Не уходи

      Громкий крик раздирал душу любого, кто мог его услышать.        — НЕ-Е-Е-ЕТ!       Звонкий плач ребёнка заставлял чувствовать себя неловко каждого полицейского. Буквально каждый чувствовал себя виноватым. Не знали. Не углядели. Не спасли.       Малыш прижимал к себе голову Кида, с которого давно спали шляпа и монокль. Лицо начало бледнеть, становясь всё более безжизненным, а Конан рыдал, не в силах смотреть ему в лицо.        — Нет... Кид... Почему... Почему ты не спасся?.. Ты же мог... Я верю... Так почему?.. — бормотал он, вцепляясь в волосы вора. Дыхания уже не было, а губы были перепачканы спекшейся кровью из лёгких вора, нашинкованных пулями Снейка и компании. Детектив всё не мог в это поверить. Что всё кончено, Кида больше нет. Больше никогда он не будет смеяться над Конаном и полицией, устраивать шоу, улыбаться, смотреть на луну сквозь камень. Никогда. Такое тяжёлое и ужасное слово, что давило на Конана. И ещё больше давило на детектива то, что Кид погиб, пряча Конана, защищая его от Снейка.       Он жадно вгляделся в лицо, надеясь, что это грим. Или кукла. Кид не мог погибнуть, умереть так глупо. Ладошка жадно искала пульс на сонной артерии, а губы прильнули к губам, ища дыхание. Но ничего не было. Вор был мёртв. По-настоящему, как бы Конан не отказывался в это верить.       Ведь Кид не может умереть, он слишком важная часть окружающего всех мира. Джентльмен в белом, символ неуловимости и недосягаемой мечты, веселья и безвредной загадки. Безвредной... Для всех, кроме Кида.        — Парень... Пусти Кайто... Он мёртв... — прохрипел Накамори.       Кайто? Это имя вора? Какое же странное имя... Неважно. Это его имя.       Медленно пустота и темнота поглощали Конана... До самого конца он держался за тело вора, его бессознательного буквально отдирали от Кида.       Кид мёртв. Навсегда.