Брак по расчету

Все приготовления закончены. Себастьян переодет в официальный костюм, не считая пиджака. Брюки, рубашка, жилет. Рукава завернуты до локтей, две пуговицы расстегнуты на рубашке. По всему полу раскинуты лепестки белых и красных роз. Вместо света ламп дом был освещен свечами. Накрытый стол в гостиной, играет легкая романтичная музыка, и главный ингредиент в спальне, когда дело дойдет до постели. И смазка, и презервативы. Отвлек шум открывающейся двери. Сиэль уже подумывал включить свет, как замер, завороженный такой красотой. Его жених превзошел все ожидания. — Булочка, с возвращением домой. Голос Себастьян был слышен где-то в гостиной, а затем и шаги. — Ты все это сотворил? — Сиэль с восторгом оглядывался вокруг. — Кто ж еще, — по голосу слышно, как тот усмехнулся. Вот только эта усмешка исчезла, стоило выйти в коридор поприветствовать будущего мужа. Его внешность сразила наповал. Как в тот раз, на выпускном. Нет, даже лучше. Этот образ несет в себе и стиль, и страсть, и скромность. Себастьян не понимал, как можно это совместить. Дело даже не в одежде и макияже. Многое зависит и от самого человека. Альфа включил свет, чтобы лучше рассмотреть своего омегу. Подошел ближе и взял за руку, заставив покрутиться вокруг. Все это молча, из-за чего омега только больше начинал смущаться от пристального внимания. — Тебе не нравится? — омежка опустил взгляд. Слишком уж сосредоточенно на него смотрел любимый. Да, это точно не его любимые футболки с принтом, рисунком каких-то невиданных зверюшек и прочего, что делает его ребенком. — Само очарование, — открыл наконец рот альфа и осторожно притянул к себе жениха. — Сегодня ты невероятно красив. — Поверь, — Сиэль на мгновение загадочно улыбнулся, — это не единственный сюрприз для тебя. — Заинтриговал, — в ответ улыбнулся парень и поцеловал в висок. — Сильно голоден? — От волнения я всегда голоден. Сиэль прильнул к альфе и, улыбнувшись, обнял за шею. Намек был понят. Подхватив свою пару под попу, Себастьян направился в гостиную. Шел не спеша, чтобы дать возможность рассмотреть созданную красоту лучше. Сиэль, для удобства обвив талию альфы ногами, оглядывался. И все-таки его жених сотворил сказку. Он бы и не подумал никогда, что такое может быть. — Невероятно красиво, — прошептал Сиэль на самое ухо любимого. — Все только для нас, — не скрыл нежности в голосе и усадил омегу на стул. — Признаться, я никогда еще не готовил такие вечера. Ни для одного омеги. — А ты и не ждал никого так долго. — Все же зря я тебя сразу за стол усадил, — покачал головой Себастьян, как только выпрямился. — Сидишь в грязной обуви и не помыл руки. — Поможешь? Сиэль с милой улыбкой протянул альфе ножку. Это напомнило время, когда после аварии Себастьян брал на себя полную за него ответственность, и помогал даже в самых незначительных вещах. То же одевание и раздевание. С загипсованной ногой было особенно сложно. Альфа присел на одно колено и помог снять кожаные сапоги. Сначала с правой, затем с левой ноги. А перед тем, как подняться, ласково погладил по лодыжке. — Спасибо, — Сиэль устроил ладошки на щеках альфы и ласково коснулся губ любимого. — Ты у меня такой ласковый. Михаэлис причмокнул губами. Хотя стоило признаться, блеск для губ, пусть имел неплохой запах, портил вкус. — Тебе досталось сокровище. Будь добр беречь, — отозвался с улыбкой. Сам себя не похвалишь… — Обещаю холить и лелеять. У меня в рюкзачке есть специальный гель для рук. — Зачем? — Сам же сказал, что руки грязные. А он специальный антибактериальный. — Между прочим, в уборной комнате тоже есть своя красота, — подмигнул Себастьян, перехватив сапоги в одну руку. — Пойдем. Сходишь посмотришь. Сиэль улыбнулся, с любопытством отправляясь туда, куда его отправил альфа. И какого же было его удивление, когда заметил забавные рисунки в виде сердечек. На лице расцвела счастливая улыбка. — Сложи ладони лодочкой и представь, что эту прелесть ты сдуваешь, — подсказал Себастьян, сразу после того, как следом появился в дверях, до этого убирая сапоги на место. Прильнув плечом к косяку двери, он сложил руки на груди и с улыбкой наблюдал за омегой. Сиэль с тихим смешком сделал так, как ему велели. Выглядело и правда до безумия мило. Сегодня происходил какой-то день съемок. Что от Грелля, что от Себастьяна. И тот, и тот успел незаметно вытащить телефон и сфотографировать. Как только раздался щелчок, альфа с довольным видом посмотрел на полученный снимок. В этот момент он уже стоял позади Сиэля. И так получилось, что сам вошел, через отражение, в кадр. — Кто тебе подсказал такую идею? — Сиэль прижался к сильной груди. — Нашел в интернете, — не стал таить и вытянул телефон вперед, чтобы и омега мог оценить снимок. — У нас сегодня день фотосессии? Грелль меня еще, зараза, нащелкал. Потом попрошу его скинуть, ты должен оценить. — С удовольствием. На тебя у меня уже собрана мини коллекция. И все в отдельной папочке. Вот, смотри. Порывшись в папках с сохраненными фото, Себастьян нашел ту, которая подписана, как «Булочка». И как только открыл папку, на экране высветилось около сорока фотографий. Не много, но и не мало. — Ты фоткал, когда я спал? — увидал омега редкий кадр. — В тот вечер ты заснул в своем костюме-мишке. Нельзя было упускать такой кадр, — с невинной улыбкой объяснил причину такого порыва. — Оу, — тихо рассмеялся Фантомхайв. — Мне скинь потом. «Потом» ключевое слово. А сейчас у них намечается ужин. Сразу после мытья рук, Себастьян потащил свою пару обратно за стол. Еда стынет, это тоже не есть хорошо. — Пахнет невероятно! Сиэль не знал, что лучше попробовать. Есть и салатики, и рыбка, и нарезка. — На вкус еще лучше, — альфа поднял бокал вина, — налетай, не стесняйся. У нас хоть и романтический ужин, но соблюдать этикет совсем не обязательно. — Сам готовил? — Сиэль улыбнулся, решив поухаживать за альфой, и положил ему салат первому. — Боже упаси, такие шедевры мне в жизнь не наготовить, — с ухмылкой покачал головой парень и выпил почти все вино, за один глоток. Хотя налил всего ничего, меньше половины. — Из моего здесь разве что закуски. — Научить? — хитро блеснул глазами омежка. Он предпочел пока что сок. — У меня есть ты. Да и к чему в домашней обстановке ресторанные блюда? Домашняя в сто крат лучше. — А ведь готовить вместе интереснее, помнишь? — Сиэль с ухмылочкой провел по ноге альфы своей. Самым ярким воспоминанием вышла сцена, где их однажды застукали родители Себастьяна. Та страсть на кухонном столе все еще жива в памяти. Как и многие другие подобные случаи. Но то воспоминание особенное. — Не раз наша готовка едва не переходила в секс. Сиэль ничего не ответил, как бы намекая, что это «едва» после сегодняшней ночи можно убрать. И альфа его прекрасно понял. По глубокому вздоху и медленному выдоху, по измененному взгляду и понимающей короткой ухмылки. — Не нальешь мне немного вина? Думаю, ничего не случится, если я немного выпью. Малая доза алкоголя будет им на руку. Сметет смущение, если таковое еще будет присутствовать в интимной обстановке. А судя по тому, как сюрприз Сиэль уготовил для любимого, стыд имеет место быть. Омега с благодарностью пригубил немного вина. Хорошее. Немного сладкое. — За наше будущее? — За прекрасное и счастливое будущее, — добавил немного нужных слов альфа и в ответ поднял бокал. Прекрасный тост. За такой не жаль выпить до дна. — Если у нас сегодня особенный вечер, представь, впереди еще мой день рождения. А потом твой. У меня фантазии не хватает, какой может в те дни выдаться ночь, а уж о первой брачной я вообще молчу. — Не забывай про течку, — напомнил Себастьян. Время, когда они запрутся ото всех в своем доме и предадутся долгим незабываемым дням. Альфа не выпустит свою пару из постели. А там будет не только ночь, но и утро, и день. — Я о романтике, — усмехнулся омега. — Хоть я и не проводил течку с альфой, не думаю, что там романтике место. — Ни разу? — Кто б мне дал, — фыркнул Сиэль. — Родители запирали, чтобы глупостей не натворил. И я им благодарен. Быть оттраханным кем-то случайным не самая веселая перспектива. — А как же твои отношения с альфами? Те, с которыми действительно было что-то похожее на отношение, а не перепихон на одну ночь? — Как-то так выходило, что мы расставались к этому времени. И не всегда мирно. Взяв омегу за руку, Себастьян поцеловал пальчики, чуть ниже костяшек. — В период течки ты, как никогда, почувствуешь себя желанным, нужным и до невозможности счастливым. — Думаю, если я буду спать с любимым человеком, чувства будут совсем иные, чем в прошлом. Сиэль поддался вперед и сам запечатлел поцелуй, только уже на губах. Со вкусом вина. Себастьян слегка приоткрыл рот, дав поцелую возможность растянуться, чтобы не закончилось все простым прикосновением. И жаль, что сидят они напротив друг друга. Долго через стол целоваться неудобно. — Я люблю тебя, — прошептал напоследок омега в самые губы. — Моих слов будет недостаточно. Свою любовь я выражу в постели, — с подмигиванием пообещал Себастьян и сел на место. — Надеюсь, ты будешь приятно удивлен, ведь я тоже пошел на кое-что такое, о чем даже не думал, — загадочно улыбнулся омежка. — Булочка, я начинаю думать в очень левом направлении, — парень закусил губу на внутренней стороне. Фантазия по-настоящему разыгралась. — Это о чем же? — Что ты сделаешь что-то очень неприличное, заставив меня потерять голову. И я боюсь, что потеряю над собой контроль. — Скажем так, кое-что я уже сделал, и оно должно заставить тебя потерять голову, — говорил загадками омега. Нравилось ему забавляться над альфой. «Ты издеваешься надо мной!» — мысленно простонал Себастьян, уже чувствуя прилив жара в том месте, которое должно оставаться как минимум час в спокойном состоянии. Сиэль, решив, что пора действовать, плавно привстал и пересел к альфе на колени. — Я так хочу, чтобы ты не выпускал меня из объятий… Скорее на инстинктах, что не на шутку разыгрались, Михаэлис обнял свою пару и зарылся носом в волосы, вдыхая божественный запах вишни, ни с чем не смешанный. Никаких духов, и не перебивает шампунем. Руки омеги заскользили по плечам, слегка их сминая. — Ты мой единственный, — сладко шептал на самое ухо. — У тебя такие же сладкие речи, как и ты сам, Булочка. В ответ Себастьян стал гладить по спине, но дальше того, чтобы забраться руками под пиджак, себе не позволил. Инстинкты пусть и вопили, но он старался себя сдерживать. Хотя ясно, как белый день, что его уже провоцируют. — А твой запах так умиротворяет, — Сиэль прижался носом к шее, чтобы вдохнуть приятный аромат. — Ты хочешь сейчас? И не стоило уточнять, что именно. Обоим ясно. — Я вот наелся, а ты?  Сиэль не стал прямо говорить свой положительный ответ. — Нет еще, — как-то неловко улыбнулся альфа и слегка отстранился. — Тогда надо тебя накормить, — слегка отклонившись, омега подхватил дольку огурчика. — Может, сразу тарелку возьмешь? — предложил лучшую идею альфа, заметив, что ему суют, — Этого явно будет недостаточно. — Так будет не интересно. Да и мне с тарелкой надо будет слезать. Хорошо. Сегодня все так, как хочет омега. Себастьян послушно открыл рот. А Сиэль довольный положил огурчик ему в рот. И, пока альфа жевал, осторожно подцепил вилочкой кусочек рыбы. — Я сегодня без рук? — спросил он, пока рот опять не заняли едой. — А тебе не нравится? — Я этого не говорил. Прикрыв глаза, альфа попробовал и предложенную рыбу. — Мне нравится тебя кормить, — довольно улыбнулся омега.

***

Кормление продолжилось, пока альфа не наелся. Со стороны выглядело в двух вариантах, или как родитель кормящий дитя, или как слишком милые влюбленные, которым для полной картины не хватало летающих в воздухе сердечек и розово-сопливых слов. Сиэль все это время не спускался с колен альфы, уже удобно устроился. — Наелся? — ласково погладил альфу по щеке. — Да. Можем переходить к десерту. С хищной улыбкой Себастьян поднялся на ноги, удобнее перехватив парня. Ни за что не отпустит. Сиэль обнял ногами за талию и прильнул к нему всем телом. — А где десерт? — В списке меню сегодня ты — мой десерт. Пусть банально и заезженно, зато чистая правда. Романтический ужин делился на две части: В первой, все проходит по канонам — ужин, разговоры, выпивка, танец, поцелуи, а под конец постель. Вторая часть — немного выпивки, немного еды и быстрый переход в кровать. У них получилось что-то среднее. Все в меру. — Я не хочу быть десертом, — наигранно испугался омежка. — Я совсем-совсем невкусный! — Как это булочка может быть не вкусной? — А я хачипури, — выдал омежка, — а там противный сыр. — Хачипури мой. Себастьян опустил омегу на постель, как только они добрались до спальни. Та же романическая обстановка, что и во всем доме. И интересное изменение в постели — темно-синие тона. — Ты ведь помнишь мои предпочтения? — напомнил между делом омега, раздвигая немного ноги, чтобы было удобнее. — Я буду нежен, — дал слово Михаэлис и придвинулся еще немного ближе. Ладони опустил на коленки Сиэля, слегка раскачивая. — Но ты, кажется, обещал мне какой-то сюрприз. Он будет сейчас или в процессе? — В процессе, — обнял альфу за шею, — заметишь. Такое не пропустишь. — Что ж, — с легкой заминкой Себастьян поймал на себя взгляд синих глаз. Чарующий и так сильно завораживающий. — Начнем с поцелуя? Ты меня или я тебя? — Целуй давай, — проворчал Сиэль. Вот всю романтику обламывает такими глупыми вопросами. Не хватало только глаза закатить. Но мысленно, как подумал Себастьян, Сиэль точно это сделал. И не то, чтобы альфа нарочно тянул время… но для него эта ночь, словно первой станет. Чувства очень схожи с потерей девственности. Перед этим тоже возникало чувство волнения, напополам с желанием. А вот отличие — в тот раз он не хотел все сделать по высшему разряду. Единственной проблемой, оно же страхом, было оплошать. Сиэль цокнул языком и первый потянул альфу на себя для поцелуя. Было волнение, но омега, как и в свой первый раз, просто его игнорировал. Так легче. Легче не зацикливаться на страхе перед болью или неудачей. Любимый для обоих процесс умело сглаживал ненужные в важный и долгожданный момент чувства. Себастьян потянулся вперёд, пока не повалил Сиэля на постель. Руки и сами знали, что делать. Где на теле Булочки нужные точки, как тот больше любит получать прикосновения. Давно изученный прекрасный инструмент, из которого не терпится изъять ласкающий слух мелодию. Сиэль полностью растворялся в поцелуе. Сегодня, хоть и похож на предыдущие, все равно был особенным. Пальчики зарывались в шелковые волосы альфы, поглаживая. Хотелось своими незначительными действиями тоже доставить удовольствие. — Приподнимись, — хрипло, от накатывающего возбуждения и после долгого поцелуя, заговорил Себастьян, и потянул за края пиджака. — давай освободим тебя от верха. Сиэль, закусив губу и стараясь выровнять дыхание, послушно приподнялся. Пиджак, за ним кофточка, первыми полетели на постель, в сторонку. Рукава пиджака свисали с кровати, а кофта едва не касалась пола, вися на «соплях». Сиэль предстал перед альфой во всей красе, но альфе рассмотреть себя не дал. Сразу прижал к себе, с жаром целуя. Сбивчивое дыхание, мокрые поцелуи, тихие стоны-рыки, все эти звуки заполняли спальню и добавляли парочке больше желания. И им не нужно сразу преступать к главному, чтобы получить удовольствие. Порой и поцелуев, не переходящих ни во что большее, оказывалось достаточно. — Люблю тебя, — прямо в губы прошептал омежка. — Я весь твой. — Мой, — заговорил внутренний альфа-собственник. — Я сегодня хочу стать полностью твоим. Отдаться без остатка. В каждом движении альфы сквозила забота. Никакая страсть не могла это заглушить. Себастьян, пока не отпустил свою пару обратно на постель, нежно провел по смущенному, алкоголь тому виной или же легкий стыд, личику, убирая пряди и челку назад. Наклонился, ловя на губах жаркое дыхание, и вновь поцеловал. Коротко, нежно, любяще. Как ни с кем другим. — Не знаю почему, но я чувствую себя, словно в брачную ночь. — И у меня есть такое ощущение, — улыбнулся смущенно омега. — Потому что для меня это не просто секс. Это любовь. Альфа немного отстранился, с улыбкой начиная расстегивать пуговицы на жилете. С таким изяществом, не глядя и не запутываясь в петельках. — Я восхищен твоим телом... Сиэль, стоило жениху обнажить торс, погладил ладошками по груди. Его рубашка не была откинута, висела на предплечьях, а самого уже стали гладить-щупать. Себастьян позволил это маленькое исследование, но верх, все же, откинул до конца. — И ты говоришь мне это только сейчас? — тихо хохотнул альфа. — Я готов тебе повторять это каждый день, — прошептал омежка, привстал и обнял за шею, соприкасаясь кожа к коже. — Услаждай, я совсем не против таких комплиментов. Странно, если бы он дал отказ. Это ведь для каждой альфийской сущности лучшая похвала из лучших. Для каждого важна сила. А сила, первым делом, видится во внешних признаках. Сиэль поцеловал сильное плечо альфы, восхищаясь мышцами жениха. Не перекачены, все было в меру. И омега внутри знал, что будет защищен всегда этим альфой. И разум Сиэля этому вторил. Дело плавно перетекало к главному действию. Но стоило альфе избавить парня до низа, где и открылся тот самый «сюрприз», дыхание перехватило. Он так привык к обычным плавкам, иногда с мультяшками, горошком, в цветочек и прочую детскую форму изображения, что увидеть голубые кружева было… да, черт возьми, непривычно. Очень непривычно. Но Себастьян дал бы голову на отсечение, если бы стал говорить, что Сиэлю такое белье не идет. Напротив. — Это самое приличное, что я нашел, — немного смущенно прошептал омежка. Он с трудом сдержал в себе порыв свести ноги вместе. — Если это действительно самое приличное, я не представляю, что сделаю с тобой, когда увижу что-то более сексуальное, — хрипло ответил Михаэлис. И как только он высказался, спустился ниже, устраиваясь между ног омеги. В стыдливой для того позе. — Я кое-какие покупки пока придержал у Грелля, чтобы не травмировать тебя. Чтобы не смущаться, Сиэль решил поболтать. Есть один комплект, но он на твой день рождения. Лучший способ заткнуть — смутить еще сильнее. Чтобы воздух вышибло из легкий, глаза закрылись от удовольствия, и желание затмило разум. Себастьян прижался губами к возбужденной плоти омежки, через трусики, а затем повел носом, вдыхая терпкий запах. Сиэль закусил губу, чтобы стон не вырвался из груди, хотя не совсем это и помогло. Тихий голосок дал о себе знать, когда альфа не остановился на таких интимных ласках. Зубами подхватил голубенькую ткань белья, слегка потянул на себя и отвел в сторону. Небольшой член, с редкими волосками на лобке, открылся глазам альфы. Себастьян тут же улыбнулся и обхватил губами сочащуюся смазкой головку. Руками себе не помогал. Не до того было, когда с их помощью опирался о матрас. Сиэль шумно задышал. Давненько они с Себастьяном не занимались такими непристойностями. А сегодня они и вовсе дойдут до конца. Сиэль был тверд в своем решении полностью принадлежать любимому альфе. Это означало, что тот мог делать с ним все, что хочет. Сиэль будет радовать его своим голосом в самый пик своего наслаждения. Однако никто его не предупредил, что все дойдет до финальной точки. В том смысле, что оргазм… Себастьян не позволил парню кончить. Безжалостно зажал у основания и пока не полилось возмущение, впился в губы. И уже тут омежка не сдержал стона. Хотелось кончить, но альфа обломал все планы. И внутри омеги стало гореть. Но на поцелуй он ответил. Ответил с жаром и со всей страстью. А когда Себастьян отстранился, то, совершенно неожиданно для омеги, стал что-то искать в карманах брюк. Искомой вещью оказалась небольшая коробочка ментоловых конфеток. Один Бог знает, зачем они сейчас понадобились альфе. Сиэль мог лишь заметить, сквозь дымку желания, что тот очень коварно улыбнулся и закинул в рот две небольшие конфетки, больше похожие на таблетки. Так и не говоря ни слова, он вновь спустился вниз, шире раздвигая ножки омеги, и стал ласкать его… там. Сиэль шикнул, когда почувствовал странную прохладу и жжение. — З-зачем? — чуть громче простонал он. Но возможности ответить — нет. К моменту ублажения в самой интимной зоне, альфа уже рассосал конфетки и проглотил остатки. После эффекта ментола или мяты происходит ощущение холода, за которым следует настоящий огонь. Именно эти обостренные чувства дадут насладиться ситуацией вдвойне. — Ты со всеми омегами такое проворачивал? — сквозь вздохи попытал удачу в вопросе омега. Это ощущение ново и странно для него. Нельзя сказать, что слишком хорошо, но и плохо. — Ты второй, — признался Себастьян, лишь на пару секунд отстранившись, а когда вернулся к прерванному, усилил напор и задрал ножки омеги повыше. — Хоть бы предупреждал!.. — Сиэль прикрыл рот ладошкой, ибо стон, вырвавшийся из горла, слишком оказался громким. Меньше всего альфа желал заглушить чудный голос. Чем громче жених стонет, тем сильнее раскрывается. К тому же они одни во всем доме. Кого стеснятся? Возможно, это просто из-за того, что омега не любил быть громким, или он просто не привык к этому. Казалось, словно параноику, что слышать их будут абсолютно везде. Он прикрыл глаза, что стало его первой ошибкой. Ощущения стали ярче. Вторая попытка получить оргазм пришла быстро и очень к стати. Себастьян, на сей раз, не стал прерывать процесс, ведь он добился своего. Теперь Булочка может взорваться. А ведь так и произошло. Омежка бурно кончил, и ладони не смогли заглушить очень громкий стон. Его тело еще не скоро перестало содрогаться, и выпускать природную смазку с соками. Альфа, нависающий сверху, со странным мурлыкающим звуком стал слизывать сперму с живота и подниматься выше, к груди. Пусть его Чудо расслабилось, но сам он не хотел прерываться, даже на минуту. Теперь Сиэль понимал, почему альфу так хвалили в постели. Эти ласки давали Сиэлю даже больше, чем когда-либо. Ощущения вполне можно назвать новыми. Ситуация изменилась и пришли новые ощущения, еще более возбуждающие, когда Себастьян избавился от остатков одежды. Кружевные трусики омеги стали последней деталью их общего гардероба. Интересно то, что это единственная вещь, что оказалась снята и отложена аккуратно. Стоило видеть, как Сиэль смущался, когда Себастьян сам их снял. Но последующие действия вновь унесли в мир блаженства. Ему стали ноги целовать. В прямом смысле этого слова. — З-зачем?.. — Второй раз ты задаешь этот вопрос, — с улыбкой подметил Михаэлис, оставив долгий поцелуй на ступне. — Что тебе не нравится? — Эт-то странно, — сильнее краснеть омега уже не мог. — Я обещал выразить всю свою любовь, — тише ответил парень и стал подниматься мелкими поцелуями верх, к колену. Под поцелуи попала левая ножка. Правую, дабы та не чувствовала себя обделенной вниманием, альфа стал гладить, больше времени уделяя под коленной зоне. Сиэль от таких смущающих ласк хотел инстинктивно свести ноги вместе, но и сейчас ему не позволили. — В самые давние времена в африканских племенах целовать ноги человека, означало пик уважения и благодарность целуемой персоне. В наше же время, один из немногих интимных жестов, что выражает высшую любовь к желаемому объекту, — на последнем слове Себастьян поцеловал в коленку. — Надеюсь, теперь тебе ясно, почему я к ним перешел? — Ясно, — пробормотал омежка. Вроде смущен, и вроде поселилось желание немного стукнуть альфу. Устроил ликбез, называется. Внимание перешло ко второй ноге. А точнее, губы перешли на одну, а руки на вторую. Поменялись местами. Но в этот раз Себастьян с колена правой ноги стал спускаться вниз, пока не схватился за ступню и не оставил мокрую дорожку. — Перестань уже... — тихо-тихо бормотал Сиэль, становясь почти багровым от волнения и стыда. — Знай, что это не последний случай, когда я целую твои ноги, — перед тем, как остановиться, ответил альфа. Ясное дело, подобное проявление любви непривычно. А уж как сильно застыдился омега… Пожалуй, Себастьян еще не видел такого выражения лица. — Дурак, — по-детски пробормотал омега. Когда альфа стал вытворять такие смущающие действия и вгонять в краску словами? — Зато твой дурак, — тихо засмеялся парень и на руках подтянулся ближе. Они почти соприкоснулись носами. — Коснешься меня? Сиэль не ожидал такого вопроса, хоть он и был вполне логичен. Его же альфа касался. Пальчики потянулись к горячей плоти жениха, касаясь ее осторожно, словно в первый раз. Глубоко вздохнув, альфа прикрыл глаза. Теперь по его телу стала расплываться слабенькая волна удовольствия. Но очень скоро эта волна станет жарким огнем. — Очень хорошо. Омежка слегка приподнялся, чтобы иметь возможность касаться всего члена. — Можешь сесть? — скромно попросил он. — Твое желание для меня закон, — усмехнулся Себастьян, послушно принимая сидячую позу. Сиэль устроился поближе, почти в самых ногах альфы. Если тот сделал нечто пошлое, то и с омеги причитается. Губы коснулись головки в нежном поцелуе, и Сиэль почувствовал, как тело альфы немного дернулось. — Сразу перейдешь к пробе «конфетки»? — не удержался от вопроса Михаэлис. — А почему бы и нет? Сиэль ласково погладил альфу по внутренней стороне бедра. А тот, в ответ, зарылся пятерней в волосы. — Тогда я весь твой. Ответа не последовало. У Фантомхайва оказалось занятие поинтереснее. Жених доставил удовольствие, теперь его очередь. Сиэль не напирал, стараясь действовать медленно и нежно. Губы ласково касались головки, пальчики поглаживали кожу вокруг. — Не напирай так сильно… — со стоном тихо проговорил Себастьян. От удовольствия он жмурился и сжимал волосы на затылке сильнее. Но разве игру омеги теперь можно остановить? Увы, но нет. Когда дело касалось удовольствия альфы, Сиэль отвечал на ласку с тем же упорством, что и дарил ему Себастьян. Он прошелся языком от основания до головки, слегка задев последнюю зубками. И не понятно, приятно это, или не очень. Но альфа все равно шикнул, больше на инстинктах. Сиэль сразу зализал укус, а после и вовсе стал потихоньку обсасывать головку, как очень вкусный леденец. И все же этого недостаточно. В оральных ласках они уже достаточно натренировались, как бы обалденны не были сейчас чувства. Потребуется что-то по круче обсасывания головки, чтобы довести до оргазма. Больше техники и времени. Но какой бы альфа не был привередлив, омега все равно доставлял ему удовольствие, особенно когда полностью заглотил член, помогая себе руками. А еще обострилась болтливость. Помня, как Сиэлю не нравилось, когда в его адрес кидали грязные словечки, альфа старался ограничится лишь теми, что действительно способны завести. В лексикон входила и «Булочка», и «Вишенка», и многие другие ласкательные прозвища. Омежка старался доставить альфе удовольствие всеми известными способами орального ублажения: облизывал, посасывал, заглатывал, помогая себе пальчиками. И добился своего. С протяжным гортанным стоном, альфа закинул назад голову и кончал до тех пор, пока омежка не вытянул из него все соки. Не отстранился и приготовился принимать все семя. Когда альфа кончил, Сиэль отстранился. Несколько капель попали на лицо. Во рту не самый приятный вкус, из-за чего Сиэль редко соглашался глотать. Сегодня просто особенный день. Можно пойти против своих принципов. Дабы прийти в себя после яркого оргазма, Себастьян упал на постель. Параллельно с этим и дыхание восстановить. — Вух, — выдохнул, не сдержав улыбки, — у тебя губы не болят, Булочка? — Немного, — Сиэль осторожно провел по немного саднящим губам. — Иди ко мне, — протянул руки парень, приглашая в свои объятья. Сиэль с удовольствием принял предложение, сразу же прижимаясь к альфе почти всем торсом. Грудь к груди, плоть к плоти. Ладони Себастьян устроил на упругих половинках омеги. За лучшее место и не ухватишься. — Тебе не кажется, что у нас как-то слишком затянуто? — на самое ухо прошептал омега. Не привык он столько времени уделять сексу. Хотя нельзя было сказать, что ему не нравится. — Чем больше растягиваем удовольствие, тем лучше, — усмехнулся Михаэлис, чувствуя, как от шепота кожа покрылась мурашками. В отместку он стал плавно двигаться, имитируя движение при сексе. — М-м-м... Я просто не привык к таким долгим прелюдиям. — Привыкай, — на грани шепота ответил альфа, делая движения чуть плавнее. Трение членов приводили к определенной реакции. А вместе с ней росло желание вновь окунуться с головой в страсть. — Кто-то любит меня мучить, — прошептал Сиэль, слегка царапнув альфу по плечам. Не прекращая двигаться, Себатьян протянул руку к недалеко находящейся смазке. Как чувствовал, на какую сторону лучше лечь, чтобы можно было достать, всего лишь протянув руку. И как только он смазал пальцы, приставил их к сжатому колечку мышц. Конечно, Сиэль был достаточно возбужден, и природной смазки было достаточно, но все же это не течка. То, что течет уже, будет недостаточно для плавного и безболезненного проникновения. Если учесть, что секса у Сиэля давно не было, он вполне сумел почувствовать немного неприятное проникновение сначала одного, а после и двух пальцев. Да, ощущения все-таки он успел подзабыть за такой долгий срок. Тело реагировало, словно он был девственником или, на крайний случай, только-только осваивался в среде порока. А больше всего смущало то, что Себастьян за ним внимательно наблюдал. Орудовал своими пальцами, прекрасно чувствуя и стимулируя простату, и ловил даже самую слабую (хотя это невозможно при нынешней ситуации) реакцию омеги. Сиэль уткнулся лбом в плечо. В один момент он ярко почувствовал, что по телу бежит ток. — Я... — тихо стонал, — хочу большего. — Я только добавил третий. Ты уверен? Себастьян прекратил движения и стал ждать. — Думаю, что смогу принять твой размер, — Сиэль закусил губу. — Только не резко. Даже пальцы альфа убрал с осторожностью, словно уже сейчас Булочке было больно. Учитывая тот факт, что практики у него не было давно, Себастьян уложил его на спину, а сам оказался сверху. Ножки согнул в коленях и притянул к себе за бедра поближе. Головка прижалась к растянутому анусу. — Давай, — Сиэль попытался улыбнуться. Руки он устроил вновь на плечах любимого, и тот мог почувствовать, что они немного дрожат. Слишком серьёзный шаг в их отношениях, ведь сейчас между ними не просто секс. В этот день, в этот вечер, и в эти минуты решится их судьба. До конца и безвозвратно, они свяжут себя. И для этого не обязательно метки. Метки лишь видимость. Дополнительное скрепление того, что уже крепче каната. Себастьян выдохнул в самые губы: «Я люблю тебя», прежде чем начать проникновение. Неспешно и с особой осторожностью. Сиэль зажмурился. Неприятно. Не так больно, как в его первый раз, но неприятно. Инстинктивно он прижал альфу ближе к себе и крепче обнял, чтобы отвлечься от давно забытых ощущений. Сразу же, как окатит волной жара, где-то внутри него возрастет желание и он сам будет просить большего, двигаться навстречу, и сходить с ума. Пусть в начале и неприятные чувства. Даже боль не смогла бы перекрыть удовольствие. И оно пришло. Сразу после пробных толчков. В этом плане Себастьян оказался чутким любовником. Первым делом он думал о комфорте омеги, даже когда сущность подрывала начать двигаться и помечать того, кто по праву теперь принадлежит ему. Сиэль привыкал быстро. Тело вспоминало, что ему это когда-то очень даже нравилось. А сейчас все нравится вдвойне. Ведь все происходит с альфой, которого он безумно любит. Ему он готов был отдаться полностью. Что и поспешил в приближающемся бреду произнести сквозь достаточно громкий стон. И словно нарочно дразнил, ведь альфийской сущности только этого и надо. Чтобы под конец остались лишь старые, как мир, инстинкты, оттеснив в сторонку здравый смысл. — Ну же!.. — Сиэль умудрился немного приподняться, из-за чего оказался около самого уха. — Я хочу сильнее! Ноготки прошлись по плечам. А ведь когда-то Сиэль предупреждал, что любит это дело. Только не всегда получалось контролировать. В данный момент он находился на грани с реальностью и страстью. А в ответ на свои слова услышал до нутра пробирающий рык. Альфа вновь откинул на постель, задрал ноги выше и стал буквально вдалбливаться. Пошлые шлепки и хлюпающие звуки добавляли масла в огонь. Оба вскоре потеряли связь с реальностью. Омега и вовсе забылся в агонии. Жарко. Легкий дискомфорт от резких движений сливался с удовольствием. Нет, такого Сиэль еще не испытывал. И он хотел еще и еще, как наркоман, которому нужна доза. Он просил сквозь стоны не останавливаться. Забыв про осторожность, Себастьян едва не совершил непоправимую ошибку. Не сцепился с Сиэлем. Впервые секс настолько отключил мозги. Даже во время течек с бывшими пассиями его так не уносило. Хотя и на тот момент он всегда предохранялся. Лишь дважды у него был секс без резинок. Этот вышел третьим. Повезло, что мозг вовремя сработал, и альфа покинул тело, хотя омега явно был против такого. Он еще не до конца осознал, что только что чуть не допустил свою раннюю беременность. Когда вернулось сознание, все встало на свои места. Вместо альфы и омеги вернулись Себастьян и Сиэль. Усталые, мокрые, до безумия довольные и счастливые. — Я чувствую себя дураком, что не подпускал тебя к себе так долго, — Сиэль осторожно перевернулся на бок, чтобы удобнее было наблюдать за устроившимся рядом альфой. — На то были причины. Да и сколько между нами происходило дерьма, пока все не нормализовалось. Так что я рад, что произошло все именно сейчас. Когда ты и я уверены в своих чувствах. Когда прошлые недомолвки и неверия остались позади. А сейчас мы окончательно приняли статус пары. Булочка моя, — альфа уткнулся носом в щечку омеги, — сладенькая. Люблю тебя. — И я тебя люблю, — Сиэль повернул немного лицо и нежно поцеловал губы любимого.