Белый лист

      Демьян был зол. Он был злее адских гончих. По правде говоря, он был в бешенстве. Только Олег и странно веселый Иван Александрович как-то сдерживали его порыв набить морду сраному придурку напротив. Вообще-то, у придурка имелось имя, но Демьян не собирался произносить его даже мысленно, после того как увидел, как этот придурок лапает его сына. Прижимается к нему… Вот черт! Демьян стиснул вилку и злобно уставился на смущенного засранца напротив. Тот отводил взгляд и не притронулся ни к чему на тарелке. Это, конечно, радовало.       — Так что же, Костя, вы уже примерно знаете, когда окончится формирование стаи? — вежливо спросил Олег, разрывая гнетущую тишину.       Придурок вздрогнул и вымученно ему улыбнулся:       — Ориентировочно осенью. В конце сентября — начале октября. Но это не совсем точно, конечно, — окончание фразы он почти проглотил, напоровшись на Демьянов взгляд.       Тот откинулся на стуле, покручивая в руках нож и не обращая ни малейшего внимания на зверские лица, которые корчил ему Тоша, сидящий напротив. Его еще такой маленький, доверчивый, нежный омежка. Его, Демьянова, гордость, радость. Половина сердца. Которую нагло пытается забрать какой-то придурок!       — И потом вы переедете в Архангельск, правильно я понимаю?       — Да, все верно, — тихим голосом, не отрывая взгляд от стола.       Демьян хмыкнул и получил чувствительный удар от Олега под столом. Скосил глаза и увидел незаметно показанный ему кулачок. Протянул руку за стульями и слегка ущипнул Олега за попу. Тот дернулся и покраснел. Демьян ухмыльнулся. Но снова увидел придурка, и веселье как смыло.       Демьян был уверен, что жизнь его мальчика в поселении оборотней — Господи, помилуй! — носит целомудренный характер. Он начисто игнорировал фырканье и скептические гримасы Олега. И вот пожалуйста! Все надежды псу под хвост одним движением!       — Тошенька, нарежь, пожалуйста, хлеб. И принеси вишневого сока, я забыл налить. Костенька, поможешь ему?       Полная корзинка хлеба стояла на сервировочном столе неподалеку, а на столе было три графина с разными соками. Но Тоша с помощничком подорвались как ужаленные и умотали на кухню. Олег повернулся к кривящемуся Демьяну и злобно уставился на него.       — Ну и что это за сцены ревности? — недовольно вопросил он, старательно понижая голос.       — Он мне не нравится, — фыркнул Дем, скрещивая руки на груди. — Я против этих отношений. Антоше он не подходит.       — Ты… — задохнулся от возмущения Олег. — Да ты… — силился он подобрать выражение.       — Конечно не подходит, — выдал тут Иван Александрович, и Демьян бросил на него благодарный взгляд. Хоть кто-то адекватный. — Зачем Тоше обеспеченный, сильный альфа, с хорошими корнями? Который вытащил его из проблем, где мы все дружно соснули? Давайте найдем ему полубыдло. Из дрянной компании, орущего под окнами со своими дружками, не пропускающего ни одного симпатичного омеги. Дебошира и пьяницу. А! Чтобы обязательно его преследовал еще! Пофиг, что Тошка Костю любит — это мелочи вообще.       Это было настолько неожиданно, так… под дых, что Демьян замолчал и ссутулился, уставившись в скатерть. Слова а-тестя его, мягко говоря, огорошили.       — Тоша, Костя! — крикнул Олег, явно сдерживая смех. — Вы где там? Мы вас ждем!       Демьян не стал дожидаться их возвращения. Сбежал на балкон, на ходу доставая из тайника, о котором все знали, почти пустую пачку сигарет. Ту самую, что без малого добил тогда, когда искали Олегу врача. С тех пор она уменьшилась на три штуки. Первую Дем выкурил, когда полночи успокаивал плачущего Олега после визита к Дмитрию Витальевичу. Они тогда планировали второго ребенка. Но изрядно возмужавший доктор, как ни странно хорошо помнящий их, категорично отказал. А потом, осмотрев Олега, резко и ультимативно поставил перед фактом, что необходима операция по стерилизации. Вторая исчезла, когда искали пропавшего Тошу. А третья, когда узнали о величине грозящего ему пиздеца. И теперь Демьян крутил в пальцах четвертую, предпоследнюю.       — Простите, можно? — смущенный голос придурка раздался почти одновременно со звуком открывающейся двери балкона. Демьян промолчал, но тот все-таки выкатился на балкон. — Я понимаю, что не нравлюсь вам, — продолжил он тихо, — но оставить Тошу не смогу. Знаете, я вашего сына люблю. Он мой. Как бы объяснить…       Демьян ошарашенно обернулся на подбирающего слова парня:       — Как будто кто-то подсмотрел твои желания и сделал его. Как будто Тошу создали специально для тебя, — медленно проговорил он, окунаясь в незабытое прошлое.       — Да… — удивленно проговорил Костя. — Да, — уверенно добавил он.       Демьян усмехнулся, потрепал его по волосам и решительно отправил сигарету обратно. Сегодня явно не ее время.