Жилетка Марти Макфлая

За всей этой такой желанной, но такой неожиданно свалившейся славой, за переездами сначала в плацкартах, а потом в купе, за бесконечными съемками и эфирами очень сложно что-то разглядеть. За всеми этими «да Арса с Антохой уже поженили в Интернете», за одинаковыми свадьбами и пьяными корпоративами, за Воронежем, Питером и Белокаменной очень сложно что-то заметить. Сложно, например, заметить, что Позов, которого ты знаешь, кажется, миллион лет, ездит из Москвы и обратно, постоянно прихватывая с собой недосып и плохое настроение. Что в голове Позова, которого ты знал еще тогда, когда не знал, кем хочешь стать, когда вырастешь, круглосуточно вертится одна и та же мысль «Что происходит, блять? Шаст, что вообще происходит?». Но зато за выступлениями «Спорного вопроса», случайными шутками в гримерках и «пойдем, покурим», за выяснением того, кто круче – Роналдужегей или Месси – очень легко заметить другое. Легко заметить, что Шастун может неотрывно смотреть на Позова десять минут, час или сутки, пока тот разглагольствует о сборной Исландии, сборной Испании и какой-угодно-сборной. Что Антон продолжит спорить, но все равно будет безудержно смеяться десять минут, час или сутки над каждой циничной шуткой, отпущенной Позовым. Это все очень легко, но ты никогда не увидишь главного. Ты не увидишь, что Позов нужен Шастуну больше, чем Антон Диме. Что вы вдесятером бухаете каждую субботу, хотя им вдвоем тоже нормально. Что Антон давно уже считает Позова товарищем, бро, другом, лучшим другом, отличным напарником с невероятным уровнем цинизма и поддержки, Антон-как-тебя-угораздило-вообще и, конечно, полным придурком, который, скорее всего, никогда ничего не поймет. И что в итоге? В итоге тебя зовут Стас, ты женат, ты – креативный продюсер шоу «Импровизация» на канале ТНТ. Ты тоже считаешь, что Позов придурок. И Шастун придурок. «Поедешь с Позовым на машине, хоть это и в пять раз дольше, потому что «че он, офигел один кайфовать?» - пожалуйста, нет проблем. Все равно ты в аэропорт всегда опаздываешь». И нет, ты не хочешь ничего больше слышать, разбирайтесь-ка вы лучше сами со своей пятилетней недодружбой, и не надо тебя втягивать во что бы то ни было, спасибо. Иногда ты проводишь с ними сорок восемь часов подряд, и это круто, и вы делаете что-то стоящее, но потом ты все равно звонишь жене и говоришь: «Я заебался». *** Они разные. Очень. Нет, конечно, не как огонь и вода. Скорее, как лучшие друзья, у которых из общего только отменное чувство юмора и дикое детское желание получить на Новый год жилетку как у Марти Макфлая из «Назад в будущее». Они разные. Даже если брать в расчет только рост. Они разные. И это повод для шуток. Позов серьезный, собранный. Он из тех людей, кто точно знает, как ответить на вопрос «Кем вы видите себя через пять лет в нашей компании?». Благо, после знакомства с тобой ему так и не пришлось побывать ни на одном собеседовании. Еще Позов не любит людей. Ладно, в основном, Позов не любит людей. Не любит корпоративы, торговые центры и дни города в Воронеже, зато любит тишину, сигареты и сборную Испании по футболу. Позов сидит напротив и говорит: - Я вообще не понимаю, как такие интроверты, как мы с тобой, решили стать КВНщиками. - Я не интроверт, это ты интроверт, - быстро отвечает Шастун и тушит сигарету в пепельнице, - я вообще нормально к людям отношусь. Шастун улыбается. Шастун хорошо шутит, приходит на все тусовки и выкуривает по пачке в день. Шастун спит до обеда и умеет быть ярким, если нужно. Еще он любит тишину, захолустные спортивные бары и сборную Португалии по футболу. Они похожи. Очень. Они одинаковые, если только не брать в расчет рост. Ты заходишь в гримерку. - Здарова, - говорит Антон, на секунду отрываясь от телефона. - Привет, - говорит Дима, пытаясь найти что-то в карманах своей куртки. Потом ты слышишь, как два голоса говорят одинаковые слова: - Че-то ты стремно выглядишь, Ста… Ты закатываешь глаза и думаешь: «Репетировали, придурки». Но потом понимаешь – нет, не репетировали, просто у дураков мысли сходятся. Они похожи. Очень. Они одинаковые, если только не брать в расчет рост. Они одинаковые – до жути, до одури, до смешного и страшного, до полусонного бреда. Они одинаковые. И это повод для шуток.