From The Ashes We Will Rise

Если ангар Кольца не откроется.... Если мы не починим воздухогенератор... Если не запустим производство водорослей...       Так много «если» обсуждаемых Рейвен и Монти, которые могли означать, что её друзья не выжили или находятся в опасности. — Мы знаем столько возможностей умереть, может найдем хоть одну, чтобы выжить?       Она цеплялась за слова Беллами, уговаривая себя, что всё нормально. Но иногда это было трудно...       2199 дней. 2199 раз Кларк взывала к безмолвной тишине космоса, ни разу не получив ответа. С каждым днём надежда на возвращение её людей уменьшалась, превращаясь в еле тлеющий уголёк в сердце. Поэтому услышав рокот в небе, она обеспокоенно посмотрела вверх, боясь, что ей привиделось, как в сотни прошлых раз. Из-за облаков показался корабль, медленно спускающийся на поляну за деревьями. Вскочив с камня, на котором она сидела, Кларк со всех ног побежала к месту приземления.       Она не верила своим глазам, наблюдая, как из открытого шлюза выходили по одному фигуры в защитных костюмах. «Один, два, три... семь», — мысленно посчитала девушка и с облегчением выдохнула. Космонавты, помедлив мгновение, сняли шлемы. Они всё не видели её, слишком занятые осмотром старого-нового мира. Рейвен была первой. Механик испустила короткий возглас, чем привлекла внимание остальных к неожиданной гостье. Когда Беллами обернулся, и их с Кларк взгляды встретились, девушка думала, что её сердце выпрыгнет от переполняющих его чувств. Но на лице мужчины промелькнула тень боли, прежде, чем он смог взять себя в руки. — Только не сегодня, — устало вздохнул он.       На лицах остальных недоумение сменялось радостью и лишь Беллами продолжал смотреть безучастно. Они давно не виделись, и Кларк не была уверена, но, кажется, он злился на неё. Она никак не понимала, что же могла сделать ему. Беллами посмотрел на нее ещё раз и, окинув презрительным взглядом, усмехнулся: — Ты даже не похожа на неё.       Затем отвернулся и зашагал прочь. После последней фразы Гриффин вообще перестала что-либо понимать. Лишь горькие слезы сдавливали горло, мешая сделать хоть один вздох.

***

Несколькими годами ранее...

— У тебя еще есть надежда? — Мы же еще дышим.

      Теперь у него нет надежды. Она осталась на Земле с последним вздохом девушки, которой он говорил эти слова.       Беллами исследовал то, что осталось от Ковчега на предмет чего-то полезного. Многие отсеки Кольца были отключены ради экономии энергии, и ему приходилось передвигаться в защитном костюме. Он же должен был и уберечь от неминуемой смерти в первую секунду, если за очередной дверью окажется пустота вместо металлической стены. Блейк предпочитал сам ходить на поиски, чтобы не подвергать остальных опасности. Ведь он обещал заботиться о них.       Дойдя до «Небесной коробки», служившей когда-то тюрьмой, он уже хотел поворачивать назад. Что можно было найти в бывших камерах? Но возвращаться с пустыми руками не хотелось, и Беллами двинулся дальше, в надежде найти что-то полезное. Хотя бы запасное одеяло. Свет от фонарика слабо освещал угрюмые стены бывшей тюрьмы.        В очередной камере его ждало очередное разочарование — похоже, помещения вычищались сразу после того, как заключённые их покидали. Луч света скользнул по стене, и Беллами замер. Все поверхности в комнате были покрыты рисунками: животные, растения, пирамиды. Парень изумлённо рассматривал работу талантливого художника, ему казалось, что он встречал подобный стиль. Вдруг Блейка осенило. Он стоял посередине бывшей камеры Кларк. — Неплохо, да? — послышался до боли знакомый голос позади. Беллами не двинулся с места, стараясь не выронить от шока фонарик. Он был уверен, что ему показалось. Но вскоре к голосу добавились шаги, и краем глаз он заметил движение. Девушка обошла его и, подойдя к нарисованной пирамиде, провела по изображению пальцем. — Жаль, что я не успела увидеть их в живую.       Это был первый раз, когда он увидел Кларк. Другой бы на его месте испугался, что сходит с ума и, как минимум расстроился. Но не Беллами. Если цена за возможность видеть Кларк — его разум, он заключит эту сделку не думая. — Прости меня, — Блейк рухнул на колени, обхватив руками шлем, нащупывая руками застежку. — Я оставил тебя. — Ну что ты, — он готов был поклясться, что ощутил прикосновение её пальцев — еле осязаемое и холодное. — Ты же делал то, что должен был... спасал свою шкуру, — девушка убрала руки и, поднявшись отошла в сторону. — Я... — начал было Беллами, но увидев гримасу злобы на её лице, умолк. — Я бы простила тебя, будь я жива, но нет... Тебе не хватило терпения и смелости. Еще пара минут и я успела бы на эту долбанную ракету! Почему ты считаешь, что заслуживаешь жить? А как же...       Беллами зажмурился. Ей голос стихал, пока не исчез. — Блейк, где тебя черти носят? — прошипел недовольный голос Мёрфи в рации на поясе. — Смотри, а то отдам твою порцию Монти, если опоздаешь на обед, — брюнет открыл глаза и обнаружил, что кроме него никого в камере нет.        С тех пор Кларк часто появлялась. Она преследовала его всюду, в независимости был ли он наедине или нет. Обычно их разговоры, или же её монологи, заканчивались обвинениями и криками. От «и зачем я только ушла из бункера» до «лучше бы меня сразу после приземления убили Земляне». Следовало бы рассказать кому-то, поделиться. Но у остальных и так было много собственных проблем.       Ему необходимо отвлечься. Тяжёлый труд до изнеможения абсолютно не помогал. А самогон из надоевших до чертиков водорослей он пить отказывался. Уж лучше выйти наружу. В глубине души Беллами понимал, что спорит сам с собой, ведь Кларк здесь на самом деле не было. Но, к сожалению, в его распоряжении не имелось ни одного психолога. Не к Мёрфи же ему идти?       Эхо тоже тяжело. Это замечали все. Землянка практически на стены лезла от необходимости находиться в замкнутом пространстве, среди людей, которых она еще недавно считала врагами, которые сторонились и опасались её. Беллами помнил о попытке покончить с собой незадолго до взлета и поэтому присматривал за азгадийкой, когда была возможность, надеясь, что их разговоры уберегут девушку от необдуманных действий. Одна из таких бесед, в которую каким-то образом всё-таки проник чёртов самогон, потекла совсем не в запланированное русло. Блейк как раз пытался сосредоточиться на застежке штанов Эхо, пока та покрывала поцелуями его шею, когда услышал тихое покашливание рядом со своим ухом. — А она ничего такая, —рассмеялась появившаяся из ниоткуда, в прямом смысле, Кларк. — Гибкая, я бы тоже с ней зажгла. Если бы была жива. — Прости, — помешкав, извинился парень перед Землянкой. Эхо кивнула и, подняв с пола свою майку, быстрыми шагами скрылась из виду. — Ты так жалок, — простонала Кларк. — Я даже рада, что умерла. Уж лучше сгореть заживо, чем быть взаперти с тобой всё это время. Не удивлюсь, если кто-то из несчастных обитателей Кольца добровольно выйдет в космос. — Уйди, ты — не она, — не выдержал Беллами. В одном, он был согласен — он был жалок, даже не мог контролировать свою голову. — Она бы никогда так не сказала, никогда, даже если бы знала, что это моя вина. А ты... ты исчезни. Оставь меня!

***

      И она оставила. Видения прекратились. Вплоть до сегодняшнего дня. Не то, чтобы Беллами был психологом, но скорее всего его обострение связано с возвращением на Землю. Правда, в этот раз иллюзия даже не постаралась быть похожей на ту Кларк, что он помнил. А может это его воображение подправило образ, учитывая прошедшее время.       Кто-то еще закричал: «Гриффин? Не может быть, ты в порядке».       Беллами замер на месте, до уголков его сознания стало доходить, что не только он видит её... Что это не галлюцинация, а настоящая, живая Кларк. Он обернулся: — Кларк?