Возвращая память

Уже тысячи раз старший Винчестер был на грани смерти, несколько раз - на самом деле умирал. Но он, чёрт возьми, всё ещё тут. Он практически не верил в то, что может действительно в один день исчезнуть. Совсем. Навсегда. После всего пережитого это казалось чем-то мифически нереальным. Дин знал, что сейчас не нужен ангелам или кому-либо ещё для осуществления каких-то сверхмиссий, но внутри все равно было стойкое ощущение, что он разберется с любым дерьмом, что он не может сейчас взять и сдохнуть. Он же грёбанный Дин Винчестер. Он выберется и всё тут. Охотник знал это, когда наткнулся на кучу демонов, знал, когда его ранили. Знал, когда очнулся привязанным к стулу, знал, когда демон завершил ритуал. Знал, пока они со Стивом играли в кошки-мышки, когда от боли темнело в глазах, а из груди вырывался лишь хрип. Он знал, что тут всё не закончится, когда демон пришпилил его к стене. Когда лицо старика с уродливыми чёрными провалами вместо глаз искажается страхом, а в руке появляется нож, которым он тут же замахивается, сознание охотника настойчиво сигнализирует ему, что он в заднице и бессмертием всё же не обладает. Только вот в следующую секунду вместо демона он видит спину в синей футболке, возникшую из воздуха прямо перед ним. Видимо, сегодняшний день оказался слишком перенасыщен на события, потому как Винчестеру требуются долгие пять секунд, чтобы осознать кто перед ним. Демон соображает в разы быстрее. Когда чёрный дым улетает куда-то вверх, Дина отпускает. Теперь он не чувствует себя грёбанной коллекционной бабочкой, приколотой иголкой к картону. Винчестер падает с коротким стоном и ощущает уверенную хватку на левом плече. Позабытое ощущение, когда вся боль будто бы отступает куда-то вглубь, будто где-то там невидимый насос, выкачивающий её, накрывает охотника. Он на секунду закрывает глаза и чувствует, как его тело приходит в норму, как затягивается рана на плече, заживает запястье, встаёт на место ребро и пропадает саднящее ощущение на губе. Головная боль тоже пропадает, и в сознании мгновенно проясняется. Винчестер резко распахивает глаза. Он сидит на полу, прислонившись спиной к стене. Прямо напротив него - Кастиэль, присевший на корточки, всё ещё аккуратно, но крепко сжимающий его плечо. Дин быстро оглядывает те же джинсы и футболку, в которых уже привык видеть брюнета и переводит взгляд вверх на эти синие глаза, цвет которых... цвет остался тем же, но появилась эта всепоглощающая глубина. Появилась эта мудрость тысячелетий, нечеловеческая прямота и... что-то такое знакомо-ангельское. Что-то, с чем Кас смотрел на него всегда. Осознание того, что перед ним ангел, настигает Дина мгновенно. И нет, это не из-за того, что он материализовался из ниоткуда и не потому, что вылечил - все это как-то отходит на второй план. Винчестер всё видит по глазам. И он просто не может заставить себя прекратить смотреть в ответ. Кастиэль осматривает его тело и лицо. Винчестер не думает, что он проверяет, всё ли в порядке. Это больше похоже на то, что ангел вновь изучает всего его, вновь вглядывается в каждую чёрточку, сверяясь с тем, что он помнит. Взгляд дольше необходимого задерживается на ключице и шее, и охотник думает, что всё дело в том шраме, что оставил ему оборотень пару месяцев назад. Потом брюнет переводит взгляд на лицо. И то, как парень вглядывается в скулы, подбородок, брови, волосы, выглядит настолько интимным, что Дин невольно чувствует, будто это вовсе не взгляд, а лёгкие прикосновения пробежались по его лицу. Когда Кастиэль опускает взгляд на губы, Дин не удерживается и судорожно сглатывает. Мгновение – и они снова смотрят друг другу в глаза. Зрачки Дина расширяются, а в синеве глаз Каса появляется что-то такое, чему охотник пока не готов дать определение. Напряжение, повисшее между ними, заставляет воздух искриться. Во рту неожиданно пересыхает, и Винчестер облизывает губы, вынуждая Кастиэля вновь скользнуть по ним взглядом. Это становится невыносимо. Дин готов сделать что угодно, чтобы разорвать это непонятное ему ощущение. Он слышит стон и почти готов поверить, что это его собственный, но ангел резко поднимается и пересекает комнату, подходя к начавшему приходить в себя Мастерховски. Дьявол, Винчестер действительно хотел, чтобы напряжение исчезло, но когда это происходит, охотник чувствует лишь какую-то разочаровывающую неудовлетворённость. Кастиэль склоняется к Стиву и берет его за руку. Дин завороженно смотрит на сосредоточенное лицо брюнета, на то, как тот хмурится и закусывает губу, после чего просто прикладывает два пальца ко лбу Мастерховски, и тот затихает. - Дин. Охотник шумно вдыхает. Только сейчас он понимает, что всё это время они провели в тишине. Только сейчас, когда низкий глубокий голос ангела, кажется, разбивает её на мельчайшие осколки. - Стиву нужно отдохнуть, после того как я исцелю его. Винчестер только кивает в ответ, и Кастиэль, хмурясь, поднимает блондина, закидывая его руку себе на плечо, и исчезает. Ещё пару секунд Дин сверлит пустое пространство взглядом, после чего, наконец, поднимается с пола. *** Кас укладывает Стива на кровать и сам быстро присаживается рядом. Сейчас нельзя терять ни минуты, пока он всё ещё тут, надо вылечить человека. Кастиэль не думал, что это будет просто, он знал, что заклятия на крови сложны для исцеления, но ощущение собственной благодати пьянило, делало почти всемогущим. Уж во всяком случае, брюнет не ожидал, что сил едва хватит на исцеление, что сразу после этого он уснёт, прямо так: с рукой на груди Стива, свесив ноги с кровати. Сам Мастерховски просыпается некоторое время спустя из-за раздражающих лучей заходящего солнца. Резко распахивает глаза и несколько секунд пялится в потолок. Спать хочется неимоверно, но парень знает, что с такими мыслями не заснёт. Ему надо привести всё это дерьмо в порядок... Возможно, не самая лучшая идея пить кофе в середине дня, но ему это сейчас дьявольски необходимо. Вот только в разнесённой вдребезги кухне этого не сделаешь. И Стив злится. Чертовски злится. Буквально через несколько мгновений он уже вновь в комнате и грубо дёргает спящего брюнет за плечо. Кас резко подрывается, выставляя руку вперёд, отчего блондин пятится. - Стив? – голос немного хриплый со сна. Он опускает ладонь и, видя испуг в глазах Стива, хмурится. - Кто ты? Вопрос звучит надорвано, и Мастерховски прочищает горло, смотря в упор на парня перед ним. Что-то изменилось, понимает он. Это вроде всё тот же Джимми, но... другой. На секунду вспыхивает надежда, что всё это время с ним был Джимми, а сейчас его тело заняла какая-то тварь, от которой можно будет избавиться и вернуть всё на круги своя. - Стив... – брюнет обезоруживающе поднимает руки, - это я. - Весь этот год? - Всегда. Надежда разбивается, так и не успев как следует сформироваться. - Кто ты? – повторяет блондин. Парень, всё так же стоящий со слегка поднятыми руками, закрывает глаза и делает глубокий вздох, словно решая для себя что-то очень важное. - Стив, давай сядем, нам нужно поговорить. Он резко открывает глаза, и из взгляда исчезает усталость - теперь там только решительность, которой блондин не может сопротивляться. Он делает резкий взмах рукой, показывая в направлении гостиной, потому что присесть тут у них явно не получится. *** Первое же, что делает Дин, вернувшись в мотель (разумеется, только после того, как обходит тот чертов дом и проверяет самочувствие всех пострадавших), это звонит Сэму. Потому что разговор с братом сейчас - то единственное, что может хоть как-то привести в порядок мысли. - Подъём, спящая красавица! - Дин? – голос хриплый спросонья, и по шуршанию старший делает вывод, что Сэм пытается выйти из комнаты. - А ты ждала прекрасного принца? Давай чувак, у меня тут небольшое ЧП. Код красный. - У нас нет кодов, - спустя пару секунд уже нормальным голосом отзывается Сэм. - Нет, но было бы забавно их иметь... Дин переходит на серьёзный тон, кратко и сухо излагая суть проблемы - все те несвязанные, казалось бы, между собой мелочи вроде пропавших с улиц города животных и едва заметных погодных аномалий, которые на которые не сразу обратил внимание он сам. Сэм делает пару уточнений в своем привычном дотошно-ботаниковском духе, но Дин и так старается говорить как можно подробнее, чтобы ничего не упустить. - Что ж, - Сэм устало вздыхает и Дин может себе представить, что прямо сейчас его брат запускает руку в волосы, ероша их на затылке, - этого должно хватить на первое время. Я свяжусь с Гартом. Он передаст остальным быть внимательнее, и кто-нибудь из нас да накроет этого гада, как только он выползет в следующий раз. Они оба молчат какое-то время и Дин уже готов попрощаться, когда Сэм чуть тише добавляет: - У тебя всё в порядке? Ты чего-то недоговариваешь... Охотник закатывает глаза от того, как просто может читать его брат, даже находясь за мили от него. Он не говорил про Каса и не собирается. После этого неизбежно последуют вопросы, которые он не хочет слышать. Может, Дин расскажет потом... Когда будет готов ответить хотя бы самому себе на некоторые из них. Неуклюжее прощание и озабоченный голос Сэма только доказывают, что к этому разговору они ещё вернутся. Кастиэль не выходит из головы всё это время, и охотник уверен, что мысли его не покинут ещё очень долго, но засыпает сразу же, едва его голова касается подушки. Что ж, эта ночь вымотала Винчестера сильнее, чем он думал. *** Просыпается Дин около пяти - внутренние часы сбоев не дают. Но в голове все так же удручающе пусто, мышцы до сих пор ломит, а хоть какого-то плана дальнейших действий нет. Не помогает даже проверенный и вроде надежный в этом деле душ, поэтому к появлению в номере Кастиэля - немного потрёпанного всеми этими человеческими заморочками, но, чёрт возьми, теперь действительно Кастиэля, а не Джимми и даже не Каса - Винчестер оказывается пугающе не готов. Охотник ловит такой знакомый касов взгляд, в котором лучится это свойственная только ему непоколебимая и чистая вера, и судорожно пытается придумать, как себя вести и что говорить. - Так значит, ты... всё вспомнил? – выдавливает в конце концов он, тут же мысленно отвешивая себе подзатыльник. Однако молчать в такой откровенно неуютной тишине попросту невозможно, и он продолжает говорить. – Кас, я... Прости. Мы действительно были уверены, что это конец, мы искали тебя, но... - Тебе не за что извиняться. То, что стало со мной – не твоя вина. - Я мог бы... - Нет, Дин. Есть вещи, с которыми ты не можешь справиться. Ты не всесилен и не должен брать всю ответственность на себя. К тому же... знаешь, я не жалею о том, кем пробыл этот год... Это... открыло для меня много нового, помогло лучше разобраться в человеческих эмоциях, и если бы ангелам давался такой выбор, я бы несомненно провёл какое-то время как человек. Этот опыт бесценен. Трудно передать, какого это теперь - знать всю прелесть свежего белья, вкусной еды... – Кас делает нетерпеливое движение головой, и Дин почти готов услышать «секса», как когда-то ему сказала Анна, хотя, возможно, Кас назовёт это «отношениями» или «любовью». Но тот просто обрывает себя, уходя в какие-то одному ему известные мысли. Возможно, парень думает о том, о чём недоговорил. Хочет увидеть Стива и... Чёрт. - Слушай, ты теперь ангел... Дин не знает, как спросить, что Кас решил делать дальше. - Да, но я упустил того демона. Боюсь, он замёл все следы и прямо сейчас мне вряд ли удастся что-либо сделать. Винчестер хватается за предложенную Касом тему, как за спасительную соломинку. - Не беспокойся об этом. Я позвонил Сэму, так что большинство охотников уже в курсе. Даже если он и будет действовать осторожнее, а он будет, мы все равно знаем, что искать. А если уж за дело взялись Гарт и Сэмми... Дин знает, что прямо сейчас это неважно, что нет смысла рассказывать это Касу и в очередной раз втягивать его во что-то... Но тот так внимательно заглядывает в глаза, так по-касовски склонив голову, ловя каждое слово, что Дин просто не может не продолжить говорить. Ему хочется так много сказать ангелу, хочется плюнуть и просто признаться, как сильно он нужен им. Нужен ему, Дину, но... Нет. Это всё было бы лишним. Это было бы слишком эгоистично со стороны Винчестера - снова и снова дергать ангела, который только нашёл покой. Который только нашёл своё пристанище, укромный уголок - то, о чем все они мечтали. И если получилось у Сэма, получится и у Каса. А Дин не имеет никакого права пытаться утащить их подальше от своего счастья. И он запинается на середине фразы, не удосуживаясь закончить свою мысль, тяжело вздыхает и опускает руки: - Ладно, я не это имел в виду. Ты ангел и это значит... Ты же сейчас долбанный маяк для всех этих тварей, которые после закрытия врат и так разошлись хуже некуда! Знаю, ты с ними справишься, но тот, кто рядом, может пострадать. Охотник не договаривает, но Кастиэль и сам прекрасно понимает, о ком идёт речь. - Конечно, я не стану подвергать Стива такой опасности. И в любом случае, я не собирался... Дин, я не останусь здесь, - он произносит это так легко и просто, как что-то само собой разумеющееся. Кас говорит «я не останусь здесь», но Дин слышит «я поеду с тобой». Охотник перехватывает его уверенный взгляд, желая знать, что Кастиэль не пожалеет об этом, что это действительно то, чего он хочет. И от увиденного по телу Винчестера разливается облегчение, смешанное с дурацкой нежностью. Дин напоминает себе, что он не чёртова баба и поспешно меняет улыбку на ухмылку. - Я знал, что твой мир всегда будет вращаться вокруг меня, - говорит он, может, немного слишком самодовольно. - Думаешь, это из-за тебя? - Уверен! – Дин фыркает. – С первого дня, что я тут, ты проводил со мной больше времени, чем со Стивом. - О, надо было последовать твоему примеру и убегать от тебя, боясь, что ты будешь приставать ко мне, - Кас скрещивает руки на груди, копируя позу парня, взгляд остаётся прямым, но теперь ещё и немного насмешливым. - Я не боялся, что... Я... Слушай, это было один раз, потому что... - Два. - Два? Я думал, ты не считаешь тот раз с того момента, как сделал вид, что ничего вообще не было. - Решил действовать по твоему сценарию. Но знаешь, это ты был тем, кто побежал доказывать свою гетеросексуальность в соседний же дом. - Ревнуешь? - Вовсе нет. - Конечно, ведь у тебя есть кое-кто... «единственное, что у тебя осталось». - ...Я был напуган. - Ты не имел в виду то, что говоришь? Боже, Кас, ты ведь не думаешь так теперь? - Нет... Конечно, нет. Но это не значит, что я вращаюсь вокруг тебя. Дин поражённо моргает и не может подавить смешок от того, как пошло звучит эта фраза. - Нет, пока нет... Но я мог бы тебя повращать. Кас не хочет улыбаться, но не может остановить себя, а Винчестер просто чертовски рад, что ангел теперь понимает подобные шутки, и можно вот так просто расслабиться. - Предполагаешь, это то, чего я хочу? - То, как ты простонал моё имя вчера после пробуждения, окончательно убедило меня. - Я не... - О, да, ты сделал это. Дин всё с той же ухмылкой делает шаг вперёд. Кас, видя его приближение, наоборот улыбаться перестаёт и становится серьёзнее - теперь уже он вглядывается в лицо Винчестера, ища там что-то. И Дин даёт ему искать, даёт ему убедиться, что теперь он не собирается убегать. Этот небольшой флирт был скорее подсознательным и не имел никакого плана или цели. Но прямо сейчас охотник понимает, что к этому всё и шло. Между ними витает это. Напряжение. Не то напряжение, которое было ещё несколько минут назад, когда охотник пытался понять, как себя вести с вернувшим память ангелом. Нет, в этом напряжении не было неловкости и неуверенности. В нём было ожидание нескольких лет и искрящее нетерпение мгновения. Это что-то не поддающееся никаким определениям, что-то, что всегда висело между ними, и теперь они оба знали что. Но если Касу нужно увидеть его уверенность, он подождёт... Не больше десяти секунд. А потом ангел будет прижат к этой стене и... - Дин, - Винчестер уже готов сделать последний шаг, когда парень напротив закрывает глаза и глубоко вдыхает. – Ты знаешь, что то, что я делал – я делал не по своей воле. Таков был приказ. Меня принудили к... этому. То, что меня не забрали на Небо сразу же, как только я воспользовался благодатью – очень странно. В любом случае, мне нужно узнать, в чём дело. Ангел открывает глаза, и Винчестеру нужно пару секунд, прежде чем до него доходит, что именно только что сказал Кастиэль. - Да ты, должно быть, шутишь! – Дин поражённо замирает, так и не сделав то, что собирался. – Собираешься отправиться на небеса? Серьёзно, в место, после пребывания в котором, ты перебил половину своих братьев и чуть не погиб сам? – Дин отворачивается и быстро подходит к кровати, проверяя карманы. - Нет, Кас, ты туда не пойдёшь. Знаешь, оставайся со Стивом, купите себе собаку и живите припеваючи ещё ближайшие лет пятьдесят. Никакого рая. Винчестер поворачивается и, словно для большей убедительности, качает головой. - Дин, я должен разобраться с последствиями того, что совершил. - Так это твоя очередная кампания по искуплению своих грехов? Избавь меня от этого, сколько тебе ещё можно страдать? Чистилище, Наоми... Думаешь, теперь будет лучше? Нет, это ужасная идея. Дин переходит от тумбочки к столу, не зная, куда себя деть. Кас молча наблюдает за ним, немного сведя брови. - Я всё решил, Дин. Охотник не выдерживает и резко разворачивается, встречаясь с ангелом взглядом. - Тогда я иду с тобой. - Это невозможно. - Я уже был в раю с Сэмми. - Дин, сейчас у нас нет знакомого архангела, способного на такое. - Тогда останься. Кас, останься. Я отстану от тебя только в том случае, если буду уверен, что ты в порядке. - Ты бы на моём месте пошёл. И Винчестеру хочется скрипеть зубами, потому что это правда. Он бы сделал так, как считал нужным. Так, как было бы правильно. Дьявол. Он в два шага сокращает расстояние между ними, резко подаётся вперёд, хватая Кастиэля за отворот рубашки и, наконец, толкая к стене. Винчестера захлёстывают эмоции, с которыми он не в состоянии справится. Ангел уходит опять. И один Бог знает, что его там ждёт. - Месяц, - Дин произносит это полурыком и встряхивает несопротивляющегося брюнета, словно пытаясь донести до него смысл своих слов. – Один месяц, Кас. Потом я найду тебя. Я перерою ваш рай ко всем чертям, если понадобится – загляну и в преисподнюю, не впервой! И это не пустые слова. Ты знаешь, я сделаю это - знаю как минимум один способ попасть к вам. Я всё ещё праведник, не так ли? По расширившимся зрачкам Каса Дин понимает, что до того дошел истинный смысл слов. Он жадно смотрит на ангела, пытаясь впитать в себя этот образ, пытаясь взглядом показать, что в его словах не было ни доли шутки. А потом его прошибает пониманием того, что перед ним – спустя почти год – стоит его Кас. Дин рывком тянет брюнета на себя, плотно прижимая к своему телу. Кас несмело кладёт руки на спину Винчестеру, расслабляясь в этих странных объятиях. - Дин, - произносит он полушёпотом куда-то в район шеи, что посылает приятную дрожь по телу охотника. Кастиэль должен уйти прямо сейчас. Ещё секунда и он не сможет. - Я вернусь, обещаю. Через мгновение Винчестер сжимает в объятиях лишь воздух.