Больше, чем возлюбленные

***

      Как же быстро летит время, и вот уже прошло ровно два года, как Тэхён стал гордо носить фамилию Чон.       Бегая по кухне и приготавливая все оставшиеся блюда к столу, Тэ попросил Сокджина отнести последнюю порцию к столу. Розовый фартучек с сердечками, еле завязанный сзади, очень мило смотрелся со стороны. Тэхён был уже на последних неделях беременности, и эта картина приятно радовала глаза Чонгука, которые непристойно подглядывали за омегой, стоя в дверном проёме. Подойдя со спины, он нежно обнял супруга за талию. Такой напряженный Ким замурчал, почувствовав чужие руки, он опрокинул голову на крепкое плечо и поцеловал Чона в шею. Мурашки пробежали по телу альфы, и он ответил, целуя более протяжнее.       Так приятно осознавать, что все эти беды так далеко позади и что они смогли дать друг другу шанс на любовь. На ту любовь, которая даже не была в их планах, но которая изменила их представление на жизнь.       Любовники нехотя останавливают поцелуй, и Чонгук ещё раз чмокает Кима в нос.       — Тебе с чем-нибудь помочь? — младший незаметно крадёт огуречный кружочек и притягивает омегу за руку, начиная медленно вальсировать по кухне.       — Я уже закончил. Может, откроешь шампанское? — Тэхён вновь прильнул головой к плечу и вдохнул аромат Амаретто с карамелью и медовой горечью, что оставляла приятную горчинку во рту.       — А Юнги с Чимином подождать не хочешь?       — Ну можно. Намджун и Сокджин не скучают там? — омега смутился, но потом резко спросил уходящего мужа.       — Всё звонят родителям и спрашивают про дочку, кажется, они слишком волнуются, — Чонгук улыбнулся, а Тэхён тихо посмеялся.       Тэхён выключает последнюю конфорку и снимает с себя чёртов фартук, который был слишком мал. Белый безразмерный свитер был самое то, чтобы не чувствовать дискомфорт, чёрные стрейчевые джинсы и носки в полосочку. Ким выглядел как самый настоящий домосед.       Он поправился и прошёл в зал к друзьям. Мило улыбаясь, омега присел на диван к Чону, он опустился на его руку чуть прогибаясь в спине и протяжно выдыхая воздух.       «Сильно спина болит?» — спросил Чонгук, прижимая любимого чуть ближе, чтобы размять ему шею. Тэ качнул головой и отдался в руки умелого альфы. На другом конце дивана сидела семья Ким: Намджун что-то печатал в телефоне, пока его омега тихо посапывал на плече любимого.       — Как странно, почему ещё Юнги с Чимином не приехали. Вроде их рейс был час назад, — Джун посмотрел на позолоченные часы и вздохнул так, что рядом спящий Сокджин проснулся.       — Сам подумай, люди только с медового месяца вернулись. Наверное, сильно устали, — хихикая, ответил Тэхён, прижимаясь к альфе всем телом.       — Это не повод заставлять людей ждать, — фыркнул Намджун. Чонгук достал телефон из кармана и набрал номер Чимина. Все пристально прислушивались к ответам младшего.       — Они скоро приедут, так что мы ещё немного подождем, — сказал с важным видом Чонгук, как полноправный хозяин дома.       Через пятнадцать минут Чимин и Юнги вошли в квартиру с лучезарными улыбками на лицах. Все были удивлены не только приятной встречей давних друзей, но и тому, что Чимин был пузатеньким как и три года назад. Лёгкий бронзовый блеск немного непривычно смотрелся на коже омеги, а Мин вовсе был беленьким.       — Юнги, а ты точно на море ездил? По тебе и не скажешь, — смеясь, поприветствовал Чонгук.       — Я просто особо не загорал, а Чимину хоть бы что. Каждый день на пляже торчал, — парни пожали друг другу руки.       — Откуда? — Тэхён подошёл ближе и сравнил живот Чимина и свой, они были примерно одинакового размера.       — Так это давно. Просто мы с Юнги всё тщательно скрывали, — Пак подмигнул Тэ и снял с себя кардиган.       — Как я мог этого не заметить? Мы ведь с тобой каждый день по видеозвонку общались. Чонгук-и, скажи что-нибудь, — омега был в шоке.       — Я как бы тоже знал, что Чимин беременный, — улыбнувшись, ответил Чон.       — Если что, мы тут все об этом знали, — отозвался Джин с дивана.       — Кажется, я один не в теме, — Тэхён пригласил всех за стол.       Красиво засервированные места уже ждали ребят. Каждая ложечка и вилочка имела своё место, фужеры были кристально чисто натёрты, и на столе создавалось ощущение чистоты и опрятности. Блюда на вид очень аппетитно манили уже хорошо проголодавшихся альф и омег. Тэхён, как полагает главной хозяйке этого дома, раскладывал по тарелкам порции, определённо зная, кто сколько съест.       — Ребята, сегодня мы собрались, чтобы порадоваться за прекрасный брак, который уже длится два года. Так поднимем же бокалы и выпьем за здоровье молодых, что два года назад поклялись пронести свою любовь, несмотря на сложности жизни. А на такое способен не каждый, — Юнги, как всегда первым начиная все праздники, гордо встал и поднял снифтер. Чонгук и Тэхён мигом засмущались, но это быстро сменилось заливистым смехом.       — Юнги, годы идут, а ты не меняешься, — Намджун поднялся со своего места. — Я тоже хотел бы поздравить уже укрепившуюся семью Чон. Всё-таки два года — большой срок, тем более вспоминая, как вы его переживали…       — Ну, то, что я пару раз выгонял Чонгука, ещё ничего не значит. И то, что я его побил, не считается, — Тэ начал перебирать в голове, что могло быть ещё.       — В драках я всегда тебе поддавался, — Чонгук улыбнулся.       — Но при всём этом вы ещё успели заделать ребёнка, — Чимин удивлённо всплеснул руками.       — Лучше ты расскажи, с чего вы такое счастье опять захотели? — Тэхён приблизился к Чимину и мягенько тыкнул в живот.       — Ну, так Сунхва попросил, — стеснительно ответил Чимин и перевёл взгляд на мужа, чтобы тот сам рассказал.       — Мы просто сидели за столом, — начал Мин. — И Сунхва спросил, откуда берутся дети. Я, понятно же, ответил, как полагается родителю, что детки сидят в животе и… — Вдруг все сидящие за столом еле сдержали смех, но, крепко держа в себе свои чувства, попросили продолжить. — А как мне надо было ответить ребёнку?       — Сунхва попросил у нас братика или сестрёнку. Мы с Мином подумали и решили, почему бы и нет, — Чимин продолжил мысль мужа. — Но получилось так, что у него будет и братик, и сестренка.       Омега кротко посмеялся, а все остались в немом «о». Юнги не растерялся, ведь он узнал об этом самый первый. В кабинете УЗИ, когда прозвучало, что будет двойня, альфе тоже понадобилась кушетка, чтобы отдохнуть от этого мира. Но чуть позже его радости не было предела.       — Видишь, Чонгук, за один раз я смог заделать больше детей, чем ты, — Юнги сверкнул глазами.       — Хочешь помериться достоинством? — Чонгук тоже почувствовал азарт.       — Уж поверь, я не проиграю.       — Так, вы сюда пришли хозяйствами мериться или культурно отдохнуть? — вмешался Тэхён. — Сядьте на места и не начинайте эти детские разборы.       На самом деле Чонгук и Юнги очень хорошо сдружились. Помогали друг другу в трудные моменты, когда их омеги могли выставить за порог. Походы за покупками на ванильные праздники и годовщины, но к делу они подходили ответственно. В общем, были самыми что ни на есть хорошими друзьями. Намджун всё так же переписывался по телефону, но Сокджин положил ладонь на мобильник, взглядом говоря: «Может, хватит так волноваться». Альфа тяжело выдохнул и положил устройство в карман строгих брюк.       — Давайте я тоже скажу тост. Хочу, чтобы каждый, сидящий за этим столом, был счастлив. Тэхён только узнал о беременности Чимина, но вы и правда мило смотритесь вместе. Я верю, что каждому пришлось пройти многое, чтобы сейчас спокойно сидеть так вместе. Но главное, мы остались всё так же дружны между собой, — Намджун встал со стула и поднял фужер с вином, фразы он говорил с паузами, но обдуманно и верно. В его глазах читалась небольшая грусть, которую он запил быстрым глотком.       — Хороший тост, — выразился Юнги, и все дружно выпили.       — Кстати, Юнги дописал свою песню! — радостно сказал Чим.       — Боже, Чимин, не начинай, — Мин прикрыл глаза руками.       — Да ладно тебе, Юнги. Сыграй! — Чимин всё не унимался.       — Давай, Мин! — поддержал идею Тэхён.       — Это было давно, её даже песней не назовёшь. Тем более тут оборудования нет, — продолжал отпираться Юнги.       — Я могу достать синтезатор, — отозвался Чонгук, и этим всё было решено.       Юнги не хотя настроил инструмент и присел на табуретку. Пальцы начали неуверенно жать по клавишам, именно жать, а не плавно проходить по ним. Мин думал, что это не самое удачное его произведение, ведь сейчас он сотрудничает с многими студиями и пишет прекрасные биты. А то, что было раньше, — просто ребячество, даже работой обозвать нельзя. Он писал это, когда был сильно влюблён в Чимина. Сам омега души не чаял в таком выражении чувств. Хоть Мин зажимал своё мастерство в игре на клавишах глубоко внутри, мелодия была вполне понятна для восприятия. Начало было резким и быстрым, описывая их первую встречу и боязнь показаться друг другу. То, как Чимин раскрыл в Юнги того самого альфу с приторным мускатным ладаном. Дальше шла более спокойная мелодия, якобы показывая жизнь до появления Чонгука, но ситуация начала сильнее набирать обороты.       Все сидели в изумлении, будто сами проживали отношения этой парочки. Минорные ноты стали проскакивать чаще, пока общий вид полностью не сменился на грусть. В один момент Юнги замер, перестав совсем играть на инструменте, небольшая пауза, и маэстро снова начинает осторожно постукивать пальцами по клавишам. Чимин не хочет, чтобы Мин продолжал и начинает хлопать. Ему дороже состояние любимого, чем это болезненное для обоих выступление.       Пак встаёт с места и направляется к мужу, чуть наклоняясь к его уху, он тихо шепчет: «Ты молодец». Юнги томно выдыхает, направляясь обратно за стол и делает вид, что ничего такого не случилось, хотя внутри всё так и кипело от чувств. Он был готов разреветься на месте, не зная, от счастья или от горя. Осознавание того, что уже всё позади и то время не вернётся. Сотни шрамов на сердце не дадут забыть всё, но их хеппи-энд с Чимином уже пришёл.       Пора стать счастливым.