Возвращая память

- Ещё не прошёл месяц, – мужчина в клетчатой рубашке отрывается от книги и устало трёт глаза, пытаясь не обращать внимания на ходящего по комнате парня. - Четыре недели, Сэм. - Двадцать восемь дней. - Именно! Прошёл февраль! - Сейчас сентябрь. Господи, Дин, не мельтеши! – младший Винчестер раздражённо повышает голос. – Мы всё ещё не нашли способ... - Мы знаем, что надо делать! – Дин делает очередной поворот у шкафа. - Ох, прости, что не уточнил, но под словом «способ» я подразумеваю такой вариант развития событий, при котором мой брат продолжит жить! – Сэм срывается на крик. Дин сильно сжимает челюсти, чтобы не сказать ничего лишнего, чтобы не начать спорить в очередной раз об одном и том же. Вместо этого он подходит к столу и садится, кладя руки перед собой. Собственные сжатые в замок пальцы кажутся прекрасным объектом для наблюдения. Сэм смотрит в упор – он чувствует это – но молчит. Дин знает, раньше спорить было действительно бессмысленно, но сейчас пришло время для действий, и брат понимает это так же хорошо, как и он сам. Зная, что упрямство в крови у них обоих, старший Винчестер все-таки поднимает глаза. - Послушай, Сэмми, - произносит он неожиданно спокойно, и Сэм даже забывает исправить слишком детское прозвище. - Всю нашу жизнь мы с тобой только и занимаемся тем, что разгребаем одну кучу дерьма за другой ради случайных людей. Мы охотники, Сэм, и если ты и нашел кого-то, ради кого мог бы остановиться, то я - нет. Я не могу проехать мимо, если знаю, что есть шанс хоть кого-то спасти, несмотря на цену и на последствия, и я буду это делать всегда. Для кого угодно и вне зависимости от того, чем это может для меня кончиться. Сэм молча смотрит брату в глаза и думает, что тот не может говорить об этом всерьёз. И слова почти готовы слететь с языка, он почти готов обвинить брата в лицемерии и сказать, что если бы это был кто угодно кроме Каса, Дин, чёрт возьми, не кидался бы так рьяно под пулю. Но Сэм молчит, потому что знает – это не сработает. В конце концов, у него было двадцать восемь дней, чтобы понять, как серьёзно настроен брат, и максимум, что он может попытаться сделать – просить отсрочку. - Ещё три дня. Ты обещал ему месяц, так дай ему этот месяц. Потому что если наш ангел вернётся послезавтра, это мне придётся объяснять ему, откуда у его драгоценного человека лишняя дырка в башке. Дин растягивает губы в болезненной улыбке: - В сентябре тридцать дней. - Зато в марте тридцать один. *** Сэм засыпает прямо за столом. Последнюю неделю сил не остаётся даже на то, чтобы добраться до своей комнаты. Он спит по два-три часа в сутки и выглядит, наверное, хуже, чем когда закрывал врата ада. Хорошо, что удалось уговорить Амелию остаться дома – ни к чему ей видеть Сэма в таком состоянии. Ни ей, ни тем более малышке Лиз. Обретённая семья была для Сэма самым большим счастьем, и он отчаянно желал того же для своего упрямого брата. Дин прав – для мира они сделали всё возможное и невозможное, и у них, чёрт побери, есть право на отдых, право, наконец, подумать о себе. Но брат с упорством, достойным Винчестера, продолжал влезать во все мало-мальски опасные дела. Сэм пытался выяснить, в чём причина, интересовался планами на будущее, спрашивал, счастлив ли Дин. Ответы были одинаковыми: «Я нужен. Продолжу охоту. Нет». И это последнее нет – то, что не давало покоя младшему. Скажи Дин, что он счастлив – и Сэм бы отстал от него. Не пытался бы вытащить на семейные праздники, не знакомил бы с незамужними подругами Амелии, не лез бы с разговорами... Хотя, долго это не продлилось. Такое настойчивое внимание Дин выдержал два месяца. Потом дела у него стали появляться далеко от их с Амелией дома, заезжал он к ним редко и без приглашения. Прошло больше года с того момента, как они вот так – вместе – проводили время. И, если уж честно, Сэм бы предпочёл, чтобы этого совсем никогда не случалось. Нет, он был рад видеть брата, он бы хотел устроить «каникулы» с ним: выпить пива, посмотреть какую-то ерунду по телеку, обсудить его дела... Сэм бы даже пообещал не читать мораль и не призывать к семейной жизни, только бы их совместный отдых прошёл не так, как сейчас. Дьявол, он тоже переживал за ангела. Он тоже хотел его спасти. Но, кажется, только он понимал, что Дин своим гениальным планом добьётся только одного – он умрёт. Действительно и навсегда. Чем ближе подходил срок, тем больше ругались братья. У старшего не было никакого плана, кроме разве что «Найти Каса», что очень злило Сэма. Дин же настаивал, что он разберётся на месте, что он что-нибудь придумает, как обычно. Когда младший не выдержал и крикнул, что «обычно» что-то придумывает он – Сэм, Дин только хмыкнул и уткнулся обратно в книгу, бросив что-то вроде «Так придумывай». И Сэм пытался. Он перерыл хренову тучу книг, он чёрт знает сколько нормально не ел и не спал, посвящая всё время только одному – поиску информации. Но всё тщетно. В последние дни, стоило им сесть за книги, как Сэм не выдерживал и выплёскивал своё отчаяние. Старшему Винчестеру пришлось уходить в свою комнату, чтобы не провоцировать ещё один скандал. А потом Дин тоже перестал верить. Больше он не искал способа, а занимался какой-то домашней рутиной и был на удивление спокойным. Младший Винчестер наоборот, ещё сильнее ушёл во всё это, кажется, пытаясь работать за двоих. А сейчас Дин с уверенным видом вещает ему про то, что он не может не спасать. Как же Сэм хочет верить, что всё дело в Касе, а не в том, что его брат просто... просто хочет уже закончить всё это. Нет, Сэм даже думать об этом не будет. Это всё от нервов, Дин бы никогда так не поступил. Просто Сэм слишком устал. *** - Ты куда? Дин оборачивается к ещё секунду назад спавшему брату, и выгибает бровь. - Съезжу в магазин, мамочка. - Зачем? Дин фыркает: - Открой эту белую фигню на кухне – она пуста. Надо что-то жрать, Сэмми. - У нас есть замороженные овощи. - Вот сам их и ешь, - Дин разворачивается и делает пару шагов к двери, когда младший подрывается с места. - Стой! Охотник закатывает глаза, но всё же снова оборачивается. - Думаешь, я не знаю, что ты делаешь? – Сэм останавливается в полушаге от него. - Конечно, знаешь! Я ведь минуту назад сказал, что иду в магазин... - Дин! – Сэм прищуривает покрасневшие глаза. – Ты собрался-таки исполнить свой «гениальный» план, не делай вид, что это не так! – Дин открывает рот, не зная, как реагировать на такое заявление. - И где мне потом тебя, твою мать, искать? У тебя даже чёртовых настоящих документов нет! Сэм шипит. И старший абсолютно не знает, как убедить его, что он действительно просто хочет купить еды. Брат выглядит таким... да, злым, но кроме того и обиженным. И Дин думает, что можно представить, что они вернулись в детство, и Сэмми просто уговаривает его не уходить, не оставлять одного в мотельном номере. И сам он в конце концов послушается, уступит и останется с этой мелюзгой, которой он нужен. - Знаешь, ладно, ты стал долбаным психом, но раз тебе будет спокойнее, если я сдохну от голода – так тому и быть. Сэм всё ещё с прищуром смотрит на него и уже собирается продолжить спор, когда раздается такой знакомый шелест - и оба они узнают его сразу же даже не смотря на то, что не слышали его уже черт знает сколько времени. Секунду все трое стоят в полном оцепенении. Дин расширенными глазами смотрит на внезапно появившегося брюнета. В голове резко выключают звук, все мысли мгновенно исчезают, и он вроде даже задерживает дыхание. Не верит. Такого просто не может быть. Это действительно Кастиэль, или недосыпание привело к галлюцинациям? Но сделать Дин ничего не успевает. Как ни странно, в движение эту картину приводит Сэм, который в два шага преодолевает расстояние до ангела и с размаху бьёт того в челюсть так, что слышится хруст. - Какой же ты сукин сын! - Сэм! Дин подаётся вперёд, но брат больше не бьёт брюнета, вместо этого резко обнимает его, хлопает по спине и так же быстро отстраняется, оборачиваясь к Дину. Выражение лица старшего Винчестера даже с натяжкой нельзя назвать забавным, но Сэм отчего-то смеётся, как будто его отпустило, как будто разом убрали тяжелейший груз, давивший на плечи. Хотя, наверное, так и есть. - Чёрт возьми, парни, - он трёт глаза, чувствуя накатившую усталость, - вы – два ублюдка, но у меня просто нет сил разбираться со всем этим. Сейчас я собираюсь проспать суток трое и советую вам не будить меня даже в случае апокалипсиса. *** Когда они остаются вдвоём, Дин все же выходит из ступора, но остаётся стоять на месте. - Это вроде как я должен был тебе врезать, - он неловко усмехается, глядя на ангела. - Сэм имел на это большее право, - возражает тот, прикасаясь пальцами к разбитой губе. - Вот как? - Да. Думаю, да. Возникает пауза, во время которой Кастиэль сосредоточенно растирает кровь между пальцами. - Может, приложить лёд? Ангел удивлённо поднимает взгляд и медленно кивает. Дин мысленно ругает себя, напоминая, что перед ним ангел господень, для которого разбитая губа – секундная проблема. Тогда зачем он разворачивается и идёт к холодильнику, достаёт замороженное... кажется, это цветная капуста, оборачивает её полотенцем... - Эм, ну и как там? – Винчестер протягивает лёд. - Всё... довольно непросто. - Вот как? - Да. Кастиэль так и держит сымпровизированный компресс в руках, Дин делает шаг и раздражённо отбирает, сам прикладывая лёд к краю губы. Ангел перед ним замирает, не ожидая такого поступка от охотника, и Дин поднимает взгляд, смотря на оживающую синеву всего в двадцати сантиметрах от него. - Содержательный у нас диалог. - Точно. Смешинки в глазах только усиливаются, и Дин тоже расслабляется, уже с интересом предпринимаю следующую попытку. - Мы пока не нашли этого демона. - Вот как? – ангел с хитрой улыбкой повторяет его недавнюю реплику. Дин не выдерживает и заходится тихим смехом, который почти сразу подхватывает и Кастиэль. И это не нервный смешок, и не смех облегчения. Это лёгкость. Спокойствие. Понимание того, что прямо сейчас всё в порядке. А сегодняшний день – это то, чем Винчестер привык жить уже много лет. Охотник расслаблен, ему действительно хорошо сейчас, поэтому он, всё ещё с улыбкой, подходит к шкафчику, достаёт виски и два бокала. - Знаешь, не такой я представлял нашу встречу, - говорит он, разливая янтарную жидкость. - Думал, что врежешь мне для разрядки атмосферы? – Кас берёт протянутый бокал и делает небольшой глоток, и неважно, что он не опьянеет. Тут дело не в том, что пьёт, а в том, что делит этот момент с Дином. - Ага, типа того, - Винчестер усмехается. – Вытащу тебя из лап плохих парней, потом врежу, потом обниму... - Тоже смотрел этот фильм, - брюнет откидывается назад, упираясь в столешницу, Дин фыркает. – Прости, что своим появлением нарушил планы. - Да, а потом Сэмми выполнил оставшиеся два пункта. - В фильме всё закончилось сексом. Дин заходится в приступе кашля. Кастиэль не понимает, действительно ли он подавился или просто чувствует себя неловко. - Боже Кас, - охотник отставляет стакан в сторону, - мне ещё предстоит привыкнуть к твоему... очеловечиванию. - Думаю, ты сможешь. Винчестер делает шаг, что сокращает расстояние между ними до минимума, и упирается руками в стол по обе стороны от рук Кастиэля. Последний, не переставая улыбаться, наклоняется вперёд, прислоняясь лбом ко лбу охотника. - Знал, что перед сексом ты не устоишь. Месяц воздержания как-никак. Он говорит тише, чем до этого, и Дин буквально чувствует слова губами, чувствует жар, исходящий от ангела, горячий воздух, выдыхаемый им. Или самим Винчестером? Неважно. Дин слышит стучащую в висках кровь и удивляется, как ему хватает сил, чтобы что-то говорить. - Так вот для чего всё? Месяц ходил чёрти где – и всё ради того, чтобы затащить меня в постель. Не ожидал такого от ангела господнего. - Боже, заткнись уже. Дину, наверное, стоит радоваться. Стоит гордиться тем, что у ангела тормоза сдали первыми, но он как-то забывает насладиться всей прелестью победы. Вместо этого он наслаждается кое-чем другим. Охотник отвечает на поцелуй яростно, прикусывает губу Кастиэля и тут же вторгается ему в рот. Руки хозяйничают по неприкрытому плащом телу, сминая синюю футболку, оглаживая открывшиеся участки кожи. Дин толкает брюнета, и тот послушно садится на стол, разводя ноги. Кас зарывается рукой в колючий ёжик волос, притягивая охотника ещё ближе, посасывая хозяйничающий во рту язык, довольно ловя судорожные вдохи. Когда Винчестер опускается ниже, целуя открытую шею, грубо проводя рукой по заметному бугру впереди джинс, ангел не сдерживается и стонет, откидывая голову назад. - Хочу тебя до безумия, - шепчет Дин, сильнее сжимая грубую ткань. - Диин, - Кас приподнимает бёдра и толкается вверх, пытаясь увеличить трение, - покажешь... свою комнату? *** Следующим утром Сэм находит Дина на кухне – тот стоит спиной к дверному проему и увлеченно роется в шкафу. И, если честно, Сэм даже не помнит, когда старший последний раз выглядел таким спокойным и расслабленным, поэтому зачем-то даже прокашливается перед тем, как начать говорить. - Что-то ищешь? - И тебе доброго утра, Саманта. – Старший отставляет в сторону очередную пустую банку и оборачивается только тогда, когда чувствует недоуменный взгляд Сэма затылком. – Кофе, чувак. У нас осталась только какая-то растворимая бурда, так что я собираюсь пойти в магазин. - Ты всю жизнь пьёшь «растворимую бурду». - А теперь хочу нормального кофе. Сэм с сомнением думает что-то вроде «Ну конечно», но вслух произносит совершенно другое: - А где Кастиэль? И даже то, как быстро отворачивается Дин, не мешает младшему заметить скользнувшую по его губам легкую улыбку. - Кас спит. - С каких пор ангелы спят? Дин пожимает плечами. - Он... со всем разобрался? Вместо ответа – ещё один неопределённый жест. - Ты не спросил, чем он занимался весь этот месяц? - Двадцать девять дней, - с ухмылкой поправляет Дин. – Знаешь, мы оба устали, так что... - Ясно. То есть ты понятия не имеешь, что он собирается делать дальше? Дин слегка хмурится: - Поедет со мной, конечно. У нас тут ещё куча проблем осталось, если ты не в курсе, - Сэм в извиняющемся жесте поднимает руки. Его главная проблема на данный момент решена. – Для начала найдём демона, потом послушаем новости или получим звонок от Гарта, всё как обычно. Если Касу понадобится помощь наверху – уладим и это. Дин говорит с такой уверенностью, словно Сэму должно быть стыдно за то, что он вообще спросил такое, а не додумался до этого сам. Вместо стыда Сэму отчего-то хочется улыбнуться. - Поедешь за кофе, прихвати ещё хлеб, яйца и сыр. Хочу нормальный завтрак. - Запиши, всё что надо. А вот теперь сдержать искренний смех становиться просто невозможно. - Вау! Ты и список, Дин. Ради такого стоило жить. - Заткнись, сучка, - Дин, ухмыляясь, хлопает его по плечу. - Придурок.