Меттапэнтс: истории

Этот день как начался глупо, так и заканчивался явно не самым лучшим образом. Клиентуры не было в такой поздний час, но достоять своё чёртово время он был просто обязан. Надо сказать, что выход на поверхность не поменял ровным счётом нихрена, разве только народу стало больше. Бургерпэнтс рассчитывал на нечто куда более масштабное, но неожиданно ударил себя по лицу и решил, что без какого-либо багажа за спиной он просто не имеет право начинать жизнь с чистого листа. А потому он остался работать в МТТ, желая хоть что-нибудь да подкопить на будущее. Честно сказать, он и сам не был в большом восторге от такой идеи, да и семья закатывала глаза. Люди всё ещё посматривали косо, но, похоже, что их маленький посол очень быстро обрёл множество сторонников. Очень скоро монстров приняли, хоть и не все, да и удивляться их внешнему виду уже год как перестали. Рабочее место тоже поменялось, но не сильно. Да и вообще, когда в его жизни хоть что-то менялось? С тех пор, как сеть МТТ расширилась, работник окончательно в ней затерялся. Но Бургерпэнтс всегда был известен своим неиссякаемым оптимизмом, несмотря на всё то, что он наговаривает клиентам. Поводов нервничать теперь практически не было, разве только покупатели попадались тупоголовые или озлобленные. Но теперь, когда подобных ресторанов стало немыслимое множество, Пэнтс никуда не спешил и ни о чём не волновался. - Эй, котяра! Ты чего тут, вечность будешь торчать? А закрываться кто будет? – окликнул его человек по имени Клайд. Этот парень был ленивым и дурным, к тому же задавал множество никому не нужных вопросов, просто чтобы занять время. - Посижу ещё часок. Рабочий день-то ещё не кончился. - Ну что ты за нытик? Кто нас тут проверять-то будет? Ай, ладно, не мне тебя судить, я пошёл. Дома ждёт пиво и новая серия «Гриффинов». Смотрел когда-нибудь? - Да смотрел, смотрел. Не моё. Хотя, над звёздами они забавно потешаются. - Хыхы, - Клайд гоготнул, надевая куртку. Боже, мерзкий же был у него смех. Словно в те моменты, когда он смеётся, в его организме внезапно вырастает ещё одна хромосома, - Небось так и ждёшь, когда они над Меттатоном постебутся, а? Как думаешь, чего придумают? - Слушай, ты же вроде уходить собирался. - Ааа, да и ну тебя. Дверь за Клайдом закрылась, и Пэнтс остался один в этой чёртовой забегаловке. Надо признаться, что он оставался здесь каждый вечер не потому, что должен или боится гнева начальства. Этот ресторанчик, в отличие от многих других из большой сети, находился на выезде из мегаполиса, на обочине шоссе. Здесь люди обычно закупались в дорогу, проездом, и никогда не засиживались надолго. Порой кто-нибудь приезжал сюда погрустить, брал банку содовой и садился за пластиковую стойку у окна. В такой глуши за ним никто не приглядывал вечным чутким взором. Просто кот ловил себя на том, что ему попросту некуда возвращаться. Он уже несколько лет как не жил с семьёй, а ему, между прочим, уже целых двадцать три. Домой, оставаясь в своём положении, возвращаться не хотелось. Даже перезванивался с мамой он не так часто, как хотел бы. Да, безусловно, он снимал квартиру в большом городе, в одной из этих адских бетонных коробок, но порой даже не ночевал там, оставаясь в подсобке. Не видел смысла мотаться туда-сюда и тратить понапрасну время. Да и теперь то, что он отсюда уйдёт, не было фактом. По телевизору шёл какой-то дурацкий корейский клип, а за окном сгущались ночные краски. Горло слегка скрутило, неожиданно захотелось пить. Появилось ощущение, что уже несколько лет преследует его, организм словно задаёт вопрос: с какого хрена по глотке и лёгким течёт обычный воздух, а не табачный дым? Создавалась иллюзия чересчур пустого горла, словно его кто-то выскоблил изнутри, образовав лишнее пространство. Не став церемониться, кот достал из-под прилавка то, за что года четыре назад его бы точно пустили на коврик. Банка с каким-то дешёвым коктейлем, ещё не открытая, а также заветная пачка сигарет. Странно, но люди вообще очень много курят. Очень скоро пастельное светлое помещение дополнилось струйкой дыма, а короткий шипящий звук открытия банки сопроводил процесс. В последнее время «Звёздное парфе», что получило, как и остальная продукция, капитальный ремонт, стало совсем жидким. Да и вкус получался отчего-то совсем неправильным. И теперь оно почему-то сочеталось с алкоголем. Ну, с другой стороны, чего тут удивительного? Всё для людей. Вместо привычных клея и блёсток на на гламбургерах появились пищевые красители, а сами они ничем не отличались от других, кроме странного, чуточку металлического привкуса. Парфе же было обыкновенным, но отлично мешалось с бухлом. А потому, соорудив себе чашку такого, кот со спокойным мрачным видом смешал в ней подтаявшее мороженое с жалким подобием «Пины Колады» из банки. Вкус ванили, отдающий фруктами, кокосами и спиртом, мягко обволакивал мозги. Коктейль не был сильно алкогольным, но мог недурно скрасить наступающую ночь. Пэнтс бросил краткий взгляд за окно, глядя на то, как последний автобус, что мог увезти его в город, промчался мимо. Нет, сегодня он уже точно не поедет домой. Можно было расслабиться, в такое время по этой трассе практически никто не катается. Он сполз под стойку и, вытянув ноги, оперся на неё спиной. Та же форма, практически то же место. Лишь с одним отличием – теперь у них всех было большое общее небо над головой. А больше не поменялось ничего: нравы, существа вокруг, отношение к другим. Он сам. Он всё такой же одинокий кот, что до сих пор уверен в том, что однажды найдёт себя. Да и уверен ли? Он даже этого уже не мог себе гарантировать. Словно он всё ещё котёнок, что цепляется за мамину юбку и боится даже шаг сделать навстречу миру. Тот факт, что дверной колокольчик, висящий над входом, неожиданно зазвонил, дошёл до Пэнтса только спустя секунд пять. Кажется, даже в такое время, в грёбаный час ночи, у него нашёлся покупатель. Кот заставил себя подняться, совершенно не нервничая. Благо, кондиционер под потолком избавлял помещение от такого нежелательного запаха дыма. Стаканчик с его «коктейлем» он, правда, убрать не успел, но почему-то решил, что клиент не придаст этому значения. Не наплевать ли тому, кто просто пришёл сюда что-то поесть среди ночи, чем там персонал занимается? - Приветствую в «МТТ Glamburger Emporium», мы славимся своими гламбургерами, делаем ваш день ярче! Или ночь…ладно, неважно это. Что закажете? – он произносил этот текст не потому, что так надо, а скорее по старой привычке. Если разбудить его посреди ночи и велеть его пересказать – однозначно выдаст его наизусть и снова вырубится. - Привет, дорогуша. И только теперь, подняв голову, кот стал понемногу соображать, кого именно он видит перед собой. За стойкой, на высоком барном стуле, собрав вместе ножки и глядя работнику прямо в глаза, сидел Меттатон. Чёрт возьми, как же давно он не видел этого лица! То есть, не на билбордах и не в каких-нибудь журналах, даже не по телевизору, а вживую. Вот такого, сидящего напротив и пронизывающего своим проникновенным взглядом. Чёрное мешковатое пальто в стиле гранж, что забавно висело на нём и открывало шею, на которой небрежно болтался небесно-синий шёлковый шарфик. Опрятный узорчатый платок, тоже чёрный, но расшитый всяческим декором, мягко оплетал его голову, пряча кончики под воротником и слегка выпуская мягкие смольные волосы. Вечерний макияж, включая губы, тоже был синим, в тон шарфа, что явно тоже являлось частью его образа. Меттатон безусловно похорошел, хоть и выглядел уставшим. Глаза были слегка прикрыты, а улыбка была слабой, но искренней. - В…вы? Что вы здесь в такой час…кх, кха! – прокашливаясь от табачного дыма, он поспешно натянул улыбку, хоть и осознавал, что во всём этом что-то определённо не так. Меттатон здесь вряд ли оказался для чтения нотаций. Это было бы нелепо? - Я тоже рад тебя видеть, сахарный. Я без понятия, с чем ты смешал фирменное парфе, но, будь так добр, наведи мне такой же, - наблюдая за тем, как оторопевший кот доливает остатки коктейля в новый стакан, перемешивая с мороженым, Меттатон выдохнул, расслабляясь на глазах, - Большого труда стоило найти тебя здесь, знаешь? Вас то и дело швыряют от одного места к другому. Чёрт, и кто вообще придумал такую систему? - Вы, босс. Сами сказали, что будет лучше, если будут регулярные переводы из филиала в филиал. Чтобы никто не успел заскучать, мда. Вот ваш коктейль, возьмите. И да, кстати говоря, я не сдвигался отсюда ни на дюйм. Здесь такая дыра, что сюда никто не переводится. Только я, Клайд и Пенни, новичков сроду не было. А вы тут какими судьбами? - Говорю же, искал тебя, дурачок, - он сделал небольшой глоток. Его организм, что был построен не только на металле, но и на множестве органических тканей, был вполне способен поглощать и переваривать человеческую пищу. Никогда не было точно понятно, как устроена его конструкция, но сейчас, признаться, это не имело особого значения. Сделав глоток странного белого варева, Меттатон зажмурился и слегка скривил накрашенную мордашку, - И как ты это пьёшь вообще, брр. Ты мне вот что скажи, ты здесь на всю ночь остаёшься? - Ну да, получается, что так. Кто-то же должен работать, да? - Тоже верно. Если не возражаешь, то я посижу у тебя какое-то время? Возразить коту было совершенно нечем, и Меттатон действительно остался. Пэнтс по какой-то причине боялся спрашивать, зачем бывший начальник вообще его искал, почему приехал в столь поздний час. И…как он там вообще? Раньше, когда их всех объединял один-единственный Отель МТТ, такие вопросы не волновали. Они просто не могли иначе, они всегда пересекались взглядами хотя бы раз за день. Но теперь, когда перед Меттатоном открылся целый мир, полный огней и света софитов, он всё равно стал искать для чего-то именно его. Именно этого рыжего кота, который уже и не думал, что они снова встретятся. Создавалось ощущение, что он встретил старого, давно забытого друга. Или бывшую. Даже не было ясно, на что больше походило такое столкновение. Молчание висело ещё минут двадцать. Меттатон, хоть и обругал поначалу его авторский коктейль, всё равно медленно попивал его, оставляя следы синей помады на стаканчике и слегка смазывая губы. За окном стали отлично различаться звуки дождя, который очень скоро перетёк в ливень. Ещё бы, сегодня ведь, кажется, весь день грозу обещали. И вот, кажется, она подобралась к городу, наконец-таки разразившись. Это были последние грозы сезона, похоже, что осень вот-вот помашет платочком на прощание и отдаст первенство ледяной, сковывающей зиме. Бургерпэнтс смотрел на него, на эту чёртову звезду, и всё никак не понимал – что не так? Почему оба они до сих пор не могут заговорить, почему Меттатон такой усталый? Почему он вообще сюда приехал, зачем искал старого работника, о котором ему было бы положено уже забыть? Так много вопросов, на которые почему-то они не могут ответить. Ещё один раскат грома раздался за окном, сверкнула молния, разрывая наполненные бурей небеса. Электрощиток, расположенный в небольшой каморке отдельно от забегаловки, коротко заискрил и принялся плеваться искрами – его давно пора заменить. Практически за секунду светлое, пастельное помещение, окрашенное в розово-жёлтые тона, сменило раскраску и полностью покрылось космической плёнкой ночи, отчего стало отдавать странной, приятно тянущейся зеленцой. Осточертевший корейский клип автоматически смолк, оставив лишь шум дождя где-то там, за широкими стёклами витрин. Лицо Меттатона полностью скрылось в полученной тьме, только лишь его голос раздался в ней, с лёгким смешком комментируя. - Пробки? - Вряд ли. Наверное, опять щиток полетел. Надо выйти, подкрутить его. Бургерпэнтс поёжился, он явно не горел желанием вылезать всей своей кошачьей шерстью туда, под дождь. Выглядела эта последняя глава осени не самым приятным образом, да и сохнуть потом не очень хотелось. Но открыть ресторанчик заново и вернуть электричество он был, кажется, обязан. Это стандартная процедура, щиток давно подводил всех. Но, похоже, что Меттатон был совершенно различного с ним мнения. Когда кот, тяжко вздохнув в предвкушении холодного и мокрого ливня, уже собирался выйти за дверь, голос босса окликнул его. - А ты знаешь, зачем я искал тебя, дорогуша? Кот остановился, уже открыв дверь, но не успев выйти наружу. Вопрос и правда был хорошим, учитывая, что последние двадцать минут они провели в молчании. Пэнтс не знал на него ответа, а потому, обернувшись, окинул Меттатона вопросительным взглядом. Теперь, привыкнув сколько-нибудь к темноте, они спокойно могли различить не то что силуэты, а даже лица друг друга. Меттатон зажёг широченный экран мобильного телефона и положил его на стойку, дав этому месту немного света. - Вы мне так и не сказали, - Пэнтс слишком хорошо его знал и понимал: Меттатон не хочет, чтобы кот выходил на улицу и подкручивал щиток. А потом он послушно закрыл дверь обратно, думая, что оно и к лучшему. Табличка на входе, повинуясь его руке, переменилась на «закрыто». - Видишь ли, ты сам наверняка заметил, насколько сеть МТТ расширилась. Работников у неё стало столько, что даже моя безупречная память не в состоянии их перечесть, - заметив, что на словах «безупречная память» кот еле-еле сдерживал хихиканье, Меттатон фыркнул и продолжил. Сам ведь прекрасно знал, что имеет привычку забывать порой о самых важных вещах, - И, пожалуй, не так много осталось тех, кого я помню ещё…с прошлых времён. Бургерпэнтс вообще не мог понять, к чему этот разговор идёт. Меттатон, приехав сюда среди ночи, наверняка преследовал какую-то цель, и вряд ли этой целью были воспоминания о временах, что они провели в Подземелье. - Ты не подумай, дорогуша, я не скучаю по прошлому. Видишь ли, сейчас…сейчас я не просто существо сцены, как прежде. Мне принадлежат несколько фабрик сладостей, у меня есть линейка духов, производство бытовой химии и косметики сводит с ума, а МТТ-компания растёт с каждым днём. Поверхность вполне реально покорить, а люди меня обожают. Вот только… - Вы не справляетесь, так? – глядя на то, как до этого мечтательное личико Меттатона изменилось, кот едва ли не расплылся в улыбке. Была у босса такая особенная эмоция, которую не спутаешь ни с чем. Когда глаза резко округляются в искреннем удивлении, губы собираются вишенкой, а взгляд приобретает совершенно растерянное, как у ребёнка, выражение. Такая физиономия у звезды складывалась только при самом живом и искреннем, опять же, непонимании. - Именно. Одному всю эту кучу даже мне сложно вытащить. Потому я и стал искать тебя, единственного, которому я могу доверять, который был со мной с самого начала, ещё из прошлых лет. Буду краток, дорогуша: считай это своим повышением. Я хочу, чтобы ты работал со мной и был моим личным секретарём. Повисло недолгое молчание. Похоже, что Бургерпэнтс вообще с трудом осознавал, что ему сейчас сказали. Какие-то существа внутри разума словно поспешно перебирали высказанную боссом информацию. Повышение. Секретарь. Его личный, твою матушку, секретарь. Официальное лицо, сопровождающее звезду людей и монстров везде, где только можно. Если честно, это можно было назвать не иначе как чудом. Словно его резко вырвало из привычной канители забегаловки у дороги, протянув руку и ожидая согласия. Сейчас, в эту самую минуту, жизнь окончательно разделится на «до» и «после», потому что обратной дороги ему уже точно не будет. Меттатон приехал к нему сам, выделив наконец-таки из остальных, и заявил об исключительном доверии и проверенности. Это что, в самом деле правда, а не какая-то глупая шутка? - У меня есть право выбора, босс? - Да, - немного помедлив, выдал Меттатон, вертя в руках почти пустой стакан со сладким пойлом, - Есть. Ты можешь отказаться, если хочешь, я не приказываю. Сам знаю, на такой кошмар подписаться трудно. Да и никто больше не справился бы, даже наша Фриск. - Я не отказываюсь. Я, по вашему мнению, уже мозгами поехал? Тем более, раз уж вы и правда мне доверяете. Вот только, честно говоря, я вообще не знаю, с чего начать теперь. Понимаете, я столько времени провёл за стойкой, что уже и забыл, как иначе. Я отсюда уже даже домой не возвращаюсь. Мне 23 года, босс, понимаете? А теперь вы приезжаете и говорите мне вот такое. - Переоденься, дорогуша. Начать следует с этого. Иди в подсобку и переоденься из этой чёртовой формы. Мы едем в город, здесь и сейчас. Голос Меттатона стал на глазах звучать привычно уверенно и приятно, кажется, он добился своего и получил полный контроль над ситуацией. Звезда улыбалась ему, поигрывая в руке стаканом с остатками этого адского сладкого варева, и Пэнтс послушал. Всё ещё слегка ошалело фыркая, он ушёл в подсобку. В голове вертелось самое разное, многие вопросы всё ещё оставались без ответа, но главенствовала этому всему одна глупая и бесполезная мысль: почему это всё так похоже на ностальгическое кино с блюзом на фоне? Словно вот-вот заиграет длительное соло гитары, клавиши подхватят мелодию, а воздух заполонит аромат дождя и космоса. Стоп, а как пахнет космос? Он не знал, но разве же это было так важно? Небрежная футболка, одна из его любимых, которая изображала американский доллар, а у Джорджа Вашингтона на нём был фингал под глазом. Мутно-зелёный плащ, который он носил вплоть до самой зимы, хоть у него и было пальто, летние штаны и кроссовки. Просто кроссовки, побитые слегка, но ничем не примечательные. Он окинул взглядом подсобку, с трудом понимая, какой же сейчас делает шаг вперёд. Мягко улыбнулся, приметив помаду, которую сегодня утром потеряла его сотрудница Пенни. Что ж, теперь он был вынужден оставить двух людей работать здесь самих. - Я готов, - он надел на одно плечо грязно-синий рюкзак, на котором красуются какие-то старые самодельные нашивки, и пожал плечами. Это словно не воспринималось всерьёз, настолько казалось нереальным после почти пяти лет вкалывания в МТТ-ресторанах. - Вперёд, дорогуша, вперёд, - он звонко ударил пустым стаканом о стойку, оставляя его так, с белыми разводами от остатков пойла, и поднялся на ноги, потягиваясь. Очень скоро дверь чёрного автомобиля Меттатона захлопнулась за ними. Сама звезда забралась в водительское кресло почему-то, а новоиспечённого секретаря посадила рядом. Меттатон кратким движением завёл мотор, и изнутри загорелась яркая неоновая подсветка. Она слегка раздражала глаза и заставляла часто моргать. Кошачьи зрачки сузились, но Меттатон, кажется, не заметил этого. Он просто надавил на газ, разворачиваясь и выезжая на трассу. - Подпишешь договор, выпишем тебя отсюда – и все дела! И почему я знал, что ты не откажешь? - Наверное, потому что я не дурак. Вы ведь знаете, как я хотел работать с вами. С самого начала. - Ещё как знаю. Нам многое следует обсудить, если мы не хотим в первый же день поссориться. Но мне почему-то кажется, что всё получится. Мои внезапные затеи никогда не подводили. - Вечно вы всё делаете по зову левой пятки, - кот слегка фыркнул, улыбнувшись ему. - Левой…чего? Что такое пятка? – снова эта искренне удивлённая физиономия. Похоже, человеческая анатомия ему незнакома от слова совсем. - Так люди говорят. Это значит совершенно рандомное и необоснованное решение или поступок, - Пэнтс усмехался, глядя на то, как за размытым окном мелькают первые огни большого города. Едва различимый, за стеклом пронёсся рекламный постер с подсветкой – Меттатон на нём рекламировал помаду из своей линейки. И до каких же чертей это было странно! Словно тот Меттатон с билборда, и тот, что сидит рядом – две совершенно разных личности. То он метает яркие выразительные взгляды и закусывает идеально накрашенную губу, а то сидит растерянный, не понимая, чёрт возьми, что такое пятка. - Ух ты. Буду знать, буду знать. Чёрный автомобиль мчал их обоих куда-то в дождь, навстречу совершенно новой жизни. Словно они вылетели в неизведанный открытый космос. И тогда оба они ещё знать не знали, как этот «зов левой пятки» изменит жизнь обоих в корне. Ночной космический блюз мягким прикосновением проводил звезду и его будущего секретаря прямиком в новую, переменчивую и запутанную жизнь. Одиночество было прервано навсегда.