Gimme More: Крис и Эва

Пятница. 12.14       — Эва, — недовольно протянул Крис, убирая руки в карманы, и в тысячный раз проходит рядом со мной, нервно вздыхая, — выбери уже что-нибудь!       — Я выбираю, не мешай! — буркнула я, снова все перекладывая, не в силах выбрать вещь.       — Ты уже тридцать пять минут зависла над гребанной клеткой. — Он устало потер глаза и, оперевшись рукой в стеллаж, недовольно буравил меня взглядом. — Бери зеленую.       — Цвет противный.       — Хорошо, возьми красную.       — Пахнет странно, ему не понравится.       — Бери розовую!       — Он мальчик! — Герой оказался мальчиком, мы с утра уже успели это проверить, гугл в помощь, как говорится. Правда, Герой не был рад осмотру, и мы битый час ловили его по дому, чтобы определить, какого он же пола. — И вообще это мой Герой, так что мне решать, какая клетка у него будет, твой голос не учитывается, сам в этом виноват.       — Только потому что я отказался убирать за ним? — он состроил недоуменную мину и покачал головой, потирая рукой шею. — Я же согласился привозить корм и брать его, если ты будешь уезжать.       Про свой переезд я еще не сообщила, потому что уверенность меня покинула. Все казалось таким непонятным и далеким и казалось, что я решу все позже, когда будет настроение или желание, зачем его сейчас огорчать или радовать раньше времени? Все еще может изменится.       — Вы точно кролика обсуждаете? —усмехнулась стоящая рядом с нами продавщица, которая помогала нам выбирать корм, а теперь помогала выбирать клетку. Ну, как помогала, просто стояла и наблюдала за нами в нетерпении, когда мы, точнее я, выберу уже все, что мне надо, и она опять сможет засесть за свои сериалы. — Вы будто ребенка поделили, хм, молодёжь такая интересная.       — Кролик тоже ответственность. — Глухо отозвалась я, выбирая зеленую клетку, и мне показалось, что Крис облегченно взвыл, выхватывая у меня клетку из рук и почти бегом побежал на кассу. — Стой, а сено?       — Боже мой! — да, Крис уже пожалел, что согласился сходить со мной в зоомагазин.

Пятница 12.30

      — Мы с тобой так и не сходили в четверг никуда, — вдруг вспомнила я, делая глоток своего горячего шоколада с большой порцией сахарного сиропа, который заказала по старой памяти? В силу старой привычки? Плевать, я заказала напиток и наслаждалась им не как обычно, но все равно получала удовольствие.       — Потому что кое-кто прогулял школу, отключил телефон, — Крис оторвал взгляд от аквариума за моей спиной и медленно перевел взгляд на меня, приподнимая бровь. — Не открывал дверь.       — Кое-кто меня нахрен послал. — Напомнила я ему его старые слова, отвернувшись к окну и наблюдая за людьми, ходящими по своим делам и не замечавшие моего невнимательного наблюдения за ними. Вот идешь по улице, думаешь, что тебя никто не видит, никто не обращает на тебя внимание, а на самом деле сижу я и смотрю за тобой, и отмечаю, что этот расстроен, и становится интересно почему, или ты очень счастлив, и я радуюсь с тобой.       Всегда есть тот, кто наблюдает.       — Ну, после всего этого, естественно. — Я перевела взгляд на Криса, понимая, что снова задумалась, и, надеясь, что он до этого ничего важного не сказал, когда я не услышала его. — Ладно, с тебя ужин.       — Ты и так у меня вечно ешь. — Запротестовала я, делая еще глоток напитка, крепко обхватив чашку пальцами, буравя недовольным взглядом Криса, стараясь отгородиться от того, что сейчас яростно пыталось пробить мою защиту. Держи себя в руках, ты сможешь, ты сильная, Эва! — Твоя очередь угощать.       — Серьёзно? — он уставился на меня, вопросительно подняв брови, и в глазах пробежала тень, которая быстро исчезла. — Ты мне еще долго за неделю расплачиваться будешь, ясно?       — Я… — ничего не ответила, а лишь откусила печеньку и медленно жевала ее, отвернувшись к окну, в котором теперь видела свое отражение, свое лицо, которое не казалось уже болезненно серым, глаза не были тусклыми, они горели не как у здорового человека, а по-другому.       За ночь я, конечно, не превратилась в принцессу, но стала выглядеть чуть лучше, когда выспалась. Это хорошо. Но чувствовала ли я так же себя? Чувствовала ли себя более «здоровой»? Я не знаю, все было сумбурно, запутано и скомкано, что я не стала ничего разбирать, а просто затолкала на дальнюю полку, иногда подпихивая ногой, когда это все собиралось вывалиться.       Но все было не страшно, пока он рядом. Я смогу это спрятать или не обращать внимания, пока Крис рядом. Он вселял какую-то слепую и глупую уверенность, от которой щемило сердце и отчего хотелось улыбаться.       Я больна.       Я совершенноточнопредельно больна.       — Что ты там опять зависла, а? — Я моргнула и снова перевела взгляд на Криса, который уже почти доел свой кусок торта и лениво размазывал крем по тарелке.       — После таблеток немного в прострации. — Ответила я, ужимисто улыбаясь. Хорошо, что я придумала эту байку с простудой и могу честно при нем говорить о своем физическом состоянии. Плохо спала, потому что было плохо, и о том, что я немного зависаю или засыпаю, потому что принимаю сильные таблетки, ага, от простуды.       — И долго тебе еще их принимать?       — Как врач скажет, — я пожала плечами и снова откусила шоколадную печеньку, запивая своим чересчур сладким напитком. Совсем как раньше. — Не переживай, завтра и послезавтра буду вести себя достойно. И не усну, пока ты будешь играть.       — Стоя не уснешь.       — Прости?       — Ты будешь за кулисами со мной. — Коротко пояснил он, языком слизывая шоколадный крем с губ.       — А зачем тогда платье? — спросила я, даже не стараясь скрыть, что я уставилась ему на рот, где в уголках еще был шоколад. Безумная мысль закралась мне в голову.       — После будет что-то вроде афтепати, а уж там веди себя дост…       Я не дала ему договорить, прервав его речь одним поцелуем. Быстро поднявшись на ногах, я уперлась руками в стол и подалась вперед, впиваясь в губы Криса, которые от неожиданности не сразу ответили мне легким (по нашим с ним меркам) поцелуем, проводя языком по его губе, захватывая уголки. Когда я почувствовала вкус шоколада на языке, я вернулась на место так же быстро, как и встала.       — У тебя был шоколад, — я пальцам показала на своих губах, демонстративно облизывая языком.       — Хм, — он ухмыльнулся, снова облизывая свои губы, будто провоцируя меня, — а что будет, если я в школе съем пудинг и случайно заляпается край рта, м? Ты ведь так не сделаешь при всех, да?       — По понедельникам банановый пудинг, — ответила я ему, неотрывно смотря в глаза, в которых разгорался огонь, который начал медленно передаваться мне, — а мне нравится банановый вкус.       — Проверим, как сильно это тебе нравится, но для этого тебе надо будет прийти в школу, но ты ведь болеешь.       — Мой больничный заканчивается в понедельник, не переживай, я буду. — Я замолчала, один вопрос, а точнее даже не один, вертелись у меня на языке, которые я должна была озвучить, но, если сейчас их задам, могу испортить приятную атмосферу. Но должна задать, хоть один из них я должна. — Ты рассказал Уильяму о…       — Нас? — подсказал он, криво ухмыляясь, когда я не смогла выбрать подходящее для описания слово. — Скажи, благодаря кому в инстаграмме перестали появляться грязные посты?       Мое сердце пропустило удар, а руки сильнее сжали чашку в руках. Я слышала, с каким лязгом мои кольца ударились о керамику.       — Ты знал? — меня этот факт немного смутил, и я почувствовала, как начали гореть мои щеки, наливаясь краской. Крис нахмурился, протянул руку ко лбу, будто проверяя, не поднялась ли у меня лже-высокая температура, убедившись в обратном, он снова мирно сел на свой стул, впиваясь в меня взглядом.       — Ага, — Крис отвел взгляд в сторону и потом снова посмотрел на меня уже с его обычной «для меня» улыбкой на губах. Смесь вызова и трепета, которые так ловко смешивались на его губах. — Я вообще думал, что тебе не стоит об этом знать, но теперь, после вчерашнего, я в этом не уверен. И если ты начнешь спрашивать, кто это именно был, я все равно тебе не скажу и Уильям тоже, поняла?       — Это не Ибен? — вопрос сорвался с моих губ быстрее, чем я осознала это.       — Она слишком умна для этого, — ответил он, ухмыляясь, — это не она. Почему ты сама мне не рассказала?       — Прости? Не рассказала? Зачем я вообще должна была тебе рассказывать об этом? — сложив пальцы в замок на столе, я недоуменно уставилась на Криса. Если бы Шистад сейчас не поднял бы эту тему, я в жизни ему не рассказала об этом, и он не должен был знать! — Тебя тогда это вообще не касалось, как и сейчас, впрочем.       — Разве? — он удивленно вздернул брови и поддался вперед, заглядывая мне в глаза. — Ты уверена?       Чего именно он от меня добивается, м? Что именно я должна сейчас сказать? Правду? Что его правда не касаются мои проблемы? Или что мне глубоко в душе приятно, что он «пресек» это?       — Ну, извини, что там мелькало твое лицо, ты знал, с кем связываешься. — На этот ответ у меня ушло около минуты. За время, которое Крис не моргая смотрел мне в глаза, вдруг стало как-то не по себе.       — Я не об этом, — он покачал головой и откинулся на стуле, снова облизывая свои губы. — При чем тут вообще мое лицо? У меня такого дерьма навалом в инстаграмме, если знать, где искать. Просто это не должно касаться тебя.       Снова ступор.       Снова. Хренов. Ступор.       Не должно касаться меня? Он чувствует вину? Он понимает, что вообще не винов… О, Крис имел в виду другое. Да, таблетки точно из меня идиотку сделали. Шистад имел в виду, что подобные коллажи вообще не должны касаться меня.       — Почему? Я ведь не хренов ангел, ты знаешь это, ты видел это. Я одна из…       — Тупых шлюх? Правда? — Крис снова криво ухмыльнулся, уставившись во все глаза на меня что-то будто изучая, подмечая и …запоминая? — Мун, я же вижу, что ты творишь после расставания с тем уродом. Вечеринки, алкоголь, связи на ночь, имен, которых ты не помнишь. Не ври мне, я в курсе, что не помнишь, хотя один раз ты мне уже соврала.       — Но ты ведь такой же, — тихо запротестовала я, с интересом слушая его. Мне любопытно, как далеко он сейчас зайдет, я даже совсем забыла про то, что все время вела немую борьбу.       — Но ты нет. — Шистад опустил взгляд на мои сцепленные руки, поморщился и снова посмотрел мне в глаза. Крис мне в глаза столько никогда не смотрел сколько за один разговор, и это было приятно и страшно одновременно. — Я изначально был таким, не видел в этом ничего плохого, а ты стала такой сама. Потому что сама захотела, но чего именно? Изучить все? Попробовать?       — Понять. — Быстро подсказала я ему, закусив нижнюю губу, сильно вжимаясь в нее зубами. — Хотела понять, кто я, посмотреть на свое место в жизни или хотя бы начать просто слышать себя.       — Про что я и говорил, ладно хватит о плохом, — Крис улыбнулся и коснулся моих сцепленных рук рукой, заставляя их расцепить, — не нравится, как ты куксишься. Вставай, нас Герой дождался.       — Ты опять ко мне? — изумилась я, большим глотком допивая свой шоколад и быстро запихивая в рот печенку, дожевывая ее на ходу. Схватив сумку со стула, я быстро встала из-за стола и пошла за Крисом, не решаясь взять его за руку, хотя мы так часто прогуливались вне школы и далеко от нее, но сейчас я боялась. Крис замер у двери и, посмотрев на меня с хитрецой, быстро наклонился к моим губам и медленно провел по ним языком, заставляя меня вздрогнуть.       — Крошки, — ответил он, переплетая наши пальцы вместе. — И да, к тебе, мне что, все время надо будет напоминать о неделе?

Пятница 18.45

      Его пальцы аккуратно перебирали мои волосы, которые ниспадали с плеч, рассыпаясь паутинкой на спине, когда я лежала на животе прижимаясь к его груди и слушая, как бьется его сердце, вперемешку стараясь смотреть на экран и вникать в смысл фильма, который мы смотрели.       — …скоро, — его голос быстро и внезапно вырвал меня из затуманенной пелены. Черт, я опять прослушала его. Приподнявшись слегка, я посмотрела ему в глаза, он многозначительно их закатил, а потом властным, но мягким толчком вернул мою голову в прежнее состояние, снова зарываясь в волосы пальцами. — Эва, блять… кх… Поездка на озеро в следующие выходные, так и не дала четкого гребанного ответа, ты поедешь?       — А ты?       — Ты уже спрашивала, и я тебе сказал, что какого хера я тогда организую выездную вечеринку, если не поеду? — Я молчала, и он слегка потянул меня за прядь волос, заставляя поднять на него взгляд. — Не зли меня, и я еду. Еду!       — Мне нравится, когда ты злишься, — быстро отвечаю, резко поворачивая голову и скользя губами по его запястью. И мне было приятно, когда он напрягся от такого легкого, почти незначительного касания моих губ. — Ты очень эмоциональный.       — Не переводи тему, — проговорил Крис, когда я снова легла на его грудь, думая, что тема закрыта, и разочаровано фыркнула, когда он снова к ней вернулся. — Я не твоя банда, и ловко перевести тему не удастся. Так что выкладывай, что задумала твоя обдолбанная головка?       — Я не хотела ехать и сейчас не хочу.       — Из ста сколько?       — Хм, раньше я не хотела ехать процентов на восемьдесят из ста, а сейчас, — я задумалась, а встану ли сейчас и пойду в комнату собирать вещи? Или попытаюсь оттягивать этот момент до самого последнего? — процентов на сорок.       — Значительный прогресс. — Он замолчал, и его пальцы на секунду замерли, будто он что-то вспомнил, и снова продолжили наматывать пряди на длинные аккуратные пальцы. — Это из-за того, что ты мне рассказала в бассейне?       Вовремя вспомнил.       — Да, — коротко ответила я, надеясь, что он все поймет и мы закроем эту тему.       — Я бы сейчас посмеялся над тобой и пизданул бы тупую шутку, — Шистад замолчал, и я подняла на него свой взгляд, встречаясь с его и попадая в его карий, захватывающий теплый омут, который вперемешку с заботой и тревогой взирал на меня из полуопущенных длинных ресниц, — если бы не был в такой же ситуации. Рояль и все такое. Но мне бы хотелось, чтобы ты поехала.       — Почему? — я понимала причину, но хотела услышать от него, чтобы понять, что все это мне не мерещится и на самом выглядит так, как я вижу, слышу и чувствую. Потому что в этом случае я не собираюсь сходить с ума в одиночку, мы должны вместе сходить.       — Ну, интуитивная связь и все такое, — ответил он с усмешкой на губах, в которые сразу захотелось впиться поцелуем, провести языком, чтобы стереть эту гребанную усмешку, вызванную идиотской наигранностью и враньем, потому что мы все же не готовы называть вещи своими именами.       — А что если я… — он услышал встревоженный тон, и тут же его ладонь переместилась на шею, и Крис большим пальцем начал поглаживать гладкую кожу лица, неотрывно смотря мне в глаза.       — Никаких «если» Эва, — резко оборвал он меня, — потому что они не тронут тебя пальцем, не посмеют. Обещаю.       — Почему верится с трудом? — тихо сказала я, потягиваясь к нему, поцеловать его хотелось так же сильно.       — Потому что, над этим надо работать. — Слишком быстро ответил Кристофер на это, неотрывно смотря мне в глаза, от чего легкая дрожь взяла мое тело. Вот оно. Он начал опускать полупрозрачный занавес игры и вранья, открывая правду. Он тоже начал сходить с ума, не только я. И от этой мысли становилось странно тепло, даже горячо.       Потянувшись к нему, я коснулась его губ в легком поцелуе, и мы замерли, просто соприкасаясь губами, боясь сделать шаг вперед, чтобы не разрушить то, что только что взяло свое хрупкое начало.       Мои руки переместились с его груди на твердые плечи, когда его руки медленно сползли с моего лица, останавливаясь на бедрах и подтягивая на себя, заставляя оседлать его, чтобы нам двоим было удобно наслаждаться происходящим.       Я улыбнулась ему в губы, когда его руки легли на ягодицы и чуть сильнее подтолкнули вперед, будто он только что дал мне зеленый сигнал к действиям.       Наклонив голову чуть вбок, я губами обхватила его рот, медленно начиная потягивать его нижнюю губу зубами, сразу перехватывая ее языком и медленно проводя по его губам, проникая внутрь и касаясь уже мягкого, влажного, сладкого языка Криса, от одного касания с которым легкий стон хотел было уже сорваться с моих губ, но я сдержалась, просто слегка потерлась об его пах, заставляя испытывать тоже самое.       Мои руки перелегли ему на затылок, путаясь в его волосах, то сжимая и оттягивая их, чтобы он наклонил голову, то просто поглаживая, когда Крис делает так, как я хотела.       — Что ты хочешь? — хрипло спросил он, когда мои губы освободили его рот, начав обсыпать легкой россыпью его лицо.       — Тебя. — Незамедлительно ответила я, отрываясь от его лица и слегка отстраняясь, чтобы увидеть его глаза, когда я буду говорить. — Я хочу тебя, полностью.       — Ты не вынесешь, — Крис понял, про что я говорила, и мое сердце пропустило удар, потому что он должен был понять. Пока рано, пока опасно.       — Как и ты, — быстро ответила я, проводя рукой по его лицу, задерживаясь на его щеке и медленно ведя большим пальцем по линии его скулы. — У нас с тобой много дерьма, которое не должны видеть остальные и о котором знаем только мы.       Ложь. Вранье. Обман.       Он не знает полного дерьма моей ситуации, иначе бы уже сбежал, сверкая пятками в следующем квартале, но я не скажу ему об этом, потому что впервые я думаю о себе, а не о ком-то еще. Точнее, я хотела, чтоб мои проблемы не коснулись его, не хотела его обременять, но я не хочу его отпускать, хочу чтобы был рядом.       Эгоистка, если так поступаю, знаю.       Когда Кристофер молчит, мне хочется просто заскулить, сползти с него и спрятаться в темного углу, потому что моей одурманенной голове показалось, будто он прочел мои гребанные мысли, отчего все похолодело внутри, сковывая все.       Разговор зашел слишком далеко, принял слишком опасные обороты, пора остановиться. Только одно предложение могло снять оковы, которые вмиг сжали нам запястья.       — Хорошо, — ответила я, не пугаясь своего охрипшего голоса. — Хорошо, я поеду. Но, если ты напьешься в усмерть и сделаешь какую-нибудь херню, а я случайно сниму это, предупреждаю, это увидят все.       — Ладно, — ответил он, и его взгляд снова потеплел, — такое я переживу.