Всегда буду рядом

      — Следующим на лед выходит Юрий Плисецкий! — объявил диктор.       Я вышел на лед. Внимательно всматриваясь в трибуны — выискивая дедушку.       — Неужели он не пришел? — в отчаянии вздохнул я, но меня уже никто не слышал, зазвучала музыка, и я начал свой танец.       Почему он не пришел? Он же обещал… Черт! Тупые мысли! Я не могу сосредоточиться. Надо хорошо выступить во что бы то не стало!       После выступления я услышал результат. Мда… Я рассчитывал на более высокие баллы. Только я вновь ушел в свои раздумья, как ко мне подошла Барановская и строго спросила:       — Что это было? — в ее голосе почувствовалась некоторая дрожь, — Что-то не случилось?       — Нет, — резко сказал я.       — Куда ты пошел? — переменилась в лице Лилия, увидев, что я без всякого предупреждения направился в неизвестном для нее направлении.       — Тренироваться, — кратко ответил я, не оборачиваясь, — Я не дам этим отбросам обойти меня, — совсем тихо добавил я, сжав зубы так сильно, что послышался скрип.       Спустя час я уже был на катке и начал тренировку. Раз упал, два, три… Невзирая на легкую, а дальше и более сильную боль, я поднимался снова и снова, проходя программу. Спустя несколько часов я не выдержал:       — Да чтоб тебя, мать твою! — заорал я. Нервы были на пределе. Я был готов раздолбать весь лед на катке, а затем приняться за трибуну — Что со мной твориться, черт возьми?!       В это время к катку подошел Яков:       — Юрий, сколько ты уже занимаешься? — недоуменно спросил он.       — Часов пять… Может шесть… Не знаю! — злостно выдохнул я.       — Ты с ума сошел. У тебя завтра второй день соревнований. Ты до катка ползком решил добираться?       — Но я не готов! Я должен отработать выступление, — не унимался я.       — А я говорю — тебе нужен отдых, — строго сказал Яков, а затем спокойно добавил, — Так что быстро снимай коньки и перекуси.       Да чтоб тебя, глупый старикан!       Я хотел было сказать вслух это, но в глубине души понимал, что он прав, поэтому подъехал к бортику катка и начал копаться в сумке. Яков ушел, а я начал жевать бутерброд с сыром и колбасой, запивая его кофе из термоса. Через пару минут к бортику с трибун спустилась Итсу. Встав в нескольких метрах от меня, она спросила:       — Юрочка, нельзя так себя изматывать, — почти без обыкновенной писклявости сказала она.       — Отфстань! — жуясь грубо сказал я, — Фо ты ваве тут зафыла?       — Я тут уже давно сижу. А ты все мучаешься и мучаешься, — она немного задумалась, а потом спросила, — Это же все из-за нее?       — Из-за кого? — не понял я, выпивая кофе.       — Это все из-за той русоволосой. Как ее там? Аля? — я почти был уверен, что на ее лице проскользнула улыбка.       — Не неси чушь! — сказал я, и как бы в оправдание добавил, — Она для меня ничего не значит.       — Она для тебя? Или… ты для нее?, — блондинка уже не скрывала радостный оскал.       — Заткнись, Инта! — начал злиться я, засовывая в рот почти пол бутерброда.       — Да ладно! — немного отступила она, — Я просто поинтересовалась, — после пары минут разглядывания своих ногтей, Итсу не выдержала и продолжила свой убийственный монолог, — И меня Итсу зовут, а не Инта. Но ты это и так знаешь, так ведь? Ты всегда знал, просто хочешь меня задеть. Хочешь, чтобы я отстала, да? Почему же? — меня начал раздражать этот разговор, но я пытался держаться, — Молчишь? А не потому ли, что из-за меня она тебя бросила?       — Мы с ней и не встречались, — тихо прошипел я сквозь зубы, убрав еду в сумку.       — Но вы же целовались. А теперь она уехала. Навсегда. Из-за меня. Или нет? Может быть наоборот. Может быть ты виноват?       — Я ничего не сделал! — крикнул я, вскочив.       — Ты не остановил, не удержал, оставил ее одну. Ты все разрушил, — тихий, нежный голос стал превращаться в зловещий и коварный, — Ты отталкивал Алю, боясь своих чувств! Ты подставил Лилию и Якова! Из-за тебя они должны возиться со мной! Очнись! Ты всем осточертел! Даже твой любимый дедушка не пришел на твои соревнования, потому что… ТЫ НИКОМУ НЕ НУЖЕН!!!       — Заткнись! Закрой рот! — закрыв глаза, я со злости швырнул конек в Итсу. Послышался странный звук. Я открыл глаза и увидел разлитое ведро воды и перепуганную уборщицу. Я ничего не понимал. Подойдя с таким же перепуганным лицом к уборщице, я взял конек и заикаясь пролепетал:       — П-простите, по-пожалуйста. Я-я могу сам… Все убрать, — через мгновение старушки уже не было, а я решил убрать весь беспорядок, который натворил. После мытья полов, я взял телефон. Яркий свет экрана на мрачном катке ослепил меня. Я стал проверять сообщения и, перелистывая диалоги, наткнулся на подругу Али — Наташу.       — А может быть, ей написать? — подумал вслух я, — Не думаю, что это хорошая идея, но это последний шанс достучаться до Али. Эх… Пусть будет так… — я сел на пол и начал вновь описывать ту ситуацию, о которой хотел рассказать Але. Отправив сообщение и обрадовавшись, что Наташа меня еще не заблокировала, я стал ждать ответа, медленно погружаясь в сон.

***

      На следующее утро на каток первой вошла Барановская, за которой плелась сонная Итсу. Ну, как первая? Она так думала. На самом же деле только лучи коснулись моего ноющего тела, я поднялся и начал тренировки. Сходив за аптечкой, я заклеил пластырями сочившиеся раны, образовавшиеся после принудительных тренировок.       Мне не привыкать к «мелким ранкам». Это участь настоящего спортсмена.       — Юрий! Что ты здесь делаешь в такую рань? — недоумевала Барановская. Итсу, увидев меня, сразу взбодрилась и галопом побежала по лестнице. Набросившись на меня, запищала в своей обычной манере:       — Доброго утречка, Юрочка!       — Доброго, Итсу, — улыбнулся я, — Ай! Слезь, пожалуйста. Мне больно.       — Ой! Прости-прости, Юрочка, — блондинка отцепилась от меня и с ужасом начала рассматривать мои ноги, штаны на которых я задрал, чтобы было удобнее заниматься. К трепетанию девушки присоединилась и Лилия:       — Юра! Что ты с собой сотворил?       Я недоуменно посмотрела на свои ноги и с невинным выражением лица произнес:       — Подумаешь, пару царапин и только, — закончив растяжку я подобрал валяющуюся подле меня олимпийку в цвете Российского флага и направился к выходу, — Не буду вам мешать. Тем более мне как раз пара перекусить, — легкими шажками, словно балерина, я направился вперед, оставив за собой косо смотрящих дам.

***

      — Давай, Юра! Ты сможешь! — доносился гвалт с трибун. Начался второй день соревнований и вновь мой выход. Волнуюсь ли я? Немного. Совсем немного. Началась моя музыка. Я скользнул по льду обводя зрителей глазами.       Это дедушка? Это точно был он!       Окинув взглядом трибуны вновь, я полностью убедился, что дедушка все же пришел поддержать меня. Казалось, лучше просто не могло быть.       Выступления закончились. Через несколько секунд будут известны результаты. Все ужасно волнуются, ведь эти результаты определят, кто пройдет в финал, а кто нет. Я тоже переживаю, но всем своим видом пытаюсь состроить каменное, незаинтересованное лицо… Момент истины!       — Второе место — Юрий Плисецкий! — выкрикивает диктор. Ко мне подошел Крисс и с похотливой улыбкой положил руку на плечо:       — Ну что, поздравляю, — улыбнулся он.       — Это было очевидно, я даже не старался, — хмыкнул я.       Скинув со своего плеча руку голубоватого фигуриста, я медленно направился к выходу. Скрывшись от посторонних глаз в опустевшей гримерки, я закричал от радости, случайно уронив пару чужих вещей…       Успокоившись, я поспешил убраться от сюда, чтобы встретиться с дедушкой. Собрав все вещи, я выбежал на улицу. Зайдя за угол здания я услышал девичьи голоса. Один из них точно принадлежал Итсу…       — Чего?!