Не гоните, пожалуйста

POV Маус Сразу было видно, что я и те, кто стоял по обе стороны от меня - Женя, Маша, опешили. Ниженко знает Женю? И... когда он последний раз так себя вёл? Кому он так нежно целовал руки последний раз? И вообще было ли такое? Во мне билось что-то противоречивое: вроде бы ничего такого ещё не произошло, да и Антон нежно так с ней обходится, а в другом... меня душила ревность. Сейчас Женя просто спит и ощущает все его прикосновения, а когда проснётся, Ниженко станет её "принцем". Стоп. Мне очень интересно, какого это чёрта они знакомы? Стоп! Лина же говорила... Значит то, что они познакомились в поезде - правда. Ладно, допустим, но Лина же ничего не говорила про дальнейшее развитие отношений. Она и сама не... Блять. Сколько я всего ещё не знаю. Вдруг я почувствовал лёгкий толчок со спины, заставивший меня резко обернуться, а потом и отпрыгнуть в сторону, чуть не сбив с ног Милько, в палату вбежала Лина. Она жёстко запыхалась, но всё же пыталась что-то сказать; что-то, сопровождаемое злобной гримасой на лице. Но её задыхания длились недолго: ещё секунда, и девушка налетела на Тошу с криками. - Да как ты мог! - Что я сделал? - Ниженко феерично приподнял одну бровь, оглядывая Лину. - Я вас вообще, девушка, не знаю. - Зато её ты знаешь! - Ангелина указала пальцем на Женю. - Прекрасно знаешь! Ты вообще понимаешь, что ты сделал?! - Да что я сделал? - Как ты мог её трахнуть?! От этих слов мои брови стремительно поползли на лоб. Мильковский, стоявший в стороне, в растерянности посмотрел на Машу, а она на него. Я и не знал, что сказать и чему был удивлён: то ли тому, что Тошик СПАЛ с Женей, то ли то, что ТОШИК спал с Женей. И вообще, почему этот малолетний придурок не приехал раньше? Тогда бы я раньше узнал это всё, раньше забил или, в лучшем случае, не привязывался бы так к девушке вообще. А сейчас что мне делать? Ведь появился Антон, а если они знакомы, это раз, и если уже "спали вместе" - два, то надеяться мне больше не на что. Но Ниженко её не достоин! - А ты кто вообще? - после нескольких минут молчания заговорил барабанщик, глубоко заглянув в глаза Лине. - А? - Тебе это пока знать не надо, - Ангелина говорила уже более спокойно. - Зато мне очень важно, что было у вас с Женей тогда, в поезде? - Хм, пока знать не надо. Просвети меня сейчас, чтобы облегчить себе ситуацию потом. Как зовут? - с нотой наглости в голосе ответил Ниженко. Его усталость ещё усиливала эффект измученности, от чего барабанщик часто зевал. Его зрачки были сужены, из окна прямо на него светило солнце. - Ну, не томи. - Что? Ты ещё мне так нагло отвечаешь? - снова вскрикнула Лина. Её моментами писклявый голос, из-за крика, ударил по ушам. Мало того, что и так от новостей кошки скребут на душе, она ещё и кричит. В голове конкретная каша. Потихоньку начинают забываться все моменты, которые так долго тянулись сегодня. Я погружаюсь в какой-то транс, где есть только я и моё осознание сказанного и сделанного сегодня, и где неподалеку слышится словесная перепалка Лины и Тоши, где-то сбоку шёпот Маши и Жени. Вдруг кто-то начинает пихать меня в бок, отчего дымка, окутавшая меня до этого, начинает рассеиваться. Но, не разойдясь и наполовину, снова затмевает глаза. Я трясу головой, чтобы выйти в мир. Поворачиваясь, гляжу на Милько. Он молча кивает в сторону Жени. Я смотрю туда: Тошик и Лина застыли в одной позе; Женя поднялась с кровати.