На коленке

Не то чтобы Киеши безумно нравились любые очки. Те же очки в квадратной черной оправе капитана Тоо его скорее отпугивали и настораживали, а вот круглые и простые на носу Хьюги неизменно приводили в восторг. Наверное, дело всё-таки в глазах, скрывающихся за тонкими стёклами. Глаза у Хьюги цепкие, подвижные и изменчивого серо-зелёного оттенка. Киёши тонул в них, как в болотной тине, и неизменно получал локтем в бок за блаженную улыбку. И не то чтобы Киеши был мазохистом, но и не улыбаться Хьюге он не мог. Но думать, что тот бесится только потому, что смущается, было безумно приятно. Розовеющие щёки и уши были тому прекрасным подтверждением. Иногда Киёши казалось, что эта крепость вот-вот поддастся его намёкам: когда Хьюга хлопал его по плечу, задерживая ладонь дольше необходимого, или смотрел долгим взглядом, будто взвешивая все за и против. Киёши хотелось написать ему целый список "за" и подбросить в сумку. Киёши был терпелив и предусмотрителен; он не давил, но давал Хьюге новые поводы для размышлений, маленькие плюсы в колонке "Киёши Теппей". Бывало, ему становилось невмоготу, а тянущееся ожидание как будто мешало дышать. Тогда Киёши был способен на любую глупость, кроме признания, вот и сейчас он стащил очки. Очки, с тонкой круглой оправой и маленьким пятном на правой линзе блестели загадочно и немного укоризненно. Киёши не знал, что собирался делать, только кончиками пальцев оглаживал дужки, прижимался внутренней стороной запястья к холодным стёклам и считал зашкаливающий пульс. Очки - маленький личный фетиш, доступная, хоть и украденная, часть Хьюги Джунпея. У того с собой были запасные очки, Киёши знал, но именно эти Хьюга носил уже рекордные полгода. Прошлые были разбиты в апреле, когда Киёши ещё не вернулся в школу. Киёши нервно облизал губы, фыркнул, отгоняя навязчивые мысли. Дрочить в школьной раздевалке - даже больший идиотизм, чем красть очки Хьюги. Дрочить в школьной раздевалке на украденные очки Хьюги - совсем никуда не годится, но Киёши хочется. - Ну и какого чёрта ты делаешь, Киёши? Голос Хьюги звучал строго и жёстко, хотя на лице его была заметна улыбка. Киёши вдруг почувствовал себя самым большим дураком, и решил соответствовать. - Думал, нормально ли подрочить в раздевалке на твои очки. Кажется, всё-таки не очень. Хьюга всегда краснел избирательно, ушами и высокими скулами и, немного, кончиком носа. Теперь он залился краской целиком, но так даже лучше. Киёши намного крупнее и сильнее Хьюги, но покорно приподнялся, схваченный за грудки. Нос к носу с красным Хьюгой в новых очках совсем Киёши не испугали. - Ты придурок. Чёртов придурок и извращенец. Киёши только улыбнулся, ласково и открыто, и этого хватило. Губы Хьюги - твёрдые и сухие, казались даже лучше, чем его очки.