Копия

Уровень ирьедзютсу ученицы Тсунаде Сенджу и рядом не стоял с лучшими врачами Сунагакуре. Это могло показаться прискорбным, но каждому свое. В конце концов, песчаники больше уделяют времени тому, как человека убить, запустив ядовитое жало под кожу, а не разложить кровь на составляющие, чтобы от отравы избавить. Я, конечно, привередливый пациент, мне не каждый подорожник поможет, да и подуть на ранку не прокатит, но уровень Ино был и впрямь хорош. Не то, чтобы она не привыкла к тому, что со мной всегда были сложности. Другое дело, что другое тело. Бадум-тс, тут должны быть тарелки и тупое выражение лица. Проблем у Касаи Масао было достаточно, чтобы провозиться с ними на всю мою историю, прерываясь на чаечек и хорошую еду. Старая подруга порадовала, что не заметила негативного влияния печати на организм в данный момент, что не могло не быть хорошей новостью. Орочимару наверняка бы сказал о таком раньше, будь это так до сих пор. Вероятно, моя глупая теория, выведенная лицом в траву, была верна. Повреждения, сделанные мной не считались достаточными, но рубцующуюся ткань вновь повредила именно Ареса на тренировке, которая не предполагала угрозы. Это настолько смешно и рояль в кустах, что я расплескала половину своей неглубокой чашки, пока надрывно хохотала. Так глупо. Впрочем, мне не так повезло. То, что печать уже успела сделать, исправить было нельзя. Моя целебная фея не могла. Кость и хрящи в ступне были в трещинах и не подлежали восстановлению из-за долгого воздействия фуина. Организм был отравлен от и до чужеродным дзютсу, так что усугубления ситуации это не меняло. Оно продолжится. Каналы чакры медленно тлели, словно были огоньком на кончике гаснущей лучины. По органам можно было наглядно проводить анатомические уроки “как жить не надо”. Сенджу и Харуно могли сдерживать старение клеток с помощью инфуин, но в этом теле мне такой контроль и объем чакры и не снился. Все же техника сильная, сложная, требует кучу ресурсов для освоения, чтобы иметь возможность даже части тела сращивать. Катсую тоже не панацея. Еще в истории про одного волшебника было сказано, что срастить кости — ума не надо, отрастить новые — вот беда. Мне отращивать надо было новую себя. Орочимару, как я тебя понимаю, гада эдакого. Подайте мне Учиху, я буду заселяться! Поглощенная такими замечательными мыслями, я и отключилась. Сон без снов был прекрасен. Никаких фаталичных мыслей, что я так и умру в этом чертовом теле, которое разве что на жертву ядерной атаки похоже не было. С одной стороны, такой конец — это тоже конец, но хотелось все же закончить свое существование в собственной шкуре. Почти два года прошло. Хочу уже остановить этот бег и оказаться дома. Прийти в себя.       Что я сделаю первым делом? Наверное, все же, заплачу. И уж точно больше чарки саке на национальные праздники в рот не возьму. Поговорю с Сакурой на тему того, как привести тело в норму. Я понимаю, что двадцать пять для шиноби — уже пенсия, сама за последнее время уже тысячи раз крест на всем ставила. Но если серьезно, то кто меня остановит от тренировок? Посмотрю на братцев, как они будут меня пеленать и ставить фуины, сдерживающие чакру, когда мне это противопоказано. Не хотят же они еще больше проблем? А без печатей вспомнить Катон или расправиться с любым блоком для меня проблем не составит. Будем откровенны: стоит мне прийти в себя, я не допущу снова подобного дерьма. Любыми средствами и способами. Терять мне точно будет нечего.       Проснулась я с боевым настроением и даже позволила себе просто поваляться на мягком футоне лишние пять минут. Надо было принять душ, вернуть юкату, в которую для удобства меня вырядила Ино, и, одевшись, отправиться причинять добро этому миру и клану Учиха в частности. Следовало отплатить малышке Олесе за возможность пожить в чужой шкуре.       По закону моей жизни, мои планы нагло обломали, вызвав у меня справедливую волну возмущения. С душем проблем не возникло. С собственной одеждой тоже: какой шиноби не знает, как избавиться от крови? Вот только в дверях меня с приторной улыбочкой задержал Сай. Свалил вчера в закат, вот там бы и коротал остаток жизни. Он там неплохо смотрелся и не отсвечивал.       — Так вот ты какая, Касаи Масао, — на кухне уже собрался целый совет. Не так. Совет. С большой буквы и с пафосом. И не всем этим людям я была рада.       Открывшей рот Сенджу, сто раз помянутой мною вчера, так точно.       — По закону жанра, дальше должно идти: “или лучше сказать — Учиха Кииро?”       Уйти от бравой компании я и не пыталась. Куда мне бежать от двух сеннинов и четырех джонинов? Помимо вышеназванного Сая и главы клана Яманака, на огонек заглянула чета Нара. Включил ли Шикамару свои экстрасенсорные способности, или это жена ему рассказала, рассчитывая на мозги — в душе не знаю. Но сюрприз был неприятным.       Комиссия по делам умалишенных, вы гляньте. Не хватало только Хьюги для полного счастья, чтобы просканировать от и до. И я даже не про Хинату, а про любого рентгенолога-любителя в этом селе. Не деревня, а областная больница, ей богу. Глава хирургии — Сенджу Тсунаде. Заведующий морга — Орочимару-сама. Местный киллер — Сай.       Тьфу ты.       Скорчив недовольную рожу, сложив руки на груди, я отвела взгляд в окно и плюхнулась на услужливо отставленный для меня стул. Тсыкнула, даже не пытаясь скрывать при этом сборище свою общую с братом привычку. За что боролись.       Говорить кому-то о случившемся было не самым моим любимым занятием. Темари вообще узнала по блату. А тут сразу два новых лица, еще и при свидетелях.       — Не ерничай, Учиха. Дай уже себе помочь, — не сильно мудря, Яманака отвесила мне подзатыльник, опираясь ладонью на спинку стула.       — Ты буквально просишь меня не быть мной. Следовало не заморачиваться и стать Первой леди Суны. Мне бы пошел синий, — огрызнулась я, морща недовольно нос. Гаара, мой Гаара. На кого я тебя променяла. На целые кости и систему чакры, как Енисей в свой разлив и Саша Грей на пике карьеры.       Отсылки к моей прошлой жизни никогда не перестанут быть для меня актуальными.       Откуда я узнала, что все эти люди уже в курсе кто я и зачем? Давайте-ка подумаем.       Яманака узнала обо всем вчера. Отослала она своего мужа, это да, но тот не даром половину жизни провел в супер секретной подпольной государственной организации, специализирующейся на шпионаже, разведке, убийствах и прочей незаконной дребедени. Уверена, что он проследил даже хоть бы и из любопытства.       Темари узнала в Суне. Муженек ее — Советник Хокаге и сильнейший стратег, не побоюсь слова, мира. С его мозгами и парой наводок от песчаницы, не удивлюсь, если он и сам догадался. К слову, рискну предположить, что он был человеком, который мог бы и догадаться о происходящем с Кииро или хотя бы почуять подвох. Не то чтобы он знал меня, но был знаком с моим братом. А о том, что мы схожи, было известно всем бывшим попаданцам. Да, общались не так долго, но только ленивый эту тему не поднимал.       Далее. Орочимару. С этим все понятно. Моя крестная-фея с медицинским образованием, подарившая мне годик-другой жизни. Не знай он кто я, было бы вообще тяжело. И, наверное, через него я мысленно объяснила себе Тсунаде. Да, сеннин та еще сплетница. Еще когда работала на Сора-ку это поняла. Выживает дед как может. Продаст даже тебя на органы, если это принесет выгоду. А экземпляр я тот еще, почему бы и не поделиться интересным препаратом с коллегой и старой подругой?       Тьфу ты. Если не альтруисты собрались, то гении с нездоровым научным интересом. Жизнь два: почувствуй себя ящерицей на лабораторном столе.       Ах да, лежала же.       Руки непроизвольно сжались. Шрамы у меня были по всему телу. Уж не знаю как выглядит кейракукей вне организма, но мне эту херню пересаживали успешно. Наверное, та еще задача была. Я, например, вообще не представляю эту систему. Все что знаю — в каком угодно теле, видимо, у меня с ней будут проблемы.       — Учиха, вот скажи, — вздохнула Темари, складывая руки на груди и откидываясь на спинку стула. — Шипы — это у вас семейное и врожденное? Или тренируетесь?       — Моя пра-пра была зайкой, а не ежом, судя по всеобщим рассказам. Какие такие шипы? — фыркнула я, издав такой звук, что, можно сказать, опровергла свои слова в ту же секунду.       Откуда-то со стороны послышался смешок, и это несколько разрядило атмосферу. Вздохнув, я повернулась к собравшимся. Ситуация мне не нравилась. Я взрослая, самостоятельная и независимая. Но раз этот отряд самоубийц решил, что сможет мне помочь, так уж и быть.       — Кто-то еще знает? — скорбным голосом, полным отчаяния, спросила я, задерживая взгляд на Ино. Предательница. Только я решила, что могу довериться старой боевой подруге, как та решила причинить мне добро. А это были мои планы, на секундочку!       — Надеюсь, тебе не нужен поименный список, Учиха-сан, — видимо, взяв пример с плохих людей его окружавших, с готовностью ответил Сай. Мне показалось, что ответ был заготовлен. Сучонок.       Я решила не уточнять, шутит он или нет. Если это окажется самой ходовой новостью деревни, не дошедшей только чудом до Аресы, я со стыда умру на месте. Покачав головой, я просто рассказала сокращенную версию событий, имевших место быть в моей жизни в последние семь (или около того) лет с того момента, как я покинула Итачи и Ино вместе с Тайванью.       Четыре года скитаний по миру, что я посвятила тренировкам и привыканию к жизни вне фуина и чакре. Все эти люди знали, что обо мне то и дело слышали всюду. Темари и вовсе знала, что я часто работала с Суной и даже была в команде с ее братом. Орочимару сам подкидывал работенки: как миссий и заданий для Небесного города, так и тонких намеков Учихам, что заставляли меня со вздохами днями обходить отдельные районы ставшего привычным поселения или вовсе покидать его.       Затем шла история про возвращение. Неловкое откровение про мои планы. В конце концов, я и впрямь собиралась исполнить условия брата: выйти за него, остаться в клане, развивать бизнес, который наладила, находясь в хороших отношениях с Тамаки. Это и впрямь следовало проговорить, потому что мое возвращение, как оказалось, показалось многим весьма странным. Конечно, вспоминая те гонки в кабинете тогда еще Какаши-сана... А затем еще исчезновение, новое возвращение и кардинальные перемены.       Я узнала, что Ареса мотивировала свое — мое — возвращение, будто она — я — устала скрываться и вести кочевой образ жизни. Что бытность куноичи без дома не для нее. Что клан — ее все, она пережила подростковый бунт и теперь она поняла, что Коноха ее дом родной.       Мой рассказ продолжился. Стас. Пещера, из которой мы выбрались и пещера в пустыне, где нас по воле небес нашли товарищи. Зная, что моя пра-пра все же считалась когда-то вроде как богиней, я даже посетовала на ее помощь. В ответ мне прилетело, что она не богиня и уже мертва. Мне оставалось только плечами пожать. В конце концов, сложно не поверить в подобное чудо, когда ты являешься мной. Со всеми этими перемещениями, новой родней, чакрой и прочей волшебной херней, что раньше просто была сказкой на экране старенького ноутбука.       Полтора года в Суне. Результаты обследований. История о путешествии в Иву, где мы встретились с Саске и последствия этого, дополненные Орочимару. От него информации о печати все получили куда больше. Логично, но иррационально обидно. Она на мне, в конце концов, а все, что я знаю, так это то, что я должна достигнуть дзена и раскурочить грудь своему родному телу. Потрясающая перспектива.       — Если это печать, связанная с моим кланом, скорее всего, так просто все не закончится, — Яманака обрадовала меня, как только я рассказала про экзамен на чунин и переезд в Коноху. Часть со своими тесными взаимоотношениями с Гаарой я опустила. В конце концов, это уж точно никого не касается.       Даже Учиха.       — Что ты имеешь в виду, Ино? — Сенджу глотнула чаю. Не удивительно, что с такими долгими разговорами, он стоял перед каждым. Все же, даже сокращенный пересказ занял не то, чтобы пять минут.       — Шинтеншин — это всегда битва, просто на более тонком уровне и с более слабым противником, — подруга повела плечами. — Люди не привыкли, что кто-то может потревожить их сознание, поэтому обычно это моментальная победа. Но есть случаи вроде Сакуры. Она внутри, буквально, другой человек. Более жесткая, решительная и волевая. Иннер-Сакура достаточно сильна, чтобы даже меня вытеснить из своей головы. Вы с Аресой довольно долго находитесь не в своих телах. Вы обе знаете, что в любой момент можете вылететь, плюс действие фуина. Это не исключительная гарантия, но велика вероятность того, что, как только печать лишится силы, вам придется столкнуться друг с другом на уровне сознания. Исход этого боя не возьмусь предсказать. Играет роль не только опыт и чакра, но и сила духа, воля, фантазия, если все зайдет далеко. Боюсь представить даже что творится в ваших головах с таким-то опытом.       Прогнозы были восхитительными. Описание походило на персональное ультимативное Мангеке. Либо ты, либо тебя. Из плюсов — можно убедить себя в том, что тело не играет роли, и я смогу ушатать противницу всеми своими старыми техниками, среди которых и шаринган, и гендзютсу, и даже несколько стихийных нин. Из минусов: в своих фантазиях эта сучка та еще звезда вселенского масштаба, которая на лопатки уложит даже Наруто одним плевком. В битве чувства собственного величия моя победа маловероятна.       Я закатила глаза и решила делать ставки на желание сломать ей воображаемый хребет, не повредив настоящего. Важное, пожалуй, уточнение. С этой стороны битва в мозге казалась предпочтительной.       А с другой, какова вероятность, что я могу спалить собственные извилины каким-нибудь всплеском чакры?       Потрясающие перспективы.       После моего рассказа разговор не продлился долго. Меня попросили не влезать в неприятности, держать в курсе о поведении Аресы и ждать, пока условные взрослые придумают план получше моего, чтобы он точно сработал. Конечно, они же лучше меня знают мою старую подругу и каково жить с этим клеймом на теле. Упомянутое потянуло и неприятно заныло. Лишь остатки связи и затянутая в эластичные бинты грудь с новым свежим шрамом, однако и этого хватало.       Я промолчала, лишь кивнув. От споров толку не будет, а заводить их лишь для поддержания маски Касаи Масао среди этих людей смысла уже нет. Успели уже заглянуть за нее и увидеть лишнего.       В конце концов, исполнять их заботливые наставления меня никто не обязывал. На смертников не существует рычагов давления. Мы — заочно мертвые, что больше в том уже мире, чем в этом. Вопрос в том, смогу ли я нырнуть за грань и зеленой вспышкой вернуться снова.       Возможно, именно в этом осознании моя сила.       Уходила я первой, удачно словив паузу во всеобщем обсуждении. Сай под строгим взглядом Ино выказал желание проводить меня до квартала Учиха, однако мой взгляд был слишком выразительным, чтобы высказать все о моем желании видеть хотя бы кого-то рядом с собой. Уверена, что его сверхзаботливая подруга могла отправить его незримо, все же не зря семья шиноби.       — Я пусть и при смерти, но все еще сенсор, Ино. И весьма неплохой, насколько мне подсказывает опыт жизни слепой. Поэтому избавь меня от недопониманий. Я доберусь сама. Не думаю, что со мной может случиться что-либо еще по дороге. Либо я точно решу, что Учиха — это чертово проклятье для меня.       Предостережение прозвучало весьма убедительно. Яманака поджала губы, сложила руки на груди и, неудачно побурив меня взглядом, тяжело выдохнула. Обнявшись на прощание, я покинула ее дом, а затем и территорию чужого клана.       Через жалкие десять минут мне пришлось принять тот факт, что в Конохе мне всегда смерть будет дышать в лицо.       Я прошла половину пути размеренным шагом, даже не думая пускать чакру для сенсорики. Во-первых, я достаточно доверяла куноичи, чтобы поверить ее закатившимся глазам. Во-вторых, даже если Сай и отправился следом, ничего страшного в этом не было. Однако, почти дойдя до небольшого парка, я будто бы почувствовала дрожь земли. Слишком подозрительно, учитывая мое восприятие.       В растерянности начав озираться, сложила руку козырьком над глазами, чтобы укрыть их от палящего почти полуденного солнца. Оно с востока почти преодолело половину небосклона, едва не взгромоздившись надо мной в редких ватных облаках. Слепило глаза до пятен, но даже так я успела увидеть то ли блик, то ли тень прямо на солнечном диске.       Вкупе с внезапным землетрясением это выглядело вообще не вдохновляюще.       — Не проклятье... на что я только надеялась? — тяжело вздохнула. Вокруг выглядывали из домов и суетились люди. Это не тихий и спокойный мир, где во время стихийного бедствия надо бы встать в дверном проеме или спрятаться под стол. Иногда здесь остаться дома в такой момент означало быть похороненным заживо или стертым с лица земли одним желанием чужака.       Один легкий удар по земле больной ногой, шипение и тепло проходящей по телу чакры.       Под землей проходят микровспышки энергии, где-то на уровне тридцати-сорока метров. Взрывы.       — Это нападение... — доходит до меня со скоростью возвращения Саске в Коноху. Тело прошибает дрожь. Этого только не хватало. Оглядываюсь в проходящей по конечностям панике вокруг себя. Люди нервно озираются. Кажется, что не я одна что-то начинаю понимать. Во рту пересыхает.       Какие бы планы не строила моя группа поддержки, вряд ли они будут актуальны после сегодняшнего. Я понимаю, что мне действительно страшно. Как научила манга в моей прошлой жизни, если на Коноху кто-то смог напасть, то малой кровью отделаться тяжело.       — Без паники. Просим пройти в... — я только открыла рот, чтобы громче оповестить о своих выводах, как с крыши рядом раздался громкий мужской голос. Взрыв прозвучал, перебивая, в десятке метров от меня, ударной волной унося меня в сторону и спиной вбивая в стену.       Дыхание вышибло в секунду вместе с жалким “ха~”. Мир перед глазами потух, а лопатки обожгло болью. Первым рефлексом было сделать вдох, но ничего не выходило. Сознание померкло на бесконечность моментов. Сложно считать секунды, когда ты остаешься наедине со своей головой. Сколько бы ты не пытался считать, что “один”, криком раздавшееся в мыслях, соответствует одной секунде, это будет самая большая ложь в жизни.       Я слышала свои хрипы, чувствовала жгущую боль в груди и пыль, осевшую на лице и стягивающую кожу, не покрытую еще шрамами, но не более того. Прогреми ровно подо мной взрыв, он точно лишил бы меня жизни. Организм оказался настолько дезориентирован, что даже послать чакру, ощутить ее в своем теле, было проблематично.       — Эй, живая? Очнись, эй!       Шипящий вдох ворвался в мою грудную клетку, сопровождаясь кашлем и слезами. Не знаю, ударил меня некто в грудную клетку или по спине, но это очень хорошо подействовало. Я не смогла полноценно прийти в себя, как поняла, что меня уже кто-то куда-то тащит, закинув руку на плечи.       — Нападение, всем гражданским приказано эвакуироваться, — пояснил мужчина.       На нем была форменный жилет. Однако ни голос, ни внешность не показались мне знакомыми. Поддерживая меня за талию, он явно тащил меня в направлении Скалы Хокаге, где располагалось убежище. Такой расклад меня не устраивал. Я не гражданская. Более того, это нападение — отличный шанс для меня исполнить задуманное. Рану Аресы можно будет обосновать именно атакой на деревню, оставшись не причастной. Если кто-то повредит печать, а меня не окажется рядом, последствия могут оказаться не самыми лучшими.       Воспользовавшись тем, что дыхание более менее пришло в норму, я уперлась ногами в крышу, на которую мой спаситель в тот момент прыгнул, и наклонилась вперед и вывернулась из чужой хватки под рукой, чтобы тут же поменять направление. Стопа тут же отозвалась глухой болью, заставляя едва не полететь вниз, но я справилась.Направление сменилось в сторону клана Учиха.       — Эй! — шиноби быстро нагнал меня, едва не хватая за руку. — Ты явно не куноичи Конохи, не выкаблучивайся, — сбоку раздался новый взрыв, но он был далеко и донесся только порывом ветра.       — Касаи Масао, чунин Суны, прикомандирована клану Учиха для обучения супруги главы, — кинула я, не сбавляя скорости. Отдышка больно схватывала бок и грудную клетку, но надо было торопиться. Если не за своим телом, то хотя бы для помощи в отражении атак. Что-то в этих взрывах было не так.       — Я не...       — Свободен. Спасибо за помощь, — раздался сзади голос.       — Яманака-сан, — чунин быстро кивнул и помчался обратно. Взрывы теперь гремели по всей деревне и его помощь где-нибудь, да пригодилась бы.       — Проклятие, говоришь, Учиха? — уже гораздо ближе раздалось рядом ехидным тоном подруги. Она была явно обеспокоена происходящим, однако приоритетом выбрала найти меня. Не так это сложно, если знать место, в которое я направляюсь. Уверена, что остальные после первых взрывов отправились по каким-то заранее намеченным на такие случаи направлениям.       — Я, почему-то, не удивлен, — вопреки ожиданиям, с другой стороны от меня, на полном расслабоне бежал Орочимару. Выглядел он лучше, чем я и блондинка вместе взятые в своей юкате и гладким низким хвостом. Ни капли не растрепанный, словно не бежал до сюда на всех скоростях.       С одной стороны, им бы лететь помогать пострадавшим и координировать Штаб вместе с Наруто, выискивая атакующих. Статус позволял: сеннин и токубетсу-джонин, приближенные к Хокаге. Тем более способности не самые ординарные. Но нет, они рядом.       Естественно, ведь если я сорвусь, то мои действия легко можно будет принять как часть этого спланированного нападения. Даже Гаара не сможет меня защитить в таком случае. Я могла проворачивать за его спиной все, что угодно. Во имя деревни кто угодно выставил бы меня виноватой.       Нукенин. Кажется, я давно смирилась с этой судьбой. Сколько раз я планировала это. Сколько раз я думала о том, как провернуть все, не задев интересов Суны, не подставить под удар близкого мне человека. Я все еще шиноби Суны. Карты перемешались с тех пор, составив невообразимый расклад, однако выяснение обстоятельств может занять времени куда больше даже при свидетельстве столь значимых людей, как Тсунаде Сенджу и Шикамару Нара. Вплетать их я тем более не хотела.       — Ты же торопишься вернуть тело, — утвердительно заявила Яманака, уклоняясь от чьего-то куная. На выяснение обстоятельств времени не было. До клановых ворот оставалось всего несколько сотен метров. Бегом расстояние было куда короче. Лист — не мегаполис из моей прошлой жизни. Расстояния здесь совершенно иные.       Спорить смысла не было. Вся я была как на раскрытой ладони. Чего я еще могла пожелать в сложившейся ситуации? Отправится искать зачинщиков, уложить их с одной левой и прославиться героиней? Точно не обо мне история. Я слишком эгоистичная зараза для подобных поворотов.       — Стой. Стой, я сказала, — окликнула Ино, кивая головой в сторону и прыгая на землю. Улица была пуста. Взрывы звучали где-то вдалеке, ближе к центру. Нехотя, я приземлилась следом, недовольно буравя взглядом.       Куноичи оглядела меня с ног до головы, почти сразу переводя взгляд на сеннина. Уж не знаю, что за немой разговор между ними состоялся, но Орочимару довольно быстро усмехнулся и по-змеиному улыбнулся, закрыв глаза.       — Я выведу Кииро-чан. Развлекайтесь, ку-ку-ку, — и как я могла забыть про этот дебильный смех?       Я лично ничего не понимала. Видимо, по пути они составили еще какой-то мега-план, который должен был повлиять на мою жизнь коренным образом.       — И что это? — спросила я, как только шиноби быстро покинул поле зрения.       Мне очень странно было видеть, что столь почтенный — как бы я не считала иначе — человек лично взялся мне помогать. Сколько он с меня возьмет потом за это, я вовсе старалась не думать.       Одной было бы сложнее, но мне не пришлось бы набирать долгов перед людьми, расплатиться с которыми мне могло бы не хватить ресурсов.       — Если ты сейчас лично разберешься со своей проблемой, это может породить еще массу других, куда более серьезных вопросов, — Ино смотрела мне в глаза, словно пытаясь убедить в своей правоте. Не то, чтобы это помогало. Для того, чтобы сбить с меня самоуверенность, ей пришлось хорошенько меня ударить по щеке. Частично потерявшая чувствительность из-за шрамов, та мало чего ощутила. Обожгло только челюсть. Следовало радоваться, что в свое время моим ирьенином не стала Сакура с ее тяжелой рукой, иначе не сноси я сейчас головы. Впрочем, в проницательности Харуно тоже уступала своей подруге. Не могу с уверенностью говорить, что та так же легко догадалась бы о том, что с Кииро что-то не так.       Имя отозвалось желчью на языке. Такое мое и такое чужое. Словно бы действительно из какой-то прошлой жизни, оставленной далеко позади. Я так близко к тому, чтобы его вернуть, но меня хватают за руку прямо перед финишной чертой. Это раздражает неимоверно и, наверное, мой природный характер собирается вырваться на свободу. Я очень хочу ударить Яманака в ответ и догнать сеннина, чтобы решить все одним ударом.       Не то, чтобы мой разум сейчас работает и не взял выходной.       В глазах, очевидно, отражаются все мои желания. Ино перехватывает мои руки, встряхивает меня и жестко произносит:       — Нападающие — Хидан и Дейдара, воскресшие по твоей вине. Будь добра помочь в их уничтожении.       Виноватой меня не считаем мы обе, как и способной решить эту проблему. Но действует это куда лучше, чем все, что было раньше.       У Яманако получается остановить меня от личной вендетты.