Не забывай про солнце.

На единственном окне высокой каменной башни сидела красивая девушка, которая не отрываясь читала книгу с потертым корешком. Необыкновенно длинные золотые волосы, свисая вниз, развевались на ветру. Уже, наверное, десять раз она переживает эту волшебную историю, что рассказывается на желтоватых страницах книги. Последнее время матушка редко приносила ей книги, она говорила, что занята или что новых пока не написали, но девушка была уверена, что книг существует огромное множество, такое, что невозможно все их прочесть за одну жизнь. На мгновение девушка подняла свои золотисто-карие, обрамлённые пушистыми черными ресницами, глаза и устремила взгляд куда-то вдаль. Высокие деревья закрывали обзор, поэтому ей оставалось только любоваться прелестью природы. Сейчас уже осень, а в этих краях деревья только начинают потихоньку желтеть. Так было каждый год, сначала она запаздывала, потом постепенно забирала летнюю зелень, а затем вдруг резко наступали холода, а вместе с ними приходили серость и дождливые дни. Девушка ценила все времена года, ведь каждое было по-своему прекрасно, но все-таки весну она любила больше всего. Вдруг из длинной золотистой копны волос выбрался маленький зелёный хамелеон и присел на плечо девушки. — Привет, Паскаль, чем ближе зима, тем чаще и дольше ты стал спать, — нежно улыбаясь, проговорила красавица. В ее карих притягательных глазах невозможно было не заметить ту теплоту, с которой она смотрела на эту зелёную рептилию, ведь это был её единственный друг. Их знакомство произошло при очень необычных обстоятельствах. Однажды матушка Рапунцель отправилась на ярмарку, на которую приехал купец с необычным товаром, он продавал диковинных животных. Хамелеон был ещё совсем маленьким и с лёгкостью пролазил между прутьями клетки. Так, пытаясь сбежать, он прыгнул в корзинку Готель, которая в тот момент проходила мимо лавки того купца. Когда же женщина пришла домой и отдала корзинку дочери, чтобы та разобрала ее, то последняя нашла в ней испуганного зеленого малыша. Девушка спрятала его и назвала Паскалем, с тех пор у одинокой запертой в собственном доме принцессы появился верный друг. — Ладно, дружок, пора приводить все здесь в порядок. Матушке не понравится, если по возвращению она увидит грязь, — спрыгивая внутрь комнаты, весело сказала девушка, строя при этом пародию на недовольное мамино лицо. Она преувеличивала, ведь в их доме никогда не было грязи, потому что принцесса убиралась каждый божий день. Разнообразие в её днях не было, в них всегда царил одинаковый список. Каждый день она убиралась, читала, рисовала, пела, готовила, вязала, мастерила, мечтала и переделывала ещё много дел, которые она придумает себе сама. Уже ближе к вечеру, когда солнце зашло за горизонт, девушка начала волноваться за матушку. Она никогда так не задерживалась. Паскаль подполз к лежащей на кровати девушки и, видя тревогу, жестами спросил, куда ушла Готель. Принцесса медленно поднялась, и ей вдруг послышался шорох у подножья башни. Она сразу же сорвалась с места и быстрее побежала к окну. Когда же она выглянула, то ничего не увидела. Увы, ей показалось. — Она сказала, что сегодня отправится за необычной вещью, которая кардинально изменит нашу жизнь, но не говорила, что задержится. Паскаль, а вдруг с ней что-нибудь случилось?! — дочь очень волновалась за свою матушку, ведь та была единственным родным ей человеком. Да и девушка не представляла, как будет выглядеть ее жизнь, если рядом не будет матери. Вот в небе зажглись первые звезды, и луна стала единственным источником света. Встревоженная девушка прислушивалась к каждому шороху. Волнение внутри неё нарастало, а карие глаза изредка наполнялись блестящими серебристыми слезинками. И вот через какое-то время ужасающую, гнетущую тишину разорвал родной голос. — Рапунцель! Детка! Спусти свои волосы, — голос был уверенным, но все же немного дрожал. — Бегу, матушка! — резко повеселевшая девушка сорвалась со своего места. Золотые тяжелые волны заструились по стенам башни. Только Готель ступила на подоконник, как тонкие нежные руки дочери обхватили её талию. — Я так волновалась, — всхлипывая, промямлила Рапунцель, утыкаясь носом в грудь матери. — Дорогая, прекрати мямлить, ты же знаешь, я этого не люблю. Я совсем немного задержалась. Появились некоторые трудности, — гладя дочь по золотым волосам, проговорила Готель. — Хорошо, только ужин уже остыл, — вытирая собравшиеся слёзы, проговорила девушка, забирая у матери плащ. — Я не буду есть, день был тяжелый. Я пойду, отдохну, — подходя к зеркалу, устало сказала женщина. Поняв, что мать не хочет сейчас разговаривать, Рапунцель опустила голову и направилась к своей кровати. *** Прошла уже неделя с того дня, как чудовище отпустил ведьму. Такая мучительно долгая неделя для одинокого чудовища. Каждый день Адам брал в руки волшебное зеркало и смотрел на дочку Готель. Ему казалось, что никогда в жизни он не видел девушки прекраснее. Вот уже неделю он просыпался с мыслью о ней и засыпал с ней же. Слуги изрядно волновались, ведь их хозяин уже давно не ел и не выходил из комнаты для ежедневного обхода его владений. Он ждал, когда же ведьма сдержит данное слово. И, наконец, его терпение лопнуло. В один из таких вечеров, которые он проводило перед зеркалом, чудовище с диким воем вырвалось из комнаты и рвануло к выходу из замка. Он прекрасно знал куда бежать, чтобы забрать свое драгоценное сокровище. *** Рапунцель закончила расчесывать двадцать метров своих золотых волос, когда матушка сказала, что уже поздно и пора готовиться ко сну. Только девушка хотела развязать свой белоснежный фартук, как что-то за приделами башни издало ужасающий рык. Впервые слышащая такое, девушка подбежала к матери и вцепилась в её руку. — Что это такое, мама?! — испуганно дрожа, вскрикнула Рапунцель. Столь неописуемый и неиспытанный раньше страх охватил сердце бедной девушки. — Детка, прячься! Немедленно! — отталкивая дочку в угол комнаты, выкрикнула Готель. Женщина прекрасно знала, кто к ним пришел, но она не ожидала вновь услышать это рычание. Рапунцель, отбегая в самый тёмный угол, схватила на всякий случай сковородку. Вот они услышали, как чудовище забирается по стене башни с противным скрипом когтей по камню. Златовласая девушка вжалась в стенку от ужаса, когда нечто огромных размеров спрыгнуло внутрь комнаты. — Ты думала, я не найду вас? — грозно прошипел заколдованный принц. Тут из темноты на него кинулась Готель, в руке у которой был кинжал, но и в этот раз ее нападение было неудачным. Чудовище откинул её в сторону, ещё сильнее рассвирепев из-за такой дерзости. — Я отпустил тебя, но ты не сдержала свое обещание. Я ведь предупреждал тебя, что убью, если не сдержишь данное мне слово, — приближаясь к смиренно сидящей на полу ведьме, рычал чудовище. Вот он занёс лапу для последнего удара, но… — Нет! — громкий, звонкий, отчаянный крик заставил остановиться Адама. Между ним и ведьмой стояла та самая красавица с карими глазами и золотыми волосами, она была ещё прекраснее, чем казалась в волшебном зеркале. Свет луны падал так, что лицо Рапунцель освещалось холодным светом, а чудовище находился в тени. — Убейте меня, но не трогайте, пожалуйста, матушку — уверенно воскликнула девушка, хотя и была до ужаса напугана. — Тебя?! — усмехнулся монстр, но тут же глаза его из свирепых вдруг стали удивленными. — Ты готова умереть за неё? — с непониманием и восхищением произнёс принц. — Я готова, — уверено произнесла девушка, не поднимая глаз на чудовище. — Нет, Рапунцель, — хватая дочку за руку, вскрикнула Готель. Не ожидавший такого самоотверженного подвига со стороны девушки, чудовище отошел на пару шагов назад. — Ты даже не знаешь, в чем её вина, а готова умереть за неё. Я не убью тебя, но только благодаря твоей дочери. Живи и не вспоминай обо мне, моем замке и своей дочке. А ты пойдёшь со мной. Ты станешь моей пленницей навсегда, — прорычал монстр, отходя на шаг назад. — Выйди на свет, — с толикой любопытства, вдруг прищурив глаза, попросила Рапунцель. Адам чуть помедлил, но затем, нехотя пошатнувшись, шагнул в лучи лунного света. Вскрик ужаса сорвался с розовых губ красавицы, и та зажала рот похолодевшими ладонями. — Хорошо, — падая на колени перед монстром и стирая стекающие слёзы, произнесла девушка. Не дожидаясь, когда та успокоится, чудовище перекинул девушку через широкое плечо и принялся спускаться с башни. Готель осталась сидеть на полу, только уже не слёзы отчаяния стекали по её лицу, а злость наполняла её, окрашивая нежную, бледную, без единой морщинки кожу в красный цвет. Адам спрыгнул на землю и спустил девушку рядом с собой. Ему хотелось задать вопрос по поводу ее волос невероятной, не виданной раньше длины, которых он до сих пор дивился. Только вот сейчас было бы не лучшей идеей разговаривать с ней. — Пойдём, — кивнул в сторону леса Адам. Он не замечал, с каким восхищением уже чуть отошедшая от потрясения и похищения девушка проводит босыми ногами по земле, засыпанной жёлтой сырой листвой. Сейчас Рапунцель испытывала очень противоречивые чувства. С ней только что произошел ужас, от которого на щеках еще не высохли соленые дорожки от слез, но и одновременно с этим сбылась ее заветная мечта, она наконец вышла из башни, и легкая улыбка озаряло ее лицо. Боль вперемешку с радостью одолевала девушку, и она то восхищенно глядела на ночную природу, то бросала горький взгляд на родную башню. — Ты можешь идти быстрее? — раздраженно спросил принц, когда Рапунцель вновь застыла на месте. Они не успели далеко уйти, так как практически у каждого куста девушка останавливалась, чтобы попытаться разглядеть каждый его листик. — Меня зовут Рапунцель, так, на всякий случай — представилась второпях девушка. Ей не нравилось, что чудовище то и дело тыкает ей. — Адам, — послышалось в ответ откуда-то из темноты. Принц шел впереди и не сразу заметил, что сзади перестали слышаться тихие шаги. Адам обернулся и увидел, что, изрядно отстав, девушка сидела на земле и прижимала к себе ножки. — Ну что опять… — обреченно произнёс он, и в два прыжка огромных лап оказался около девушки. То что он увидел, заставило его впервые ужаснуться за долгое время. Все это время Рапунцель была босой, а прошли они уже немало. Маленькие мокрые ступни были все в грязи, испещренные мелкими царапинами и синяками. — Ноги замерзли, — тихо, словно не обращая внимания на ссадины и ноющую боль, грустно выдохнула принцесса. — Почему ты не сказала, что на тебе нет обуви? — беря девушку на руки, спросил, смущая ее этим и немного пугая, заколдованный принц, — Ты такая же глупая, как и твоя мать, — фыркнул тут же чудовище. — Я не подумала. Я не просила нести меня, — расстроено поджав губы и горделиво задрав курносый нос, сказала девушка. Она, безусловно, была зла на него и не хотела разговаривать с ним, а теперь он еще и оскорбляет ее и матушку. — Сейчас я тебя отпущу, и ты пойдёшь пешком, а потом неделю не сможешь встать на ноги, — припугнул её Адам. «Какой же он грубиян, самое настоящее чудовище. Хорошо, что он не заставил меня идти дальше пешком, я думаю, он мог бы » — думала Рапунцель, разглядывая морду чудовища. Тот, конечно же, чувствовал её взгляд, сначала ему хотелось накричать на неё, но потом он понял, что уже давно никто так долго и пристально на него не смотрел. С тех самых пор как он стал монстром, даже ему самому не хотелось видеть своего лица.