"Кошачье" Рождество

1. Енох ненавидит Рождество. Ненавидит праздники и подготовку к ним. Особенно когда некоторые особенно "гениальные" люди начинают готовиться за месяц и доставать всех этой темой. Еще он ненавидит кошек. Посему Портман не мог не вызвать острой неприязни угрюмого парня на три года старше. ...Енох стоял у окна и смотрел на падающий снег. Начало декабря. Несмотря на то, что ему уже было девятнадцать, Енох был на первом курсе. Свирепого и очень серьезного вида, он сразу "заработал" имидж сверхзамкнутого заучки, которого интересует лишь учеба и никаких тебе студенческих тусовок, пропусков пар, пьянок, списываний. Да даже подружиться с ним никто не смог с начала учебного года. Он всех отвергал: взглянет холодно и скучающе, промолчит или в лучшем случае что-то пробубнит - и уйдет прочь. Однако самый-младший-в-группе, Джейкоб-черт-его-дери-Портман, продолжал попытки быть с ним дружелюбным. Просто считал его наиболее интересным. Он не пытался попросить списать, со своими домашними заданиями разбирался сам. Так же, как О'Коннор - не участвовал в попойках, гулянках, плотно занимался учебой. И только сейчас, в декабре, Джейк вдруг поднял ажиотаж. Еще только второе число, а парень начал узнавать, у кого какие планы на Рождество. В основном, у всех было одно - выпить, поесть и все. А Енох только фыркнул, закатил глаза и свалил подальше в сторону. И вот сейчас стоял у окна и смотрел на падающий белый снег. К пятому числу Джейк уже конкретно его заколебал. - ...Ну и зачем?.. - спросил О'Коннор. - Ты ведь не первоклассник! Мы в колледже. Енох смотрит как долговязый парнишка наклеивал с помощью скотча на окна снежинки. Джейк поежился от его холодного строгого взгляда. И виновато улыбнулся: - А разве плохо, когда немного ребячишься?.. Скоро большой праздник и почему бы не начать развивать сказочное настроение? - он склонил голову набок как щенок. Енох фыркнул, но ничего не ответил. ...С каждым часом раздражение Еноха нарастало. Старания Портмана в украшении кабинета вызывали на языке приторно-сладкий привкус. Чертов Портман. Тупой чертов мальчишка. Все эти сопли. Слащавый кретин. Кретин. Кретин. Кретин... В конец Джейк разозлил его, когда споткнулся, упал и вылил ему на колени из своего термоса какао на молоке. Жирное, густое, горячее. И такое, черт его дери, сладкое. - Твою мать! Ты вообще сдурел?! Обварить меня хочешь? - Енох побагровел, а затем побелел от злости. Джейкоб только уселся на полу на колени, смотрел снизу вверх, туповато моргая и приоткрыв рот. "Тупой. Слепой. Мельтешит, без конца мельтешит!" - бешенство нарастало. - Извини! Я... я случайно! Я сейчас!.. - Джейкоб наконец вскочил, куда-то вылетел из кабинета как стрела из лука, а потом вернулся с полотенцем. И застыл с ним возле О'Коннора, не зная, что делать. Тот глухо прорычал с досады, вырвал из руки Портмана полотенце. Оно было смочено целиком. Быстрыми движениями Енох попытался оттереть пятна от какао, но они словно только сильнее въедались. - Енох, я... я оплачу. И отстираю. Мы можем пойти ко мне, я диву совсем рядом, у меня есть хороший отбеливатель. Енох застыл, глядя в пол, а потом резко поднял голову и уставился на неуклюжего парнишку, который явно искренне хотел загладить вину и помочь. Но его лицо сейчас вызывало у Еноха только рвотные позывы и выбить половину зубов к чертовой матери. А еще лучше - привязать к стулу и вырвать эти зубы чем-то жутким. Заставить плеваться кровью, размазать ее по смазливому личику, молочно-белой коже... ...Джейкоб словно прочел это дикое кровожадное желание в карих глазах и отпрянул с гримасой страха и трепета... ...Нет, надо валить, пока действительно не избил этого придурка прямо здесь, не убил прямо здесь у всех на глазах. Он, конечно, придурок, но такой гнев слишком огромен и дик, такие желания ненормальны. И все же Енох не удержался и, скрутив полотенце, встал, приблизился почти вплотную к лицу Портмана и прошипел: - Засунь себе свой отбеливатель в задницу! Прямо в бутылке! Вместе с Рождеством, снежинками и своей долбаной кошкой, чьи фотки ты все время суешь всем под нос. Твоя сладкая морда, твоя бесконечная милость уже у всех сидит в печенках. И у меня особенно. Ты не нужен, блять, никому. Всего лишь безмозглая фарфоровая бесполезная кукла! - за всеми этими словами последовал жесткий удар скрученным полотенцем по лицу, заставивший Джейка свалиться оторопело на пол и прикрыть щеку. И нос, из которого еще до удара, за несколько секунд, начала капать кровь. Правда, этого Енох не заметил. Переступив через распластавшегося на полу Портмана, опиравшегося на один локоть, он швырнул ему полотенце и вышел из кабинета. Джейк, немного придя в себя, молча поднялся и сел на свое место с крайне растерянным видом и прижал полотенце к лицу. Некоторые косились, кто-то даже с насмешкой, но никто не подходил и не пробовал помочь. На следующей паре Еноха не было, но на перемене он вернулся, переодевшийся. И выкинул в окно, смяв, все содранные со стекла бумажные украшения. Но Джейкоб на следующее утро упорно приклеивал новые. Стоит ли говорить, как это взбесило Еноха?..