Chapter 2
10 января 2017 г., 14:18
I am struck by my own rage. Меня сражает мой собственный гнев. Time bomb in his palm, a finger apple, В его руке бомба замедленного действия — сенсорный Эппл, Augments this advanced shackling Который еще больше утяжеляет мои оковы. © Tori Amos «Fast Horse»
Когда Реджина вернулась домой и увидела, что Генри сам пообедал и выполнил домашнюю работу, принялась расхаживать по комнатам, перекладывая вещи с места на место. Несмотря на то, что еще несколько часов назад она чувствовала, что находится на грани истощения, сесть и отдохнуть не могла, поскольку ощущала себя загнанным в клетку зверем. Переодевшись в черный свитер и спортивные леггинсы, женщина отправилась в гараж. После ночного просмотра видео по Тай-Бо(1), Миллс приобрела себе спортивный набор и использовала его каждый раз, когда чувствовала, как внутри нарастает гнев. Она умело обмотала кумпуром (2) ладони и запястья, а затем сделала легкую разминку, откинув голову назад и вытянув руки высоко вверх. Несколько раз выгнула спину и попрыгала с ноги на ногу. Лампочка в гараже раскачивалась из стороны в сторону, отбрасывая длинные причудливые тени в маленьком помещении. Реджина надела перчатки и нанесла мягкий удар. Для начала. Затем сильнее и сильнее: джеб, кросс, хук, апперкот(3). Удар справа: низкий, выше, еще выше. Затем сменила сторону и повторила удары. Ритм успокаивал разум, особенно, когда она слышала громкие столкновения перчаток и ног с боксерской грушей. Миллс сосредоточилась на ударах, нанося их с новой силой, пока не заболели плечи. Пот скользил мелкими капельками по телу, и женщина ненадолго замерла, пока не ощутила, что глаза заволокло пеленой, а горячие слезы сорвались из-под ресниц и покатились по щекам. Она, наконец, начала успокаиваться, обнимая грушу и прижимая разгоряченное лицо к холодной коже. Несколько долгих мгновений мэр не двигалась с места, пока дыхание не выровнялось, а частота сердечных сокращений пришла в норму. Она уже знала, что утром будут болеть все мышцы. Признак того, что она сопротивлялась — чувство удовлетворения пробежало сквозь вены. Может быть, теперь она сможет спокойно спать. Теплая душевая вода мягкими струями стекала вниз по загорелому телу, принимая успокаивающий эффект. Реджина расслабленно намыливала кожу, вдыхая сладкий запах. Ее руки прошлись по груди, — после тренировки все тело стало чувствительным, — затем кончики пальцев осторожно погладили сверху-вниз, а после опустились на бедра, массируя напряженные мышцы. Из душа женщина вышла расслабленной и с приятной тяжестью в теле. Она легла в постель обнаженной и влажной, не имея сил ни вытереться, ни одеться. А засыпала с нежными мыслями о своих лошадях. Внезапно она оказалась верхом на своем величественном коне, проезжая по мосту, под которым протекала лава. Сначала Реджина ощущала свободу, но когда ландшафт на пастбище начал смещаться, она запаниковала, хватаясь за гриву Афина. Женщина потянула, чтобы остановить коня, и выкрикнула команду, но животное только ускорило свой бег. Земля двигалась неумолимо быстро, но для Миллс все было словно в замедленном ритме. Что бы она ни делала, остановить лошадь было невозможно. Быстрый бег против ветра воровал дыхание из ее легких, заставляя задыхаться. И в момент, когда женщина уже была уверена, что сейчас упадет, рядом появился второй конь. Эмма протянула ей руку. Реджина приняла ее без колебаний, в один момент оказываясь в безопасности. Ее глаза расширились в страхе, когда Афин стал превращаться в чисто-белого, крылатого единорога, что взмыл в небо. Свон опустила брюнетку на землю посреди травянистого луга, усыпанного голубыми колокольчиками и звездочками. Ноги Афина продолжали двигаться, даже когда он поднялся высоко в воздух, туда, где растянулась яркая радуга. Реджина лежала на спине рядом с Эммой. Она чувствовала себя в безопасности и под защитой. Они держались за руки, лениво греясь на теплом солнце. Вокруг парила стая нежно-голубых бабочек… Миллс проснулась, задыхаясь от возбуждения. Она откинула горячее одеяло и посмотрела на свое тело — затвердевшие соски и двигающиеся, словно по своему желанию, бедра. Достаточно. Женщина чувствовала себя абсолютно не важно. Она сжала бедра вместе, с отвращением ощущая предательскую влагу между ними.***
Каждый следующий день, казалось, становился все хуже и хуже. Сны продолжались, и каждый из них был еще боле нелепее и фантастичнее предыдущего. И в каждом из этих гребанных снов присутствовала Свон: спасала ее, помогала, поддерживала. Все они были до жути неприличными. Каждое утро Реджина просыпалась, ощущая, как ее тело горит от желания. Однажды она даже проснулась, лежа на животе и потираясь о руку, которая была плотно зажата между ног. Эти сны пора прекратить. По крайней мере, разобраться в них — первая необходимость.***
Миллс забрела в офис доктора Хоппера, выстукивая каблуками по полу. Прижимая к груди пальто, она осмотрелась вокруг небольшого пространства, внешне оставаясь абсолютно спокойной. — Мэр Миллс, я предполагаю, вы здесь, чтобы обсудить прогресс Генри? — Арчи встретил ее с теплотой, не смотря на холодный взгляд, которым королева окинула мужчину с ног до головы. — Не сегодня, доктор Хоппер. У вас найдется несколько минуток? — раскачиваясь на пятках, спросила Реджина. Она спросила спокойным тоном, но ее сердце и разум бились в истерике. Женщина не была уверена, что посетить этого врача в роли пациента, хороший вариант. Делиться личными мыслями было последнее, чего она желала, поскольку никогда не делала этого ранее. В течение многих лет доктор Хоппер пытался найти возможность, чтобы проанализировать Реджину Миллс, однако он никогда не думал, что она ступит на порог его кабинета, если это не будет касаться ее сына. Женщина была увлекательной и сложной, но теперь, когда она сидела на краю его дивана, мужчина чувствовал себя неловко. Миллс сидела с прямой осанкой, аккуратно расположив на коленях руки. Не важно, какой ее видел Арчи в данный момент, потому что сама мэр ощущала себя развалиной. — О чем вы хотели поговорить? — задал, буквально бьющийся в голове вопрос доктор. Он готовился к чему-то немыслимому. — У меня были сны… И, я надеюсь, что вы сможете мне помочь понять, что они означают, — тихо начала Реджина. — А как вы сами думаете, что значат эти сны? — Мне кажется, что Мисс Свон собирается отобрать у меня Генри. Он вам ничего такого не говорил..? — Нет. Что ж, Реджина, почему бы вам не начать с самого начала и описать ваши сны, — Арчи натянул обратно очки, оставляя их на кончике носа, и потер ладони, готовый слушать.***
— … И Эмма была одета, словно пчеловод. А я погрузила свой яблочный клинок в ее горшок с медом, а затем размазала этот мед по всей ее… — Ладно… Умф. Я… Я думаю, что этого достаточно. Ну, я могу помочь вам, — Арчи аж вспотел, вытянув ноги, раскачиваясь взад-вперед и подперев подбородок кулаком. После того, как Реджина рассказала ему о своем сне про космическое пространство, где она луна, а Свон астронавт, изучающий ее лунные кратеры, он даже ослабил галстук и бросил взгляд на графин виски, стоящий на полке. — У меня есть книга, которую я хотел бы дать вам почитать… Так, — Арчи порылся на книжной полке, пока не выудил «Толкование сновидений» от Зигмунда Фрейда, вот, возьмите ее. Мужчина передал книгу мэру и осторожно принялся подталкивать ее к выходу из кабинета. — Подождите, вы думаете, что это связано с Генри? — Нет! Нет… Абсолютно ничего общего с Генри. Реджина, вы не говорили с Мисс Свон? — Нет, — фыркнула Миллс. — Да и как это может помочь? Арчи устало вздохнул. — Читайте книгу и позвоните мне утром. (1) Тай-бо — одна из фитнес-систем, в которых слиты воедино западный и восточный подходы к оздоровлению организма. (2) Боксерский бинт или Кумпур — полоса ткани, которую боксеры и представители других спортивных единоборств используют для того, чтобы предотвратить травмы запястья, кулака и пальцев. (3) Джеб — удар прямо. Кросс — фронтальный удар. Хук — боковой удар. Апперкот — нижний удар.
