Больше, чем возлюбленные

      По истечении двух дней, которые Чимин пробыл в квартире Чонгука, Пак решился действовать. Он позвонил родителям и рассказал всё с самого начала: отец и папа были шокированы, но сразу сказали, что омега будет жить с ними. Это немного порадовало Чимина — всё-таки семья всегда сможет поддержать в трудную минуту. Расклад событий потихоньку менялся, Пак решил забрать свои вещи и навестить Тэ. Но как на его беременность может отреагировать Ким? Поначалу, Пак заехал на вокзал и купил билет до Пусана, в один конец. Денег в кармане было маловато, но на билет хватило. Чимин позвонил Тэхёну и сказал, что скоро приедет, по голосу тот либо только проснулся, либо с бодуна.       — Приветик, Тэ! — Пак радужной улыбкой осветил Кима.       — Проходи… Ты что-то хотел? — омега протирал глаза, чтобы более-менее разглядеть происходящее.       — Да так, разговор есть, и ещё хочу тебе кое-что рассказать.       — Ну, пошли в кухню, — Тэхён поставил завариваться чайник. — Я весь во внимании.       — Если быть кратким, то мы с Юнги поругались. Это всё он начал, даже… ударил меня, — яростно начал Чимин.       — Ну, это не удивительно, — Тэ разливал по бокалам чай и вытаскивал из шкафчиков печенье и пряности. — Сам довёл, небось.       — После того, как я пошёл на экзамен во время течки… кое-что произошло, — Пак мямлил.       — Я, кстати, хотел отчитать тебя по этому поводу.       — Ну к чему и веду. Я занимался сексом с другим альфой и у нас была сцепка, — Чимин совсем потух и не знал, куда деть растерянный взгляд, выпалив всё это на Тэхёна.       — Вот это ты даёшь, Пак! — Ким был в шоке от услышанного. — А кто папаша, ты хоть запомнил? — Пак не отвечал, а лишь громко выдыхал воздух из лёгких. — Юнги знает?       — Это Чонгук. Он отец… — Чимин пересилил себя. Тэхён замер в одном выражении лица, обрабатывая всю информацию.       — Как Чонгук? Ты нечего не путаешь? Он же мой альфа, Пак. Почему тебе так и хочется отнять моё счастье? — Ким был на гране срыва, ему не верилось, что родной друг сможет так предать его. — Ты сделал это специально?!       — Тэ, я честно старался скорее уйти домой, но он не отпускал меня…       — Тебе своего мало, вот ты и решил на чужое позариться. Пак, ты совсем придурок. Раз смог так легко поддаться своим чувствам. Как можно было отдаться совсем другому альфе?! Альфе, которого я считаю истинным! — Тэхён закрыл руками лицо и дрожащим голосом бранил Пака.       — Тэ, я не виноват… Я не хотел.       — Так ты просто взял и пришёл, чтобы сказать мне?! Что, думал я тебя поддержу?!       — Но, Тэ…       — Уходи! Просто убирайся отсюда! — Тэхён плакал, как маленький ребенок. Большими горькими слезами. Чимин медленно удалился из квартиры, слыша продолжающиеся всхлипы.       Последние остатки жизни Чимина рушились на глазах. Все были против него. Куда идти дальше? Всё самое дорогое, что было, просто испарилось, исчезло… Как жить дальше? Ответа совсем не находилось в рыженькой головушке омеги.       Чимин сидел на детской площадке, напротив дома Тэхёна, наблюдая за маленькими резвящимися детишками, это немного приободрило Пака, ну, всё-таки у него есть этот малыш. И они будут идти вместе против этого ужасного мира. Бессмысленно сидеть и ничего не делать.       Чимин полазил по карманам лёгкой курточки, оказалось, у него остались ключи. Стоит ли воспользоваться этим? Может, Юнги сидит дома и ждёт его? Идти стоило, ведь Паку нужно забрать хоть какие-то вещи и деньги на дорогу. Если там будет и Мин, то омега расскажет о всём произошедшем.       Всё такое же нетронутое: и качели во дворе, и деревянные лавочки, как же хорошо было бы воспитывать маленького ребенка в этих условиях. Чимин уже представлял, как его маленький малыш будет бегать по этим дорожкам. Всё было так непредсказуемо и глупо до невозможности. Но выбор сделан и назад пути нет, пора принимать решения, которые кардинально поменяют жизнь. И с этими мыслями Пак направился в свою квартиру, но с каждым этажом понимал, что его храбрость быстро улетучивается.        Всё было тихо, Чимин приложил ухо к двери — ничего не слышно. Пак пробрался в квартиру и, немного постояв на пороге, начал оглядываться. На его звуки никто не вышел, значит, Мина нет дома. Вздох и облегчение.       Чимин прошёлся по комнатам для достоверности, и вправду — никого. Можно без нервотрёпки собрать свои вещи и уебать из этой прошлой жизни. Чимин проходил по комнатам, собирая ту или иную мелочь, сумка была уже наполовину полна вещами только самыми необходимыми для выживания в данный момент.       Пак прошёл в кухню и заметил, что в холодильнике всё так же остались продукты, которые он покупал ещё пару дней назад. Неужели Мин не притронулся к еде за всё время отсутствие омеги? Он, конечно, неплохо готовил, но не настолько, чтобы вообще ничего не касаться. Пак почувствовал волнение за любимого, всё-таки ему было не наплевать. И Чимин решил, что дождётся старшего и поговорит с ним, а не просто убежит, как он собирался делать ранее.       Пак всё время провёл в комнате и смотрел какие-то вещи, ностальгия о прошедшем возникла из ниоткуда, и Чимин знал, что этого больше не повторится. Грусть нависла тяжёлой свинцовой тучей, ещё чуть-чуть — и Чимин начнёт плакать на разрыв. Но его отвлекает посторонний звук с коридора, он слышит голос Мина и какой-то ещё, слегка басистый и мелодичный. У омеги начинается паника, бежать некуда, поэтому остаётся прятаться в единственный шкаф. Чимин затих и старался прислушаться к разговору парней. Юнги пришёл с Хосоком после прекрасного свидания, в гости Чон не напрашивался, но Мин предпочёл правильным, чтобы они пришли к нему домой.       — Может, чаю? — спросил Юнги.       — Да что-то не хочется, внутри всё так и взрывается от чувств. Хе-хе, — Хосок с прищуром ответил и как-то обречённо выдохнул.       Мин взял того за руку и повёл в спальню, бросив небрежно на кровать младшего, Юнги принялся жадно целовать губы Чона. Сам Хосок не верил, что это не сон, ведь такого себе он и представить не мог. А Пак сидел за полупрозрачными дверцами с хорошим видом на происходящее. Так странно видеть всё это со стороны, будто попал в реалити-шоу про измену. Не сказать, что Чимину было как-то больно или обидно. Просто горечь, послевкусие всего того, что с ним было. Сердце ойкало при одном виде Мина, такое ощущение, что они не виделись лет десять как минимум. А тут он и с другим, сцена была достаточно завораживающая.       Страстно целовать до кровоточащих ссадин, чувствовать его возбуждение и понимать с одного взгляда, чего он хочет. Может, та беззаботная юность Пака уже прошла? Пора взрослеть и готовиться к суровой жизни, которая полна трудностей и тупиков. Но соблазн остаться навсегда молодым был столь приятен и сладок. Пока Чимин частично уходил в мысли, двое альф уже были наполовину оголенны. Нежные ласки Мина были точкой кипения для Хосока, хотя всё было ещё впереди.       — Ты точно хочешь этого? — так внезапно спросил Хосок.       — Если бы не хотел, то даже бы не старался, — Мину было наплевать, лишь бы забыть Чимина. Единственная мысль, с которой он не может распрощаться. Юнги продолжал поцелуи по всему телу. У Чона была приятная нежная кожа цвета топлёного молока, но по сравнению с Чимином — всё равно было что-то не то. Привыкать к чужому телу так тяжело и… неприятно. Мин ушёл в себя, просто смотря на Хосока и никаких действий не принимая.       — Мин, давай я сделаю всё сам, — Чон решил взять инициативу на себя, чтобы никого не задерживать. — Кстати, ты собирался куда-то уехать?       — С чего бы?       — Ну, у тебя тут сумка собранная стоит.       — Сумка? — Юнги приподнялся посмотреть: и вправду стояла сумка с вещами Чимина. — Ну, были кое-какие планы… — Мин просёк, что кто-то здесь третий лишний. А именно Хосок, ведь его дорогой омега вернулся в отчий дом. Альфе было невтерпёж поговорить с Паком, но небольшую показуху можно было и устроить.       Чимин не знал, куда уйти, чтобы не видеть и не слышать дальнейшего. Звякнула пряжка от ремня, омега присмотрелся через щёлочки и чётко видел, как старший был сверху парня и плавно делал волну все своим телом, якобы соблазняя партнёра. Пак смутился, ведь от Юнги такого просто не дождёшься. А тут он сразу стрип пластику выучил и пропрактиковал. Опять сердце замирало при виде такого неизвестного с одной стороны Юнги.       «Сейчас я бы сам с удовольствием его выебал», — подумал про себя Чимин с настолько ироничным выражением.       — Давай, папочка сделает тебе хорошо? — с ухмылкой поинтересовался Юнги, ёрзая попой по паху Чона.       — Мгх… Да, я хочу, чтобы мой папочка помог мне, — Хосок был обескуражен таким дерзким поведением Мина, возбуждение росло с каждым стуком обоих сердец.