First love

      Слова ранят сильнее ударов. Чимин раньше слышал о таком, но не мог в это поверить. Теперь же на личном опыте он убедился, что это действительно так. От ран, нанесённых ударами, можно оправиться спустя некоторое время, от ран, нанесённых словами — никогда. Пак не мог поверить, что всё уже никогда не будет, как прежде. Больше никаких совместных вечеров за пианино или за просмотром фильма, никаких обсуждений прошедших концертов, никаких совместных прогулок по улицам Сеула, никаких поездок на пляж… Всё это исчезнет, испарится, распадётся, как карточный домик, оставшись только в воспоминаниях.       Чимин попытался представить, какой будет его жизнь без Юнги, но не смог этого сделать. Он вдруг осознал, что не сможет так жить. Только не без Юнги. Проживать каждый день, зная, что где-то есть человек, который решил просто вычеркнуть тебя из своей жизни, просто оставить тебя в прошлом, забыть о тебе, которого к тому же ты любишь до безумия… Нет, это было бы слишком больно. Провести жизнь, полную страданий и боли или умереть? Что было бы лучшим выходом из ситуации? Эти вопросы не желали покидать голову Пака ни на секунду, они не желали оставлять его в покое, требуя ответа. Чимин стал раздумывать над вторым вариантом, и в процессе размышлений к нему стала приходить мысль, что второй вариант не так уж и плох. Шуга в любом случае вычеркнет его из жизни, забудет о его существовании, так не всё ли равно, будет Пак жить или нет — для Юнги он ведь всё равно будет мёртвым… в любом случае.       Выбрав смерть, Чимин бы избавил себя от страданий, которые в противном случае преследовали бы его всю оставшуюся жизнь… Все эти размышления в конце концов привели Паку ко второму варианту. Он решил, что так будет лучше для всех. Поднявшись с пола, он направился в ванную комнату. Подойдя к крану, он включил воду и стал ждать, пока она наполнит ванну. Звуки воды заглушали поток его мыслей, среди которых были и попытки уцепиться за жизнь. Но он уже всё для себя решил. Пак начал снимать с себя одежду и обнаружил, что из кармана что-то выскочило и упало на пол. Посмотрев вниз, он увидел фотографию. На снимке были запечатлены Юнги и Чимин. В руках блондина красовалась медаль, полученная за победу на соревнованиях. Внезапно на Пака нахлынули воспоминания… Flashback       Вот и наступил день соревнований. Чимин пришёл в спортзал, чтобы поддержать Шугу. Остальные не отнеслись к этому слишком серьёзно и не пришли, так что Пак был единственным болельщиком за команду Юнги. Перед началом матча он подошёл к Мину:       — Привет, хён! Желаю удачной игры!       — Привет, Чимин! Спасибо! Я постараюсь победить! <...>       Во время матча Пак попытался перекричать других болельщиков. Он набрал как можно больше воздуха в лёгкие и прокричал: «МИИИН ЮЮНГИИ». Шуга замер на месте, услышав этот крик. Он почувствовал поддержку, исходящую от донсэна, и у него потеплело в груди. <….>       Команда Юнги победила. После окончания матча Чимин подошёл к Шуге и поздравил его с победой. Заметив в руке хёна медаль, он потянулся к ней:        — Какая красивая! Можно посмотреть?        — Конечно, Чимин-и, она ведь отчасти и твоя. Если бы не твоя поддержка, у меня бы ничего не вышло. The end of flashback       Воспоминания… то, что одновременно вызывает радость и причиняет боль… Опасное оружие, которое имеется у каждого… Чимин почувствовал, как у него закололо в груди. Он наклонился, чтобы поднять упавший предмет, как вдруг из кармана выпало что-то ещё. Зажигалка… Чимин никогда не курил, но вот Шуга да. Эта зажигалка принадлежала ему, пока Пак не убедил его избавиться от этой привычки. Мин оставил донсэну зажигалку в память о том, что это именно он помог ему выбраться из плена сигаретного дыма, не дал ему угаснуть, отдав себя в руки неизбежной, медленно надвигавшейся смерти. И снова эти проклятые воспоминания… У Пака защипало в носу. Заметив, что вода уже заполнила ванну, Чимин подошёл к крану и повернул его. Последние упавшие из крана капли унеслись на дно, как и остатки его сомнений. Сняв с себя одежду, Пак забрался в ванну и погрузился в тёплую воду. Взяв в одну руку фотографию, он поднёс к ней зажигалку и стал наблюдать за тем, как языки пламени превращают его воспоминания в пепел.       Когда огонь приблизился к его пальцам, он отбросил то, что уже переставало быть фотографией, на пол. После этого он стал медленно погружаться под воду. Чимин почувствовал, как вода заполняет дыхательные пути, вызывая мучительное ощущение горения и разрывания в грудной клетке. От нехватки кислорода он начал терять сознание. После этого он погрузился во тьму, не чувствуя ни страха, ни боли, ни страданий — ничего… Впереди была лишь пустота…