(Не)сказочное приключение

Когда Лиззи открыла глаза и поднялась с кровати, не было и семи часов. Солнечные лучи пробивались в комнату, рассеивая мягкий свет по всему её пространству. Небо на востоке еще продолжало отливать нежно-розовым. Глянув в окно, Элизабет улыбнулась, и её настроение поднялось еще выше прежнего. Всё еще продолжая удивляться своему столь раннему пробуждению, девушка спустилась на кухню и приготовила себе кружку какао, не забыв добавить туда корицы. Прогуливаясь по дому, Лиззи заглянула в комнаты мамы и брата, но те еще сладко спали. Не желая будить их, девушка надела куртку, кроссовки, и, взяв с собой кружку какао, вышла из дома. Ей хотелось прогуляться на свежем воздухе и вдохнуть аромат осеннего утра, которое раньше она проводила в постели. Выйдя из особняка, Элизабет устремилась к пристани — море успокаивало её и давало возможность задуматься. Девушка еще не знала, что это место в последнее время притягивает такое количество людей. Стоя на причале, Лиззи бросила взгляд на бирюзовые просторы, раскинувшиеся далеко к востоку. Вдруг внимание девушки привлекла чайка — пролетев по определенной траектории несколько кругов, она приземлилась. Со стороны казалось, будто бы птица сидит прямо в воздухе, но это было, конечно же, не так. Отложив почти опустошенную кружку, Лиззи аккуратно постучала чуть ниже того пространства, где сидела птица — тук, тук, тук. Глухой звук, будто бы стучишь по дереву. Девушка, удовлетворив любопытство, улыбнулась и отправилась дальше, ненароком забыв о кружке, теперь одиноко стоящей у причала. На улице окончательно рассвело, пропали последние розоватые блики. Элизабет глянула на главные городские часы — они показывали 7:15. «Символично» — подумала девушка, решив вернуться домой. Мама может хватиться её, а этого Лиззи не хотелось совсем. Открыв дверь особняка, Элизабет тут же услышала оглушительный звон будильника: «дзинь, дзинь, дзинь!!!» Сняв куртку и обувь, девушка поспешила на кухню. — Доброе утро, милая. — первое, что услышала она. Реджина сидела за столом, делая бутерброды к завтраку. Три чашки какао уже стояли на своих местах. — Доброе. — улыбнулась девушка и присела рядом. Через несколько минут подошел и Генри — мальчишка выглядил уставшим, взлохмаченным и каким-то взвинченным, однако в глазах блестели нехорошие огоньки. — Не выспался… — ответил на сочувствующие взгляды матери и сестры мальчик, театрально зевнув. Те лишь кивнули и приступили к завтраку. Когда с поглощением бутербродов было покончено, Генри, выходя из-за стола, увлек за собой Лиззи. Блеск в его глазах только усилился, скорее всего от нетерпения. Когда они оказались в комнате мальчика, тот вздохнул с облегчением. Присаживаясь на стул, Элизабет наконец спросила: — И что же случилось ночью? Чего это ты не спал? — девушка старалась говорить более шуточно, чем серьезно, однако было видно, что она волновалась. — Представляешь, что я видел! Что я видел! — начал тараторить мальчик. — Мои родители… Они гуляли ночью, говорили о чем-то, так улыбались. И… — продолжил он, чуть приостановившись, — мне кажется, они любят друг друга и заслуживают хэппи-энд. Лиззи опустила глаза и закусила губу. Ну и что ему теперь говорить? — Понимаешь… — почти прошептала она осторожно, — Всё не так просто. Мальчик сразу же погрустнел, будто бы понял, что сестра пыталась ему сказать. Ей самой было грустно думать о том, что испытывал сейчас Генри. — Не грусти… — тихо сказала она. — Мы подумаем над этим. Генри кивнул, однако радости у него не прибавилось. — Тук, тук, тук! — вдруг услышали дети. Кто-то стучался в дверь. Лиззи, а за ней и Генри, молниеносно спустились с лестницы. У порога квартиры в это время стояли Чарминги с дочерью, Голд, Бэй и Белль. Страннейшая компания. — Что происходит? — невинным тоном спросила Элизабет, успев при этом вежливо поздороваться со всеми пришедшими. — Мы решили организовать небольшой пикник на природе. — с мягкой улыбкой пояснила Снежка. Лиззи кивнула, и взгляд ее упал на семейство Голдов-Штильцхенов. — Мы тоже. — дружелюбно кивнула Белль. Румпель сделал то же самое, но с меньшим энтузиазмом. — Все готовы? — послышался голос откуда-то сзади, и из своей комнаты вышла Реджина. В простых джинсах, кроссовках и спортивной кофте она была не совсем похожа на себя, однако при этом все равно излучала какое-то неуловимое величие. Увидев кучу гостей, Королева вытащила из кухни заранее приготовленные рюкзаки и раздала детям. Лиззи достался синий, а Генри — красный, но в остальном они были одинаковы. Когда брат с сестрой наспех оделись, Голд тут же телепортировал всех на небольшую лесную поляну, где уже красовался складной стол и несколько стульев, по числу пришедших. Воздух здесь был намного чище и свежее, чем в городе, а негромкий шум уже успевших пожелтеть листьев успокаивал. — Кто идет за дровами? — энергично спросил принц, обращаясь к собравшимся. — Давай я. — предложила Эмма, привстав со своего места. — Я с ней. — мгновенно добавила Лиззи, незаметно подмигнув брату. Тот улыбнулся и кивнул. Две девушки тут же углубились в чашу леса, собирая более менее подходящие ветки и сучья. — Слушай…- осторожно начала разговор Элизабет, — Это, конечно, не очень вежливо, но… Чем ты занималась вчера ночью? Спасительница, казалось, ничуть не смутилась. — Генри видел нас? — с усмешкой спросила она. Та кивнула, но потом, спохватившись, спросила: — «Нас?» Как так вышло, что вы с Нилом вчера ночью отправились погулять? Еще раз прости за бестактность и всё такое, но… — О, ничего страшного. — улыбнулась блондинка. Как раз хотела рассказать тебе. — с этими словами она вытащила из рюкзака ту самую записку, а затем и маленький листок с надписью «уходи». Лиззи осторожно взяла это в руки, стараясь не порвать тонкую и хрупкую бумагу. Перечитав послание несколько раз, девушка заинтересованно хмыкнула, но в слух ничего не сказала. — Что такое? — настороженно спросила Эмма, покосившись на Лиззи. Та, будто очнувшись, ответила спокойно: — Ничего, ничего. Просто странно это всё, с запиской… Вот смотри. Первое послание написано более аккуратно, буквы ровнее и понятнее. Значит отправитель думал, прежде чем начать письмо, задумывался над каждым словом. Однако, судя по нажиму, он всё-таки нервничал. «Он» — потому что почерк явно мужской, это видно. И автор — правша. Но это почти ничего не меняет. Лиззи перевела дыхание, и теперь пристальнее вгляделась во вторую записку — маленький клочок бумаги с прерывистым «уходи». — А вот это интереснее. Листок оторван от пергамента, резко и неровно, буквы разъезжаются в стороны и сам вид… Аккуратностью не блещет. Да и нажим еще сильнее. Значит, тут он еще сильнее нервничал, может даже злился. Чем ты этому неизвестному так досадила? Блондинка мгновение молчала, удивленно уставившись на Элизабет, но потом осторожно предположила: — Может, я должна была прийти одна? — Ревность? — прищурилась Лиззи. — Хмм… — Или он просто хотел укокошить меня. Без свидетелей. — мрачно добавила Эмма. — Сомневаюсь, — усмехнулась Лиззи, — у тебя пока не так много врагов. — Пока?! — Проехали. — отмахнулась Элизабет и продолжила. — Итак, что мы имеем: автор — мужчина, средних лет, правша, очень вспыльчив и несдержан, а еще… — девушка осторожно принюхалась к записке, — неравнодушен к алкоголю. Эмма скривилась. А она еще думала, откуда весь карман ее куртки спиртом провонял… — Удивительно. — теперь она глядела на Лиззи. — Да ты настоящий Шерлок Холмс… Элизабет только усмехнулась, но ей, несомненно, стало очень приятно. — Ваш личный консультирующий детектив берется за эту работу. — проговорила она с иронией. Наконец, закончив разговор, подруги принесли дров. — И чего так долго? — с фальшивым возмущением спросила сидящая на удобном складном стульчике и поедающая яблоко Реджина. — Потом расскажу. — негромко ответила ей дочь, складывая ветки к костру. Та лишь кивнула. Не успела Элизабет присесть, как к ней подбежал вездесущий младший брат. — Ну, а тебе чего надо? — с усмешкой спросила она. — Ты же обещала подумать и объяснить! — прошептал мальчик, еле сдерживая эмоции. Лиззи начала припоминать утренний разговор, но так и не успела ничего ответить брату, потому что из-за деревьев резко вырулил Нил и отправился в их сторону. — Привет. — машинально ответила Элизабет. Тот кивнул и, слегка прищурившись, изучающе посмотрел на девушку. — Кого-то ты мне напоминаешь… — протянул он. — Вы же виделись в Нетландии! — выпалил, явно не подумав, Генри. Да, отсутствие сна никому не идет на пользу. Мужчина, услышав это, вопросительно глянул на Лиззи, и той пришлось всё рассказывать — о даре, путешествиях и кое-каком приключении в Нетландии. — Отец говорил что-то такое про тебя… — прослушав рассказ Лиззи, ответил Бэй. — Как вы, кстати, помирились? — спросила девушка с неподдельным интересом, заглянув прямо в глаза Бэю. — Вроде того. — задумчиво протянул тот. — Я вижу, что он раскаивается, старается измениться… Да еще ты на него так хорошо влияешь. — мужчина улыбнулся, а вслед за ним — и Лиззи. Прекрасно, хоть у кого-то нет проблем. Кроме того, что ему жить осталось всего пару лет, конечно. Но об этом факте она пока что промолчит. Бэй будто прочел ее мысли и сразу погрустнел. Вокруг было светло и солнечно, его отец неторопливо прогуливался вдоль какой-то речушки под руку с Белль, Прекрасные на пару занялись ужином, а Эмма с Реджиной о чем-то увлеченно болтали недалеко от них. У Бэя, однако, несмотря на всеобщее веселье, на душе будто бы был камень. — Ты что-то знаешь? Что случится? — глядя будто в душу девушки, спросил он. — Ты ведь… Знаешь. — Я, по-моему, уже ничего не знаю… — тяжело вздохнув, проговорила Лиззи. — Пытаюсь сделать лучше, а выходит только хуже, еще и во вред людям. Даже вы… Лучшим решением было отговорить Голда ехать за вами, дать шанс на спокойную жизнь, а я… Я… — она, кажется, плакала. — Генри подошел ближе и, приобняв сестру за плечи, четко сказал: — Нет! Операция «хэппи-энд» и нужна для того, чтобы давать людям счастье. Ты всё делаешь правильно. — Да не будет никакого счастья! — крикнула она в отчаянии. И вышло громче, чем хотелось бы — все обернулись в их сторону, даже чета (или почти чета) Голдов, гуляющих в отдалении. Реджина с Эммой подошли ближе и присели к ней. — Что такое, о чем ты? — с тревогой спросила Реджина. — Я о том, что порчу всё, и без меня было бы лучше. И о том, что я все равно не смогу обеспечить всем счастливого конца, потому что… — Лиззи не договорила. При взгляде на мать у нее ком застыл в горле — если не будет Грега с Тамарой, Нетландии и этого Питера-будь-он-проклят-Пэна, то не будет и заклятия, и встречи Реджины с ее второй половинкой. Но внезапно глаза девушки прояснились, и в голову пришла поистине безумная идея: А что, если… От мисс Миллс, однако, появление озорного блеска в глазах дочери не прошло незамеченным. — Что ты придумала? — без предисловий, но доверительным тоном спросила она. — Найти твою настоящую любовь. — честно ответила Лиззи, вытирая остатки слез. — Если получится… — Только не сейчас, давай вечером. Я не в том виде, чтобы встречать суженого. — усмехнулась Королева, критически оглядев рваные джинсы и слегка заляпанные кроссовки. — Окей. — кивнула Элизабет. — А со мной так и не поговорила! — обидчиво протянул Генри. Лиззи вздохнула. Теперь еще и в этой проблеме разбираться. — Знаешь, что… — более-менее спокойно начала девушка. — А давай просто спросим всё, что ты хочешь узнать, у твоих родителей. Эмма и Нил нахмурились, переглянувшись. Им явно не нравилась такая перспектива, тем более, они примерно представляли, какие вопросы может задать им ребенок. Однако Генри молчал, выжидательно глядя на Элизабет. — Ну что ж… — вздохнула девушка, — семейный психолог и по совместительству частный детектив к вашим услугам. Эмма подавила смешок, Реджина слегка непонимающе улыбнулась, а Генри и Бэй были непроницаемы. — Итак. — проговорила она серьезным, будто официальным тоном, вглядываясь в лица Эммы и Нила, — вы любите друг друга? Повисло молчание. Такого вопроса в лоб не ожидал никто, да и сама Элизабет. Она выжидательно глядела на пару, но никто не спешил отвечать. Лиззи же не знала, что говорить, и разговор, кажется, медленно, но верно скатывался в тупик. Спасла положение Снежка, подошедшая со стороны костра и позвавшая всех к обеду. Суп в исполнении Белоснежки оказался дивным, и Белль даже попросила подсказать рецепт столь вкусного блюда, чем заслужила слегка напуганный взгляд Голда. Ему перспектива отведать стряпню Белль ничуть не казалась радужной. Однако этот так и не начавшийся конфликт замял сам себя, и обед прошел в молчании. Тишину нарушал лишь мерный стук ложек о тарелки. — Надо почаще так выбираться… — проговорила явно повеселевшая после приёма пищи Эмма. Снежка и Белль кивнули, остальные же придерживались иного мнения, но промолчали, дабы не спровоцировать ссоры. Элизабет в конце концов тоже мало-мальски успокоилась и присела на раскладной стульчик возле Реджины. Та, увидев дочку, улыбнулась и сказала с иронией: — Знаешь, детектив из тебя явно лучший, чем психолог… Лиззи рассмеялась. Она поняла, что Эмма рассказала подруге о записке, но не придала этому значения — Миллс в любом случае тут ни при чем. — Может всё-таки вернемся обратно домой? — неожиданно проговорил сидящий поодаль Голд. Ему этот пикник явно пришелся не по вкусу. Практически все кивнули, и Темный, вздохнув с облегчением, перенес всех вместе с вещами на главную площадь Сторибрука. — Дальше — сами. — прокомментировал он и отправился в сторону лавки в сопровождении Белль. Нил, немного погодя, зашагал следом. — А теперь куда, по домам? — спросила Лиззи у оставшихся. Часы на башне звонко пробили четыре раза. Все кивнули и разошлись, дабы спокойно провести субботний вечер.