Не гоните, пожалуйста

POV Женя Я проснулась в обнимку с теплым одеялом и какой-то плюшевой игрушкой. В воздухе витал запах блинчиков со сгущенкой и мятного чая. Из окна, назойливое солнце щипало глаза. Прохладно. Какого черта оставили окно открытым? По утрам ужасно холодно! Я привстала и потянулась; прохлада обдала все тело, вызвав роту резвых мурашек. Где-то за стенкой слышались голоса. Я прислушалась. Дверь в комнату распахнулась. - О! Проснулась, - улыбнулся вошедший Тоша. На нем были белые боксеры, подтянутые разноцветным шнурком. Его оголенный торс немного вывел из строя мой сонный разум. - Если хочешь, можешь еще валяться. Я только джинсы возьму и уйду. - Не-е-т, - я протяжно зевнула. - Я уже встаю. - Тогда, доброе утро. Тоша накинул на плечо джинсы и подмигнул мне. Его красные волосы, обдаваемые лучами утреннего солнца, казались сейчас какими-то, цвета раскаленной лавы, придавая их обладателю, особый шарм. Я заметила на затылке парня какое-то небольшое изображение. - А что значит твое тату? - Я тебе потом расскажу, хорошо? - улыбнулся барабанщик. - Только ты никому не рассказывай, это тайна. И вообще, пошли кушать, завтрак давно готов. Я приподнялась с кровати и тут же закрылась одеялом. Одновременно с Тошей, обнаружив, что нахожусь всего в одной, слегка прикрывающей бедра, футболке. - Мне выйти? Я кивнула, наградив парня довольной улыбкой. Когда он ушел, я окинула комнату взглядом, пытаясь найти свои вещи. На стуле, заваленном кучей прочих вещей, аккуратно были сложены мои. Мне кажется, что здесь была Лина, ведь так складывает вещи только она. Уже через пять минут, идя на голос, я нашла кухню. За небольшим столом, ютясь, сидели все участники группы Нервы и Лина. - Доброе утро, - добродушно поздоровался Влад. - Будешь кофе? - Нет, она не будет, - нахмурившись, поднял голову Дима. Его заплывшие глаза и темные мешки под ними говорили о бессонной и трудной ночи. Мне даже стало жаль мышку. Похоже, ему даже эти слова дались трудно. - Ей нельзя. - Папочка сказал? - усмехнулся Тоша. - Врач. Наступила тишина. Лишь Женя, постукивая ложкой по стенкам кружки, размешивая сахар, нарушал ее. Ему, кажется, тоже ночью не спалось. Парень так низко склонил голову над горячим кофе, что, вроде бы, даже сейчас досыпал пропущенные часы. А рука сама, как по магии, делала свое дело. - Что сегодня делать будем? - бодро, единственный, спросил Влад. - Не-е-ет, - жалобно простонал Дима, откинувшись на спинку стула. - Я буду спать. - Так надо было это ночью делать, а не нажираться, как свинья! - ответил барабанщик. - И, кстати, какого, скажи мне, хера, ты ни с того, ни с сего, вчера вечером ложно обвинил меня и обсыпал меня тонной незаслуженных матов? Снова тишина. Она режет уши, одновременно успокаивая. Но, черт, ненавижу ее за то, что она заставляет думать. Долго и о наболевшем. Мне не хочется молчать, иначе я, того гляди, сойду с ума. Но никто не проронил ни слова за прошедшие пять минут. Женя громко хмыкнул, обратившись к Тоше: - Мне сегодня звонила Маша. Она сказала, что у меня сексуальный друг, и мы расстаемся. - Надеюсь, хоть ты не накинешься на меня, - Антон театрально развел руками. - Нет, обойдешься. С ней я сам разберусь, а ты мучайся совестью, - ответил Женя лицом взрослого человека. - Отлично. Я буду очень рад, если ты наконец бросишь эту шлюху, - Тоша говорил совершенно спокойно. Его черты лица были расслаблены. Слова выходили медленно, но четко. - Не смей так говорить, - членораздельно ответил Женя. В его глазах читалась неприкрытая ненависть. Но, кажется... Я вижу еще и отчаяние. - Понял? - Да какого хера, ты не понимаешь, что эта наркоманка тебя убьет нахуй?! Женя, очнись! Кажется, что заботился о лучшем друге в данный момент только Антон. Он отчаянно пытался доказать Мильковскому, что к ни к чему хорошему это не приведет, в то время, когда все молчали.