Глава 20
15 января 2017 г., 14:43
Гамильтон вышел из камина и огляделся. В доме было темно, сыро и очень неуютно. Чувствовалось отсутствие женской руки. Он подумал, что в ближайшее время хозяйкой этого дома будет Герда, и вздохнул. Гарри сидел на диване, грыз яблоко и читал книгу. Капельки сока отлетали на страницы книги, но Поттер этого не замечал.
— Привет! Как дела? — начал Гамильтон, усаживаясь в кресле напротив мальчишки.
— Привет. Да ничего, учусь потихоньку, — ответил тот.
— Мне жаль, что тебя исключили, — сказал Гамильтон.
— А мне жаль, что Драко Малфой так сильно пострадал. Как он? — спросил Гарри.
— Сегодня пришёл в себя.
Они немного помолчали.
— Дом кажется другим. Здесь было так уютно, когда хозяйством занималась бабушка Вал! — нарушил молчание Гамильтон.
— Хочешь, я отведу тебя к её портрету и познакомлю? — Гарри бросил любопытный взгляд на «брата».
— Да, конечно! Очень хочу! — ответил он.
Вальпурга на портрете была моложе, чем он её помнил. Она снисходительно взирала с портрета на приближающихся мальчиков.
— Ну вот, ещё одно полукровное отродье! Сколько же вас тут? Набежали, как тараканы! Позор благороднейшему темному роду Блэк!
— Леди Вальпурга, добрый день! Это Гамильтон Блэк, наследник рода Блэк, — испуганно, еле слышно проговорил Гарри и исчез.
— Добрый день, моя леди! — поздоровался Гамильтон.
— Леди? Да ты хоть знаешь, что значит это слово? Кругом одни убогие! Жалкие полукровки, вот вы все кто! — закричала нарисованная женщина.
— Я знаю, что это значит, леди Вальпурга! В том мире, откуда я пришёл, моим воспитанием занимались Вы.
— Да как ты смеешь, щенок, заявлять такое! Да ни в одном мире я бы так не опустилась! Впрочем, сейчас мы это проверим!
Следующие полтора часа были адским испытанием: она устроила Гамильтону настоящий экзамен, как будто ему нужно было принимать род уже завтра. Вальпурга буквально вытрясла из него всю душу, и, под конец, парень уже едва стоял на ногах от усталости. Но он ответил правильно на все вопросы, правда, всё-таки испортил впечатление, назвав её «бабушкой Вал».
Гневный поток брани прервало появление Гарфилда:
— Заткнись, Вальпурга! Не пугай мне наследника! — и увел Гамильтона от портрета.
— Что с ней? Она ведь сумасшедшая! Что с ней случилась, она ведь была совсем другой! — в отчаянии проговорил Гамильтон, и горячие слезы потекли из его глаз.
Гарфилд обнял его, погладил по голове и тихонько сказал:
— Сумасшествие свойственно роду Блэк. В ком-то оно проявляется больше, в ком-то меньше. Она изгнала Сириуса из рода, потом он попал в Азкабан, а Регулус погиб. Род Блэк должен был прерваться с её смертью. И она сошла с ума. Ей было от чего!
— Мне так её жалко! — проговорил Гамильтон и заплакал уже навзрыд.
Он плакал обо всем сразу: о Сири, о Луни, об Алисе и о Фрэнке, о бабушке Вал, о приятелях-гриффиндорцах, об ужасных, и ужасных по его вине, отношениях с Гердой и Гарри, о «неправильности» своего мира.
Наконец, поток слез иссяк, и Гарфилд сказал:
— Скоро ужин. Ты ведь останешься? Я думаю, ты можешь вернуться в школу завтра утром. Мы отправим записку профессору Снейпу.
Гамильтон с благодарностью кивнул. Ему хотелось ещё поболтать с Гарри. Он понял, что тот просто робкий. Да и кто бы не оробел перед сумасшедшей Вальпургой Блэк?
