The Private Life of Mycroft Holmes

— Знаешь, было время, когда я много путешествовала и видела огромное количество больших городов в ночное время. Москва-сити, Бруклинский мост, Эйфелева башня, площадь Пуэрта-дель-Соль… Но моё сердце принадлежит только вот этому мосту, — воодушевленно произнесла Элис, облокотившись на край перила. Ее взгляд был устремлен вдаль, где в воде несокрушимо стоят две огромные башни, пронизанные насквозь длинным мостом, позволяющим передвигаться как машинам, так и людям. Но сейчас два разводных крыла Тауэра были подняты, чтобы пропустить судно, медленно проплывающее между ними. Мост не был освещен ярче, чем небоскребы вдалеке, но смотреть хотелось, почему-то, именно на него. Майкрофт перевел свой взгляд на светящийся Тауэрский мост и прищурился. Он пытался понять, что такого особенного эта девушка видит в нем. — Никогда не понимал людей, которые так восхищены этим сооружением. У него довольная скучная история… — Причем здесь история? — Элис удивленно посмотрела на Майкрофта. Мужчина не ожидал такого резкого вопроса и не нашел что сказать. — Майкрофт, я ведь говорю о его красоте. Посмотри, — кисть ее руки плавно указала мужчине на достопримечательность. Холмс снова прищурился и попытался уловить, что все-таки своими словами Элис пытается ему доказать. — Я не вижу того, что видит она. — Видишь? — она улыбнулась с надеждой. Майкрофт покачал головой. Девушка засмеялась: — Неужели ты совсем не замечаешь красоту вокруг себя? Он смотрел на нее. Порывистый ветер периодически уничтожал ее прическу. Девушка пыталась привести свои непослушные пряди в порядок, но волосы все равно оставались немного растрепанными. Свет фонаря, под которым они стояли, ярко освещал ее лицо. Он заметил, что на ее левой щеке есть три родинки, которые расположены так, что если их соединить, то получится маленький треугольник. Уголок губ мужчины слегка дрогнул. — Замечаю. — Элис, ты считаешь, что я не способен находить эстетику в архитектуре? — мягко произнес Майкрофт. — Пока что у меня есть все основания так считать. — Странно судить меня лишь по одному случаю, — сказал Холмс и покрутил длинным краем зонта об брусчатку. — Хорошо. Тогда расскажи о сооружениях, которые тебя притягивают. Майкрофт задумался на пару секунд и воспроизвел в голове все, что его однажды впечатлило. Отсеяв ненужное, он оставил только архитектуру стран, в которых он бывал. — Ты видела храм Лотоса? — Да, — ее глаза широко раскрылись, — он прекрасен. Мужчина одобрительно махнул головой. — А когда я бываю в Дрездене, то люблю проходить или проезжать мимо лютеранской церкви Фрауэнкирхе. — Никогда не была в Мюнхене. — Значит все-таки про «огромное количество городов» ты приукрасила? — съязвил Майкрофт. — Нет! — по-детски отозвалась Элис. Мужчина искренне выдал короткий смешок и звучно стукнул зонтом об пол. — Я была в более чем двадцати странах и где-то около пятидесяти городов. — Это совсем не много. — Что? — выпалила девушка широко распахнув глаза. Только сейчас он заметил, что они зеленые с голубым оттенком. — Все еще не вспомнил? — стукнуло в голове. — Что если я скажу, что был на всех шести континентах? — На всех? — Да. Страны, а уж тем более, города, в которых я бывал, мне будет, в отличие от тебя, очень трудно сосчитать. — Ты так любишь путешествовать? — снова детская улыбка. — Нет, все эти поездки были связаны с работой. — Все? — Да. — И ни одна не была «для удовольствия»? — Нет. — Звучит как-то грустно… Знаешь, я думаю, что из-за того, что ты так часто уезжал отсюда и стремился увидеть красоту в других местах, ты разучился видеть ее здесь, дома, — она снова облокотилась на перило и посмотрела вдаль. Он прошелся мимолетным взглядом по ее профилю. — Теперь я мечтаю о том, чтобы ты однажды взглянул на этот мост и понял, что красота всегда была возле тебя. — Думаешь, я когда-нибудь сумею найти в нем эстетику? — мужчина подошел ближе и разместил свои руки возле ее. Элис повернулась к нему и негромко произнесла: — Думаю да, если бы оба начнем об этом мечтать. Она улыбнулась, а он попытался вспомнить, что такое «мечтать».