепались, и ему стало скучно. Он несильно толкнул Сэма ногой, но тот не отреагировал. Тогда он пихнул его посильнее, и брат ойкнул. - Мне скучно и я хочу спать. Ты со мной? - Да, да. Прости, Сара. Дин только утром приехал и нам действительно пора. Увидимся в понедельник. Девушка выглядела недовольной, но Дину было пофиг. Он в конце концов плевать хотел на мнение этой самовлюблённой дамочки. Около выхода их всё-таки окрикнула Белла, но он сделал вид, что не услышал, и выпихнул Сэма, пока тот не обернулся. - Ты чего? - Не хочу её видеть. - А что она сделала? - Ничего, - Дин потащил его дальше и снял машину с сигнализации. Он не был сильно пьян и уверенно сел за руль. - Может такси закажем? - Детку я здесь не брошу, а спать с тобой в машине то ещё удовольствие. Не ной, довезу в целости и сохранности. Сэм насупился, но не надолго. По дороге домой он начал рассказывать ему о Саре и о том, какая она замечательная и прекрасная. Дин слушал в пол-уха. Родители уже спали, когда они ввалились в дом и постарались не шуметь, но это плохо получалось. Сэм потащился за Дином в комнату и плюхнулся на его кровать. - Ты на долго приехал? - На неделю, может, больше. Как пойдёт. - Жаль. Я бы хотел позависать с тобой подольше, может, в поход бы сходили. - Сэм, тебе двадцать два, мне двадцать шесть. Какой в задницу поход? Мы выросли из этого. - Я бы сходил, - Сэм уныло обвёл глазами комнату, и Дин вспомнил, что все походы младшего брата закончились, когда он свалил путешествовать. - Сходим, ладно. - Честно? - Честно. А сейчас вали спать. Младший потянулся и встал, его взгляд упал на соседний дом, и он открыл рот, с выражением лица, как-будто его только что осенило. - А, кстати, помнишь Новаков? Дин тут же напрягся и затормозил около двери ванной. - И что? - Мистера Новака признали мёртвым. Дин поворачивался медленно и со смешанным выражением лица. Неверие и ужас. - Что ты сказал? - он прохрипел свой вопрос, и Сэм удивленно перевёл на него глаза. - Мама сказала недавно. Ей звонила миссис Новак и сказала, что его так и не нашли. - Что значит не нашли? - Дин угрожающе сжал кулаки и сделал два шага в сторону брата. Что несёт мелкий? Совсем упился и у него крыша поехала? - А ты не знал? Он же пропал лет семь назад. Ушёл из дома и не вернулся. Она даже сюда приезжала, искала его. Но так и не нашла. По закону через семь лет его признали мёртвым. Она звонила иногда маме, они ведь были хорошими подругами, и тогдашняя история с Клэр не повлияла на это. У Дина остановилось дыхание, и он почувствовал, что сейчас рухнет на пол. Сэм подхватил его и затащил на кровать. - Ты чего, Дин? - Сэм, - он схватил брата за отворот воротничка и просипел ему в лицо. - Это не правда. Кас не мог умереть. - Кас? - Кастиэль. - Дин, с тобой всё в порядке? Дин был словно оглушённой и выброшенной на берег рыбой. Он ощущал пустоту и боль своего сердца, как никогда прежде. Кас не мог умереть, не мог. Он ведь жил все эти годы храня в самых потаённых глубинах своего сердца нелепую надежду. Что, возможно, он когда-нибудь ещё увидит Кастиэля. Быть может, где-нибудь на улице или в церкви. Он ходил в церкви каждое воскресение в каком-нибудь городе. Он не молился, не просил о помощи. Он просто смотрел на прихожан и уходил, не вслушиваясь в слова проповедников. Он не ждал чуда, не тешил себя иллюзиями, он просто хотел хотя бы ещё раз увидеть его. И, возможно, именно это заставляло его убирать бритву назад в коробочку каждый раз. Он очнулся, когда Сэм затряс его и испуганно заглянул в глаза. - Чёрт, Дин. Да в чём дело-то? - Сэмми. Он не мог умереть. Я бы почувствовал. Брат глупо хлопал ресницами и смотрел на него. - А с чего это ты бы почувствовал такое? - С того, что он единственный человек, которого я любил. На лице Сэма сначала стали появляться красные пятна, и он с ужасом смотрел на брата. - Ты, чего? - Сэм, блять, я сейчас тебе врежу, если будешь так на меня таращиться. Рассказывай по порядку. Всё, что знаешь. - Дин? - брат всё ещё не мог придти в себя. - Ты любил мистера Новака? Он выдохнул и провёл рукой по лицу, пытаясь успокоиться. Он ляпнул это, совершенно не подумав, но теперь придётся всё объяснять. - Значит так. Ты говоришь мне, что знаешь. Я рассказываю остальное. Идёт? Сэм кивнул, и он отпустил его, сел ровнее на кровати и приготовился слушать. - Миссис Новак звонила маме, когда он пропал. Хотя нет. Всё началось ещё раньше. Она приходила к нам в гости, частенько. Ты постоянно пропадал на работе или на тренировках и, наверное, это не помнишь. Сначала, когда вы с Клэр начали встречаться они обсуждали, как это здорово. Потом, когда ты её бросил, они пришли к выводу, что это, может, и к лучшему, ведь Клэр младше. И, мол, ты хороший парень. А потом она жаловалась на мужа. Говорила, что у него кто-то появился и плакала. У Дина сжалось сердце. Он был глупым подростком, мечтающим быть с любимым человеком и отметал от себя любые мысли о миссис Новак. Он представлял себе, что Кас несчастлив с ней, что они не подходят друг другу. И теперь он понимал, что тогда разрушил их семью. - Я не подслушивал, но она говорила это очень эмоционально. И я кое-что слышал. В общем, он стал холоден с ней и перестал обращать внимание. Мама утешала её, говорила, что это просто кризис среднего возраста. В общем, что-то такое, я особо не вникал. Потом случилась эта ситуация с тобой и Клэр. Кстати, я это тоже толком не понял. С чего там сыр-бор был? Мама очень переживала, что наши семьи поругались. А потом они уехали. Но миссис Новак всё равно общалась с ней. Даже оставила новый адрес и просила простить их. Дин? Он очнулся и посмотрел на брата. - Так что там было? - Ничего. Я не помню, Сэм. Рассказывай. Брат пожал плечами и продолжил. - Через год где-то она позвонила и сказала, что её муж пропал. Ты тогда уже свалил, когда она приезжала. Расклеила тут объявления и вернулась домой. Мама звонила ей по праздникам, справлялась. Но его так и не нашли. Скорее всего, он погиб в несчастном случае и при нём не было документов. Кто знает. Дин нервно сжимал кулаки и смотрел в одну точку. Кас поступил точно так же, как и он. Ушёл из дома, потому что не мог там больше находиться. Но что с ним? Дин сейчас сидит в своей комнате, он не терял связи с родными и всегда возвращался, хотя и не очень-то хотел этого. А Кастиэль пропал. О нём никто не слышал больше семи лет. Но он не мог умереть, не мог. Внутри всё протестовало против этого. Так не может быть. - Теперь твоя очередь, Дин. - Что? - Ты обещал, что расскажешь. - Обещал.., - он не знал с чего начать и опустил голову на руки. - Я заметил его сразу, как мы сюда переехали. Два года ломал голову, что со мной происходит и как с этим бороться. Думал, что это гормоны или какая-нибудь ещё херня. А потом понял, что влюблён в него. И у него не было любовницы. У него был я. Сэм начал задыхаться и пришлось ему врезать между лопаток, чтобы прекратил. - Ты спал с мистером Новаком? - Сэм зашипел ему в ухо, и Дин передёрнул плечами. Хмель давно сошёл с них, и было желание вернуть его. - Спал, - Дин хмыкнул и снова провел рукой по лицу. - Получается, что он педофил? Дин зарычал и завалил брата на кровать, придавливая ему горло. Сейчас в нём сработал инстинкт хищника и, если бы в его руке был нож, он бы приставил и его. - Не смей так говорить о нём. Ты не хрена не знаешь. Сэм беспомощно хватал воздух губами, и Дин очнулся. Он отпустил его и прижал к себе. - Прости, прости. Он не был педофилом, Сэмми. Он был самым лучшим человеком в мире. Я совратил его, а не он меня. А потом я нажрался на той вечеринке и проснулся с Клэр в одной кровати. Он словно бы обезумел. - Блять, Дин. Нужно выпить. - Согласен. Они спустились вниз и нашли бутылку виски. Сэм разлил по двум рюмкам, сразу же повторил и ещё раз налил. - Я в шоке. - Знаю. Родителям только не говори. - Ты гей? - Нет, я би. Тебя только это интересует? Сэм выпил и покачал головой. - Нет. Просто, уточнил. Теперь я хотя бы понимаю, почему ты вылетел из колледжа, а потом уехал. - Он тоже уехал. Не смог жить рядом после всего, что я натворил. - Ты реально не помнишь, как переспал с Клэр? - Нет, не помню. Мне дали какую-то таблетку и меня словно бы выключило. Но я видел использованный презерватив около кровати, а она была голая. Всё было понятно. - Что собираешься делать? - Не знаю. Я восемь лет пытаюсь забыть его. Ищу в каждом прохожем, но боюсь, что однажды встречу, а он сдержит слово. - Какое? - Убить меня. Сэм сглотнул и уставился на бутылку. - Его скорее всего действительно нет в живых, Дин. - Не могу в это поверить. И не поверю, пока не увижу труп. - Где ты его увидишь? Дин поднял глаза от стопки. Его взгляд горел упрямой решительностью. - Я найду его. - Как? Его полиция семь лет найти не могла. - Я не полиция, Сэмми. И искать людей моя работа. Я найду его живым или мёртвым. Но я должен знать. Быть может.., - он запнулся. - Быть может, если он мёртв, я смогу вырвать его из своего сердца и жить дальше. Потому, что сейчас я не живу. Сэм обнял его и ничего не сказал. Утром было похмелье. Давно они с братом так не надирались, но новости того стоили. Дина полночи мучили кошмары, и он забылся спокойным сном только под утро. Ему снился Кастиэль. Так, как давно не снился. Он целовал его и обнимал, а потом отвернулся и ушёл, не проронив ни слова. Это всего лишь сон, но подобное не снилось ему очень давно. Они с Сэмом встретились на кухне, мрачно переглянулись и младший достал из аптечки аспирин, пока Дин наливал воду из-под крана. По-хорошему, ему бы стоило забыть это всё и жить дальше. Но он не мог. Если Кастиэль умер, то он должен быть где-то похоронен. И Дину физически нужно попасть в это место, чтобы в последний раз попросить прощение и подарить на прощание цветы. Так вроде бы принято. Мама с папой давно встали, и отец косил газон на заднем дворе, а мама ухаживала за цветами. На столе их ждал завтрак, и они молча уселись за него. Когда дело дошло до кофе, Сэм не выдержал. - Ты теперь уедешь? - Скорее всего. Но для начала ты должен будешь мне помочь. - Я? - брат удивленно посмотрел на него, ставя рядом кружку. - Да. Ты работаешь в адвокатской конторе, у тебя есть выходы на полицейские сводки. - Это не так просто. Мне могут дать информацию только по разрешению суда. Дин хмуро посмотрел на него и вздохнул. - Я не говорил об официальном пути, Сэмми. Всегда есть выходы на нужных людей, в обход бюрократии. - Я так не умею. - Знаю. Ладно, - он посмотрел на братишку. Не стоит ввязывать его в грязные дела, тем более, что он только начал карьеру. - Зайдём с другой стороны. Позвоню в понедельник Вику, может, он достанет мне закрытое дело. Если нет, придётся обращаться к Кроули. - Дина передёрнуло, к этому типу он обращался только в самых сложных ситуациях. Но эта стоила многого. Слушать урчание детки и гнать по бескрайней дороге - это Дин любил в своей жизни больше всего. Под громкий рёв музыки, под взрывные гитарные рифы и мощный вокал, выбивающий из головы дурь и сопли. Виктор оказался не таким придурком, как казался ему в школе. Он достал ему всю информацию по закрытому делу и даже не особо спрашивал зачем. Дин вытерпел дома три дня и сорвался в путь. Последний раз Каса видели в Спрингфилде, штат Миссури. Оттуда и начнутся его поиски. Сэм всё понял, хотя и был дико шокирован отношениями брата и соседа. Обещал держать язык за зубами и просил только об одном - не натворить глупостей. Дин улыбнулся и согласно кивнул. После той глупости, в восемнадцать лет, Дин хуже уже сделать не сможет. Даже его первое ножевое ранение не идёт ни в какое сравнение с разрушением всей жизни. Дорога молча принимала его и вспоминала, как старого знакомого. Им всегда было хорошо вместе. Шелест шин по асфальту и чёрная гладь перед глазами. Путь, у которого никогда не будет конца.