Пять лепестков

Очередной весенний ливень был готов вот-вот пролиться на головы прохожих, но Сакура почти не обращала внимания на чёрные тучи, угрожающе нависшие над головой. Явно занятая невеселыми мыслями, девушка рассеянно обходила розовые кусты, росшие в маленьком садике, срезая душистые бутоны, из которых позже намеревалась собрать два изящных букета, и поставить их в доме. С наступлением весны Коноха приобрела особое очарование благодаря цветущей сакуре, именно в это время года природа вокруг становилась более нежной и прекрасной. Знойный и влажный воздух был наполнен розово-сладким нектаром сливы, богатым ароматом вишни и свежим пряно-зелёным благоуханием листвы. Сакура прижала к себе охапку цветов и медленно осмотрелась вокруг, довольная улыбка коснулась её губ и осветила лицо. Девушка двинулась было к дому, но привычно громкий и раздражающе-знакомый звук голоса заставил её остановиться. — Доброе утро, Сакура-чан, — крикнул Наруто, быстро приближаясь к ней. — Не такое уж и доброе, — отозвалась Сакура, хмуря брови и косясь на тёмное небо. Ей не особо нравился дождь, но в последнее время душный воздух и тяжелая пыль всё чаще навевали воспоминания о спасительной прохладе. — Помочь? — парень взглядом указал на огромную охапку цветов в её руках. — Нет, я как раз закончила. У тебя что-то срочное, Наруто-кун? Она пытливо уставилась на замешкавшегося парня, он что-то несвязно пробурчал себе под нос, закинув руку за голову. Щёки его заметно порозовели, заставив Сакуру удивленно вскинуть бровь. — Я… — Ну что? Наруто глубоко вздохнул, явно набираясь смелости. — Ты не против пойти со мной на праздник Ханами сегодня вечером? — протараторил парень, уставившись в пол. Он даже зажмурился, будто бы она собиралась его ударить. Сакура изумленно заморгала. — Так, значит, сегодня? И как я могла позабыть… На самом же деле Сакура с нетерпением ждала этот день, но именно само нетерпение сделало её особенно рассеянной. С самого утра она была погружена в собственные мысли да и плохой сон особенно сказывался на состоянии девушки. — Хорошо, — задумчиво протянула Сакура, пожав плечами. Конечно, она знала, что её непременно пригласят. Всё же она была одной из красивых девушек деревни, и пара тройка приглашений была обыденным делом. Ей оставалось только сделать выбор. В этом году Наруто опередил всех претендентов. — Да? — просиял парень. — Да, — улыбнулась девушка, прижав к себе цветы, и решительно зашагала к дому. Наруто широко улыбнулся и подпрыгнул на месте. — Я зайду за тобой вечером, — крикнул он напоследок, так же удаляясь. В этом году она пойдет именно с Наруто. Им есть о чем поговорить, да и скучать не придется. Этот парень нередко выводил её из себя, но с ним так же было весело и непринужденно. Харуно прикрыла за собой дверь, и до её слуха донесся шум начавшегося дождя. Расставив цветы в вазы, она рассеянно уставилась в окно. Дождь усиливался, принося с собой вожделенную свежесть и прохладу. Рокот грома заставил её вздрогнуть и прикрыть глаза. Воображение тотчас же нарисовало перед ней улыбчивого и жизнерадостного Наруто, такого светлого и тёплого, словно летнее солнце. Но этот образ тотчас же сменился другим, менее тёплым, скорее даже холодным, словно морозное утро. Человек, что предстал в мыслях, заставил девушку прерывисто вздохнуть и обнять себя руками. Губы тотчас же произнесли его имя, но гром и шум дождя заглушили прерывистый шепот. Этот призрачный образ стал частым гостем в сознании Сакуры, и она даже не заметила, как он проник в её сердце. Это любовь? Нет? Сакуру мучил этот вопрос уже вторую весну. А стальные глаза всё чаще являлись во снах, лишив покоя. Или же нет. Это чувство, напротив, принесло покой, заглушив боль по Саске. Больше Сакура не металась в отчаянии, и слезы грусти постепенно сходили на нет. Первая любовь никогда не забудется, но именно она приносит печальный опыт. Сердце вновь наполнилось надеждой, и расцвело, словно весенние цветы. Новая любовь, как новый луч жизни — второй шанс. И вновь безответная. Стиснув зубы, Сакура зажмурилась. Новое чувство привязанности возникало в ней с годами, перерождаясь в нечто большее, и, как ей казалось, опасное, ведь если это любовь, то теперь она уже не такая, как раньше. Не то наивное, глупое детское чувство, а нечто иное, что могло ранить сильнее. А ведь ей казалось, что Саске тот единственный… И вот опять. Снова она позволила себе чувствовать. Сакура тяжело вздохнула. Видимо, это её натура, выбирать не того. Девушка молча смотрела сквозь плотную завесу дождя и задумчиво покусывала губу. Не будь она трусихой, то непременно бы набралась смелости, и пригласила на праздник именно ЕГО. Но страх всё испортить, и получить отказ был намного сильнее, да и что скажут люди. — Люди, — прошептала Сакура. — Какое мне до них дело, что они там скажут. Просто ты трусиха Сакура. Трусиха. Просто признай это, — с горечью выдавила из себя девушка, усмехнувшись, а дождь всё усиливался. Он сказал, что вернётся к началу праздника, но Сакура не особенно верила словам, предпочитая узреть собственными глазами. Она так скучала, что всё остальное теряло весь смысл. Сорвавшись с места, Харуно решительно проследовала к двери и, не потрудившись даже накинуть плащ, шагнула в плотную завесу дождя. Теплые капли заливались за шиворот, стекая по намокшим прядям розовых волос, заливали лицо, но Сакура упрямо шла вперед. Здравый смысл ушёл на второй план, дав волю минутному порыву, и если она станет думать сейчас о правильности решения, то попросту снова струсит. Остановившись у дерева вишни, девушка осторожно надломила пару особенно красивых веточек, и продолжила следовать по одинокой улице. Хорошо, что в такой ливень ей никто не повстречался, иначе бы её сочли безумной. Мокрая, растерянная, с зажатыми в руке веточками сакуры. И вот она уже стоит у заветной двери, с каждой секундой всё больше сомневаясь в себе. Зажмурившись, Харуно резко задержала дыхание и ударила в дверь. В глубине души она надеялась, что ей никто не откроет. Сакура боролась с двояким чувством, ей одновременно и хотелось, чтобы её услышали, и нет. Секунды тянулись невыносимо медленно. — Не открывай! Не открывай… — твердила она про себя, упершись лбом в дверной косяк, руки безвольно повисли вдоль тела. — Сакура? Девушка едва не застонала от неожиданного осознания всей глупости своего опрометчивого поступка. Она едва ли не опрометью кинулась прочь от звука приглушенного голоса, мечтая оказаться за миллион километров от него, проклиная себя за предательскую слабость. — Куда? Стальные пальцы сомкнулись у неё на предплечье, рванув назад. Сакура взвизгнула от неожиданности, когда её бесцеремонно затащили в теплоту дома. Грохот грома смешался с оглушительным боем сердца, глаза ничего не видели, так как в доме оказалось неожиданно темно. Она оказалась прижата к твёрдой стене, да так крепко, что ощутила позвоночником всю шероховатость и неровность деревянной поверхности, и только спустя, казалось, вечность смогла, наконец, различить перед собой платиновые волосы. Одурманивающе-знакомый, древесный запах с ноткой свежести, приятно защекотал ноздри. — Вы напугали меня, Какаши-сенсей, — тяжело дыша, прошипела Харуно. Какаши выглядел озадаченно. Или сонно, как показалось Сакуре. Но, во всяком случае, он не хватал ртом воздух, будто выброшенная на берег рыба, как это делала она. Напротив, мужчина был спокоен в свойственной ему манере, и не сводил с неё заинтересованного взгляда. Они стояли сейчас слишком близко друг к другу, так, что Сакура могла отчётливо различить, как подрагивает тень от длинных ресниц у него на щеке, как расширяется и сужается зрачок в его глазу. Даже ощущалось мерное, тёплое дыхание сквозь маску. — Льёт как из ведра, — прошептал мужчина, нарушив тишину, и едва не оглушив Сакуру от неожиданности. Только сейчас девушка поняла, что руки Какаши покоились на её плечах, не причиняя боли, но властно удерживая на месте. Так, на всякий случай… Сакура знала, что от него не убежать, даже если очень сильно захотеть. Она покорно стояла на месте, не в силах найти оправдание спонтанному визиту, а Какаши уже прервал их зрительный контакт, отвлёкшись на плотную завесу ливня, что бушевал, барабаня по распахнутой двери. Последний раз они виделись больше трёх месяцев назад. Перед тем, как он должен был отправиться на очередное задание, которое поручила ему Пятая. Сакура тогда, как раз возвращалась с тренировки, солнце почти скрылось за горизонтом, а девушка еле передвигала ноги от усталости. — Э-те-те-те, — прошипела Сакура, поглаживая ушибленное плечо. День выдался особенно долгим и не терпелось поскорее попасть в душ, чтобы избавиться от пыли и пота. Тело дрожало и саднило от нагрузки, но всё же это было приятной усталостью. В тот день она тренировалась с Наруто и Хинатой на окраине деревни у реки, а когда солнце начало клониться к закату, было решено разойтись по домам. Уже в деревне ребята разошлись каждый своей дорогой, но Наруто, как обычно, порывался проводить её до дому, а Сакура решительно пресекла его настойчивость. — Но, Сакура-чан… — завыл Наруто, забавно размахивая руками. Сакура, сложив руки на груди, злобно поглядела на парня. — Я иду одна. Ясно? До чего настырный. — Ну, позволь? — не унимался тот. Сакура уже хотела было смилостивиться, но неожиданно заметила, насколько сильно погрустнела Хината, и ей стало жаль девушку. И угораздило же её влюбиться в такого пустоголового идиота, который своей твердолобостью смешил едва ли не всю деревню. Но кто она такая, чтобы осуждать чей-то выбор? Это их дело, пусть сами разбираются. — Нет, — решительно гаркнула Сакура и демонстративно двинулась по улице, оставив ребят позади. — Лучше проводи до дому Хинату, — крикнула она, даже не обернувшись. — Что-о? — воскликнул Наруто, чем вызвал на лице Сакуры улыбку, и румянец у Хинаты. Больше Сакура их не слушала. Она смеялась в голос, приложив руку ко рту, и привычно свернула за поворот, направляясь к дому, как неожиданно налетела на что-то твёрдое. От неожиданности девушка даже решила, что приложилась о столб. Качнувшись в сторону, она едва не полетела на землю, но чья-то крепкая рука сжала её плечо, тем самым удержав на месте. Девушка изумлённо охнула, увидев перед собой Какаши-сенсея. — Ты в порядке? — Простите, Какаши-сенсей, кажется я немного задумалась. Я вас не слишком ушибла? — встревожилась девушка. Мужчина рассмеялся. — Хотел бы спросить то же самое, — мягко заметил он. — У тебя, кажется, синяк? Сакура, охнув, скосила глаза к кончику носа, но ей ничего не удалось разглядеть. — Вот тут… Рука сенсея неожиданно мягко коснулась её лица. Прохладные пальцы скользнули по скуле, и на мгновение задержались на подбородке. В этом касании не было ничего серьёзного, но от чего-то дыхание девушки резко перехватило, а щёки налились румянцем. Вот, снова. Он лишь коснулся её, а она искала в этом нечто большее, чем просто ничего. — Какаши-сенс… — Ты вся в ссадинах. Тренировалась? Она кивнула. — А теперь ещё и от меня синяк прибавится ко всему прочему, — раздосадованно пробурчал учитель, взъерошив белоснежные волосы. По всей видимости, он тоже не ожидал, что они столкнуться, так как в руках мужчины Сакура увидела небольшой томик очередного творения старого отшельника. Поэтому сенсей потерял бдительность, ибо когда он углублялся в этот бред, то всё вокруг переставало существовать для него. — Мне совсем не больно, — улыбнулась она. — Хорошо, — лицо мужчины прояснилось, и он вновь улыбнулся. — Какаши-сенсей, а куда вы направляетесь? Было непривычно встретить его просто идущим по улице. Да и как показалось девушке, он выглядел слегка озабоченным. Не случилось ли чего серьёзного? — О… нужно сделать кое какие приготовления, да и прогуляться иногда не помешает. Мне стало интересно, чем же закончится роман… — Вас отправляют на задание? — выпалила Сакура взволнованно, голос её слегка дрожал. — Да, небольшая миссия от Цунаде-сама, — вздохнул сенсей, убирая книжечку. — И на долго? — Пара месяцев. Думаю, к празднику Ханами уже всё закончится. Сердце Сакуры пропустило удар. Пара месяцев. Так долго, и, должно быть, опасно. Конечно, глупо было что-то возражать, да и кто её стал бы слушать. Какаши-сенсей был отличным ниндзя, стоило ли волноваться? Но она волновалась. — Так надолго… — прошептала она, глядя в сторону. — Вас не будет так долго. — Не стоит волноваться, Сакура. Это обычное дело. — Что вы, — спохватилась девушка, поспешно натянув на лицо широкую улыбку, — я совсем не волнуюсь. Но… просто… — Я понял, — улыбнулся сенсей. Сакура глядела на учителя, словно пытаясь запомнить каждую чёрточку его лица, и не могла промолвить ни слова. Она могла глядеть на него, наверное, целую вечность и всё недоумевала, как в ней могло возникнуть подобное чувство. Хотя, она, наверное, всё же понимала, почему именно он стал объектом её обожания. Какаши был иным, нежели другие парни и мужчины деревни. К тому же, он часто спасал её на заданиях, чем сразу же вызвал неподдельный интерес помимо чувств, что она уже лелеяла к Саске-куну. Эта заинтересованность возникла у неё ещё в детстве, а теперь, когда Саске покинул их, Сакура смогла всё хорошенько обдумать. Сначала это было мимолетное детское чувство, наполненное стеснением и неясным чувством эйфории от пребывания рядом с этим уверенным в себе человеком. Влюбленность возникла спонтанно, а потом и вовсе укоренились в душе девушки. Кажется, она даже пыталась объясниться с Какаши-сенсеем раньше, но данный порыв как то смутно припоминался ей, и вскоре вовсе исчез из памяти. Но чувство влюблённости никуда не пропадало, оно будто на время приглушалось, словно огонёк свечки, но со временем всё больше разгоралось. И вот уже снова Сакура не могла нормально говорить рядом с сенсеем, всё больше краснела, и жадно ловила каждый его взгляд. Их разговор не мог продолжаться вечно, но если бы была такая возможность, она бы остановила время. Сейчас он уйдет и чудесный миг закончится, больше не будет случайных встреч, а она так привыкла видеть его каждый день, пусть и мимолетно, обмениваясь малозначительными быстрыми фразами, но все же… — Ну… — прошептал сенсей, — рад был повидаться, Сакура. Сакура закусила губу и потупила взор. — И я. Проходя мимо, Какаши мягко коснулся её плеча, на мгновение его пальцы дрогнули. Или Сакуре так только показалось. Снова она себе что-то придумала. — Удачи вам, сенсей. Берегите себя, — прошептала девушка, и не оглядываясь двинулась вперёд. И вот сейчас она впервые увидела учителя настолько близко за столь длительное время, и если бы он не держал её, она бы непременно свалилась. Точным движением руки, Какаши захлопнул дверь, отрезав их от внешнего мира. Дыхание перехватило, и Сакура непроизвольно облизнула пересохшие губы. — Что то стряслось, Сакура? Звук этого голоса заставил Сакуру задрожать от неясных чувств, она жалела, что не видит сейчас его лица, но чувствовала, что он не отстранился ни на сантиметр, по-прежнему стоя перед ней, лишь только руки убрал в карманы. Она ощущала тепло, исходившее от его тела, и это странным образом сказывалось на ней. Ей непреодолимо сильно захотелось протянуть сейчас руку и дотронуться до него. Просто дотронуться, ничего не говоря. — Я… — замялась Сакура. А ведь она даже не успела подумать, зачем явилась к нему вот так, внезапно. Она должна была разработать банальный план их диалога и после, как бы между прочим, подарить веточки сакуры. Небольшое напоминание о ней. Вот так визит. Словно снег на голову, да и выглядит она сейчас, наверное, как мокрая курица. Хорошо, что он не видит её в этой темноте. С неё сбегали ручейки воды, и на полу, наверное, уже набралась порядочная лужа. — Прости за мою бестактность, — неожиданно весело отозвался мужчина, — я давно не принимал гостей, и напрочь позабыл о радушии. Сакура на мгновение подумала о том, как он сейчас выдворит её за дверь. Да и поделом ей, не стоило вот так вот заявляться без приглашения. Однако, сенсей неожиданно подтолкнул её вглубь дома, заставив ойкнуть от неожиданности. Его рука мягко коснулась её спины, чуть ниже лопаток, и девушка покорно двинулась вперед. — Сенсей, — наконец отозвалась она, — вот, это вам! Она услышала тихий вопросительный возглас недоумения с его стороны, как он делал, когда был растерян: — М?! Девушка протянула мужчине веточки сакуры, и зарделась от смущения, прикусив нижнюю губу. Его ладонь коснулась её руки, и девушка едва не дёрнулась от неожиданности. Рука Какаши была горячей и сухой. Он был без перчаток. — Сакура от Сакуры, — в его голосе звучала улыбка. Эти слова неясным эхом отозвались у неё в голове, кажется, она это уже где-то слышала однажды, и произносил их именно сенсей. Именно его интонация голоса была отпечатана глубоко в мозгу. Странное ощущение. Сакура нахмурилась, озадаченная его словами, но не проронила ни слова, а лишь поспешила стянуть с себя мокрые сандалии. Интересно, он слышит, как сейчас бьётся её сердце? Хорошо хоть дождь не прекратился, иначе бы она сквозь землю провалилась, ибо слух у ниндзя феноменальный, и придумывать отговорки было бы глупо. Сенсей всегда видел её насквозь. Он видел её насквозь? Сакура оторопело поглядела на силуэт Какаши-сенсея, он смиренно ждал, пока она закончит эту возню с мокрой обувью. Что если он догадается, что у неё на уме? Отчитает за подобного рода глупости, или вовсе оборвет их связь, которая устанавливалась годами. Сердце Сакуры заныло, она не готова была потерять сейчас и его. Хоть Какаши и был намного старше, но только рядом с ним девушка чувствовала себя поистине спокойной и умиротворенной, нежели с Саске или Наруто. В сравнении с сенсеем они были глупыми мальчиками — порывистыми, диковатыми, в то время как Какаши источал силу и спокойствие. Чудовищное спокойствие. Порой, даже в самый критичный момент, когда их отряду грозила смерть, лишь Какаши оставался уравновешенным, это и прельщало Сакуру. Он чем-то напоминал Саске. Но эта его жажда книг порой раздражала, как и его непонятные шутки. Сенсей много шутил. Ей казалось, что даже если он будет умирать, то его комичность никуда не исчезнет. Сакура никогда прежде не была у сенсея в гостях. Да и с чего бы, они всегда были чем то заняты. Бесконечные вылазки, задания, всё это неимоверно изматывало, что времени едва хватало на сон. Девушка проследовала за мужчиной в небольшую комнату, едва ли не на ощупь, так как свет сенсей не зажег, да и как поняла Сакура, окна были плотно затворены ставнями. Видимо, на случай, если кто-то вздумает следить за ним. Щелкнул выключатель, и Сакура на мгновение зажмурилась от яркого света, а когда, наконец, обрела зрение, Какаши уже протягивал ей полотенце. — Спасибо, — смущенно пробормотала Сакура, поспешно промакивая волосы. — Ты промокла насквозь, — глухо отозвался сенсей, тяжело вздохнув, — одежду придётся сменить, иначе ты простудишься. Он склонил голову набок, лениво наблюдая за ней. Сакура ощутила, как щёки заливает краска. Одно дело, находиться на задании с отрядом, и другое — наедине, в одной, и к тому же, как девушка заметила, не особо просторной комнате. — Дождь скоро закончится, не стоит волноваться, сенсей, — поспешно промямлила Сакура, хотя, внутри неё, другая Сакура уже носилась в истерике из стороны в строну. — Я не кусаюсь, — с улыбкой произнес Какаши, — да и дождь продлится ещё довольно долго. Держи. Сакура послушно приняла из рук сенсея белую рубаху, а Какаши уже отвернулся, предоставив ей возможность для того чтобы переодеться. В отряде №7 всё именно так и происходило, и Сакуре казалось, что она привыкла находиться в компании мужчин, а те, в свою очередь, были вынуждены свыкнуться с её «женскими штучками». Но сейчас её руки тряслись, когда она осторожно стягивала с себя противную, холодную одежду, мечтая поскорее ощутить кожей сухость и тепло заветной рубахи. Девушка украдкой взглянула на спину учителя, и тихо усмехнулась, заметив как тот, приложив к лицу веточки сакуры, лениво вдыхает их аромат. Одежда, что дал Какаши, доходила ей до середины бедра. Справившись с пуговками, девушка смущенно прижала к носу отворот рубахи. Несомненно, его запах. — Закончила? — отозвался Какаши. Сакура вздрогнула от неожиданности и покраснела. Но, кажется, он ничего не заметил, и она с облегчением выдохнула. — Д-да, Какаши-сенсей, прошу прощения, что доставляю вам неудобства… Девушка поспешила поклониться учителю, но тот бодро похлопав её по плечу, указал на ближайший стул. — Располагался. Могу я угостить тебя чаем? — Было бы здорово, — краснея прошептала девушка, поудобней устраиваясь на стуле, опасливо одёргивая на влажных бёдрах подол измятой рубахи. — Вот и славно, — лицо Какаши хоть и было скрыто маской, но всегда было понятно, когда он улыбается. Его губы отчетливо обрисовывала тонкая ткань. Сегодня на нём не было жилета, лишь чёрная форма, выгодно подчеркивающая худое, мускулистое тело. Интересно, когда он спит, то снимает маску? А протектор? Сакура настолько сильно погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как уставилась на мужчину, разглядывая его с особым любопытством и пристрастием. За те годы, что они были знакомы, он ничуть не изменился. Пожалуй, стал только лучше — крепкие плечи и спина, сильные, красивые руки с длинными, умелыми пальцами. Неосторожная мысль о его пальцах почему то заставила её залиться краской и непроизвольно закусить губу. Его лицо тоже, несомненно, было красивым, подумала Сакура, утвердительно кивнув. Ей неожиданно вспомнились их детские проделки, в те времена, когда команда №7 была ещё в полном составе, их весёлые попытки по разоблачению сенсея. Но ни одна из попыток стянуть с него маску не увенчалось успехом. Его лицо оставалось чем-то запретным и неимоверно притягательным для неё. Некая загадка, ответ которой был известен лишь Какаши. — Сакура? Девушка непроизвольно взвизгнула, увидев в опасной близости от себя лицо учителя. А тот, перегнувшись через стол, наблюдал за ней, подперев голову рукой. — Ты так сильно задумалась, что вот уже пять минут только и твердишь про себя: лицо, маска, лицо, маска… — рассмеялся Какаши, возвращаясь на место. — Ахаха, — натяжно рассмеялась Сакура, уперев руки в колени. Она и не заметила как на столе уже стояла пара чашек с дымящимся свежим чаем. — По-прежнему интересно, что у меня под маской? — неожиданно прошептал учитель, с серьёзным видом уставившись на неё. А Сакура лишь сильнее заёрзала на стуле, проклиная собственную неосмотрительность. Неужели она и вправду бормотала про себя? Или он всё понял по её взгляду? — Немного, — наконец призналась она, испугавшись собственной смелости, а Какаши лишь закатил глаза, и, тяжело вздохнув, откинулся на спинку стула, сложив руки за голову. — А я считал, что это никому не интересно, — в свойственной ему манере рассмеялся сенсей, окинув Сакуру ленивым взором, — забавно! — Так, может… — запнувшись, прошептала девушка, с мольбой глядя на него, но неожиданно смолкла, так как смех мужчины буквально оглушил её. — Показать? — улыбнулся учитель. Это застало Сакуру врасплох. Девушка так и замерла глядя на него во все глаза, а мужчина, развеселившись, с прищуром поглядывал на неё, плавно покачиваясь на стуле. — Вы шутите? — воскликнула она, вскинув брови, и тоже рассмеялась. Но Какаши неожиданно медленно приблизил к лицу руку и ухватил маску большим и указательным пальцем на скуле. Нарочито медленно он оттянул край тонкой чёрной материи, демонстрируя Сакуре всю серьёзность своих намерений. Дыхание девушки перехватило, когда маска приоткрыла кончик носа мужчины. Глаза Сакуры расширились от удивления и нетерпения, но неожиданно для себя, она чихнула, а когда пришла в себя, сенсей уже сидел, закинув руки за голову, как ни в чём не бывало. Кружка с его чаем пустовала, и всё это лишь за пару секунд. — Какаши-и-и-сенсей! Это не честно, — вскричала девушка раздосадовано. — Всё честно, Сакура, — прошептал мужчина и вновь улыбнулся. — Ну нет же, — она обиженно надула губы, чем вызвала новый смех сенсея. Ей пришлось сделать глоток горячего чая, ибо она ощущала, что начинает подрагивать, пряная жидкость приятно обожгла горло, и Сакура заметно расслабилась. Всё-таки хорошо, что она пришла. И пусть она заболеет после этого, это ничуть не расстраивало её. Она знала, что сегодня, наконец, будет спать спокойно. А сможет ли она вообще заснуть, после случившегося? Ведь столько моментов ей предстоит прокрутить в памяти. Нет, она точно не сможет заснуть. И пусть этот дождь никогда не заканчивается. — Давно вы вернулись? — неожиданно поинтересовалась она. Какаши озадаченно моргнул, поглядев в потолок. — Несколько часов назад, — с сомнением протянул он. Сакура удивлённо вскинула брови и виновато вскочила на ноги. — Простите, сенсей. Вам нужно отдохнуть с дороги. Я сейчас же отправлюсь домой. Она двинулась мимо учителя, коря себя за собственную глупость. — Постой, — мужчина резко преградил ей дорогу. — Не пойдешь же ты в таком виде, Сакура. И нет, ты мне вовсе не помешала. Я рад нашей встрече. Его голос был мягким и бархатным, он приятно ласкал слух и Сакура едва не застонала от неожиданно нахлынувшего удовольствия. Им определенно нельзя находиться настолько близко друг к другу, девушка неожиданно для себя осознала, что больше не ребёнок, и присутствие Какаши на таком близком расстоянии больше не казалось ей угрожающим, как когда-то в детстве, а напротив, было несказанно приятным. И он только что сказал, что рад их встрече. Означает ли это, что он также скучал? — Как там поживает Наруто? — неожиданно отозвался Какаши, рассеяв всё волшебство этого сладкого мига, и Сакура резко вернулась с небес на землю. Очевидно, для него её присутствие было не таким волнующим. Он держался с ней сдержанно, следуя чётким рамкам поведения учителя и ученицы, даже глаза ничего не выдавали. — Всё замечательно, — отозвалась девушка, возвращаясь на своё место. — Он ничуть не изменился, всё такой же. — Я рад, — улыбнулся Какаши. Сакуре тоже пришлось улыбнуться. Она не должна себя выдавать. Резкий раскат грома заставил обоих вздрогнуть от неожиданности. — У тебя ничего не случилось? — мягко поинтересовался учитель. — Ты показалась мне напуганной, когда я увидел тебя… — Всё хорошо, — Сакура отвела глаза и покраснела. Какаши прищурился, но промолчал. Только положил руку на стол, прямо рядом с её рукой, так, что их пальцы почти коснулись. — Точно? — Д-да… — Сакура? — мягко выпытывал Какаши, склонив голову набок. — Какаши-сенсей… — всхлипнула девушка. Неожиданно, выдержка дала трещину и Сакура разревелась, тяжёлые, блестящие слёзы заблестели на глазах. Какаши удивленно охнул и озадаченно запустил руку в волосы, а девушка резко сорвалась с места и обогнув стол, неожиданно для обоих, кинулась ему на шею. От неожиданности, мужчина потерял равновесие и оба тотчас же полетели на пол, рядом, с глухим стуком упал стул. Во время падения рубашка на Сакуре задралась, и нога Какаши оказалась между её ногами. Бёдра их тесно соприкасались. Падая, она инстинктивно прижалась к нему и теперь чувствовала кончиками пальцев жар у него под кожей. Они лежали сейчас в той позе, в которой обычно люди занимаются любовью, и её тело живо реагировало на это: возбуждение накатилось волной, затмив разум. — С… Сакура… что? Сакура только сильнее прижалась к нему, и, крепко обняв за шею, спрятала лицо у него на груди. Что она только что сделала? Этот миг она тоже никогда не забудет. Будет вспоминать его во снах, бесконечно прокручивая в памяти. Их первое объятие. Её сердце едва не вырывалось наружу от осознания происходящего, но и его сердце в свою очередь глухо отдавалось в груди бешеным ритмом, она это чётко слышала. Может она напугала его сейчас. Так наброситься… Конечно, он, наверное, ошарашен происходящим, милый сенсей. Его волосы были мягкими и гладкими, когда пальцы девушки неосознанно коснулись головы мужчины. Только вот сама Сакура не решалась приподняться, для того, чтобы заглянуть в лицо сенсея, она по-прежнему прижималась к нему, боясь шевельнуться, и с наслаждением вдыхала его запах тела. Грудь Какаши мерно вздымалась, покачивая девушку, а его руки покоились у неё на спине, он держал её в объятиях, когда они падали. Почувствовав это, мужчина медленно разжал пальцы и отнял от неё руки, грудь его напряглась, будто он собирался что-то сказать, но Сакура лишь покачала головой. — Нет. Не говорите ничего, сенсей, — прошептала она. — Не нужно слов… — Сакура, что ты делаешь? — устало отозвался он, роняя руки на пол. — Что происходит? Сакура ощутила горечь, сквозившую в голосе учителя, и на глазах навернулись непрошеные слёзы. Какаши попробовал встать, но она не позволила ему этого. Отстранившись от его груди, Сакура приподнялась над ним на локтях и впервые взглянула ему в лицо. Он был растерян. Ухватив его руку, Сакура мягко стиснула его ладонь, позволив их пальцам переплестись. Пальцы его медленно шевелились, словно пытаясь коснуться чего-то. Другой рукой он судорожно сжимал спинку стула. Сжимал настолько сильно, что у него даже побелели костяшки пальцев. Прошло какое-то время, в продолжение которого они оба, будто парализованные, неотрывно смотрели друг другу в глаза, остро ощущая обоюдное напряжение. Высвободив свою руку, он зажал двумя пальцами переносицу. — Нет, посмотрите на меня, сенсей, — тихо прошептала девушка, склонившись над мужчиной. Она чувствовала его дыхание на своих губах. Они чуть разомкнулись, словно Сакура хотелось принять его дыхание в себя, а потом она мягко поцеловала его в щёку, там, где кожа не была скрыта маской. Какаши протестующе застонал и отвернулся. — Нет, Сакура. Так нельзя, нет… — прохрипел он, прикрыв глаза. — Почему, сенсей? — откликнулась девушка, мягко касаясь языком мочки его уха. Протестующий стон вновь вырвался из его груди, сбив с толку обоих. — Прекрати это, — прохрипел он севшим голосом. — Вам не нравится? Не нравится, как я прикасаюсь к вам? — Не пытайся меня запутать, Сакура… Девушка вновь попыталась поцеловать мужчину, но тот отстранился и приподнявшись на локтях, выбрался из-под неё. Сакура обескураженно глядела в пустоту, отказываясь верить в происходящее. — Я вам не нравлюсь? — с горечью прошептала она. Какаши тихо рассмеялся. — Давай просто сделаем вид, что ничего не произошло? Хорошо? — Вы пытаетесь уклониться от ответа сенсей, это жестоко, — стиснув зубы прохрипела она. Какаши тяжело вздохнул, усаживаясь рядом с ней. — Возможно, — кивнул он, осматривая поникшую девушку. — Но, это самый верный выбор, Сакура. Самый правильный. — Как вы можете так говорить? Сакура ощутила, как слёзы навернулись на глаза, и она поспешно отвернулась, дабы сенсей не видел её слабости. — То, что ты жаждешь, Сакура, дать тебе я не в силах, — тихо прошептал мужчина. — Как вы можете знать, что я хочу? — со злостью крикнула девушка, пряча заплаканные глаза. Его тихий смех, заставил Сакуру сжаться от боли. — Я знаю всё. — Ничего вы не знаете, — Сакура перешла на крик. — Вам никогда не понять меня. Никогда, — она вскочила на ноги, с ненавистью глядя на сидящего на полу мужчину. — Я люблю вас! — Нет… Сакура, — теперь уже перешёл на крик Какаши. — Почему ты делаешь это снова и снова? Почему? Она непонимающе уставилась на учителя, а тот прикрыл лицо ладонью и отвернулся. — Знаете что? — в исступлении прохрипела она, пунцовея от злости. — Забудьте всё, ясно? Забудьте всё.