(Не)сказочное приключение

Элизабет аккуратно, плохо ориентируясь в темноте, дошла до места, откуда виднелось легкое беловатое свечение. «Она там…» — пронеслось в голове у девушки, и та тут же поспешила на свет. В обширном, но каком-то мертвенно-жутковатом помещении действительно оказалась Реджина. Она сидела, опустив голову на колени, но, кажется, не плакала. Просто задумалась. По крайней мере, Лиззи всей душой хотелось верить в это. — Реджина… — тихо, будто боясь напугать, позвала она. Голос девушки отдался эхом во мраке склепа, и звучал, казалось, в разы громче, чем должен был. — Элизабет… — почти прошептала она, не поднимая головы, но спустя несколько секунд вдруг рывком встала с пола, оказавшись в нескольких сантиметрах от девушки. На её лице читался откровенный шок. — Как ты сюда попала? Склеп защищен кровной магией, ты не могла просто… — Я просто дотронулась рукой до двери и вошла. Без проблем. — перебила Реджину Лиззи, которая, кажется, не до конца понимала ситуацию. — Ты не могла просто так открыть дверь! Не могла, понимаешь! — почти взорвалась королева. — Если только… — вдруг добавила она намного тише, — Нет, не может быть… Или… — Что, что такое? — нетерпеливо глядя на Миллс, спросила-таки Элизабет. — Кажется, я поняла, кто ты такая, Лиззи. — отчеканила Реджина так спокойно, как только могла, но глаза красноречиво говорили, что она вот-вот расплачется. Снова. Слишком много слёз для одного человека, слишком. — И… И кто же я, по-вашему? — неуверенно спросила девушка, думая, что услышит всё, что угодно, только не… — Ты — моя дочь. *** 35 лет назад. Зачарованный лес. Ночь, все обитатели замка уже давно забылись крепким сном. Все, кроме двоих, что находились сейчас в конюшне и меньше всего хотели, чтобы их кто-нибудь нашёл. — Я не могу больше скрывать её, Дэниел, не могу… Мать уже несколько раз приходила на плач, и мне приходилось придумывать самые нелепые отговорки. Еще повезло, что во время моей беременности она была в отъезде и ничего не заподозрила. — А как отец? — Он не против, но ты же понимаешь, любимый, что противостоять моей матери… — Знаю, милая. Мы придумаем, как спасти нашу дочь, как уберечь её. В этот момент малышка, которую юная Реджина бережно, словно драгоценность, держала на руках, негромко заплакала. — Тише, Элизабет, тише… — прошептала девушка, тихонько покачивая дочь. — На такой плач может кто-то прийти, услышать. — прошептал в тон возлюбленной конюх. — Знаю, но что нам делать? Я хочу для неё лучшей доли, даже если придётся… — Нет, мы не расстанемся с ней. — Ты даже не представляешь, на что способна в гневе моя мать! Она может и не пощадить младенца. — И что нам делать?.. — спросил Дэниел, склонившись над дочерью. — Кажется, у меня есть одна идея. — проговорила Реджина, пряча слёзы, — Румпль… Румльшт… Тильсхен! В тот же миг у входа в конюшню появился сам Тёмный, и, недовольно оглядевшись, направился к Реджине. — Ты поможешь нам?! — с мольбой спросила девушка, когда он подошёл достаточно близко, чтобы услышать шёпот. — Наша дочь… — Знаю, знаю, дорогуша. Она в опасности, и ты не хочешь, чтобы маменька узнала о ней, верно? Я, конечно, могу помочь, но не даром. За магию надо платить! — а затем чуть тише добавил. — Ты это прочувствуешь на себе мно-о-го раз. — Что тебе нужно? — проигнорировав последние слова, храбро спросила Реджина. — Ничего особенного… — усмехнулся Тёмный. — Ты всего лишь станешь моей ученицей. Не отныне, а через некоторое время. — Нет! Не слушай его… — начал было конюх, но девушка прервала его твёрдым «Согласна». Реджина и Дэниел в последний раз поцеловали дочь, мать вложила в пеленку небольшой листок пергамента с именем «Элизабет» и отдала ребенка Темному. Тогда Румпельштильцхен, противно усмехнувшись, забрал малышку и растворился в красноватой дымке. Уже будучи в своём замке, он повертел спящую Лиззи, будто раздумывая, что с ней делать, затем аккуратно положил на диван и прошептал: «Ты встретишь свою мать, когда понадобишься ей больше всего, будешь Спасителем её уставшей и замученной души. А пока — прощай.» — с этими словами Румпель осторожно взял младенца на руки и положил в уже успевший образоваться портал. — Прощай, Элизабет. Темный не понимал, почему так относился к этому ребенку. Он чувствовал в ней что-то особенное, не такое, как во всех прошедших через него детях. Это, определенно, была необычная девчонка. И их судьбы еще пересекутся, в этом Темный был более чем уверен. — С кем это ты там разговаривал? — вдруг раздался где-то слева от мага женский голос. Белль зачем-то понадобилось зайти именно в это время и в эту комнату. — Ни с кем, дорогуша, тебе показалось. *** Наши дни. Сторибрук. Склеп. — Что?! — крик Лиззи, казалось, услышало полгорода. — Этого быть не может, у меня ведь есть родители… — уже тише добавила она. — Приёмные. — чуть склонив голову набок, парировала Королева. Элизабет не нашла, что сказать — буквально за пару дней до отъезда родителей она случайно обнаружила в их документах свидетельство об удочерении. На своё имя. Тогда, конечно, она устроила неимоверный скандал со слезами и истерикой, однако в конце концов мало-мальски успокоилась, наслушавшись о том, что «они хотели для неё лучшей жизни». Тогда девушка попыталась забыть об этой ситуации. Не вышло. Реджина теперь со слезами на глазах прижимала к себе новоприобретенную дочь, говоря: — Я знала, что мы когда-нибудь встретимся, знала, что ты найдешь меня, моя хорошая. Лиззи не смогла сдержать нахлынувших эмоций и просто расплакалась, уткнувшись матери в плечо. — Пойдем домой, уже поздно. Завтра со всем разберёмся и навестим кое-кого. — с этими словами Реджина моментально телепортировала себя и дочь в её дом. Остаток ночи прошёл в беспокойном сне, а наутро почти ничего не понимающая Элизабет и отчего-то разозлённная Реджина отправились прямиком к лавке Тёмного. «Нам нужно решить с ним кое-какие вопросы» — сказала Королева дочке по этому поводу. Прямо с порога, не посчитав нужным поздороваться, Реджина спросила, подойдя к Румпельштильцхену: — Голд, вы знаете, кто она? — с этими словами она указала на Лиззи. — Не имею чести. Кроме того, что она только вчера попала в Сторибрук и неплохо справляется с магией. — Вы были знакомы, когда она была младенцем. — будто надавливала, пытаясь дать понять, Реджина. — Если я буду запоминать каждого ребенка, прошедшего через мои руки… — Но она ОСОБЕННАЯ! Не притворяйся, будто не понимаешь, о чем я. — Королева почти перешла на крик. — Так это та самая… — глаза Тёмного округлились. Он вспомнил о дочери юной Реджины, чью судьбу она доверила ему, отдав малышку. — Да. — Но как… — Голд искренне не понимал, как и почему Лиззи очутилась в Сторибруке именно сейчас. Да и, по идее, она сейчас должна быть даже старше мисс Свон. Что-то тут не так. — Я и хотела, чтобы ты объяснил мне, КАК, Темный. Лиззи, которая всё это время стояла молча, наконец взорвалась: — О чем вы тут говорите?! Почему «особенная»? Что со мной не так?! — Терпение, дорогуша. — негромко успокоил её Румпель, достав откуда-то из глубины лавки темно-синий пузырек и отдав его Элизабет. — Зелье памяти? — неуверенно покрутив его в руках, спросила девушка. — Оно самое. — кивнул Голд. — Выпей. Сделав крошечный глоток, Лиззи резко всё вспомнила. События проносились стремительно, словно фильм в перемотке, при этом всплывая в памяти. Вот родители целуют её в последний раз, вот отдают Тёмному… — Спасителем её уставшей и замученной души… — изрекла, спустя минуту, Лиззи. — Что? — непонимающе спросила Реджина. — Мистер Голд сказал, что я стану Спасителем твоей уставшей и замученной души, что мы встретимся, когда это будет больше всего нужно для тебя… Мама. — после этого Лиззи расплакалась и кинулась матери на шею. Реджина тоже была счастлива наконец встретиться с дочерью, но у неё оставались вопросы к Тёмному. — И всё же, почему она такая… Юная? И почему попала в Сторибрук именно сейчас? Ты можешь сказать мне, Голд? — Я не знаю наверняка. У меня есть одно предположение, я видел в одном из вариантов своего будущего, что встречусь с магом, который может повелевать временем, но… — Повелевать временем, как Доктор? — не подумав, воскликнула Лиззи. — Доктор? Причем тут наш недоврач Вэйл? — нахмурилась Реджина. — Нет, забудьте, я не о том. — усмехнулась про себя Элизабет, подумав, что меньше надо сериалов смотреть. — Так что там с повелителем времени, мистер Голд? — спросила девушка. Её одновременно интриговала и пугала вся эта история. — Так вот, дорогуша, есть вероятность, что этот маг — ты. Но, если верить пророчеству, у тебя очень много возможностей. — Так что же я могу? — Ох… — начал Румпель, — если это всё-таки ты, то я бы отдал свой кинжал за обладание твоим даром. Глаза Реджины округлились, без слов говоря: «Продолжай». — В общем, ты можешь путешествовать во времени и менять какие-либо события. Можешь проникать в любое время и пространство силой мысли… — Звучит немного жутко. — призналась Лиззи. — И ты, конечно, собираешься использовать мою дочь в своих целях? — Они более чем благие, Реджина, и призваны лишь воссоединить меня с самым дорогим мне человеком. — Белфайер… — негромко сказала Элизабет. — Именно. — Темный маг кивнул. — Тебе нужно будет просто отговорить Бея в прошлом прыгать в портал. — Нет, я не стану делать этого. — твердо сказала девушка, глядя на мага в упор. — Представляете, какие изменения в будущем это повлечет! К тому же вы всё равно скоро… — Лиззи осеклась. — Что «скоро»? — Встретитесь с сыном. — Откуда ты… — Я пыталась вам объяснить еще вчера… — Ах, да. И как же, по-твоему, это произойдет? — Кора даст вам волшебный глобус, и… — Но Кора, к общей радости, осталась в Зачарованном Лесу. Реджина показачал головой: — Она в Сторибруке и скоро заглянет к тебе в гости. Маг отпрянул, и, кажется, понемногу начал верить Лиззи. — Больше я вам ни для чего не нужна? — почти издевательски проговорила девушка. — Палку-то не перегибай, со мной шутить не стоит. — угрожающе постучал тростью Голд. — Тогда, я думаю, ты сможешь избавить меня от еще одной проблемы — моего заклятого врага, на корабле которого Кора, вероятно, и прибыла сюда. — О, этого я точно делать не буду. — Лиззи слегка вытянула руки вперед, будто защищаясь. — И какова же причина? — усмехнулся Румпель. — Не стоит менять историю и выбивать из неё каких-то персонажей, это чревато неизвестно чем. — парировала Лиззи, отмечая про себя, что это убийство было бы весьма выгодным для Тёмного. — Ты знаешь, что бывает с теми, кто не выполняет моих просьб, дорогуша? — Голд, кажется, начинал злиться. — Ты не тронешь её!!! — Реджина попыталась заслонить дочь собой. — Ладно, раз ты такая привередливая… Я сам справлюсь со своими проблемами. Выметайтесь! — рявкнул Румпельштильцхен гостьям. — Стойте, я не хотела разозлить Вас, я помогу вам, когда придёт время! — крикнула, словно на прощание, Лиззи.