Play the Odds

Ноябрь Это начинается, как и большинство вещей, совершенных под действием алкоголя. — Неужели… — недоверчиво спрашивает Лу, тяжело облокачиваясь на стол, дыша в лицо ликером и тихо хихикая в плечо. — Ты просто… Гарри в ответ улыбается, потому что это — непроизвольная реакция на все действия Луи, которая, если честно, кажется самой естественной вещью на свете, и он всегда делает на это опору, чтобы соблюдать баланс. Луи бросает свой новый красный джемпер в стиралку Гарри, и все его носки теперь розовые? — Гарри ухмыляется. Луи становится скучно от шуток Лиама («Он плакал, Хаз. Я буквально видел его слезы. Это неловко, если честно», «Я подмешал Найлу кое-что в гель для тела», «И? Если что, я спас его от депиляции груди», «У него аллергия, Луи») и он переключает внимание на свою, проверенную временем, жертву розыгрышей, Гарри — тот улыбается. Луи плохо продумывает свой план действий и оказывается там, где ему не следовало быть, например, на вершине часовой башни, рядом с библиотекой или застревает в подвале в своем любимом пабе, или посреди поля возле Хемпстеда — Гарри улыбается, кладет трубку и думает, как спасти Луи в очередной раз. Это то, что Гарри делает всегда, в конце концов. Это то, что он будет делать всю жизнь. — Найл, — мямлит Луи. От него несет алкоголем, он еле стоит на ногах, он потный, а его челка смешно прилипла ко лбу. Теперь он полулежит на столешнице, его предплечья находятся между пустой корзиной, которая раньше использовалась для хранения жареного картофеля и третьего (или четвертого? пятого, может быть) кувшина пива. Пьяно улыбаясь, он настойчиво начинает поглаживать Найла по предплечью. — Найл. Ты слышишь это? Ты- Найл, ты слушаешь меня? Хоран. Найлео. Он сказал- Гарри, он сказал, что он выиграет пари против меня. Ты можешь в это поверить? Найл. Найл. Он сказал это. Найл, который явно пропускает все это мимо ушей, не отводит взгляд от маленького телевизора над баром, параллельно мастерски наливая себе еще один стакан янтарного пива: — Угу, — отвечает он растерянно. — Это здорово, Лу. — Это не так, — пьяно бормочет Луи, разочаровываясь в Найле и поворачиваясь к источнику своего оскорбления. — Гарри. Дружище. Давай — ик — давай будем реалистами. — Хм? — отвечает Гарри, поднимая свой стакан ко рту и пытаясь за ним скрыть ухмылку. — Ты во многом хорош, любимый, — продолжает Луи, сочувственно хмуря брови. Он пытается погладить руку Гарри, но промахивается, вместо этого полируя стол. Гарри тихо хихикает, на что Луи делает вид, что так было задумано, продолжая ритмично постукивать ногой под столом. — В большинстве случаев. Но я выиграл каждое пари между нами, которое мы заключили друг с другом. — Откуда ты знаешь? — отвечает Гарри. Они переходят в такую стадию, когда Луи неразборчиво бормочет, речь Гарри замедляется, их слова льются так, словно мед смешивается с патокой, а гласные буквы переплетаются в струйку липкого сиропа. — Ты вел запись? — Нет, — тут же отвечает Луи. — Но если бы я проиграл, я бы никогда не стал снова заключать с тобой пари. Это моя фишка. Вот так. — В этот раз я выиграю, — настаивает Гарри, чувствуя, как начинает заплетаться язык. Он снова отхлебывает пива, надеясь, что это поможет. Луи фыркает и откидывается назад, убирая прядь волос с глаз. — Это, смешно. Ты такой смешной, Хаз. Люблю хорошее чувство юмора в тебе. — Я смогу! — оправдывается Гарри. — Я просто, эм. Невезуч в… — он машет рукой, подбирая слова, — в последнее время. Луи усмехается, но его глаза становятся ярче в тусклом свете паба: — Конечно, кудряшка. Не везет — ик — в каждом нашем споре на протяжении... — он замолкает, нахмурив брови. — Сколько лет мы уже дружим? — Эм. — Больше лет, чем у Гарри имеются пальцев, он совершенно уверен. Он начинает считать в обратную сторону на его собственных двух руках, и когда начинает не хватать места, он тянется за пальцами Найла, отгибая два. Найл позволяет использовать свою руку, поскольку его глаза все еще прикованы к футболу на экране телевизора, позволяя Гарри делать маневры, которые ему требуются. — Двенадцать лет. — Целых двенадцать лет, и ты все еще не выиграл ни одного пари, — цыкает Луи, качая головой в притворном сочувствии. — Какой позор. — Сам ты позор, — пьяно огрызается Гарри, зная, что через пятнадцать секунд слова обиды снова слетят с его уст. Луи смеется, ярко, громко и гулко, подначивая Гарри до тех пор, пока последняя капля пива не растворяется в его желудке. — Что я пропустил? — спрашивает Лиам, усаживаясь за стол. — Лиам! — кричит Луи, наполовину сползая с верхней части стола, чтобы подобраться к своему новому слушателю. — Лиам. Пейно. Представь, что только что мне Гарри сказал… Лиам наклоняется немного назад, ошеломленный парами алкоголя. Он абсолютно трезв, у него завтра ранняя рабочая смена, и он выглядит так, словно немного об этом жалеет. — И что он сказал? — Он сказал, — продолжает Луи, но неожиданно громко икает, отчего его плечи подпрыгивают с маленьким писклявым звуком, — он сказал, что может выиграть пари против меня. Против меня. Короля пари. Короля пари… и пива. И начоса. Лиам, я голоден. — Мы уже ели картошку, Лу, тебе не нужно больше еды, — успокаивает его Лиам, задорно улыбаясь. — А что касается пари, хорошо. Я думаю, это зависит от того, на что вы будете делать ставку, не так ли? — Да, — Гарри тут же соглашается, кивая. Он пытается отпить от своей пинты, но та оказывается пуста. Он смотрит на дно бокала, пока к нему не тянется чужая рука, — сердитый Луи забирает его бокал, наливая в него остатки пива, и, на удивление, проливает мимо совсем немного, попадая на стол и Гарри на колени. — Спасибо, Лу. — Да, да, — говорит Луи, подмигивая Гарри. — В любом случае. — Он указывает на Лиама. — Для меня не имеет значения, каковой будет ставка. Я — ик — по-любому выиграю. — Я вообще -то… могу поднимать больше тяжестей, чем ты, — пьяно подытоживает Гарри. — Хорошо, — Луи пожимает плечами. — Это легко. Мы не будем соревноваться в тяжелой атлетике, потому что это бессмысленно. — Я… играю на большем количестве инструментов, — пьяно бубнит Гарри. — К-конечно. — Я выше, — продолжает Гарри. — Значит, могу достать до более высоких полок без лестницы- — Не нарывайся, кудрявый, — предупреждает его Луи. Найл тихо хихикает, поглаживая Луи по голове, но по-прежнему не отрывая взгляда от телевизора. Лиам смотрит назад и обратно, как зритель на агрессивно-быстрой эстафете. Назад и вперед. Назад и вперед. — … сторон, — продолжает Луи, когда Гарри моргает, пытаясь помешать его голове кружиться, фокусируя свой взгляд на Лиаме. Назад и вперед. — Я тоже тогда перечислю список вещей, в которых я лучше, чем ты. Начнем с того, что я быстрей тебя. Что ж. — Подиску… — есть вторая половинка к этому слову, но Гарри забыл его. Подождите, это, — тируем... Подискутируем. Да. — Я лучше играю в футбол. И в ФИФА. За два пункта у меня плюс два очка. — Мы не ведем счет. — Мои волосы лучше. — Что- Луи улыбается, чувствуя чужую слабину. — Найл согласен со мной. Правда, Найлер? Он сказал это на днях. — Не впутывай меня в это, — бормочет Найл. — Да, ну, в общем, — Гарри хаотично начинает перебирать в уме хоть что-нибудь, в чем он лучше Луи. — Я лучше целуюсь! Лиам давится водой, которую он пил до этого, и теперь все рядом сидящие, включая Найла, повернувшего голову от телевизора в первый раз, фыркают от смеха. — Ты чего? — спрашивает он, ухмыляясь. — Откуда ты знаешь? Ты находишь людей, обнимаешь их, целуешь, а затем просишь их заполнить анкету в конце? — Нет, — оправдывается Гарри, но слишком поздно, он уже видит, как вращаются колесики в головах его друзей, как они придумывают новые и захватывающие способы, чтобы смутить его за это. — Это не то… что я имел в виду… — Гарри, — говорит Лиам, едва сдерживая смех. — Ты что-то хочешь нам сказать? — Нет, — громко стонет Гарри, опуская голову на стол. — Я имею в виду… — От его мозга сейчас не дождешься помощи, он не способен завершить предложение, которое начал, но даже это не настолько нелепо, как его заявление о том, что он лучше целуется, хотя на самом деле у него нет ни единого повода так утверждать. — Я имею в виду, что… я… перецеловал больше людей, чем Луи. Есть. Так лучше, да? — Боже мой, — тихо бормочет Луи, смотря на Гарри так, как будто тот только что подарил ему самый лучший подарок, который он мог когда-либо попросить. Лиам задыхается от смеха рядом с Найлом, отчего их стол становится центром внимания в шумном пабе. Так. Видимо, это была не лучшая идея. — Гарри, дружище, — истерично смеясь, бормочет Найл. — Тебе стоило остановиться, тогда бы ты точно был впереди. — Что ты имеешь в виду- — Нет, нет, нет, — Луи перебивает его, грозя пальцем, и ухмыляется так сильно, что его щеки готовы вот-вот разорваться. — Теперь тебе не отвертеться так просто. Я от тебя никогда не отстану. — Ну, — начинает сомневаться Гарри. — Может быть, я на самом деле лучше целуюсь. — Гарри, нет, — умоляет Лиам, опуская лицо на руки. — Гарри, да, — стойко отвечает Гарри. Луи выглядит взволнованным, хотя его немного шатает от пива. — Гарри Стайлс, — он произносит слова членораздельно. — Это твое окончательное решение? — Нет, — отвечает за него Найл, все еще хихикая. — Нет, — протестует Лиам, хотя он тоже, кажется, на грани смеха. — Нет? — переспрашивает Луи. Гарри не должен. — Да, — говорит он, протягивая руку Луи для пожатия. Они заказывают раунд шотов текилы для закрепления сделки, и Гарри не может вспомнить ничего больше, что произошло той ночью.

_______________

Гарри просыпается от того, что его кожа на щеке прилипла и начинает двигаться, и он движется вместе с ней. Он стонет, издавая низкий гул, который тут же взрывается в его мозгу, отдаваясь нотками глухой головной боли, пульсирующей к вискам, словно она ждала, когда он проснется, чтобы вмиг стать действительно очень болезненной. Остатки его желудка хлюпают так, будто он проглотил океан где-то между прошлой ночью и этим моментом. — Что случилось, — он стонет в то, что находится под его лицом, которое он использует в качестве подушки.  — Пиво, — отвечает ему подушка, которая звучит очень похоже на Луи. — Много пива. Гарри чувствует, что его щетинистая щека прижата к горячей поверхности, которая в итоге оказывается животом Луи. Красное пятно прямо над пупком доказывает, что Гарри утыкался носом в него в течение достаточно долгого времени, плюс ко всему остальному, кожа была липкой и теплой. — О, боже, — стонет он, хватаясь за голову. — Почему. — Почему мы всегда так поступаем, Хаз? — мычит в ответ Луи, кладя руку на лицо. — Отсутствие самоконтроля и присмотра взрослых. Гарри сонно потирает глаза. Если бы они оба наткнулись на одну из их кроватей после долгой ночи, ситуация не казалась бы ему столь вопиющей. После более чем десяти лет пижамных вечеринок и ночей, проведенных в разговорах до утра, сон в одной постели с его лучшим другом казался Гарри чем-то настолько обычным, как и засыпание в его собственной кровати. И тем не менее: люминесцентная лампа в ванной раскачивается в глазах Гарри, делая его состояние еще более тошнотворным. — Почему мы спим на полу в ванной? — тихо спрашивает Луи. Он все еще по-прежнему не двигается, а это значит, что он находится на той ранней стадии похмелья, когда, если он двинется немного, то его тут же вырвет; Гарри эксперт в распознавании стадий похмелья Луи, и он узнает конкретный зеленый налет на лице Луи, где угодно. — Думаю, это потому... — отвечает Гарри, упираясь лбом в холодный фарфор туалета, спрашивая себя опять «почему». — Потому что вы идиоты, вот почему, — говорит голос из дверного проема. Гарри наклоняет голову и открывает один глаз, видя Найла, смотрящего на них с оттенком самодовольства. — Доброе утро, сони. — Утро? — уточняет Гарри. — Доброе? — бубнит Луи в недоумении. — Да, сейчас утро, — отвечает Найл Гарри, глядя на часы, — две минуты десятого, если быть конкретным. И да, Луи, доброе. Очень-очень доброе. — Э-э, — говорит Гарри, потому что улыбка Найла немного маниакальна, и он не совсем знает, что это значит. Он переводит взгляд на Луи, которому вроде как удается открыть один глаз и, как и Гарри, с опаской посмотреть назад. Гарри тяжело сглатывает и смотрит обратно на Найла. — Почему оно такое хорошее? Улыбка Найла становится шире. — Потому что вы вчера заключили пари, — терпеливо объясняет он. — И ты прикрепил его к кухонной стене супер-клеем, таким образом, я думаю, что это что-то значит. — Я сделал что? — слабо спрашивает Гарри. Луи фыркает, но звук тут же приглушает рука Стайлса. — Я бы на твоем месте не смеялся, Луи, — говорит Найл. — Это ты предложил пари. Луи тут же перестает смеяться. — Из-за чего мы заключили пари? — тихо спрашивает Гарри. — Ну, — задумчиво отвечает Найл, с интересом начиная рассматривать ногти. Он явно наслаждается каждой минутой этого позора. — Гарри, ты был уверен, что целуешься лучше, чем Луи. — Эм, — неразборчиво отвечает Гарри, пытаясь съёжиться настолько сильно, настолько это возможно. — Это кажется мне… знакомым. Что это значит? — Ну, мы обсуждали этот вопрос прошлой ночью. Видишь ли, Луи придумал, что это должна быть гонка: кто первый наберет сто поцелуев, тот победит. — Гарри открывает рот, чтобы запротестовать, потому что он не собирается целовать людей только для того, чтобы выиграть пари. Это должно что-то значить, ведь именно это и делает поцелуи особенными. Однако Найл перебивает его, прежде чем он успевает вмешаться, и добавляет: — Гарри, ты сказал, что это не определит, кто из вас лучше целуется, а только поможет узнать, кто способен перецеловать кучу людей без их на то согласия. Рот Гарри тут же закрывается. — Точно. Тогда что произошло? — Тогда Луи сказал, что если ты так не хочешь поцеловать сотню незнакомцев, чтобы выиграть пари, то, возможно, он просто поцелует тебя сто раз, чтобы ты заткнулся. До Луи с трудом доходит сказанное: — Я сказал, что? — хрипит он, едва двигая губами. — Да, — радостно подтверждает Найл. — Ты сказал, что поцелуешь Гарри сто раз, потому что он не хочет заставлять себя сто раз целоваться с незнакомцами. Не волнуйся, это не имело смысла для нас. Ты был очень пьян. До сих пор сидя неподвижно, Луи медленно закрывает глаза и тихо шепчет: — Это все? Найл усмехается. — Честно говоря, я думаю, вы должны просто прочитать свои собственные правила. Они довольно, эм... Ну, давайте просто скажем, что вы продумали все свои уловки. И вы записали ваши доводы на бумаге для потомков. На всякий случай. — Я… — Гарри замолкает, потирая пальцем между глаз. — На данный момент, я не думаю, что я хочу знать, что это значит. — О, не волнуйся, — Найл успокаивает их с радостью. — Лиам и я заставили Вас сократить правило о минетах, стоимостью в двадцать пять поцелуев. — ЧТО, — хором выкрикивают Гарри и Луи, Луи становится еще зеленее, когда быстро садится, и Гарри успевает вовремя отодвинуться в сторону, так что тот успевает вовремя склониться над унитазом.

_______________

Гарри и Луи СУПЕР ПОТРЯСАЮЩИЕ СТАВКИ ЛУИ И ГАРРИ почему ты начинаешь первым ПОТОМУ ЧТО Я СТАРШЕ, ВОТ ПОЧЕМУ

ПРАВИЛО № 1 — ПОБЕДИТЕЛЬ — ТОТ, КТО ПЕРВЫМ ЗАРАБОТАЕТ 100 ПОЦЕЛУЕВ Это не очень много ЗАТКНИСЬ ГАРОЛЬД Мы спарвимся справисмя справимся за два дня. Нам нужно что-нибдуть потруднее ЛАДНО 10000 Нет это оо о о чень много 1000 Хорошо ПОБЕДИТЕЛЕМ ЯВЛЯЕТСЯ ТОТ КТО ПЕРВЫМ ЗАРАБОТАЕТ 1000 ПОЦЕЛУЕВ Правило № 2. ГАРОЛЬД И ЛУИ перестань писать Гарольд, это не мое имя ТЕПЕРЬ ДА нет! ГАРОЛЬД И Льюис ха-ха я выиграю только два участника. Поцелуи от мам, сестер, НАЙЛА, Лиама или кто-либо другого не учитываются нет проблем, приятель. ЗАТКНИСТЬ НИЛ ЕСЛИ ХОЧЕШЬ ПОЛУЧИТЬ ЭТОГО ПАРНЯ, ТО ТЕБЕ ПРИДЕТСЯ ВСТАВТЬ В ОЧЕРЕДЬ Я ЛУ Ч ШИЙ ГАРРИ ХВАТИТЬ ВОРОВАТЬ МОЮ РУЧКУ Оставь его в покое, Лу ПРАВИЛОО № 2. ЧАСТЬ 2 Приложение Б к ЧАСТиЬ 2 УБИРАЙСЯ ОТСЮДА СО СВОИМИ ПРИЧУДЛИВЫМИ СЛОВАМИ В ЛЮБОМ СЛУЧАЕ. ЕСЛИ ГАРРИ ИЛИ ЛУИ ЦЕЛУЮТ КОГО-ТО, КТО НЕ ЯВЛЯЕТСЯ ЧАСТЬЮ ПАРИ, ТО ОНИ ДОЛЖНЫ СКАЗАТЬ ОБ ЭТОМ Почему? ПОТОМУ ЧТО ЭТО СПРАВЕДЛИВО ВОТ ПОЧЕМУ. ТЫ ТАК ИЛИ ИНАЧЕ РАССКАЖЕШЬ МНЕ, ПРАВИЛЬНО? Правило С Я ДУМАЛ, ЧТО МЫ ИСПОЛЬЗУЕМ ЦИФРЫ, А НЕ БУКВЫ ууупс Правило № 3 У поцелуев, в то время как Гарри и или Луи спят или без созан сознания должен быть свидетель для доКазательства. я НЕ смотрю на тебя Луи, пока ты без сознания Тогда что удерживает тебя от того, чтобы прокрасться в мою комнату и сделать 1000 поцелуев за один раз? Я НЕ СДЕЛАЮ ТАК Я не веюр верю тЕбе! Я НЕ СДЕЛАЮ ТАК!!! Не втягивай нас в это, чтобы быть Вашими свидетелями, это уже достаточно странно Спасибо за это, Пейно ПРАВИЛО № 4 БОНУСНЫЙ РАУНД. ОДИН МИНЕТ = 50 ПОЦЕЛУЕВ Абсолютно нет! нет, я против. я зачеркиваю. это слишком странно НО ЧТО ЕСЛИ ОТСТАНУ, ТОГДА Я ДОЛЖЕН ДОГНАТЬ Нет!!!!!! 1 МИНЕТ = 25 ПОЦЕЛУЕВ? Это еще хуже!!! Нет!!!!!! ХОРОШО Правило № 4 Мошенничество означает немедленное дисквали дисквалу дисквалифицирование КАК МЫ ПО ТВОЕМУ СМОЖЕМ ДРУГ ДРУГА ОБМАНУТЬ? Я не знаю. Ты найдешь способ. ХАМЛО ПРАВИЛО № 5 ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ ИНИЦИИРУЕТ ПОЦЕЛУЙ ПОЛУЧАЕТ БАЛЛ Что, если мы не будем знать, кто это начал? Я НЕ ЗНАЮ, МЫ ЧТО-НИБУДЬ ПРИДУМАЕМ Балл может получить каждый ДА, ЧТО ЗВУЧИТ ХОРОШО Правило № 6. Не позволим этому стать чем-то странным ПРАВИЛО № 7. ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, 1 ПОЦЕЛУЙ В ДЕНЬ. Почему? НЕ ХОЧУ, ЧТОБЫ ЭТО ДЛИЛОСЬ ВЕЧНО Хороший пункт Мы, Гарри Стайлс и ЛУИ У. « ТОММО» ТОМЛИНСОН полностью кляни кляну клянемся, что это реальные и законные ОБЯЗАТЕЛЬСТВА ага, и обязывающий документ. Свидетели: Найл Хоран Нил ВОРЭХЭНД черт возьми томмо!! Лиам Джеймс Пейн Я могу только сказать, что я думаю, что это плохая идея? Нет ТИХО ПЭЙН