From The Ashes We Will Rise

      Кларк закрыла глаза. Бежать было некуда, а смотреть на приближающуюся стену огня она просто боялась. «Мой бой окончен», — прошептала девушка и задержала дыхание, готовясь к ошеломляющей боли. Еще секунда и… ничего. Оглушающий рев стих, запах паленой древесины исчез. Кларк приоткрыла один глаз и тихо вскрикнула от удивления. Заснеженная поляна и лес пропали. Как и её треснувший защитный шлем. Девушка стояла внутри некого помещения, заполненного людьми — они сидели на металлических стульях и полу. Комната походила на центральный зал конторы вроде банка или поликлиники — такими их видела Кларк в старых фильмах на Ковчеге.       Она абсолютно ничего не понимала. Во-первых, девушка, мягко говоря, скептически относилась к верующим в жизнь после смерти. Судя по картине перед ней — зря. Во-вторых, даже если допустить наличие оной — в её представлении загробный мир должен быть более… представительным и необычным. Заметив окошко с надписью «Информация», Кларк решила начать своё знакомство с загадочным местом именно с него. За стеклом сидела милая брюнетка. Гриффин назвала бы её обычной если бы не серебристые слегка закрученные рожки на голове той. Кларк подошла и осторожно постучала. Служащая осмотрела её быстрым взглядом. — Оторви талончик и жди своей очереди, — пробурчала она, тут же потеряв какой-либо интерес к новоприбывшей.       Кларк послушно выполнила требование и заняла одно из свободных сидений. Остальные будто не замечали её, потухшим взором уставившись в одну точку. Она попыталась заговорить с ближайшими соседями, но не дождавшись ответа прекратила напрасное занятие. В толпе Кларк заметила несколько знакомых лиц — землян из Полиса, которых она видела раньше. Больше всё она боялась увидеть кого-то из бункера или тех, кто улетел в космос. Раньше, чем её страхи сбылись, металлический голос из динамика объявил её номер. Кларк отыскала кабинет с нужным номером и открыла дверь.       За столом сидел Джон Мёрфи собственной персоной. — Ну надо же, принцесса почтила меня своим присутствием, — усмехнулся он, не обращая внимания на ошарашенный вид Гриффин. — Джон, ты умер? — спросила она первое, что пришло ей в голову. — Даже тараканы могут умереть, — пожал он плечами. — Но тут неплохо. — Значит, ракета не долетела? — кажется, худшие опасения сбывались. — Ну почему же. Всё было нормально. Мы добрались и даже выжили, а потом... — Мерфи нахмурился, будто напрягая память. — Кажется, меня ударило током. Я оказался здесь и немного задержался. Кофе, конечно, просто мерзость, но всё лучше чем внизу... — Но я умерла раньше, из-за... — она уже ничего не понимала. — Высшего пламени, да, я вижу, — прочел он на первом листе папки лежавшей перед ним. — Время в чистилище идет по своим законам. Пока ты ждала очереди в реальности могли пройти недели или месяцы. Трудно уследить за его течением. — Джон, что теперь будет? — Кларк не сводила взгляда с кучи листов на столе. — Ну раз ты застряла здесь, то твоя судьба еще не определена и, когда разберу что написано в твоем личном деле, надо будет решить... — Это не займет много времени. Не зря же меня зовут командующей смерти, — грустно заметила она. Вот и настал момент расплаты за совершенные грехи. Кажется, она скоро отправится в более живописное и менее радостное место. — Ну не скажи. А вот оно... Что за? Моника, иди сюда! — Джон нажал на кнопочку на коммуникаторе. — Что это за каракули?       Через мгновение дверь в кабинет распахнулась и в проеме появилась девушка с короткими растрепанными в стороны рыжими волосами. Казалось, что она заискрит от злости в любой момент. — Я закончила академию Люцифера... — она была похожа на человека, если бы не красные глаза под очками. — Была лучшей в своей группе. И всё это для того, чтобы подносить бумажки всяким людишкам. — Я не виноват, что нравлюсь вашему начальству, — парировал Джон. — Я — демон, моя специализация — мучить людей, а не вести записульки, — продолжила Моника. — На что я трачу свое существование? Хватит вызывать меня по мелочам! — Демонесса почти дошла до выхода, но потом посмотрела на свою руку. — Это Вам, — она протянула бумажный стаканчик Кларк. — Стандартный пакет услуг во время пребывания в чистилище. Рекомендую, не воротить нос. Возможно, он последний в жизни. — Я бы хотел, но больше тянуть нельзя, — извиняющимся голосом произнес Джон, когда они остались вдвоем. — Большая очередь, выполнять план надо. — Хорошо, — кивнула Кларк. — Что же, для начала… — Мой отец, — перебила Гриффин. — Неа, — покачал головой Мерфи. — Совет казнил его. Кстати, его членов я бы с радостью здесь встретил, чтобы направить куда следует. — Но я могла бы попытаться его защитить. Ладно, там ещё достаточно имён убитых мною на Земле, за которые ты можешь смело отправить меня в ад. — Кстати, не так уж и много. — Да? — усмехнулась Кларк. — Мои руки в крови с момента приземления. Как насчёт Атома? — Убийство из милосердия, — прочитал Джон. — Не считается. — 300 сгоревших землян тоже? — Джаспер, — ответил парень. — При помощи Рейвен. — Тогда горные люди? — кажется, Кларк поняла по какому принципу здесь засчитываются действия. — Это был Монти, — покачал он головой. — Ты подержалась за рычаг. Точнее за половинку. Так себе достижение. — Финн? — Бинго, — кивнул Джон. — Но тут сноска, что он был убийцей. К тому же ему было суждено умереть в тот день. Ты лишь ускорила процесс. — Лекса? — Кларк догадывалась каким будет ответ. — Тут написано, что стрелял Тайтус. Твое второе имя? — Эмерсон, — продолжила она. — Это, да. Мой любимый момент. Следом идут еще несколько землян. Чаще всего самозащита. Странно, что ты не вспомнила. Одного из них ты убила практически голыми руками. В общем, всё довольно сложно и противоречиво. К тому же ты сделала много хорошего...       Он замолк на полуслове, когда в комнату вбежала запыхавшаяся Моника. — Вот еще одно дополнение, — она передала лист бумаги Джону. — Эти черти из приемной забыли прикрепить его к делу. — То, что надо, — улыбнулся Мёрфи. — Твой последний поступок весьма внушителен и весом. Самопожертвование. Это было мило. Меньшего я от тебя и не ждал. И теперь я могу с чистой совестью вынести вердикт. Кларк Гриффин, ты… «Кларк, Кларк… пожалуйста, очнись!»       Она проснулась. Рядом с кроватью сидела обеспокоенная Мэдди. Потребовалось пару минут чтобы прийти в себя после сна. Кларк ощущала слабость и сухость во рту. Последнее, что она помнила, как потеряла сознание во время охоты. Видимо, девочка помогла ей добраться до маленького домика в лесу, ставшего временным укрытием. — Всё хорошо, моя маленькая надблида, — прошептала Кларк. — Всё будет хорошо.

***

      Кларк часто снились кошмары, но на этот раз Мэдди действительно испугалась за неё. Лихорадка длилась несколько дней и девочке было страшно. Как когда-то, когда она одна бродила по опустошенным и выжженным землям.       Мэдди родилась в небольшом поселении клана Светящего леса. Её отец постоянно говорил о том, что она особенная, а мать обычно после этих слов грустнела. В пять лет Мэдди поранила руку во время игр с друзьями и тогда поняла, что имели в виду родители. Её кровь была чернее ночи. Отец рассказал о надблидах и наследии Промхеды. Когда девочке исполнится десять лет, хранители Пламени заберут её из дома для подготовки к конклаву. Если она победит, то станет Хедой. Мэдди с волнением ожидала своей судьбы. Но незадолго до восьмого дня рождения привычный мир исчез. Сначала стало меньше животных и еды, люди в деревне болели странной хворью, многие умирали. Потом они узнали, что надвигается Высшее пламя, от которого никому не спастись. Мэдди плохо помнила тот день. Ей было трудно дышать, всё внутри горело. Девочка плакала, когда мама, с лицом покрытым страшными волдырями, заставила спуститься в погреб, и закрыла её там, запретив выходить.       Она слышала крики и скрежет. Мэдди закрыла уши руками и зажмурилась. Вскоре силы её покинули. Возможно, прошло несколько часов или пара дней, прежде чем она пришла в себя. Мэдди помнила наказ матери и не пыталась выбраться из укрытия. Она ждала, что кто-то вернется за ней. Когда же скудные запасы их погреба закончились, девочка поняла, что никто не придет. Выбравшись наружу, Мэдди села на сухую выжженную землю, на месте их дома и заплакала. От деревни не осталось ничего. Только она.       Только голос отца в голове заставил её двигаться дальше. Она должна была выжить ради них, не могла просто сдаться. Лелея надежду найти подобных ей, девочка отправилась в долгий путь. Однажды она услышала хлопанье крыльев. И последовала за большой птицей. Та привела её на территорию не так сильно пострадавшую от Праймфайи. В новый дом.       Там, спустя год после одиночества, Мэдди встретила первого живого человека — Кларк. Небесная приняла её как родную и, хоть и не сразу, девочка смогла ответить ей тем же. Они стали семьёй и поддерживали друг друга. Кларк рассказала ей свою историю — о жизни в космосе и на земле. Иногда они вдвоем совершали поездки в новые территории, но так и не нашли других выживших. Зелёный уголок принадлежал только им двоим.       До тех пор, пока не прилетел корабль со странными людьми. Мэдди и Кларк пришлось прятаться от них. Они нашли небольшую хижину в лесной глуши и старались ее высовываться без надобности. Сейчас же девочке было необходимо совершить вылазку. Кларк еще слаба из-за болезни, а запасы воды на исходе.       Мэдди отправилась к ручью. Набрав две полных бутылки, она уже собралась возвращаться, когда услышала голоса. Девочка не успела спрятаться и через мгновение стояла лицом к лицу к группе людей: двух парней и девушки. Они странно одеты — не как земляне, но и не те страшные солдаты с корабля. Один из них, тот что повыше, убрал автомат и сделал шаг вперёд, осторожно улыбаясь. — Привет, можешь не бояться нас, — Мэдди лишь отступила, возвращаясь к прежней дистанции. — Хорошо, просто скажи, тут есть другие выжившие?       Мэдди подумала, что лучше соврать и покачала головой. Кажется, подобный ответ его расстроил. — Мне жаль, Беллами. Но вряд ли она жива, — сочувственно произнесла его спутница, — Ты Беллами? — выпалила Мэдди. Именно это имя Кларк произносила постоянно, разговаривая с кем-то в небе. — Да.       Мэдди колебалась, но она знала, как Кларк обрадуется возвращению своих друзей: — Тогда я отведу тебя к ней.       Вскоре они добрались до их тайного места. — Кларк! Кларк! — закричала девочка. Её наставница приводила в порядок их скромное жилище. — Мэдди, подойди ко мне, — серьезным голосом произнесла она, заметив гостей. В глазах промелькнул страх. — Почему ты не рада? Я нашла Беллами... — Мэдди была в замешательстве. — Потому что это не Беллами, — ответила Кларк, не сводя взгляд с незнакомцев.

***

      Меня зовут Октавия Блейк. Если вы слышите эту запись, значит в бункере никто не выжил.       Мы были наивны, когда решили, что Первородный огонь — самое страшное, что нас ждало. Когда двери бункера захлопнулись, и люди наконец осознали, что они выжили, но заперты на многие годы, началась паника, сопровождающаяся всплесками волнений. Идеи единого клана отходили в стороны, земляне вновь вспоминали про давние разногласия. Скорее всего именно так выглядел Ковчег в первые годы своего существования — когда его жители пытались смириться с потерей дома и родных и научится существовать бок о бок ради выживания. Это было непросто. Иногда для успокоения нарушителей приходилось прибегать к жестоким мерам. Очень жестоким. Сохранение порядка было лишь одной из ежедневной задач. Наши медики сутками работали над созданием препарата, способного возместить те вещества, которые обитатели бункера не получали из-за скудного питания и большого скопления в замкнутом пространстве. В какой-то момент им удалось найти решение. Можно было вздохнуть.       Всё было относительно хорошо, пока через пять лет у нас не закончилась еда. Дверь бункера заблокировало снаружи, на поиски решения требовалось время, а возможности гидропонной системы и теплицы достигли своего предела. Нам пришлось прибегнуть к крайним мерам каннибализму. Теперь совершивших преступление не просто казнили в назидание остальным. Их тела становились средством выживания для сородичей. Вот тогда и выяснилось, что у лекарства Эбби есть побочный эффект…       Присутствие человеческого мяса в организме сработало, как рычаг, заразив людей странной болезнью. Сначала это походило на сумасшествие, оно не удивительно после такого количества времени взаперти под землей, но позже выяснилось, что всё намного хуже. Нервозность, боязнь яркого света, замедленная реакция. На этом этапе «оно» еще похоже на человека: может говорить, остались воспоминания. Но это лишь обман, остаток личности. Затем состояние ухудшается. Появляется рвота, кровь из глаз, носа. После этого больной больше похож на дикое животное, чем на человека. И тогда тот, с кем ты еще неделю назад сидел за одним столом, пытается тебя разорвать на куски.       Этот вирус передается через укусы зараженных. Мы все принимали этот препарат. А значит, если любого из нас ранят, то начнется обратный отсчет до его превращения в монстра.       Часть людей смогла укрыться. Эбби работает над противоядием. Зараженных уже не спасти, но тех, кого не укусили еще можно. Нужно лишь вывести препарат из их организма.       В том случае, если у нас не получится или мы не успеем… запустится программа самоуничтожения бункера. Запись сохранится на сервере, и вы, пережившие Первородный огонь, будете знать, что произошло... треск. (голоса на заднем фоне) — Хеда, они близко! — Двери выдержат максимум пару минут, пора запускать протокол. — Мне жаль, что так вышло.       Беллами, если ты меня слышишь… Я рада, что тебя здесь нет, большой брат. Наш бой окончен, Ванкру. Для меня было честью... треск. (конец записи)

***

      Прошло чуть больше шести лет, когда они смогли вернуться домой. Шесть лет, пока радиоактивные облака над их бывшим домом рассеялись, и Рейвен скомандовала начинать погрузку в шаттл. Кольцо, давшее им приют, становилось всё меньше, пока окончательно не исчезло из видимости в иллюминаторе.       Перегрузки и относительно жесткая посадка были лишь первыми подарками для Спэйскру, как их в шутку называл Мёрфи. Земля встретила своих бывших детей безжизненными пейзажами, лишь развалины напоминали о существовании цивилизации в этих местах. Оставив поиски «зеленого пятна», которое они наблюдали из космоса, небесная семёрка первым делом направилась в Полис или то, что от него осталось.       Скорее всего, именно работа до потери пульса не давала Беллами уйти в мысли и воспоминания, которых он боялся при возвращении. Раскопки входа в бункер являлись первоочередной задачей. Каждый день промедления мог стоит кому-то из тех, кто под землёй, жизни. Кому, как не ему знать об ограниченности ресурсов бункера. Блейк лишь надеялся, что они нашли решение. Что его сестра и остальные еще живы. Приходилось постоянно отгонять из памяти картины заполненного трупами и скелетами бункера, того, что несколько лет назад он обнаружил вместе с Джахой и... — Есть! — прокричала Эхо. Она изо всех сил застучала по металлической обшивке двери. Все замерли, пока она, приложив ухо к поверхности, ждала ответа. Раздался тихий, неуверенный стук. Беллами облегченно выдохнул. Успели. Когда дверь поддалась, в проходе показалась группа выживших. Около двух сотен бледных, слабых, еле двигающихся людей. — Что-то не так? Они не выглядят счастливыми, — обеспокоенно проговорила Эмори, осматривая толпу. — Они шесть лет провели во мраке. Надо увести их в прохладное и теневое место, — ответила Харпер, поддерживая под руку землянку, кажется, её звали Найла. — Когда ты планируешь сказать Эбби про Кларк? — спросил Мерфи у Блейка, когда тот в конце концов отошел от лежавшей на подстилке сестры. — Когда она сама спросит. Они и так много пережили, — тихо проговорил Беллами, краем глаза наблюдая над измождённой и бледной Гриффин-старшей. — Странно, что она еще не устроила тебе допрос... — Это еще один довод, чтобы дать ей немного прийти в себя прежде чем сообщать о смерти дочери, — уверенно произнес Беллами.       Монти осматривал помещения бункера, чтобы выяснить, нужна ли еще кому-то помощь. Честно говоря, у него были мурашки от этого места. Кругом беспорядок. На полу виднелись следы крови, и он не хотел думать, кому она могла принадлежать. Увидев свет в одной из комнат, Грин направился туда. — Рейвен, что ты делаешь в радиорубке? — вздохнул он. — Проверяю оборудование, — не обернувшись ответила Рейес. — Снаружи много людей. Это может подождать. — Я не врач. Смотри, Монти, есть какое-то сообщение, — девушка указала на экран пальцем. — Это нормально, они наверняка не раз пытались связаться с нами. — Но оно длиннее остальных. «Монти, Рейвен, им становится хуже. Нужна ваша помощь!» — раздался голос Блейка в динамике рации. Грин тут же поспешил наружу. — Да, ты прав. Это подождет, — согласилась Рейес, выходя из радиорубки и закрывая за собой дверь.