Тень

Представь себе, что ты находишься в психдиспансере, да и ещё с клеймом, которое прицепилось к тебе 10 лет назад — «особо сложный пациент». Кроме докторов в белых халатах, кроме кончика собственного носа, кроме белых стен, оббитых в кожзаменитель — я не видел ничего на протяжении всех гребаных десяти лет. А ты только это представил на секунду, и уже тебя передернуло. Самая большая поблажка у меня была раз в год. И то, женщина, нарекающая себя матерью, которая сама меня в дурку и заперла, имела наглость не приходить чертов один раз в 12 месяцев. И то, при разговоре, я, Ким СокДжин, умудрялся матами покрывать это «божье создание». Из-за этой шлюхи мне и начали надевать намордник. Сейчас мне 23, вроде должен быть здоровый мужик, создавать ячейки общества, жизнь строить, идти вверх по карьерной лестнице. Но, чёрт, мне кажется, мой хер высох. И всё из-за препаратов, которые мне дают каждые полтора часа и уколов, которые засаживают мне в задницу по 4-5 раз надень. Я нормального траха и не имел. Да что тут говорить. Вообще не имел. Меня не возбуждают ни местные медсестрички в коротких халатиках, ни злые старухи, которые периодически делают мне уколы. Я так задолбался. Мне даже поговорить не с кем. А нет, есть. Моя палата находится на последнем этаже, как я понял. А понять это мог любой дурак. Единственная вещь, через которую я мог познать мир, мягко говоря, было окно в потолке. На этом «канале» я узнавал прогноз погоды, выучил все фазы луны. А также завёл себе друга в виде холодных лучей месяца. Другом его назвать было сложно. Мы часто бились с ним, а проститутка-медсестра, которая как-то пришла делать мне вечером уколы, сказала, что я псих, когда я показал ей своего собеседника. Да ладно, мы же в психиатрии! Конечно я буду психом! Ибо, если бы я был нормальный, я бы тут не торчал. Моя тень послужила мне отличным другом, врагом, предателем, девушкой. Но было одно «Но». Всеми перечисленными выше — был я. С самого детства я страдал раздвоением личности. Мать, как узнала об этом, сразу в дурдом позвонила. За 10 лет я сменил более ста дурок, более пятиста палат. А использовал я около пятиста тысяч шприцов. Я всё это считал, да. У меня была феноменальная память. Внешность — нормальная, мозги — есть, шиза — тоже есть. Она единственная мне мешала развиваться в этом мире. Но не только моя шиза мешала мне жить, а ещё и мой новый психотерапевт.