Новая глава

Как только звездолет приземлился на Корусанте, Энакин и Оби-Ван ушли докладывать Совету о том, что они нашли на Ксилле, отправив Люка в отель. «Интересно, как они объяснят их внезапное спасение». А ведь действительно, джедаи же не могут врать, они обязаны сообщить, почему их не было так долго, почему не выходили на связь. Но он надеялся, что его отмажут — Оби-Ван обещал не впутывать Люка, а Энакин уже давно на его стороне. Ох, как же грело это приятное «на его стороне». Путь до комнаты в «Райском уголке» как-то не запомнился. Стоя в душе под расслабляющими струями воды, Скайоукер переваривал произошедшее. Оби-Ван этого времени оказался действительно классным парнем. Похоже, что мудрости он набирался до того, как Энакин... стал Лордом Вейдером. Улыбчивый и милый Энакин. Сильный и страстный юноша. Неправильный джедай. Люк обратил внимание, что, с момента встречи с Энакином мысли постоянно крутятся вокруг его персоны. Это немного смущало. Выйдя из ванной, юноша заметил того, кого только что вспоминал — Энакин сидел на кровати и рассматривал свой протез. С секундным промедлением он поднял голову и уставился на Люка. — Серьезно, Соло, спасибо за то, что приехал. — Да ладно, — смутился Люк, — я не мог поступить иначе. Энакин резко поднялся и подошел вплотную к замершему юноше, обдавая того горячим дыханием и смотря своим цепким взглядом. — Соло, я не думал, что ты такой сильный. Ты мне нравишься, — он недвусмысленно наклонился, но Люк шагнул назад, не разрывая зрительного контакта. — Не надо, — чуть не добавил что-нибудь про «отца». — Почему? — Не хочу. Видимо что-то было в его взгляде, потому что Энакин отступил. — Хорошо, — он невозмутимо отошел к кровати и принялся расстегивать одежды. — Я планировал остаться здесь ночевать сегодня. Надеюсь, ты не против. — Оставайся, — стараясь не пускать в голос эмоции, ответил Люк. Как Энакину удавалось сохранять это безразличие на лице? Это что вообще было? Впрочем, не важно. Люку оставалось либо принять правила игры, либо начать истерить. Он выбрал первое. Лег в постель. Постарался не думать. Не слышать чужого размеренного дыхания. Хитрого дыхания. Такого же хитрого и загадочного, как и его обладатель. *** Снилось не то. Не должен был самый дорогой и в том, и в этом времени человек смотреть на него с такой довольной улыбкой. Собственнической. И щеголять голым торсом. Проснулся Люк, когда его визитер уже собирался. Ощущая неловкий осадок после сна, юноша, не здороваясь, направился в ванную. Думать все еще не хотелось. Но вот прохладная вода здорово снимала напряжение и успокаивала. В спальню Люк вернулся посвежевшим и готовым, если не к великим делам, то к простым человеческим разговорам. Которые не заставили себя ждать. — Что случилось с твоей рукой? — вот так просто и сложно одновременно. Через уже сколько там дней знакомства, а только сейчас спросил. Чтобы завязать разговор? Или ему это действительно важно? — Мне ее отрубил отец, — Люк понадеялся, что его не спросят ничего про этого «отца». Энакин ответил через несколько секунд, его лицо изменилось — брови нахмурились, губы сжались в жесткую линию. — Я не знал своего отца. Прозвучало трагично. Эффект усилил внезапно хриплый голос, почти не принадлежавший Энакину. Он смотрел в никуда, думая явно не над своими словами, а над чем-то более далеким и ужасным. Вот и поговорили. Люк посмотрел на товарища, но опять увидел лорда Вейдера, обозленного и одинокого. Подошел ближе и положил руку ему на плечо в знак молчаливой поддержки. Но Энакин не откликнулся, а продолжил стоять, погруженный в горестные думы, не реагирующий на прикосновение. А потом он повернулся к Люку и тихо произнес: — Я недавно потерял мать. А потом убил всех, кто был в этом виновен. Об этот взгляд можно было порезаться. Сомнений в его словах не было. Действительно убил. «Страшный человек» — Прости, Люк, — Энакин отодвинулся, окидывая взглядом комнату. — За это все, — он неопределенно махнул рукой. — До вечера. — До вечера, — ответил Люк закрывающейся двери. А до очередной встречи с Энакином произошло еще одно событие. В общем-то ничего не предвещало беды. А потом пришло письмо. Тот еще вопрос, как они узнали, на какое устройство слать, но сейчас перед Люком сияла голографическая надпись: « Люк Соло, Убедительно просим Вас явиться в ближайшую неделю в Храм Джедаев.» И официальная подпись Совета. Это было почти полное раскрытие тайны Люка Скайуокера. Интересно, а если джедаи прислали тебе официальное письмо, можно ли рассчитывать, что они не узнают, если ты решишь малодушно убежать? Ну, хотя бы полчаса форы дадут? У Люка почти не было вещей, можно уходить хоть сейчас. Денег на первый попавшийся пассажирский рейс на соседнюю планету должно хватить, а там уж как-нибудь обойдется. Это если его не станут преследовать. Скайуокер собрал свои пожитки и направился к выходу. Но уже взявшись за дверную ручку, он вспомнил о своем друге. Осознал, что нельзя просто взять и бросить его, не попрощавшись. Решив дождаться вечера и последней встречи с Энакином, Люк улегся на кровать и принялся искать подходящие пассажирские рейсы, стараясь не обращать внимания на гнетущее нежелание расставаться с самым нужным, важным и интересным человеком в галактике. *** — Соскучился по мне? — ворвался в комнату Энакин. Он был весел и чем-то взбудоражен. — Собирайся. Я приглашаю тебя в ресторан! Надеюсь, тебе есть, что туда надеть. Люк, который только отвлекся от невеселых дум, кинул хмурый взгляд на вошедшего. Его голос прозвучал контрастно мрачно по сравнению с веселом тоном его гостя. — Я не пойду в ресторан, Эн... Энакин. — Почему? — не понял тот. — Я улетаю с Корусанта. Повисла гнетущая тишина, прерываемая лишь глухими криками за дверью. — В смысле? — Я не могу остаться, — Люк поднялся с кровати и подошел к Энакину. — Мне пришло официальное письмо от джедаев, они просят меня явиться в Храм. А я не могу. — Есть, что скрывать? — Да, — продолжать фразу не хотелось, но еще меньше хотелось, чтобы Энакин смотрел на него этим взглядом. — Им не нравится мой уровень мидихлориан в крови. Оби-Ван говорил, что он сопоставим с джедайским. — Я знаю, — лицо Энакина смягчилось, — это было трудно не почувствовать. Тут он резко замолк. — Оби-Ван, говоришь? — опять это диковатая гримаса, —Не ожидал от него. Люк хотел спросить, чего именно, но вместо этого он в успокаивающем жесте коснулся руки друга. — Не надо. Все же в порядке. Они не приказывали мне. — Это тебе так кажется, — о сталь в его голосе можно было порезаться. Энакин отошел к окну, потом быстро вернулся назад. — Они это так не оставят! — Не оставят, знаю, — Люк заглянул в горящие глаза и обхватил впалые щеки руками. Ему казалось, что это единственный способ остановить бурю; каждой вспышки гнева этого человека он боялся, как разрушающего огня, который может вмиг стереть пылкого юношу, оставив лишь черную маску. — Поэтому я и ухожу. Обещаю, что напишу тебе сразу же, как найду себе место. Его нехитрые движения внезапно возымели эффект: Энакин внимательно дослушал его, успокаивая дыхание и расслабляя напряженные мышцы. Затем, не пытаясь уйти от прикосновения, он почти прошептал: — Мне это не нравится. Не хочу отпускать тебя. Дай мне сутки, хорошо? Я все улажу. — Договорились, — Люк, наконец, опустил руки, улыбнувшись. — Давай прогуляемся? Я совсем не хочу в ресторан. И они опять бродили по городу, дурачась и смеясь, будто не висело над ними того тяжелого камня, который вот-вот упадет и раздавит их грузом неверных решений. С этим пьянящим человеком забыть о чем-то было проще простого, его сегодняшняя непринужденность передавалась всем остальным, но больше всего она заражала идущего рядом юношу. Люк не хотел потакать Энакину в его желаниях, но когда тот взял его за руку, что-то показывая, не отстранился, а лишь удобней перехватил горячую ладонь. Они никогда не уходили так далеко в своих прогулках, но все равно брели вперед, весело болтая и подшучивая друг над другом. Длинный вечер плавно перетек в бесконечную ночь, наполненную непривычной легкостью. Даже обжигающе горячая рука почти не приносила дискомфорта. Люку нравилось, как чужие пальцы иногда словно случайно поглаживали его ладонь. Нравились теплые, полные уверенности и спокойной силы взгляды Энакина. Было здорово находиться здесь и сейчас, и Люк не задумываясь назвал бы эти часы одними из лучших в своей жизни. Уже прощаясь со своим другом, Люк вспомнил об их планах на завтра. - Только не убивай там никого, хорошо? - почти в шутку попросил он. В ответ он получил лишь самоуверенную улыбку и негромкое «Постараюсь».