Diamonds. Fire.
12 ноября 2017 г., 00:11
С того дня демон стал словно сиять от счастья. Всё чаще и чаще он заваливал меня цветами и лез целоваться, крепко обнимая каждое свободное мгновение. Да и у меня в душе стало легко. Ну… Почти…
За всё время, что мы общаемся, я не подарил императору ровным счётом ничего. Даже до моей девственной задницы он пока не дорвался, продлевая конфетно-букетный период уже до месяца. Я, конечно, не хочу его торопить и мне приятно смотреть на его улыбку, когда он чмокает меня в щёки, но, мать моя дракониха, запираться и подрачивать в душе мне уже надоедает.
Поэтому этим вечером я решил устроить своему личному богу маленький сюрприз.
Для каждого из четырёх принцев существует отдельная ячейка под денежки. Личные расходы, все дела… Спасибо отцам, что позаботились об этом. Так вот, в отличие от своих братьев, я её не растрачиваю на всякую фигню вроде нового меча, брони и ещё какой-нибудь бесполезной дряни. Поэтому за эти годы там набежала приличная сумма, которую я собираюсь сегодня немножко уменьшить.
Файр должен был сегодня вернуться в Ад, что-то там утрясти. После его заявления, мои родители, мягко говоря, были в шоке. Да и все остальные тоже. Эриуса я с того дня вижу крайне редко, находя его только далеко от замка, зарытым в кучи книг. От Амора и Харона он тоже отдалился, с головой уходя в написанные на бумаге строчки.
Так вот, пока моего императора не будет, я сбегаю в ювелирный. Ну правда, у меня уже в шкатулке места не хватает под все цацки, которыми задаривает меня Файр. Пора что-то дать в ответ.
Утром я оставил на его лбу поцелуй, пока он спал, а затем ретировался из комнаты, оставив на своей подушке записку. Выбирать мне придётся подарок ох как долго…
***
Я ходил по ювелирному и не знал, что вообще может подойти демону. Цепочки он не носит, колец я тоже не видел. Украшения на рога? Тогда надо делать это на заказ. Продавцы с сочувствием смотрели на меня, когда я битые три часа старался хоть что-то придумать. В Этернитейле есть самый крупный ювелирный. Вот в нём я сейчас и нахожусь. Тут есть всё вплоть до колец в… не буду говорить, куда именно. Суть ясна. Я уже в отчаянии перехожу в очередной отдел с блестяшками, усталым взглядом окидывая украшения. Ужас какой-то… Прохожу мимо одного поворота, приподнимаю брови, когда вижу чёрный деревянный манекен в полный человеческий рост. А там… — Извините! — выкрикиваю я в сторону, где в последний раз видел консультанта. — Я хочу купить это.***
Я краснею, разглядывая себя в зеркале. Накидываю на плечи короткий халатик из шёлка кофейного цвета, зашториваю окно, а затем прерывисто втягиваю в лёгкие кислород. Волосы я заплетаю в две широкие косы, оставляю их лежать на плечах, чуть распушивая плетение. Из коридора слышатся шаги, затем лёгкий стук в дверь. Я шмыгаю под одеяло, накрываясь им по пояс, холодными пальцами поправляю всё, прикрываю глаза. — Да, войдите, — дрожащим голосом произношу я. В комнату заходит Файр, плотно закрывая за собой дверь и поворачивая ключ в замке. В одной его руке находится флакончик с какой-то жидкостью, которая переливается голубым цветом. — Здравствуй, любовь моя, — император скидывает с плеч плащ, оставляя его висеть на спинке стула около кровати. — Как ты относишься к духам? — он упирается одним коленом о матрац, протягивает мне флакончик. — К духам? — переспрашиваю я, заглядывая в пылающие огнём глаза. — Да, я просто решил, что тебе они понравятся, — он открывает колпачок, заставляя по воздуху распространяться запах роз и лаванды. — Так как тебе? Я натягиваю на лицо улыбку, отставляю пузырёк на тумбочку, забирая его из горячих рук, обвиваю шею демона, прикрывая ресницы. — Мне они нравятся, — тяну его на себя, осторожно касаюсь его губ своими. Он отвечает на поцелуй, непроизвольно мурлыча от каждого движения. — Я тут подумал… Ты мне даришь подарки, а я тебе так ничего не дарил… — Для меня то, что ты есть — уже подарок, — Файр обнимает меня, трётся щекой о мою щёку. — Мне ничего не нужно, кроме твоих поцелуев, мой принц. — А я всё равно подарю, — толкаю его в грудь, меняя нас местами. Он с интересом наблюдает за тем, как я встаю с постели, откидывая одеяло в сторону. В свете свечей множество граней драгоценных камней отсвечивают радужными всплесками, я краснею до самых кончиков ушей. Пояс на халате развязывается моими непослушными пальцами, я замечаю, что соплю, проделывая все эти глупые махинации. Но ладно, главное — удивить императора. Шёлковая ткань падает на пол, горящие глаза бродят по моему телу, пожирая взглядом. На моей шее висит цепочка из белого золота и крупных бриллиантов, переходя линией дальше и оплетая ещё и мои плечи; она уходит ниже, спускаясь по моей груди и разветвляясь под рёбрами. При малейшем движении драгоценности блестят, в некоторых местах ещё и позвякивая цепочкой. От плеч цепь идёт ниже, соединяясь и разветвляясь, проходя по предплечьям и спускаясь вплоть до указательных пальцев на ладонях; по линии пресса она спускается дальше, соединяясь на тазовых косточках, а от них уходя на бёдра и заканчиваясь аж у больших пальцев моих ног. Демон совсем не моргает, скользя взором по мне так, что становится жарко. — Верус… — он поднимает взгляд выше, тяжело сглатывает. Я теряю уверенность окончательно, кусаю губы. — Тебе не нравится? — завожу руки за спину, цепляюсь пальцами за идущую вдоль позвоночника цепочку, поглаживая крупные бриллианты. — Мне всё нравится, — всего одна секунда, а всё вокруг будто стало полыхать огнём. Огромные огненные крылья за алой спиной разгоняли полумрак вокруг. Я чувствовал под своей головой мягкую подушку, а затем и осторожные прикосновения горячих рук к своей шее. — Ты где такое вообще достал? — он шепчет это хриплым голосом, проводя губами по моему виску. — Секрет, — смеюсь, ощущая лёгкую щекотку от ласковых касаний. — Тебе правда нравится? — беру его лицо в свои ладони, провожу пальцами по его щекам, поглаживая их. — Я без ума от тебя, Верус, — он прикрывает ресницы, сладко целует меня, осторожно проталкиваясь языком в мой рот. Я тихо постанываю, чувствуя, как кожистый хвост обвивается вокруг моего бедра, задевая бриллианты. — Люблю тебя… Люблю, мой хороший, — выдыхает он, припадая устами к моей коже. — И я тебя люблю, — смазано провожу губами по его лбу, улыбаюсь. — Сегодня я буду твоим подарком, — шепчу в его макушку, пока он оставляет влажные следы на моей груди. Горящие крылья расправляются, демон упирается взором в мои глаза, я чуть прикрываю их. Свечи плавятся, растекаясь воском по подсвечникам, я выгибаюсь, когда язык Файра ведёт линию вниз по цепочке, задевая мой живот. Хвост поднимается по моему бедру, я раздвигаю ноги, позволяя ему поглаживать меня. — Верус, у меня когти длинные, — хрипло произносит император, оставляя алый цвет на моей коже. Я киваю, улыбаюсь, зарываясь пальцами в его волосы. — Я сам всё сделаю, если хочешь, — подставляюсь под его губы, напрашиваясь на ласку. — Нет. Ты сам сказал, что сегодня ты мой, — чуть рычит он, напоминая голодного, но довольного хищника. Хвост надавливает на моё колечко мышц, чуть раздвигая его. Я упираюсь ладонями в плечи Файра, запрокидываю голову назад и приоткрываю рот в сдавленном стоне. У меня жжется висок, выводя переливающиеся голубовато-розовые светящиеся узоры. — Как же я счастлив, что у меня есть ты… Я кусаю губы, когда хвост проталкивается чуть глубже. Уста всё ниже и ниже спускаются по моему телу, следуя за россыпью бриллиантов. И, как только хвост из меня пропал, началось настоящее сумасшествие… Файр был нежным, до ужаса ненасытным и совершенно сводящим меня с ума. Его пальцы оттягивали драгоценность, цепляясь за неё, наши языки и губы сплетались всё чаще и чаще, рассоединяясь лишь для громких вдохов между стонами. Я даже не помнил, как оказался сверху на демоне, когда его крылья сжигали светлые смятые простыни, а от меня по потолку ползли морозные узоры. Моя шея терзалась кусачими поцелуями, затылок страдал от нетерпеливых чересчур несдержанных поглаживаний. Даже мои косы расплелись под постоянными прикосновениями демона. Серебряные пряди неровными волнами спадали по моим плечам, заходя ещё и за спину, иногда цепляясь за сплетения цепочки. И имя… Файр постоянно шептал моё имя, даже тогда, когда я старался занять его рот более важными делами — горячими ласками. Его огонь будто горел внутри меня, с каждым толчком воспламеняя меня изнутри. Я хватался за всё: за подушки, за простыни, за горячие плечи и за нагретые твёрдые рога на светлой макушке. Руки императора бродили по моему телу, изучая каждый изгиб и сжимая мою плоть, стараясь почувствовать всё сильнее. И так хорошо было… От простого осознания того, что мы стали одним целым, меня прошибало насквозь волнами удовольствия. Что уж говорить о том, что со мной вытворял демон. Я целовал его, забываясь совсем. Алые пальцы переместились на мой подбородок, придерживая за него и лаская. Я же зарывался в волосы на его затылке, оттягивая за них назад. Огонь его глаз горел всё сильнее и сильнее, а я чувствовал себя бабочкой, нанизанной на иглу. Но, в отличие от той же бабочки, я был счастлив настолько, что перед глазами стоял туман и я не желал видеть ничего, кроме любимого бога напротив… Не желал чувствовать больше ничего, кроме его нежных ласк и сладких касаний губ к своей коже. И когда он шептал вновь слова любви, я не выдержал, пачкая своим семенем его живот и сжимая в своих ладонях скулы до побеления алой кожи. Вокруг моей талии обвились его руки, прижимая крепче к себе, а мои губы были накрыты его губами. И внутри стало так горячо-горячо… Демон тяжело дышал и стонал, сминая мои уста. Я почувствовал, как обожгло всё моё тело, появился яркий свет, перекрывающий даже сияние огненных крыльев. Я вскрикнул, когда волна прошлась по моему телу, разнося витиеватые узоры и закрепляя их на коже. Потолок покрылся льдом, я был стиснут крепче, мои глаза будто стали светилами, озаряя всё вокруг голубым светом. А затем… Я почувствовал легкую прохладу. Ледяные и снежные перья посыпались на смятое одеяло. Файр смотрел на меня усталым довольным взглядом, выцеловывая моё тело, а меж моих лопаток будто инеем посыпали. Я обернулся, глядя мутными глазами на пышные синие перья с белым пушком, положил голову на плечо своего любимого и свёл брови на переносице. — И что это такое? — спрашиваю у демона я, прикрыв глаза и тряхнув крыльями. — Это… — он замялся, осторожно гладя мою поясницу. — Высшая форма магии? — послышался его голос. — Хорошо. Но почему крылья? — кусаю свои припухлые губы. — Потому что, — смеётся Файр. — Я сам не знаю… — шепчет он. — Родители меня точно по головке не погладят, — тяжело вздыхаю, скашивая взгляд в бок. — Ну, во-первых, теперь тебя могу гладить только я, — мурлыкнул император. — А во-вторых, крылья можно убрать, мой милый Верус. Стоит просто пожелать…***
Я, накинув на бедра полотенце, разглядывал себя в широком зеркале. Крылья и правда получились огромными. Я вырываю одно перышко, разглядываю узоры на нём. Файр обнимает меня, улыбается, смотря светящимися глазами на моё отражение. Росписи на моём теле мерцают переливами нежно-розового и небесно-голубого цвета. — Ты точно меня на тот свет сведёшь, — закатываю глаза, пытаясь сложить крылышки вместе. — Вот что я теперь делать буду? — Любить меня, — смеётся бог, целуя меня в щёку. — Я же как-то живу. — Ты ещё скажи, что у меня потом рога и хвост отрастут, — надуваю губы, хватая шаловливый хвостик демона, что уже поглаживал моё бедро. — А вдруг отрастут? — шепчет он, рассматривая меня. — Убьёшь меня за это? — Ага, в снегу утоплю, — щелкаю его по носу, втягиваю в лёгкие кислород. — Будешь шипеть там и паром всё заполнять вокруг себя. — Мне уже страшно, — мурлычет Файр, касаясь моего острого уха губами. — Мой возлюбленный — самый опасный эльф в этом мире. Просто посмотрите, — он мягко улыбается, заглядывая в мои глаза. — Хотя, ты уже потихоньку переходишь в разряд ангелов, мой любимый Верус. — Я думал, что ангелами рождаются, — свожу брови на переносице. — А ты и родился моим милым ангелочком. На самом деле, ангелами становятся. Хотя, — он окидывает меня взглядом ещё раз. — Ты, скорее всего, будешь богом, мой принц. Я постараюсь сделать тебя равным мне, — император стискивает меня в объятиях, качает из стороны в сторону. — Будешь самым прекрасным во всех мирах. — И богом чего же я могу быть? — закатываю глаза. — У меня и так много проблем. Я ведь, в конце концов, уже являюсь принцем. — Но-но, — демон прислоняет палец к моим губам. — Ты — жених императора Фламмешта. Ты уже не принц Этернитейла, а принц части Ада. — А теперь так же уверенно скажи об этом моему отцу и постарайся уйти от него без сосульки в черепе, — смеюсь я, отходя от зеркала и выпутываясь из рук любимого. — Это практически невозможно, — фыркает Файр, опускаясь на новые простыни. — Виктор слишком сильно недолюбливает меня. Сначала я смотрел, по его мнению, как-то не так на Юри, а теперь ещё и сына из семьи увожу. — Демон закидывает ногу на ногу и опирается руками о матрац за своей спиной. — Я ж отсюда вообще живым не выберусь. — Да ладно тебе, — толкаю его в грудь, падая сверху и неловко взмахивая крыльями. — Всё будет хорошо. — Я на это надеюсь, — кивает демон. Я жую нижнюю губу, прищуриваюсь. — А у ангелов есть город? Просто у демонов ведь целая страна. — Насколько я знаю, страны для них нет, — пожимает плечами Файр, поправляя мои крылышки. — А что? — Я создам тогда пристанище для них, — целую своего любимого в алый кончик носа, прикрываю глаза. — Тогда они не будут разбросаны по всему свету. Император закатывает глаза, с усмешкой смотрит на меня, а затем тянет ближе, чтобы сладко-сладко поцеловать.
