Тайна Принцессы: Серебряный кристалл

      Мамору сидел в палате Усаги. По совету Ами, когда они все перевоплотились из Сейлор Воинов, Мамору отвёз Усаги в больницу. Вся компания долго ждала, когда у врачей появится время осмотреть девушку. А когда дождались, то стали нервничать ещё больше. Тем более им надо было рассказать, что случилось. Мамору принял этот удар на себя, он единственный смог взять себя в руки и спокойно придумать историю о том, что они гуляли, и Усаги вдруг упала в обморок. Записав все данные в карточку, и назначив кое-какие анализы, врач вернулся к ним через полчаса, успокоив, что это всего лишь переутомление, во что ни Мамору, ни девочки не поверили, хоть вслух и не сказали. Однако остаться позволили только Мамору, но он пообещал, что тут же всем сообщит, когда Усаги проснётся.       Сейчас он держал любимую за руку и дремал, положив голову на её кровать. Приборы спокойно пикали, показывая, что всё в норме. Пару раз приходила медсестра посмотреть на показатели и сказать, что как только Усаги очнется, они могут ехать домой.       В голове Усаги творилось что-то странное. Она была в какой-то чёрной комнате. Ничего не было видно, кроме места, на котором она стояла. Но она была не Усаги Цукино и не Сейлор Мун, она была Принцессой Серенити. Девушка не понимала, что происходит, но озираться по сторонам было бесполезно, так как вокруг была одна чернота.       Вдруг она услышала цокот каблуков. Кто-то приближался. Усаги глубоко вздохнула, стараясь собраться с силами на случай, если придётся дать отпор. Но этого не случилось. То, кого увидела девушка — повергло её в шок. Она стояла и смотрела сама на себя. Другая девушка была одета точно также, у неё была такая же причёска. Только цвет платья был красный, а волос — был чёрный.       — Кто ты? — повторила вопрос Усаги, как и в прошлый раз.       — Я уже ответила тебе на этот вопрос. Ты уже не помнишь? — голос девушки был холодный и злой, от чего по телу побежали мурашки. — Я — это ты.       — Этого не может быть… — не верила Усаги. — Я не могу быть злой…       — До тебя это только что дошло?! — засмеялась девушка. — Ещё как можешь! Видишь ли, я — это та часть тебя, которая хочет воспользоваться силой Гранатового Кристалла в своих целях. Но ты так далеко меня запрятала, что я не могла вырваться наружу!       Шок Усаги прошёл, и она начала мыслить логически. Ей нельзя было допустить, чтобы эта её часть вырвалась наружу. Но и уничтожить её нельзя, так как это та её часть, это то её наследие от Солнечного Королевства.       — Но ты не сможешь выбраться, — спокойно сказала Усаги. — Я не позволю этому случиться.       — А кто тебя спрашивать будет? — усмехнулась она. — Как только в тебе будет достаточно тёмной энергии, я вырвусь на свободу! И уже ты будешь сидеть взаперти!       — Но сейчас я главная! — усилием мысли Усаги оттолкнула свою часть назад. — Ты не возьмешь надо мной верх. Я буду бороться, я сделаю всё, чтобы защитить этот мир!       После этих слов она почувствовала, что её наполняет какая-то тёплая энергия. Сила мягко заструилась по коже, действуя успокаивающе, внушая уверенность. Девушка не знала откуда, но она поняла, что это сила Серебряного Кристалл. Вот она.       «Она струится во мне. Я чувствую её каждой клеточкой своего тела. От неё стало так тепло… Надежда, доброта, любовь… Это то, что делает Серебряный Кристалл сильнее».       — Что?! Этого не может быть! — испугалась другая Усаги. — Ты не должна!.. Этого не может быть!!!       — Может, — спокойно ответила девушка.       Взмах руки — злая часть вновь была под контролем, вновь была заперта. В эту же минуту Усаги почувствовала, что кто-то зовёт её. Такой родной и любимый голос…       — Усаги, милая, очнись! Прошу тебя! — Мамору держал любимую за руку.       Он проснулся от того, что почувствовал что-то не то. Всё тело Усаги напряглось. Некоторые предметы в комнате начали постукивать, что означало, что в скором времени они могут начать летать по комнате. Юноша тут же закрыл жалюзи, чтобы никто этого не видел, но в палату всё равно могли зайти в любой момент!       — Любимая, очнись…       — Мамору… — шёпотом проговорила девушка, еле-еле открывая глаза.       — Наконец-то! — он быстро осмотрел палату: все предметы на месте. — Я, точнее мы так волновались за тебя…       — Девочки тоже были здесь? — также шёпотом проговорила Усаги.       — Да. Но разрешили остаться только мне.       — Долго я здесь?       — Нет, всего полночи прошло, — Мамору посмотрел на часы. — Врач сказал, что как только ты очнёшься, и тебя осмотрят, мы можем уехать домой. Они считают, что у тебя переутомление.       Девушка улыбнулась. Она радовалась, что у неё получилось, что она справилась. Сейчас она смотрела в глаза самому дорогому и любимому человеку. Чуть позже, как только будет больше сил, Усаги решила, что расскажет Мамору и девочкам, что с ней произошло.       Доктор пришёл через двадцать минут, как только ему сообщили, что его пациентка очнулась. Быстро её осмотрев, взяв анализ крови, он сказал, что в течение часа-полутора всё будет готово. Пока они ждали результатов, девушка рассказала Мамору, что случилось. Как слышала голос в голове; как чувствовала, что теряет себя; как видела тёмную себя; как чувствовала силу Серебряного Кристалла… Это его напугало, но Усаги тут же его заверила, что она со всем справилась и сейчас всё в порядке.       — Ну, что ж, мисс Цукино, Вы можете идти домой. Все анализы в порядке, но я настоятельно Вам рекомендую хотя бы день или два постельного режима! — настойчиво говорил доктор, а Усаги прокручивала в голове, что ей очень много надо сделать за эти самые два дня.       — Я обещаю, что постараюсь выполнить все ваши предписания, но не гарантирую, что это получится, потому… — но ей не дали договорить.       — Не волнуйтесь, доктор, я прослежу, чтобы всё было выполнено в точности! — заверил его Мамору и посмотрел на девушку таким взглядом, что она засмеялась и подняла руки.       — Сдаюсь. Полная капитуляция.

***

      Дома же Усаги ни в какую не хотела лежать, ей вечно удавалось найти себе занятие. Но она не учла того факта, что Мамору тоже может быстро придумать, как выкрутиться из ситуации. Поэтому он приносил ей те или иные вещи, с помощью которых девушки надо было что-нибудь сделать. Поначалу это её злило, но после они уже весело смеялись над ситуацией.       «Фу, тебе самой не противно от всего этого?»       Злая часть Усаги всё же напоминала о себе, так как тело ещё не исцелилось от тёмной энергии.       «Вот когда сама влюбишься, то сможешь понять, как это приятно».       «Ну, уж нет! Нет ничего слаще и упоительнее власти!»       «Ага, как же… Не долго тебе со мной ещё разговаривать. Скоро моё тело исцелится от тёмной энергии и…»       «Поправочка: наше тело. Как бы ты не отрицала, я — часть тебя».       Усаги сходила с ума от своей второй части. Но она была права, когда говорила, что является её частью. Как ни прискорбно, это её наследие, которое накапливалось веками. Девушка чувствовала свою вторую половину каждый раз, когда ей что-то не нравилось или она злилась, будто она лежит рядом на диване и хочет занять больше места.       Мамору сначала не понимал, почему Усаги иногда с ним не разговаривала или хмурилась. Поэтому когда она в очередной раз столкнулась с его непонимающим взглядом, сразу же всё объяснила. Ей тяжело было терпеть её постоянные нападки и попытки вырваться. Ни о какой работе уже и речи не шло, так как эта злобная зануда сбивала весь творческий настрой.       — Как ты думаешь, почему ты почувствовала именно силу Серебряного Кристалла, а не свою? — задал вопрос Мамору, который, кстати, заинтересовал и злобную буку в голове.       — Просто… Я просто знала, что это сила Серебряного Кристалла, будто пользовалась ей раньше.       — Странно. Но это наталкивает на мысль о том, что ты сможешь его узнать, если тот будет рядом.       — Логично, — улыбнулась девушка.       — Желаете что-нибудь ещё? — шутливо спросил парень.       «Может, хватит уже?! Тошнит уже от вас!!!»       — Да, — ответила Усаги. — Хочу, чтобы ты меня поцеловал…       От крика в голове было сложно сосредоточиться. Ужасно хотелось вскрыть себе череп и вынуть её из головы… Такие мысли очень радовали злую часть.       Как только Усаги почувствовала нежные губы Мамору на своих, то ей в момент удалось заткнуть орущее создание в голове. Внезапно она почувствовала то же самое чувство, как и тогда. Её охватила неизвестная сила, она была тёплой и мягкой. Она обволакивала, защищала. Мамору тоже это почувствовал и хотел отстраниться, но девушка лишь притянула его к себе. Пара целовалась, лежа на кровати, а сила всё увеличивала своё сияние внутри девушки, пока не взорвалась каким-то салютом.       — Что это было? — шёпотом спросил Мамору.       — Серебряный Кристалл… — на автомате ответила Усаги, тяжело дыша. — Я почувствовала его, будто он рядом.       — Невероятное ощущение… — юноша смотрел в глаза любимой, её лицо было абсолютно расслаблено. — Её больше нет? — улыбнулся.       Девушка задумалась. Несколько секунд она спрашивала себя: «Ты здесь?», но ответом была только тишина. На лице Усаги сразу засияла улыбка.       — Усако… — Мамору погладил девушку по щеке и вновь прильнул к её губам. Она обвила руками его шею, прижимаясь ещё ближе. Теперь они были только вдвоём…

***

      — Кунсайт! — призвала к себе высшего Лорда Королева Погибель.       — Да, Ваше Величество, — как всегда, он появился из ниоткуда.       — Ты сумел вернуть Зойсайта в наши ряды? — её тон, как и раньше, был холодный и безразличный.       — К сожалению, моя Госпожа, мне этого не удалось, — с горечью произнёс Лорд. — Сила, которой воспользовалась Сейлор Мун, поставила мощный барьер для нашей тёмной энергии. Мне не удалось его пробить.       Королева взмахнула рукой и в зале возник Зойсайт, привязанный по рукам и ногам к двум столбам. Он был без сознания, так как до этого Кунсайт потратил много времени на то, чтобы его ослабить, надеясь, что он сможет пробить этот барьер.       — Тогда нет смысла более сохранять ему жизнь.       Кунсайт не успел ничего сделать, Королева Погибель одним взмахом уничтожила Зойсайта. Вот он был, и вот его не стало… Не было ни крика, ни мук боли. Ничего. Кунсайта охватило странное чувство потери, которое прежде он не чувствовал.       — Теперь, Кунсайт, ты должен заниматься только тем, чтобы поймать и привести ко мне Сейлор Мун, — Королеве Погибель не терпелось получить её в свои руки. — Итак, я жду от тебя плана действий!       Горе, охватившее Кунсайта, доселе ему не знакомое (или забытое?), сковало и не давало сказать и слова. Первым его желанием было напасть на Королеву, чтобы отомстить за смерть Зойсайта. Сейчас он постарался унять свой гнев, всё же он правая рука Королевы Погибели!       — Моя Госпожа, в прошлый раз, когда у меня была возможность вернуть… Зойсайта, — имя давалось ему с трудом, — с помощью Вашей сферы с тёмной энергией, одна из Воинов выбила у меня её из руки. Сфера упала прямо перед Сейлор Мун. Это было удивительно, но, мне кажется, ранее мы действовали неправильно. Когда вся тёмная энергия впиталась в тело Сейлор Мун, она стала меняться. Думаю, что её злая часть, как часть наследия Солнечного Королевства, хотела вырваться наружу.       — Продолжай…       — Я разрабатываю план, который загонит воинов в матросках в ловушку. Как только у меня это получится, я воспользуюсь большим количеством сфер, чтобы освободить силу Гранатового Кристалла.       — Моё терпение не безгранично! В скором времени я должна видеть Принцессу Серенити или Сейлор Мун, которая склоняется передо мной!

***

      Прошло уже две недели с того случая. Никаких нападений не было, что очень настораживало Сейлор воинов, однако крайне радовало девушек, так как они могли заняться своей личной жизнью. Макото пыталась завоевать Мотоки (не без участия Рей, которой Мотоки тоже нравился), Минако погрузилась в проект «Ты — талант!» (Усаги лишь надеялась, что это не для того, чтобы поразить группу «Три звезды», а именно Ятена Коу), Рей пару раз встретилась с Джедайтом (т.е. Юсуке Юрима, что было шоком для всех), Ами с головой вновь окунулась в учёбу. Усаги и Мамору были заняты друг другом, в том числе готовились к очередному выступлению Усаги.       В тоже время, девушки старались встречаться каждый вечер в храме Хикава, чтобы потренироваться, а также выслушать Луну и Артемиса, которые каждый день сканировали город с помощью компьютеров, которые были установлены на их базе (под кафе Корона). Харуки и Мичиру до сих пор не было, что расстраивало Усаги, так как они бы сейчас смогли им помочь.       Тайной для всех осталось то, что Усаги всё ещё слышала в голове голос своей второй половины. Даже разговаривала с ней. Правда, когда она начинала гнуть своё, Усаги «отключалась» от неё и продолжала заниматься своими делами. Оказывается, ей тоже нравилось заниматься музыкой, только вот то, что сочиняла девушка, её не всегда устраивало. Также у них Усаги обнаружила, что та её часть абсолютно не умеет петь! Она всегда фальшивила, что крайне раздражало. Однако по большей части Усаги пыталась ей показать мир её глазами, пыталась до неё достучаться. Иногда она «подключала» её во время сочинения музыки, даже иногда пользовалась её советами!       Усаги могла пообщаться со своей второй половиной когда угодно. Хоть это и было очень опасно, так как она всегда могла стать сильнее и вырваться на свободу (так бы сказала Мичиру), но девушка чувствовала, что сейчас ей ничего не угрожает. Ей никак не выбраться и не завладеть телом Усаги. С другой стороны, она сочувствовала той, что заперта у неё в голове. Ведь она всё это время сидела взаперти, не способная ничего сделать.       «Почему ты не хочешь увидеть то, что вижу я?»       «Зачем? У меня есть только одно желание — вырваться на свободу и жить в своё удовольствие! Ты же вечно чем-то жертвуешь для кого-то…»       «Я помогаю людям, девочкам. Я беспокоюсь о них. Неужели ты не чувствуешь того же?»       «Как мне не жаль, но я могу чувствовать то же, что и ты… Но я никогда бы не стала жертвовать собой ради других!»       «Даже ради Мамору?..»       А это этот вопрос застал вторую половину врасплох. Относительно Мамору она чувствовала всё в точности, как и Усаги — любила его и не хотела причинять вред, хоть её зачастую крайне бесила его доброта и невозмутимость. Поэтому она всегда затихала на этом вопросе.       «Не хочешь отвечать — не надо. Я сама знаю, что ты тоже его любишь. Кстати, очень глупо с твоей стороны не сказать мне своё имя! Да, ты часть меня, но ты не принимаешь моё имя, значит, у тебя есть другое».       «Ладно-ладно… Если бы мы жили в Солнечном Королевстве, то меня бы звали Курай. Теперь ты счастлива?»       «А мне нравится. Теперь хоть можно к тебе нормально обращаться! А то фраза       „Эй, ты всё ещё здесь?“ начинает бесить даже меня».       «В этом я полностью согласна… Лучше уж меня по имени называй».       «О, скоро придёт Минако. Мне надо её подготовить к финалу проекта».       «Она же слишком ветрена! Ей никогда не выиграть! Неужели ты этого не замечаешь?!»       «Курай, не ори так! Я тебя прекрасно слышу. Да, она ветрена, я не надеюсь, что она сможет победить, но Минако показала, что она может бороться, что она может стараться, может быть упорной и добиваться своего…»       «Ну, да… Но ведь она расстроится, что не выиграет этот конкурс…»       Постепенно Усаги удавалось доказать Курай, что она чувствует то же самое, что и Усаги, потому что у них всё одно на двоих. Постепенно она приходила к выводу, что Курай всегда была частью её, но тёмная энергия из той сферы оказала на неё такое влияние, что заставило её отделиться и стать злой.       «Зло всегда будет притягивать Гранатовый Кристалл. Это часть его многовековой истории, знаешь ли!» — злилась Курай.       «Но раньше я тебя не чувствовала! Разве ты этого не понимаешь? Именно тёмная энергия заставила тебя отделиться от меня»       «Брехня всё это! Я — это я, хоть и являюсь частью тебя».       «Курай! Ты всё усложняешь. Я верю, что ты можешь любить этот мир и этих людей так же, как и я. Ведь Король Казыхая был нашим отцом, а он был добрым, а не злым правителем».       «Слишком мало было таких правителей в Солнечном Королевстве, поэтому я иду за силой Гранатового Кристалла, как дитя Солнца! Ты же — Лунная Принцесса… Фу, меня тошнит от лунных жителей! Всегда все такие правильные и вежливые…»       «Вот не надо. Жители Солнца что-то никогда не отличались сочувствием и пониманием, насколько я знаю. Злоба, ненависть, ярость… Всё это исходило оттуда».       На это Курай опять было нечего сказать. За то время, что Усаги с ней общается, она увидела мир по-другому, хоть и скрывала это. Ей нравилось, когда Усаги гуляла под дождём, ей нравилось, когда она и Мамору проводили время вместе, ей нравилось просыпаться рядом с ним… С чувствами к девочкам она так и не определилась. А вот со своей симпатией к Сэйе Коу Курай определилась на все 100%! Он ей очень нравился. Эти мысли сбивали Курай с толку, ей начинало казаться, что Усаги права и злоба — это лишь прикрытие тех чувств, которых она боится.

***

      — Минако, ты отлично поработала, думаю, ты готова к финалу, — улыбнулась Усаги.       — Я так нервничаю! — призналась девушка. — Боюсь тебя подвести… Ты столько сил потратила на меня…       — Перестань! — оборвала Усаги её речь. — Ты всего этого добилась сама, своим трудом. Ну и что случится, если ты не победишь? Жизнь на этом не заканчивается. Впереди ты сможешь ещё очень многого достичь!       «Бла-бла-бла… И зачем ты ей это говоришь? Будто она маленький ребёнок…»       «Если у тебя есть предложения получше — я слушаю».       Минако улыбалась, ей была необходима поддержка. Она прекрасно понимала, что у Усаги тоже не сразу всё получалось, что ей тоже пришлось многое пережить. Это поднимало настроение и заставляло идти дальше.       — Может, посидим все вместе в Короне? — предложила Минако.       — Отличная идея! Позвони девочкам, а я пока тут наведу порядок, так как после нас тут ещё будут репетировать.       «Плохая идея! Зачем тебе с ними куда-то идти? Мне и тут хорошо!»       «Ага, тебе некомфортно, когда я с Мамору, а вот мне не нравится, когда ты активизируешься, как только я замечу Сэйю!»       «И что? — пыталась отмахнуться Курай, хотя Усаги всё и так знала. — Нам опять придётся сидеть и слушать их нытьё про парней!»       Минако уже давно вышла, Усаги осталась одна, поэтому спокойно покачала головой. Пусть это не правильно, что она общается со своим врагом (а врагом ли?). Пусть все будут против этого, если она расскажет, чего делать не собиралась. Ну и пусть! Усаги чувствовала, что Курай постепенно меняет свои приоритеты. Постепенно она всё же начинает понимать то же самое, что ей пытается уже так давно втолковать Усаги.       Всем понравилась идея собраться в Короне. Очень было интересно наблюдать за тем, как две подруги — Рей и Мако — пытаются флиртовать с Мотоки, которому, как показалось Усаги, очень даже нравится сложившаяся ситуация. На что ему жаловаться? Две красивые девушки борются за его внимание, чего можно ещё желать? К удивлению всех, сегодня в кафе также заглянула группа «Три звезды». Из-за этого сразу активизировалась Минако, которая пыталась привлечь внимание Ятена.       — Сегодня здесь прям звездное собрание! — пошутил Мотоки, вытирая стаканы за стойкой.       — И не говори! — улыбнулась Усаги. — И давно они сюда ходят?       — Не часто, но бывает. А ты чего такая невесёлая?       — Хочу тебе вынести мозг, — абсолютно спокойно и серьёзно сказала девушка.       — Ого! Вот это заявочки! — всё шутил парень. — И чем я это заслужил?       — Хватит уже использовать Рей и Макото! Они тебе не игрушки, которыми можно попользоваться и выкинуть.       — У меня и в мыслях такого не было! Да и вообще, я уже хотел сказать Мако, что выбираю Рей, но не могу. Также я не могу сказать Рей, что буду с Мако… Они обе мне нравятся.       — Тогда постарайся уже сделать выбор побыстрее, а то на них уже больно смотреть. Всё перепробовали.       — Это точно… Кстати, ты знала, что Мако очень вкусно готовит? — начал рассказывать друг. — Просто пальчики оближешь! Правда меня как-то настораживает тот факт, что она всегда может за себя постоять…       — И что? Я тоже могу. Просто ей пришлось очень тяжело, пришлось самой всему учиться, чтобы защищать себя.       — А что случилось? — сразу заинтересовался Мотоки.       — Об этом пусть она сама тебе расскажет, — обрубила этот разговор Усаги. — А что ты скажешь насчёт Рей?       — Она всегда такая загадочная… Но, мне кажется, что у неё довольно страстная натура. Иногда Рей бывает резкой, молчаливой. Зачастую мне кажется, что со мной не интересно. Тем более я её видел на свидании с другим парнем!       — И что? — опять повторилась Усаги. — С чего это она не должна ходить на другие свидания? Ты её не обязал встречаться только с тобой, поэтому она ищет того, кто ей понравится.       — Поэтому мне нравится Мако! Умная, верная, прекрасная хозяйка, веселая…       — Тогда чего ты ждёшь? — Прервала его Усаги, наталкивая на мысль.       Мотоки удивлённо посмотрел на девушку, явно не понимая, чего она от него хочет и на какую великолепную мысль только что натолкнула.       «Ну вот как?! Как можно быть таким тугодумом?! — возмущалась Курай. — Любой идиот может это понять, если включит мозг!»       «Не возмущайся. Я бы на тебя посмотрела, если бы с тобой было нечто похожее. Ему трудно понять, чего хочется больше: загадочность, вечную борьбу за девушку, чтобы показать как сильно её любит или же спокойствия в отношениях, в которых ему нужно быть просто внимательным и заботливым».       «Поэтому нужно жить в своё удовольствие! Никаких сложностей! Захотел — взял, захотел — выкинул!»       «А через какое время тебе самой захотелось бы этих сложностей? — спокойно спросила Усаги, понимая, что с Курай она делает то же, что и с Мотоки. — Разве ты не устанешь от одиночества, которая сулит такая жизнь?»       Курай вновь замолчала. Усаги радовалась тому, что ей удаётся до неё достучаться. Хотя её крайне пугало то, что вскоре может напасть враг и ей придётся с ним сражаться, а Курай будет в голове…       Усаги спокойно вернулась к девочкам за столик. В последнее время она стала хорошим слушателем и советчиком, так как многочасовые дискуссии с Курай о «добре и зле» давали о себе знать. Тем более, они много говорили о чувствах.       Рей и Макото старались не разговаривать друг с другом о Мотоки, а так вели себя как обычно. Они поняли, что не стоит портить дружбу из-за парня. Минако же не могла усидеть на месте, постоянно бросая взгляд в сторону Ятена. Он тоже иногда посматривал в их сторону, но крайне редко и, как обычно он это делает, пренебрежительно. Настоящим откровением, для Усаги стало то, что Тайки тоже постоянно смотрит в их сторону. И на кого? На Ами! Которая от этого взгляда краснела, но всё же отвечала Тайки своим смущенным взглядом. О Сэйе и говорить ничего не надо было. Усаги знала, что она ему нравится, и он готов ждать, когда они с Мамору расстанутся.       «Ну, разве он стоит нашего внимания?»       «Ты хотя бы заметила, что перестала говорить „моего“ и „твоего“? Ты постоянно говоришь „мы“. Даже сейчас ты говоришь „нашего внимания“. Заметила?»       «Нет… — с большой неохотой призналась Курай. — Нет, я этого не заметила! Довольна?!»       «Ты опять злишься на правду».       Курай замолчала и вообще куда-то пропала. Поначалу Усаги очень злилась, когда начинала спорить с ней. Иногда даже говорила свои мысли вслух, но осекалась, так как рядом никого не было. Теперь же она прекрасно контролирует себя. И, кажется, ей удаётся потихоньку перевоспитывать свою угрюмую половину.       Кажется, личная жизнь обычных жительниц большого мегаполиса налаживается!