Я научу тебя летать...

Рэйчел вкатила коляску в лифт многоэтажного здания и нажала кнопку предпоследнего этажа, где располагались её с Йеном апартаменты. Как только створки разъехались, перед девушкой появился сам парень, слегка помятый со сна, но уже собирающийся в офис. - Йо, Рэй. - он махнул рукой и потрепал Рэйчел по голове, слегка ероша волосы, зацепившись за них кольцом. Девушка улыбнулась, покрутив собственное, такое же кольцо на пальце. Их обвенчали для объединения компаний их семей. Почти через месяц после возвращения Рэйчел с островов. Лишь некоторые поинтересовались, что с ней произошло, как она выбралась и прочую лабуду. Приходилось выдумывать всё новые и новые подробности "кораблекрушения" и удивительного спасения рыболовным судном. Странно, но Рэй была по-своему благодарна своим родителям, не проявляющих особого интереса к дочери. Они покивали, сухо посожалели и объявили о её помолвке с Йеном Моргенштерном. Вот так сразу, не заботясь о чувствах наследницы. А девушке и плевать как-то. "Йен - хороший парень, работяга" - отвечала она на все вопросы о её замужестве. О серьёзных отношениях ни он, ни она не задумывались. Да, их обвенчали, да, приходится жить вместе, но они были не против. В прошлом у них сложились дружеские отношения, а после неловких попыток "построить нечто большее" они откинули эту затею. - Ты от мозгоправишки? - слегка улыбнувшись (на большее его мимика кирпича не была способна), протянул Йен, снова исчезая в глубинах их двухэтажной квартиры. - Она говорит одно и тоже, так из раза в раз... Безумие какое-то... - буркнула девушка, закатывая своё средство передвижения в их "убежище". - Опять говорила, что нужно рискнуть и пойти на ту операцию. "А вдруг повезёт?... а вдруг сможете ходить?..." - приторно промямлила она, пародируя свою психологиню, которая не то что раздражала её, она была слишком мила с Рэйчел. Каждый день девушка принимала свои таблетки. Её маленький секрет, даже Йен не знал о них. Она аккуратно закинула пару в рот, мгновенно проглатывая, и наконец заехала в огромную гостиную, где её муж собирал вещи. - Ну, это её работа. - пожав плечами, произнёс Йен, поворачиваясь к девушке. - Помоги, а? На шее болтался перекрученный галстук, который никак не поддавался парню. Несмотря на кирпич-лицо, Рэй могла определять его эмоции на раз-два. Возможно, практика с Монтенегро помогла? Девушка усмехнулась про себя. Йен смотрел на неё немного жалобно. - Иди сюда... - улыбнувшись, сказала девушка, протягивая руки к галстуку, который в её руках буквально через полминуты был завязан. Рэйчел довольно, как только могла, посмотрела на внешность Йена, уголки губ дёрнулись, став улыбкой на секунду. В глазах Рэй играла усталость, возможно, сказался антидепрессант. - Готово. Выглядишь отлично. Конечно же отлично. Костюм, пошитый специально на него, отлично сидит, а главное придаёт стиля парню. Рэй вскоре просто занялась своими обычными делами. Нужно было сделать так много: позвонить аж одному человеку - её курьеру, чтобы он завёз ей всё нужное. С начала её "новой" жизни вне острова, Рэй решила заняться множеством вещей. Она писала песни, иногда, когда никого не было дома, пела их, девушка так же начала рисовать в своё удовольствие, вязать, научилась готовить почти восемнадцать видов яичницы. Была бы её воля, она бы бегала по утрам, как обычные люди. Так и проходили первые месяцы её жизни. С течением времени девушка становилась всё общительнее, она перестала ходить к психологу, её увлечением стало написание мелких рассказов, песен. В один вечер, когда Йен, придя с работы, услышал, как она поёт, он тут же сказал, что она должна показывать свой талант, ведь такое нельзя скрывать. И Рэй решила, что будет ездить в паб в ближайшем районе и петь там. Не платят, зато слушают. Да и не особо хотелось что-то получать за то, что она просто поёт. Прошёл год, Рэйчел стала всё чаще выходить в свет, принимала участие в благотворительных акциях, даже прыгала с парашютом один раз. Стала реже общаться со своим мужем. Она просто почти не видела его дома. Когда Рэй уходила, его уже не было, а когда возвращалась и ложилась спать, он ещё не приходил. Так шло время. И Рэй всё устраивало в своей жизни. Прошло с тех пор ещё полтора года. Она летала, чувствовала свою свободу. Ровно до того момента, как её муж узнал, что она пьёт антидепрессанты. Йен устроил допрос, стараясь узнать, почему Рэй пьёт такие довольно тяжёлые наркотики, однако так и не услышал ответа. Они не говорили почти месяц. Рэй, по просьбе Йена, больше не выписывали талоны на "заветное сокровище". С каждым днём становилось всё хуже. Она стала видеть кровь. Повсюду мерещилась эта жидкая, мерзкая масса. Во сне она видела Вааса, все эти мерзкие и злые лица, его взгляд... она стала просыпаться с криками, пугая своего мужа, заставляя его обнимать её, ждать, пока она уснёт. Удавшаяся, но болезненная операция по восстановлению нервной системы позволила ей ходить... с тростью. Теперь девушка выглядела ещё более жалкой. Она стала меньше выходить на улицу. Каждую секунду она слышала голоса, много голосов, голос Вааса, голос её мужа... голоса мёртвых.... она всё чаще закрывалась в кабинете, в надежде снова уйти в забвение с помощью слабых таблеток-успокоительных, однако они почти никогда не помогали. В один из дней, когда она всё же решила выбраться из апартаментов, ей прямо на собрании благотворительной компании стали мерещиться красные майки, они были везде. Девушка впала в истерику, просто сбежав оттуда. Рэйчел стала выглядеть разбитой, спала не больше двух часов в сутки, перестала петь. Из их дома ушёл уют. Да, было чисто, но из всех углов стало веять холодом. Хромая через небольшую улочку, Рэй видела перед собой широкий забитый людьми проспект. Поток людей сливался в серую пелену. Но вдруг сердце бешено застучало. Она почувствовала на себе острый взгляд зелёных глаз. - Ваас?.. - тихо, удивленно воскликнула девушка, поднимая глаза и вглядываясь в толпу. Сбоку в темном переулке что-то скрипнуло и звякнул металл. Крутанув головой Рэй заметила лишь красноватый цвет - мазок кисти на зашпаклеванном холсте - исчезающий в темноте. Рэйчел слабо дёрнулась, опуская взгляд. Сердце возвращалось в свой обычный, гораздо более медленный темп, заставляя девушку сглотнуть, убирая ком в горле. Её путь был самым обычным. Она зашла в бар, тенью проскользнув мимо толпы и забрав оттуда ещё с утра заказанную бутылку старейшего вина, которое обычно поднимало ей настроение. Дрожь в руках стала беспокоить её, однако это не помешало Рэй открыть алкоголь ещё в лифте, пока она поднималась к жилью. Выйдя из лифта, она тут же почувствовала странный, уже почти забытый запах. Чарующий и отвратительный в одно время, он заставил её остановиться и прислушаться к тишине апартаментов. Только двое знакомых ей людей курили такие сигары. Одного она не видела уже почти три года. А её отец сейчас был в другой стране, на конференции. Из мыслей её вывела не вовремя потёкшая из носа кровь. Рэйчел тут же подметила это и пошла в ванную. Отмыв лицо, она забрала дорогой алкоголь и, отпивая прямо из бутылки, вошла в свой кабинет. Ноги, и так слабо держащие её, подкосились, а вино чуть не выплеснулось. На её месте сидел, развалившись в кресле и закинув ноги в тяжёлых берцах на стол, никто иной, как сам Ваас. Ехидная улыбка озарила его смуглое лицо, навевая воспоминания о давних жутких временах. - О, hermana, - он спустил ноги на пол и поднялся, медленно подходя к девушке. Выхватив бутылку, которая чудом не выпала из ослабших рук, Монтенегро сделал глоток. - У, винишко? Балуешься? - хохотнув, протянул пират, делая ещё глоток. - А, позволь пояснить. Я не глюк. Нет, серьёзно, чем ты тут занимаешься, что тебе уже я мерещусь? - внезапная мысль сверкнула в глазах и приторно-сочувственный голос протянул. - До чертиков уже допилась? - Т... три года... - тихо просипела девушка, опираясь на свою трость и чуть не задыхаясь, - Три года я пыталась убедить себя, ч-что тебя нет... - Рэй отступила на шаг назад, буквально упав на дверь, со страхом, будто сейчас зарыдает. Девушка была такой маленькой перед пиратом. Она подняла на него глаза, полные боли и обиды. В янтарном океане этих глаз утопал весь свет, исчезая и становясь тьмой, обволакивающей, такой успокаивающей и холодной. - ...Ты разрушил мою жизнь, твоё появление в ней заставило меня видеть кошмары... - всё громче говорила девушка, вытирая проступающие на краешках глаз слёзы. Она остановилась, смотря на Монтенегро пару секунд, а затем, слабо, с дрожью, выдохнула, разворачиваясь и приоткрывая дверь обратно в гостиную. Она вошла в огромный зал, и, останавливаясь ещё перед кабинетом и придерживая дверь, посмотрела на Вааса через плечо. - Как ты сюда попал? - смиренно буркнула она, ожидая ответ на свой вопрос. - На черепахах приплыл. - взмахнул руками пират. - Что за глупый вопрос, hermana? Монтенегро подошёл к ней со спины и провёл носом над её шеей, заставляя вздрогнуть. - А тело всё помнит, а? - подло усмехнулся Ваас, но его лицо помрачнело. - А вот мозг стал забывать. Широкая ладонь прошлась по волосам девушки от макушки к виску и провела по щеке, едва касаясь подушечками пальцев. - аргх... - рыкнула Рэй, отходя от Вааса, и села на диван посреди гостиной, - И зачем ты мне тут? У меня есть муж, вполне удачная жизнь... теперь я могу ходить... - с особым холодом в голосе проговорила Рэйчел последнюю фразу, покосившись на стоящую рядом резную трость. Подарок мужа на годовщину. Мило, но так болезненно. Девушка глубоко в душе хотела сейчас видеть Вааса. Она понимала, да, он ей нужен. Он единственный, кто буквально вытащит её из океана тьмы, поглощающей её. Но она не собиралась показывать это. Нет. Не сейчас. Никогда больше. - Муж? - пират хохотнул, подходя к дивану бесшумной походкой. - Удачная жизнь? Ходишь? Мужчина расхохотался тем безумным смехом садиста, которым так любил смеяться на Руке. - Кого ты пытаешься обмануть, lisiar? - он сделал ударение на последнем слове, прищурив глаза. Девушка сидела, смотря на пирата с безразличием в лице. На каждое его слово она почти не реагировала, лишь подёргивая нижним веком правого глаза. Внутри же она закипала. Её раздражали слова Вааса, но каждое было настолько правдиво, что хотелось кричать. - Я. Не. Калека. - пробурчала Рэй, резко встав и пошатнувшись. Она смотрела на Вааса, сдвинув брови на переносице - А кто же тогда? - вызывающе протянул Монтенегро, подняв рассеченную шрамом бровь. В зелёных глазах мелькнуло мимолетное разочарование. - Ты обрела крылья на Рук-Айленде. Ты научилась летать. А теперь.. - голос всё затихал, но резко повысив голос, Ваас рявкнул: - кто ты теперь?! Калека и никак иначе! Выбив взмахом ноги из её рук трость, Ваас уставился на девушку. Рэйчел напуганно смотрела на него, сглатывая комок, подступивший к горлу. Как только в руках не осталось трости, её ноги затряслись, причиняя ноющую и невыносимую боль. Рэйчел стояла так пару минут, со слезами на глазах глядя на Вааса. Однако не выдержав дольше, она просто шагнула назад, падая на колени. - Зачем... зачем ты вернулся... - тихо, как мантру повторяла она, закрыв лицо руками, - Почему просто не можешь дать мне умереть спокойно. Дать просто разбиться... не умеющей летать... - плечи девушки слабо дёрнулись, а сама она просто перестала сдерживать себя, пропадая в пучине своей мерзкой истерики. Монтенегро присел на корточки, хватая девушку за руку и убирая её от лица. Злые искорки блестели и прыгали в его глазах, прожигающих Рэй будто изнутри. - А ты думала, я тебя просто так отпущу? - слегка подняв уголки губ в властвующей ухмылке, он приблизился к её лицу. - Как же я могу оставлять свои игрушки без присмотра, а? Рэйчел уже не просто всхлипывала. Она рыдала от страха, и от своей беспомощности, всепожирающей, не дающей мыслить. Алые от слёз глаза смотрели на Вааса, буквально умоляя его прекратить всё это. Пират мог даже слышать стук её бешено колотящегося сердца, рвущегося наружу. В коридоре громко всхлипнул приехавший лифт. Ваас, не шелохнулся, лишь слегка отвёл взгляд. Он всё больше напоминал Рэйчел того тигра с его острова. Весь напряженный, готовый в любую секунду сорваться с места и убить несколько десятков людей. Ну почему Йен вернулся именно сейчас? Почему не часом позже, когда её тело уже начало бы остывать? - Рэйчел, я дома! - в прихожей загремели туфли парня и вскоре он сам появился в гостиной. Обескураженное лицо замерло, взгляд прикипел к смуглому, потрепанному мужчине, нависшему над его, Йеновой, женой. - Что за чёрт здесь происходит?! - вскрикнул он, делая шаг вперёд. Рэйчел мало что успела понять. Лишь почувствовала слабое дуновение воздуха перед лицом, а в следующий миг Ваас стоял за спиной Йена, приставив тому пистолет к виску. - Замолкни, мудак. - разъярённые хищные глаза сверкали из полумрака отбрасываемой головой блондина тени. - Ещё хоть одно сраное слово из твоей вякалки, и твои мозги разлетятся вот по тому прелестному окну во всю блядскую стену, усёк, amigo? Рэйчел привстала, на дрожащих ногах, забыв про трость. Забыв про всё на свете. Она замерла, вытянув руку вперёд, будто пытаясь ухватиться за последнюю надежду на спасение хоть и не горячо любимого, но ценимого и уважаемого мужа. Её сердце теперь напоминало часы: "Тик-так-тик-так" - медленно, словно оно сейчас остановится. - Ваас. Не трогай его. Просто... оставь Йена в покое... - тихо, шёпотом говорила она, пытаясь как можно аккуратнее подобрать слова. Ведь в любую секунду она могла поджечь фитиль ярости. Но, видимо, парень не отличался особым умом. А вроде умный человек, владеет фирмой... Рэй упала на колени, когда дернувшийся в хватке пирата Йен попытался ударить Монтенегро, но был скручен и брошен в стену. Ваас подпрыгнул к парню и присел рядом, заботливо стирая бегущую по виску блондина кровь перемотанным пластырем пальцем. - Ну что же ты, Йен. - холодно, притворно-заботливо произнёс пират, гуськом приближаясь ещё ближе к Йену. Парень мелко дрожал от пробивающей тело боли. - Я же предупреждал тебя. - шептал Ваас, а его голос набатом отзывался в воспаленном мозге девушки. - Ты просто псих, amigo. - усмехнулся Монтенегро. - ПРЕКРАТИ! - остановила его Рэйчел, срывая связки. - Почему ты всё разрушаешь, зачем ты отнимаешь всё, что мне когда-либо было дорого?! Девушка поднялась, на дрожащих ногах, делая болезненный шаг к ним. Ещё один. Она буквально в двух метрах от пирата и своего мужа. Но тут она остановилась. На глаза накатились слёзы. Будто что-то, что было сильнее неё, тянуло Рэй назад. С каждым движением к телу приходила всё новая и новая боль. Спазм. Ещё один. Ноги полностью отказались, переставая слушаться. Она не хотела останавливать Монтенегро, несмотря на всё, она хотела тех смертей, которые он за собой нёс. Всё лишь ради того, чтобы быть запертой в клетке с тигром, что в каждый момент разорвёт её на куски. Ваас слегка повернул голову, чтобы видеть девушку лишь краем глаза. - Хочешь знать, зачем я это делаю? - оглушающе тихо произнёс он, поднимаясь. В тишине хрустнули позвонки, и Рэй показалось, что они просто раскрошились. Ей казалось, что Ваас уже переломан изнутри вдоль и поперёк. Все кости, хрящи, даже капилляры разодраны, а сам он движется лишь на той адской силе страха, которую высасывает из окружающих. Странно тихо он шагнул к девушке, опускаясь рядом. Поднял пальцами её лицо за подбородок, оставляя на коже кровь Йена. Абсолютно безэмоциональные, что удивительно для него, зелёные глаза как два штопора вкрутились в сознание Рэй. - Я это делаю потому... - любимая драматическая пауза Монтенегро лишь сильнее распаляла и так раскаленный от напряжения и боли воздух. В помещении витал запах сигар и крови. Но не крови Йена. Рэй не знала, почему ей так казалось, но она была уверена, что этот запах исходит от Монтенегро. Он насквозь пропитан кровью и слезами. Это его природный аромат. И сейчас он неимоверно тянул её к себе. - ... что хочу этого. - закончил фразу пират, выхватывая пистолет и выстреливая в вскрикнувшего Йена. Рэйчел вздрогнула. В ушах зазвенело, а взгляд помутнел, будто на мгновение девушка стала мёртвой. Она была полностью опустошена, сердце перестало колотиться, стало как-то... легко. Тишина, манящая своим гробовым шёпотом, окутала Рэйчел, калеку, сломавшую крылья об клетку мечт и заблуждений. И в этом заполненном напряжением помещении послышались смешки, сначала несмелые, робкие, а затем перерастающие в истерический хохот ментально неуравновешенного человека. Нет, уже не человека, лишь оболочки, мертвеца с личиной ангела. Ваас, презрительно хмыкнув, убрал пистолет и поднялся. Кинув взгляд на девушку, трясущуюся от накатившей истерики, он прошептал тихо, себе под нос: - Ты была хорошей игрушкой, hermana. Легкий шажок тяжелого ботинка, пират наклонился к Рэй. - Но никому не нужны сломанные игрушки, верно? - издевательский тон отдался хрустом доламывающейся психики девушки. Рэйчел больше ничего не слышала. Она поднялась на трясущихся ногах и подошла к лежащей недалеко трости. Тонкая рука взяла чёрное полированное древко, на секунду замерев. Рэйчел просто хотела бежать, не останавливаясь, не желая чувствовать боль, все эти страдания. Но, впрочем... Пальцы сильнее сжали тросточку, и Рэйчел резко развернулась, желая ударить Вааса ею. Она хотела услышать хруст его костей, увидеть его кровь, почувствовать, каково это, причинять боль, снова. Взвизгнул воздух, а девушку крутануло на месте. Слабые ноги еле справились, не подкосившись. Комната была пуста. Лишь дрожащая Рэй и мертвый Йен. Он исчез. Не оставив ничего. Лишь слабый запах страха и крови, постепенно исчезающий. Неужели это снова была галлюцинация?! Нет... Не может быть... Нет! НЕТ, ЧЕРТ ПОБЕРИ. Крупная дрожь сбила девушку с ног. Трость простучала деревом о пол, набатом отдаваясь в голове. Рэйчел оглядела комнату, силясь убедить себя, что она не виновата. Однако, мгновением спустя, Рэй просто упала назад, на спину, полностью ложась на пол. Это была ОНА. Всё это по ЕЁ вине. Но как...? Девушка просто лежала, содрогаясь от неунимаемой дрожи, от кома в горле. Казалось, сейчас её вырвет от осознания своей вины и настолько мерзкого ощущения крови на своих руках. Девушка опустила взгляд на свои ладони. Кровь, алая животворящая субстанция заставила её поморщиться. Но она хотела всего этого, хоть и неосознанно. И ей это понравилось. Звякнул лифт, чьи-то громкие шаги звучали для Рэй словно через вату. Кто-то вбежал в их с Йеном дом, громко (а громко ли?..) вскрикнул и подбежал к ней. Сжал плечи и начал трясти. Девушке казалось, что ее голова сейчас просто отвалится, и она по праву сможет называться поломанной. *** POV Рэйчел Было противно. Противно от осознания примитивности людей. Девушка-инвалид в одной комнате с трупом? Замечательно. Нет оружия преступления? Еще лучше. Невменяемость главной подозреваемой? Отлично, путевка в один конец в спецлечебницу. Даже не пустили на похороны Йена. А он между прочим не последний для меня человек! Теперь его родители (да и мои тоже) считают меня свихнувшейся калекой, из-за зависти убившей своего здорового мужа. Может я и калека, может и свихнувшаяся, но завидовать Йену? Серьезно? Хотя, плевать. Пусть думают, что хотят. Я всего лишь "сраная сломанная игрушка", как говорил Ваас. В одном из моих снов. Да, он приходит ко мне во снах. Даже, скорее, это он приносит их. Приносит, устраивается поудобнее и начинает полную промывку мозгов, добивание психики, которую, пока я бодрствую, пытается восстановить мой психиатр.