Лесовик

      Прилетели мы вечером. Город с высоты смотрелся потрясающе. Миллионы огней горели и перемигивались, они были внизу и вверху, везде, куда бы я ни смотрел. Город старался занимать как можно меньше места. Здесь жили миллионы людей. Здания возносились на больше, чем сотню этажей вверх и на пару десятков вгрызались вниз под землю. Дядя пролетел лишний круг над городом, дав мне вдоволь налюбоваться этим зрелищем.       Дядя владел магазином в одном из зданий на окраине города. На его крышу мы и сели. Как только мы все вытащили из машины, пол рядом с ней плавно разошелся, и специальная платформа утащила нашего железного коня в специальное хранилище. Дом был высотой в сто три наземных этажа. Наша квартира находилась на пятьдесят втором. Обойдя ее, я очень порадовался, почувствовав себя здесь очень уютно и комфортно. Большая кухня с современной обстановкой, гостиная с камином, четыре больших комнаты, две ванны. Все было в теплых тонах, с небольшим количеством мебели. Мне выделили сразу две комнаты, объединенные широкими дверьми и общей ванной. Мою природу лесовика никуда не денешь и мне нужно много зелени вокруг, иначе магия может начать выходить из-под контроля. С собой я уже привез довольно много отростков дикоросов и домашних растений. Дядя, видя мое невменяемое состояние, не стал ничего рассказывать, проводил меня в комнату, где я сразу лег в кровать и заснул.       Утро нового дня я встретил с улыбкой. Мне было хорошо, казалось, что впереди меня ждет что-то замечательное. Вскочив с кровати и быстро умывшись, я понесся на кухню. На часах было пять утра. Мне хватило всего четырех часов, чтобы выспаться. Из леса мы привезли очень много различных продуктов, которые я разобрал, пока готовил завтрак. На вкусный запах блинчиков и яичницы пришел дядя.       — Что-то ты рано. — стирая сон, проговорил он.       — Мне надо много всего сделать, вот и не спится. — не оборачиваясь и пританцовывая, проговорил я.       — Ладно. В квартире делай что хочешь. Я здесь появляюсь, в основном, только чтобы поесть и поспать. Ты за нее назначаешься ответственным. Уборка, стирка, готовка и так далее — это все на тебе, как договаривались с родителями.       — Угу. — уже менее радостно промычал я, но потом подумал, что и дома это было моими обязанностями, зато здесь мама не будет стоять над душой и контролировать выполнение, да и для двоих надо меньше, чем для всей семьи. Эти размышления вернули опять мое настроение к отметке отлично.       — Тебе день на распаковку вещей и обустройство. Пока не начнется учеба будешь помогать мне в магазине, потом уже по мере сил и времени. Хорошо?       — Агфа. Уу. — закивал я головой, активно пережевывая сразу три блина. Дядя попытался серьезно всмотреться мне в глаза, а потом просто расплылся в улыбке. Видимо картина хомячка с раздутыми щеками, пытающегося переживать что запихал, его развеселила.       Вещи свои я распаковал быстро, но вот высадка растений в специальные, горшки, кашпо и ящики заняла весь день. Только к вечеру, окончательно умаявшись, я выполз на кухню, приготовил ужин, обед мы пропустили, и опять без сил лег спать.       Проснулся я опять очень рано. Уже сосредоточенный, спокойный и уверенный в себе приготовил сразу на весь день еду. Позавтракав вместе с дядей, который ворчал на раннюю побудку, перешел к знакомству со своими новыми обязанностями в магазине. Магазин находился под нашей квартирой на пятьдесят первом этаже, где как раз проходил мост, соединяющий наш дом с соседним. Такое расположение было очень удобно для покупателей, и они у нас никогда не переводились. Продавали тут в основном продукты и немного товаров для дома и сада, так как продукция из леса занимала значительную часть товаров. И лесовикам деньги, и дядя в плюсе, такое в городе редко где можно найти. Из квартиры сразу вниз вела лестница, что было очень удобно. Магазин был такого же размера как квартира и разделялся на ровные две части зал и склад. Пока дядя мне все показал и рассказал пришло время открываться. А там пошли покупатели. Сначала было не привычно, но потом все вошло в колею, и день пролетел как одно мгновение. Работы я никогда не боялся, но опасался как отнесутся к новенькому. Люди были не богаты, но не бедны. Они улыбались мне, иногда добро подшучивая. Нет, были и ворчуны, и те, кто ловит кайф от ругани, но их было очень мало. Это мне очень понравилось. Но вечером я был выжат как лимон. Постепенно я втянулся в этот ритм жизни, и у меня появилось свободное время.       За несколько дней информация обо мне достигла всех знакомых и не очень людей. Я не удивился, когда ко мне пришли первые ласточки с просьбами посмотреть их растения. Хоть у меня и была своя маленькая оранжерея, за которой я ухаживал, но для моего дара это было минимальное количество, чтобы не началась ломка и соответствующие ей боли. Чем больше дар, тем больше мне нужно растений для жизни. Каждый человек, живущий в мире уже давно старается завести хотя бы несколько растений. Это переросло во что-то невообразимое. Если человек оказывался в помещении без зелени, он начинал нервничать и теребить горло, как будто ожидая, что начнет задыхаться. Даже когда леса стремительно сокращали свои размеры, у людей не было удушья от недостатка кислорода. Но опасность остаться без него входила в жизнь человека с молоком матери. И появление лесника в городе, где их было очень мало из-за того что, таким магам в принципе находить было здесь очень тяжело, а потребность в них огромна, не могло остаться не замеченным.       Сначала я ходил по хорошим знакомым дяди, потом по нашим клиентам. При этом мне почти ничего за это не перепадало. Я понимал что так дядя увеличивает свое влияние в районе, но желание тратить так просто свое время прошло через пару недель. Заставить меня следить за чужими растениями он не мог. То, что я буду у него делать, было прописано в договоре с моими родителями. Хоть Берхольд и мой дядя, но все же он торговец, а это наносит свой отпечаток. Это время потребовалось для регистрации новой фирмы на мое имя. Законодательство делало для лесовиков большие уступки. Сильно сократив время и усилия на регистрацию своего дела, почти убрав налоги и позволяя нам работать, как только проснутся способности.       Время до учебы пролетело очень быстро. Мне казалось, что вот только приехал, а уже надо идти в школу. Дети, живущие в городе с рождения, начинают ходить в школу с семи лет. Лесовики же только с десяти — двенадцати, когда проснется и окрепнет их магия. Если вырвать малыша раньше, магия управления лесом может пострадать, а это уже не выгодно правительству. Отдельных классов для лесовиков не существует, нас слишком мало, поэтому мне придется учиться с другими магами и обычными людьми.       Школа располагалась в соседнем здании на одиннадцатом, двенадцатом и тринадцатом этажах. Просторные помещения с высокими потолками. Уютные классы с большим количеством зелени. Мне заранее прислали на комп расписание и план школы. Все лесовики приходят в пятый класс, сколько бы им не было лет. В пятые классы приходят дети, учившиеся в разных классах и даже школах. Их меняют в соответствии с уровнем знаний, проснувшейся магии и характеров. Конечно, они заново знакомятся, что для лесовиков очень хорошо. Прийти в сложившийся коллектив не очень приятно. Меня определили в класс бэта — средний по уровню знаний и магических умений. Программу предыдущих классов нам преподавали дистанционно и я набрал средние баллы, магию же мои родители, по моей просьбе, определили как среднюю. На самом деле мои способности были очень высоки. По крайней мере выше чем у знакомых лесовиков. Но на семейном совете мне удалось уговорить не привлекать ко мне излишнее внимание.       На свои первые уроки я пришел заранее, сел на заднюю парту и начал наблюдать как заполняется класс. Всего в классе было семнадцать человек. Те, кто знал друг друга раньше, активно здоровались друг с другом и рассказывали как провели каникулы. Новички, которых была половина класса, тоже пытались знакомиться, но более осторожно и сначала присматриваясь к окружающим.       — Привет. Меня зовут Лин. — мне протягивал руку высокий, крепкий мальчик с растрепанными темными волосами с серыми прядками.       — Привет. Я Арт. — ответил я с улыбкой, пожимая его большую руку.       — Я тут раньше учился. А ты новенький? Откуда перевели?       — Да. Я сюда к дяде переехал. А так я лесовик. А ты земляной?       — Ага. Мы еще с основания города тут.       — Здорово. Расскажи про школу и учителей. Как тут вообще?       Оказалось, что половина людей в школе без магии. Их стараются не отделять, чтобы маги не чувствовали себя выше остальных и воспринимали всех одинаково. Конечно, у магов было намного больше занятий со своей стихией. Чтобы никому не было обидно, обычные люди посещали больше факультативов, готовивших их к работе в обществе. Маги все так же будут устроены, нам никто не позволит увильнуть от работы. Каждый человек должен приносить обществу пользу. Почему общество должно отдавать свои ресурсы тем, кто не хочет трудиться? Работа есть для каждого, даже для инвалидов. За этим с детства очень внимательно следят и никому и в голову не может прийти увильнуть от нее. Дышать хочешь — работай. А иначе зачем на тебя тратить кислород?       Странно было опять ощутить себя снова в школе. В моей памяти еще остались размытые воспоминания из жизни Артема. Там не было чего-то экстремального. Но ощущение удивления и в то же время правильности происходящего поражали мое сознание. Мне казалось, что это происходит как будто не со мной, и я наблюдаю все со стороны. В классе не было явных отрицательных личностей. Им все объяснили еще в начальной школе. Маги не потерпят таких рядом. Если не хочешь случайно умереть, изменишься. Дети очень пластичны и изменения будут реальными.       Школа занимала большую часть дня, а мои обязанности по дому, магазину и фирме по уходу за растениями никто не отменял, да и в учебе не хотелось отставать. Мне было тяжело. Но человек привыкает ко всему. Через пару месяцев я уже мотался с Лином по городу, изучая его и в поисках интересного.       Наше знакомство с Лином переросло в дружбу. Он принимал меня таким, какой я есть. Не требовал уделять ему много времени. Но если появлялась свободная минута, был готов всегда пойти куда-то со мной. Учился я с удовольствием. Многое, что я знал из прошлой жизни, дополнялось новыми знаниями и открытиями. Так что скучно не было. На уроках я всегда внимательно слушал, а не витал в облаках. Опыт взрослой жизни дал понять, что это лучше чем дома тратить на учебу время или иметь проблемы с успеваемостью. Это спасет от траты лишнего времени на оправдания и взбучки от родни.       У моей фирмы по поддержке растений появились новые заказы уже не только в домах, но и в фирмах нашего и соседнего здания. Постепенно увеличивалась и моя коллекция сорняков. Если среди домашних растений появлялись мутировавшие растения забивающие соседей, я забирал их домой. Так в моей оранжерее появились два особенных растения. Маленький цветок с огромной корневой системой, состоящий из тончайших ниточек, и сильный, большой вьюн с острыми шипами. Принес я их еще маленькими саженцами и примерно в одно время. В результате они оказались рядом, а через пару недель плотно переплелись, чему я не стал мешать. Каждый день я начинал с ухода за моим садом. В один из дней я получил от этих растений очень сильный отклик. Меня это поразило. Лесовики не только ухаживают за растениями физически: поливают, пропалывают, пересаживают, подкармливают, но и подпитывают их своей магией, получая в ответ измененную волну магии. На этот раз ответ был более оформлен и содержал больше эмоций. Когда мы получаем ответ от растения, то можем понять хорошо ли ему или что-то беспокоит. Ответ этой пары был похож на ответ животного хозяину или даже ребенка родителю. Там чувствовался разум больше чем обычно. Да-да. Лесовики считают растения разумными. Отдельные деревья и лес в целом может осознанно общаться со своими лесовиками. Они воспринимают нас как часть себя. Но это взрослые большие экосистемы с множеством узлов, заменяющих им мозг. Здесь же был симбиоз двух еще маленьких растений. Как это возможно у этого малыша я не понимал. Я стал уделять больше внимания этой паре, и они стали быстрее расти и развиваться. Через полгода обе мои комнаты были похожи на джунгли. Все стены, потолок и пол были увиты лианами. В некоторых местах они свисали и образовывали целые зеленые лабиринты. Интеллектуально они тоже преобразились, четко разделившись на Ли, лианы с шипами, и Ко, растение с большим количеством корней, в итоге, получившийся симбиоз можно было называть Лико. Его разум был сравним с ребенком пяти — семи лет. Корни Ко содержали много узелков позволявших ему думать, Ли был больше мускулами, но и в его лианах накопилось много узлов с мозговыми тканями. Им все было интересно и я, с разрешения дяди, вывел их в торговый зал, где они чутко впитывали в себя вибрации окружающего мира. Я разговаривал с ними при помощи волн магии, но когда они вышли из моей комнаты пришлось многому учиться. Они улавливали вибрации от шагов, слов, звуков. Потом долго меня мучили, пытаясь опознать, что именно это такое. Со временем они стали разбираться уже больше сами. Ко осторожно по воздуховоду проник в соседние помещения и притаился, накапливая информацию. Его корни были очень тонкими и прозрачными. Распознать нарушителя не смог бы даже я, если бы он не захотел. Со временем уже Ко рассказывал мне, что происходит вокруг. Ли же следил за домом: собирал грязные вещи, стирал, гладил, раскладывал все по местам, убирался и даже готовил. Его гибкие, сильные лианы работали лучше любых пальцев.