Feelings

Он стоял у входа в класс. Казалось, что дойти до этого места стоило неимоверных сил. Подтянутый, всегда в прекрасной физической форме — Игараши чувствовал, как теперь тело будто налилось свинцом. Сколько усилий стоило приложить ради того, чтобы поднять это тело с кровати и заставить этого черствого ублюдка* притащить свою задницу сюда. Отвратительно, Юске. Что же ты натворил, черт тебя подери. — Эй, Игараши, ты чего стоишь словно вкопанный? — проходивший мимо одноклассник залился смехом, замечая недвигающуюся фигуру ученика старших классов. Действительно. Эй ты, трус. Соизволь хоть извиниться перед ним. Заходя следом за одноклассником, Игараши стыдливо опустил голову, не смея обернуться в сторону задних парт. Каким будет его взгляд? Отвращение? Злость? Ненависть? Гнев? Может он уже на пути к нему, чтобы с силой зарядить кулаком в лицо, повалить на пол, разбить нос, оставить несколько ссадин, синяков. Добить его ногами в живот, чтобы неповадно было. Наконец обратив взгляд на знакомую парту, Юске удивленно обнаружил на ее месте пустующий стул. Пустующее рабочее место. Опустив руки на рядом стоящий стол, тем самым заставляя девушку, сидящую за ним, резко дернуться на месте, брюнет громко выдохнул. Нет, он сломал его, Нану, к чертям.

***

— Игараши-кун? Какими судьбами, мой дорогой? — приветливо улыбнулась женщина, подпирая дверь ногой — на руках были мокрые резиновые перчатки. — А, эм, здравствуйте, — парень склонил голову в знак приветствия. — Нана... Нозому дома? При этих словах женщина грустно улыбнулась, чуть прикусив губу. — Понимаешь ли, Игараши-кун. Он себя неважно чувствует, — она несколько замялась. — Приходи к нему... Через пару дней. Или лучше созвонитесь или спишитесь с ним, — женщина слегка кивнула ему и собиралась было уходить обратно в дом, как вдруг двери не дала закрыться резко выдвинувшаяся нога брюнета. — Его телефон не отвечает, а в сети он не появлялся после того... После последней встречи с ним я не видел его на сайте. Вы говорите, что он заболел? Как же Юске хотел, чтобы это было единственной причиной. Женщина печально вздохнула. — Игараши-кун. На самом деле я не должна говорить тебе это в виду того, что Нозому просил меня об этом, но он не хочет видеть тебя, — она наигранно хихикнула. — Вы, наверное, опять чего-то не поделили, да? Как в старые-добрые времена! Маленькие хулиганы! Юске понимал, что женщина не знает всей правды — в ином случае она бы просто не пустила его за порог уличной калитки, но все же она осознавала, насколько серьезна их "ссора" на этот раз.

***

День. Второй. Третий. Неуловимо пролетела неделя. Автобусная остановка была привычно переполнена подростками после окончания учебного дня и Игараши не был исключением — внезапное дуновение ветра заставило его закутаться в высокий воротник собственной куртки. Незаметно наступила осень. Невзирая на голубоватое небо и редкие солнечные лучи, она напоминала лишь о предстоящих пробных экзаменах и последующих зимних каникулах. К слову, подростки, не скрывая собственных эмоций, трещали только о последнем событии, предполагая заранее, кого они осчастливят в нынешнем году. А кого должен осчастливить он, Юске? Кто подарит ему искреннюю улыбку и нескрываемое счастье при принятии любого подарка? "— Это мучительно, Игараши, — блондин присел на скамью для запасных игроков и, опустив руки на лакированную поверхность, измученно откинул голову назад, продолжая часто дышать. — Я скоро коньки отброшу, честное слово. С этими словами парень устремил взор на ясное небо, где не спеша проплывали молочные облака, с каждым новым движением преобразовывая новую фигуру. Незаметно для Нанашимы Юске достал из располагающейся рядом спортивной сумки прохладный напиток, а затем, окликнув друга, бросил ему бутылку. Единственную имеющуюся, к слову. Нозому тут же принялся жадно опустошать содержимое пластикового сосуда, но, остановившись на половине, вдруг вопросительно взглянул на брюнета: — А ты? — У меня еще одна припасена, — соврал Игараши. Нанашима улыбнулся в ответ и быстро выпил оставшуюся жидкость. Бросив пустую бутылку точно в мусорный бак, парень подтянул одну ногу к груди и затем опустил на нее руку, тут же опуская следом и голову. Обратив взгляд в таком положении на Юске, а затем чуть выше него — на небо, Нанашима вновь улыбнулся, а его глаза слегка заблестели. — Сегодня безумно красивое небо, не так ли?.." — Сегодня безумно красивое небо, Нана, — вздохнув, подтвердил Игараши, невольно улыбаясь. — И я хотел бы, чтобы ты тоже увидел его.