From A Great Height

Погода остается ясной и они пролетают Берингов пролив, попадая на территорию Сибири. В это время года, здесь достаточно тепло, чтобы устроить лагерь на открытом воздухе, как они это делали большинство ночей. Они не имеют установленного курса и направления. После того как они пресекли пролив, он смутно предполагает, что они полетят либо в направление Петропавловска-Камчатское, либо Магадана. Они решили, что будут идти по побережью, если что, оставаясь вблизи портовых городов. Лучше уж так, чем умереть от голодной смерти в какой-нибудь тундре. Они в маленькой рыбацкой деревушке, спят на складе с дурно пахнущим рассолом и машинным маслом, пока на улице воцарилась ужасная погода, навеянная на берег бурый, идущей с моря. Они как обычно спят бок о бок. Эндрю спит спиной к груди Мэтта, их спальные мешки на молнии присоединены, чтобы братья могли делиться своим теплом друг с другом. *** Ночью Мэтт пробуждается не из-за раскатов грома над их головами, а из-за тревожных пинков Эндрю. - Эй? Ты в порядке? - все видно слишком расплывчато, но Мэтт уверен, что глаза Эндрю закрыты. Удары молнии звучат где-то очень близко. Через мгновение совсем рядом раздается рев грома, достаточно громко, чтобы немного пошатнуть крышу дома. Эндрю до сих пор не просыпается, совершенно не реагируя на звуки грома. Гром идет будто не с неба, а прямо из Эндрю. Он станет, бесполезно мечется в постели, пытаясь схватить Мэтта. Он бормочет себе под нос, - Нет, - и все громче, и громче повторяет, - Нет, нет, нет! Еще один удар грома, на этот раз громче. Но Мэтт, со страхом понимает, что это не гром трясет стены и двигает двери в петлях. Он чувствует , волосы на его голове и руки начинают подниматься, он чувствует, как их тела начинают подниматься над землей, только на дюйм , но в настоящее время... - Эндрю, - шепчет Мэтт, пытаясь разбудить его, - Эндрю, успокойся. Эндрю, господи, ты должен проснуться! Эндрю! - Прости, - Эндрю будто плачет, но его глаза все еще закрыты, - Стив, мне так жаль, я... - он обрывается, задыхаясь. Дождь стучит по крыше, как барабанный бой. Ветер внутри слишком силен, чтоб быть вызванных естественными причинами. Они находятся уже в футе над землей. - Давай, Эндрю, - Мэтт оборачивает обе руки вокруг Эндрю, перехватывает его за лодыжки, пытаясь опустить его ниже, - Эндрю, пожалуйста, остановись, - просит он, стараясь, чтобы его голос звучал спокойно, хотя его сердце в этот момент, кажется готово выпрыгнуть из груди, - Я здесь. Ты не один. Эндрю снова всхлипывает, несколько раз судорожно вдыхая воздух. Его глаза все еще закрыты, но по крайней мере, он перестал пинать Мэтта. Его тело сотрясалось, но в остальном он стал более податливым в объятиях Мэтта. - Я здесь, - повторяет Мэтт, выдыхая горячий воздух на ухо Эндрю, обнимая его со спины. Если ему не помогают его слова, то он по крайней мере, может попытаться связаться с ним через кожу, теплом и дыханием. - Я здесь, я с тобой, - Он прижимает свои губы к шее брата, будто бы целую. Дождь продолжает упорно барабанить по крыше дома. Снова раздаются звуки грома, но где-то очень далеко. Внутри склада ветер постепенно исчезает и становится намного теплее. Медленно, медленно, Мэтт опускает их обоих на землю. Нету никакого сопротивления от Эндрю; его глаза по-прежнему закрыты, и Гаретти не знать, притворяется он, или нет. Но зачем ставить его под сомнение? Нет никакого смысла. Ведь все закончилось. Мэтт закрывает свои глаза и в конце концов снова засыпает, руками все еще обнимая Эндрю. *** На Камчатке, они парят над известным вулканом, спиралью ближе и ближе, прежде чем, наконец, подходит к земле на горном склоне с толщиной деревьев. Оттуда они делают свой путь пешком до главных дорог, направляющихся обратно в город. С их рюкзаках и тощей бородами, они могли бы пройти для туристов, возвращающихся из похода; и на некоторое время, Мэтры кажется, что это правда. Петропавловск-Камчатский является туристическим городом. Он ненамного больше, чем Сиэтл, но после стольких дней проведенных лишь в компании друг друга, город кажется им чересчур шумным и неспокойным для них обоих. Эндрю заметно вздрагивает от гудков машин и громкого смеха, доносящимся из-за дверей бара. Мэтт наполняется вперед, слегка касаясь губами затылка брата. - Ты в порядке? Эндрю смотрит вниз, кончики его ушей окрашиваются в красный. - Да. Давай просто найдем спокойное место? Там только несколько гостиниц. Они идут в самый дешево-выглядящий из тех, что только нашли. Персонал на стойке регистрации не говорит по-английски, но они понимают, что нужно парням и сдают им ключи от комнаты, не задавая никаких лишних вопросов. Позднее днем, пока Эндрю еще не проснулся, Мэтт загрузив одежду в стиральную машину отправляется в местный продуктовый магазин и супермаркет. Подумав об ужине, он покупает пирожки, начиненные фаршем и грибами и несколько бутылок пива. И так же консервы и сушеные фрукты. Ожидание в очереди идет мучительно медленно, он слышит, как тихо ругается молодая пара стоящая за ним, он понимает это, хоть язык ему и не знаком, но это можно точно понять по их тону. Спереди стоит пожилая женщина и не может понять свою корзину. Она благодарно улыбается ему, когда он взял ее корзину, ставит ту на конвейерные ленту. Все это кажется настолько бесцельным, и таким потрясающе обыкновенным, что на мгновение создается иллюзия, что он просто еще один американский турист, приехавший сюда посмотреть достопримечательности и хорошо провести время. Иллюзия разломывется, когда он возвращается в гостиницу. Телевизор включен, Дэтмер нервно вышагивает круги у окна. - Где ты был? - он щелкает замком, как только закрывает за собой дверь. Проводит пальцами дрожащих рук по мокрым волосам, - Я думал, что ты... - Да так, - отвечает Мэтт, осторожно поставив сумки на пол, - Я просто добыл нам немного еды. Ничего не произошло, меня никто не узнал и никто не остановил. Эндрю откидывается обратно на кровать. - Хорошо, - огрызается он, - Прекрасно, просто ... - Он хмурится и пожимает плечами, постепенно расслабляясь. Мэтт открывает бутылку пива и передает его Эндрю. Тот принимает бутылку, и больше ничего не пытается сказать. И позже, Мэтт, кажется, понимает. Во время того как они вместе едят пирожки и смотрят по телевизору какую-то российскую мыльную оперу, он поймал себя на мысли, что Эндрю все еще страшно, что их поймают. И, может быть, все еще боится, что Мэтт оставит его. Но Мэтт никогда бы не оставил Эндрю одного. Не смог бы.