О мотыльках, любви и золотой пряже

Мы уже знакомы с этой музыкальной темой: Two Steps From Hell – Merchant Prince Включили? Теперь наслаждаемся. Все утро следующего дня Элэнна пребывала в прекрасном расположении духа. Сердцем она чувствовала, что сегодня должно произойти что-то очень важное. Менелтор на рассвете ушел в кузницу, Нимродель, как и всегда, пропадала в саду. С кухни на весь дом распространялся приятный аромат кофе. Туилиндэ сновала туда-сюда, глаза её светились, как и прежде, лишь черный наряд выдавал траур по погибшему Румилу, Анорсель по пятам следовала за своей новоявленной мамой, держась за её юбку. - Доброго утра вам, – произнесла Элэнна, присаживаясь за стол. - И тебе, сестра. Глаза у тебя так и сияют, сон сладкий приснился? – улыбнулась девушка. - Что-то подсказывает мне, день сегодня будет полон событиями. - Не мудрено, – пожала плечами Туилиндэ и поставила перед эллет чашку с кофе. – Владыки возвращаются сегодня, говорят, переговоры прошли успешно и теперь Лотлориэн увеличивает свои владения. - А ты откуда знаешь? - Я с утра, когда все ещё спали, вышла на улицу и встретила дозорных, это они мне рассказали. Ты пойдешь сегодня на границы? - Мне нужно посетить палаты госпожи Галадриэль. Это не терпит отлагательств, да и к тому же... Элэнна чуть было не подавилась кофе, когда дверь в кухню распахнулась, и на пороге появилась улыбающаяся сквозь слезы Лаурелин. Эльфийки повскакивали с мест и кинулись к старшей сестре: - Лаурелин, что случилось? Почему ты плачешь? – трещала Туилиндэ, силой усаживая сестру на стул. - Говори уже, не томи нас! – Элэнна протянула ей чашу, наполненную водой. Эллет откинулась на спинку стула и звонко рассмеялась, и смех её рассеялся по комнате эхом. Девушки удивленно переглянулись, они впервые видели сестру в таком состоянии. - Да что, в самом деле, произошло? - Орофин! – выкрикнула эллет, подскакивая со стула и выхватила у Элэнны чашу. – Орофин! - Да что Орофин, объясни ты, ради Эру?! - Он вернулся с войны! Лаурелин осушила чашу и с размаху швырнула её на пол. Послышался лязг стекла и звонкий, заразительный смех. Туилинлэ и Элэнна стояли в полной растерянности от услышанного, в конце концов Туилиндэ сорвалась с места и заключила в объятия старшую сестру: - Я так счастлива за вас! Так счастлива! - Где Орофин? – спросила Элэнна, уже подбегая к двери. - Он и другие воины пошли к границам, повидать товарищей, если хочешь застать их, поторопись, они как раз искали тебя! Элэнна со всех ног бросилась к границам, она уже не чувствовала, как поскальзывалась на корнях деревьев, как задевали её лицо колючие ветки, как безжалостно рвали они платье. Наконец, перед глазами появились знакомые лица воинов. Они плотным кольцом окружили Орофина и других его соратников, их ликованию от встречи со старыми друзьями не было границ. Эллет пробралась в центр круга и встала напротив эльфов. Грудь её часто и тяжело вздымалась от быстрого бега, дыхание прерывалось. Она не верила своим глазам: их уходило так много, а вернулось так мало. Она несколько раз пробежалась глазами по воинам, но не увидела среди них лица того единственного, того, кого ждала все это время. - О, Эру! Мои глаза, вероятно, обманывают меня... Элэнна! – произнес Орофин и, сделав шаг навстречу девушке, заключил её в крепкие объятия. - Я благодарю Элберет, Валар и всех остальных за то, что подарили мне эту встречу с тобой и со всеми вами, друзья. Девушка по очереди обняла каждого из воинов. Многие из них ещё оправлялись от ран, но, несмотря на все это, они были по-настоящему счастливы. Общая радость сменилась для Элэнны ужаснейшей душевной болью. Ведь она бежала сюда лишь для того, чтобы упасть в объятия своего любимого. А его нет, и все окутано тайной. Никто ни словом не обмолвился о Халдире, будто бы все знают и нарочно молчат. Сердце девушки разрывалось при каждой мысли об этом. - Я и не думал, что снова увижу тебя, многие наши соратники полегли в этой битве, но сейчас, слава Эру, все позади. До нас дошли вести о том, что проклятое кольцо уничтожено и Саурон повержен. – Орофин говорил много и быстро, они направлялись к Карас-галадону вместе с Элэнной и делились всем, что им пришлось пережить. - Орофин, - почти прошептала эллет, - мне нужно задать тебе один вопрос. - Кажется, я знаю, какой именно. Зелёные глаза остановились на лице эльфа: - Скажи мне правду, где Халдир? Орофин молча опустил голову, губы его дрожали, не в силах произнести ни слова. Видимо, воин изначально пытался оттянуть этот разговор, хотя, возможно, лишь для этого предложил Элэнне проводить её до палат владык. - Скажи мне правду... Прошу, правду... – Элэнна сгорала от желания узнать, но в то же время готова была заколоть себя, лишь бы не услышать этой правды. - Он не вернулся, Элэнна, – просто ответил эльф и рука его крепко сжала плечо девушки. В этот момент сердце камнем упало куда-то вниз, и по всему телу разлилась тупая, ноющая боль. Элэнна с трудом удержалась на ногах. Губы её затряслись, перед глазами резко потемнело, а голова наполнилась шумом: - Как это было? – спросила она, с трудом выговаривая слова. - В последний раз я видел брата на крепостной стене Хельмовой пади... нижний ярус. Он уверенно рубил головы врагам, я же был в самом эпицентре битвы, там, где проходит водосток... Когда мы отступали, в крепости я уже не нашел его. Я долго искал его среди трупов, но безуспешно... Возможно... Эллет подняла руку вверх, приказывая Орофину замолчать. Она вся тряслась, в глазах её было столько боли, что Орофин уже мысленно проклинал себя за то, что развязал язык и рассказал этой девушке много лишнего. - Достаточно, – отчеканила Элэнна и шатающейся походкой направилась в сторону лестницы, ведущей к покоям владыки Келеборна и госпожи Галадриэли. - Она слишком сильно любила его, – тихо произнес Орофин. Он так и остался стоять внизу и смотреть, как эта хрупкая девушка с трудом поднимала ноги. На секунду ему показалось, что она стала тенью, серой, холодной тенью. - Ты выглядишь слишком усталой, Элэнна. Наверняка взвалила на себя все дела… – Госпожа Галадриэль сидела на своем белоснежном троне в окружении многочисленной свиты. - Я не стану отрицать, моя госпожа. – Девушка отрешенно смотрела куда-то сквозь эльфийку, она не могла больше думать ни о чем, кроме Халдира. Воображение в красках рисовало ей ужаснейшие картины его смерти, и одна была страшнее другой. - Теперь Кветлориэн расширит свои границы, ведь часть Лихолесья принадлежит нам, – продолжала владычица. - Ты позаботишься о новых хранителях. - Да, моя госпожа... Вы можете на меня рассчитывать. "О, Элберет, прошу, дай мне сил вынести эту боль, что рвет мое сердце на части!" - Но все это после. А пока у меня есть для тебя более приятные новости. Элэнна подняла потухший взгляд, в свете последних событий она уже ничему не удивится. - Ты сегодня же отправишься в Лихолесье. - Но для чего, моя госпожа? Мне казалось, что вы решили все дела с королем Трандуилом. - Это так, – довольно улыбнулась Галадриэль. И было в этой улыбке что-то необычное, но Элэнна была не в состоянии думать над этим. – Сам Трандуил ждёт тебя в гости. Он очень просил. Думаю, ты не посмеешь отказать такому могущественному правителю. - "Ну почему именно сейчас? – подумала Элэнна. – Моя душа болит и плачет, хочется спрятаться ото всех, а придется сидеть за столом Трандуила и гулять по его садам... Как я могу развлекаться, когда на сердце у меня траур и он будет вечным, прости меня, Халдир, я не могу носить черные платья, лишь потому, что не должна была любить тебя... Я не имела на это права." - Теперь ты знаешь дорогу, к тому же, Лихолесье чисто, тебе нечего бояться, думаю, ты доберешься в кратчайшие сроки, – заключила тем временем светлая владычица. Выйдя из покоев в сопровождении стражника, девушка долго не могла собраться с мыслями, в голове её эхом отзывались слова Орофина: "Он не вернулся..." Казалось ли или действительно, но этот путь до Лихолесья показался Элэнне слишком уж быстрым. Лес уже не был таким зловеще страшным, на пригорках появлялись цветы, слышно было журчание ручейков, а пауков и вовсе след простыл. Он благоухал, как никогда, весенний воздух приятно освежал, словно и не было никаких войн и бедствий. Почти всю дорогу по лесу девушка провела в своих мыслях, из глаз её нескончаемыми потоками лились горькие слезы, дорожки, оставленные ими на щеках, не успевали высыхать. - О, Элберет! Забери у меня жизнь... – причитала эллет. – Теперь смысл моего существования исчез, я уже никогда не буду счастлива в этом мире. Ничто не радует меня больше: ни пение птиц, ни шелест травы. У меня отнят мой смысл жизни, единственное, ради чего я жила все эти годы... Халдир! Халди-ир! Почему, почему, почему ты оставил меня? Почему ты ушел и не вернулся, ты обещал, что всегда будешь со мной... а тебя нет... Деревья стали редеть, и вскоре перед глазами эллет появились стены пещеры-дворца. Девушка стряхнула остатки слез и, пришпорив коня, направилась к главным воротам, возле которых уже собрались эльфы-слуги с фонариками в руках: - Белая всадница, всадница Лориэна! – кричали они, радостно приветствуя Элэнну. Только девушке такое веселье вовсе не казалось желанным. Единственным её желанием сейчас было взглянуть в глаза любимого, хотя бы один раз. Она не ожидала, что простится с ним так скоро. - И не успела найти, как вновь потеряла... – прошептала она, следуя за стражником по длинному коридору, ведущему к трапезному залу Лихолесского короля. Сгущались вечерние сумерки, повсюду запорхали серебристые мотыльки.