Сладкий плен (Amai Wana de Torokasete)

- Ах, учитель!... Хорошо... Ах!.. Мне тааак хорошо! Я окончательно потерян для этого мира: кричу во весь голос от удовольствия, которое получаю сейчас на кровати в комнате Куроки-сенсея. Сижу верхом на учителе, а его член оказывается глубоко во мне с каждым движением моих бёдер. - Тебе так нравятся мои занятия? Куроки-сан смотрит на меня снизу вверх. На его лице похотливое выражение, а голос кажется мне даже более сексуальным, чем обычно. Такое ощущение, будто моё тело стало одной сплошной эрогенной зоной. - Д-да, мне очень нравится... очень! Учитель прекрасно об этом знает, но специально провоцирует меня на откровенность. - А где приятнее всего? Здесь, где ты уже весь течёшь? Или в том месте, где так непристойно сжимаешься? Куроки-сенсей перечисляет очевидные факты, заставляя меня вздыхать, запрокинув голову назад. - Хей, ответь мне. - Везде... Мне хорошо в обоих места-ах!! Восхитительное удовольствие распространяется от той точки, где наши тела соединены воедино. Периодически Куроки вскидывает бедра, толкаясь в меня так, что я с трудом могу оставаться в сознании. - Двигайся активнее. Ты же видишь, что я не могу пользоваться одной рукой. Куроки-сан пытается поднять загипсованную левую руку. Я ненадолго прихожу в себя, по-прежнему чувствуя сладкую боль в паху. Я сопровождал учителя в больницу. Помню, как побледнел и едва не заплакал, когда узнал о том, что он сломал руку. Меня охватило раскаяние от осознания того факта, что Куроки-сенсей пострадал по моей вине. Но стоило мне опустить голову, как учитель ласково погладил мои волосы. Тогда он рассмеялся и попросил меня взбодриться, но я все равно не смел поднять на него взгляд все то время, пока мы ехали в такси до дома. - Все хорошо... Н-не надо... ах!.. лизать... Учитель ласкает ртом мои соски вызывая неконтролируемую дрожь во всем теле. Отрицательно качаю головой, но продолжаю ритмично двигаться, опираясь руками на грудь Куроки-сана. Каждый раз, как я вскидываю бедра, в комнате раздаются невыносимо смущающие влажные звуки. - Ах, это... так развратно!.. Нет... От непристности происходящего я плачу, что вызывает у Куроки-сенсея лишь смех. - О, детка, ты уже на грани. С каждой новой минутой становишься таким мокрым. - Не говорите такое... Ах! Я снова кончаю!.. Медовая страсть небольшой струйкой выплескивается из моего члена. Такого со мной никогда еще не было. Не могу точно сказать, сколько раз уже успел кончить. - Не сжимай меня так, Томоя. Боже, твоя маленькая дырочка такая похотливая. Ты ведь хочешь ещё, да? - Нет! Не... толкайтесь больше! Так странно! - Лгунишка. Ты ведь так сильно этого хочешь. Мне было уже достаточно. Но правда в том, что после слов Куроки-сана я действительно почувствовал желание сделать это еще раз. Несмотря на то, что это моё тело, оно больше не подчиняется мне. - Но... - Я ведь учил тебя, правда? Говори, Томоя, - соблазняет меня учитель своим сладким шёпотом. И я не могу ослушаться Куроки, когда он просит меня что-то сделать. - В-вставьте мне, - говорю немного бессвязно ту фразу, которую мне ранее сказал учитель. - Оттрахайте... мою чувствительную дырочку... Ёшитака-сан... Пожалуйста, наполните меня своей спермой! Тело опаляет жаром от стыда, крохи которого пока еще сохранились во мне. Куроки-сенсей как всегда все замечает: и произнесенные мной смущающие слова, и мой взволнованный внешний вид. От осознания этого начинаю гореть еще сильнее. - Ты хороший мальчик, Томоя. Куроки-сан сжимает моё бедро правой рукой, награждая за послушание несколькими сильными толчками. Я плачу, продолжая выкрикивать имя учителя. - Ты уже готов кончить. - Я кончаю!.. Кончаю!.. Он продолжает нещадно мучить меня изнутри, и я достигаю кульминации, не способный больше сдерживаться. Сразу после этого член Куроки увеличивается в размере настолько, что это даже доставляет несильную боль, а его сперма опаляет чувствительные стенки моего нутра. - Ахааа.... Мое тело наклоняется вперед, и я падаю на Куроки-сана, который сразу же притягивает меня к себе, обнимая. Он несколько раз проводит здоровой рукой по моей спине, даря такую простую ласку, и мои все еще влажные щеки снова намокают от слёз, когда я смотрю на пострадавшую левую руку учителя. - Почему, учитель? Лучше бы вместо Куроки-сана пострадал я сам. Если бы сейчас была сломала моя рука, это не имело бы такого большого значения. - Успокойся уже, - Куроки-сенсей смотрит на свою руку и пожимает плечами. - Я этого тоже не знаю. Мое тело двигалось само по себе. Для меня это слишком много. Лёгкие горят от частых и глубоких вдохов, пока я набираюсь храбрости продолжить. - Ёшитака-сан... Опускаю ноги на пол, выпрямляюсь, держа спину ровно, и смотрю вперед. Я должен сказать то, что хочу. - Я... я люблю вас, учитель. После признания я крайне взволнован. Куроки же становится очень серьёзным. Моё сердце бьётся очень часто, как будто стремится выпрыгнуть из груди, когда я смотрю на сосредоточенно размышляющего над моими словами учителя. - Когда я увидел, как Иенага издевается над тобой, это вывело меня из себя. Если кто-то и имеет право мучить тебя, то это должен быть только я, - говорит Куроки очень мягким голосом. - Учитель, - я должен что-то сказать. Но стоит мне открыть рот, как Куроки-сенсей накрывает его своими губами, не позволяя произнести ни слова. - Ты такой распутный и наивный одновременно. Мне доставляет удовольствие то, что сейчас происходит между нами. Язык учителя кажется мне таким сладким, когда облизывает мои губы. - Не могу удержать свои руки подальше от тебя. - Учитель!.. Быть вместе с Куроки-саном для меня важнее всего; моё сердце переполнено радостью. - Я люблю вас. Люблю, - заглядываю прямо в его глаза, и он смотрит на меня в ответ. Признаюсь ему в любви столько раз, сколько того требует моё сердце. Я удовлетворён. Но в то же время сколько не повторяй эти слова, всё равно этого не будет достаточно для того, чтобы Куроки-сенсей понял, как же сильно я в действительности его люблю.