Стидия, как одно целое

«Переезжать в другой город сложно всегда. Особенно, когда в городе, где у тебя было столько радости и счастья, ты оставляешь только ненависть, разочарование и предательство. В моём случае, переезд — как спасение. В этом городе будет всё по-другому. Я начну всё заново. Новую сим-карту я уже приобрела, осталось лишь самой себя настроить на то, что именно с этого дня всё в моей жизни по-новому!» — подобные речи я произношу в своей голове последние несколько часов, но что-то ни одна из этих фраз не помогла мне чувствовать себя лучше. Я еду на заднем сидении за мамой, слушаю музыку и пытаюсь хоть как-то отвлечься. Время от времени мама нервно поглядывает в зеркало заднего вида, что бы убедиться, что со мной всё в порядке. Я потеряла счёт времени этой мучительной езды, но наконец-то мы приезжаем на место. Бейкон Хиллс раза в 3 меньше, чем город, из которого мы переехали. Еще из окна меня совсем не радовал вид этого места. Тут всё слишком мрачное и серое, после любимой Джорджии. Тут всё какое-то холодное и не приятное. Пока мы ехали, постоянно капал противный дождь и это добило меня окончательно. Я поняла, что лучше не будет. Заехав на улицу с частными домами, я обратила внимание, что наша машина припарковалась у одного из самых больших. Дом красив, несомненно. Много зелени, которая хоть как-то радует в противовес этой серости. Двухэтажный дом из дерева, белого цвета. На первом этаже огромные окна, через которые не дают заглянуть в частную жизнь хозяев лишь тяжелые шторы. Белая входная дверь с золотой ручкой, а за ней небольшой холл, из которого можно пройти в гостиную, в столовую либо подняться на второй этаж. Из столовой можно попасть на кухню, а из неё на задний двор с огромной верандой. Веранда подняла моё настроение мгновенно, так как с неё открывался чудесный вид на город. Наша улица находится на холме, так что она немного выше, что дает фору для любителей таких сказочных пейзажей. На веранде стоит плетеный стол и несколько таких же стульев, возле стены располагается барбекю, а в углу я вижу огромный гамак. На лужайке высажено много цветов и деревьев, а так же есть огромный бассейн. Возможно, мне тут понравится. Моя комната находится на втором этаже, прямо над верандой и из моих окон так же открывается чудесный вид, чему я, несомненно рада. Английский подоконник тут как нельзя кстати. Вечерами, думаю, идеально сидеть и наблюдать за огнями города. Стены оклеены светлыми обоями что зрительно делает комнату больше и просторнее. В моей голове уже вырисовывается, как я буду вешать на стену разные фотографии, над кроватью замысловатую гирлянду, а над столом пробковую доску с множеством напоминаний. Через несколько часов мы выгружаем с мамой оставшиеся коробки с вещами. В этом доме достаточно мебели, поэтому старый дом мы продали полностью, забрав с собой лишь то, что было дорого сердцу и без чего никак нельзя переезжать на новое место. Зайдя в свою комнату, которая всё еще завалена горой неразобранных коробок, я устало смотрю на них, а в голове пролетает лишь одно слово «потом». Поэтому, искренне забив на них я иду в душ. Наконец таки теплые струи воды стекают по моему телу и я могу подумать спокойно обо всём, что происходило за последние несколько дней. В Джорджии, как бы я не пыталась спокойно подумать о произошедшим, мои попытки были тщетны. А сейчас, когда я уже далека от всего, что было, можно проанализировать произошедшее. Да уж, глаза таких «верных и честных» Эйдана и Киры нужно было только видеть. О, этот ужас. Наверное, впервые в жизни я не стала истерить, кричать и вообще говорить что-либо. Кажется мне, что в моих глазах читалась каждая моя эмоция, которую я чувствовала. Я спокойно вернулась домой и сказала маме, что переезд не такая уж и плохая идея и что Джорджия в нашей с мамой жизни себя изжила и пора что-то менять. С таким девизом я собирала вещи и загружала их в машину. С таким девизом я ехала в машине, но с каждым километром приближения, моя уверенность в том, что всё будет лучше, чем когда-либо — угасала. Этот город — мрачнее тучи. Нет, может завтра и будет солнце, но первое впечатление, у меня очень неоднозначное. Но завтра будет день и посмотрим, что он мне преподнесёт. Выходные прошли быстро. Быстрее, чем хотелось. На улицу я не выходила и заценить то, как преобразился город — не смогла. Хотя, единственное, что отличало эти два дня от вечера, когда мы приехали — температура. Она упала ещё на 3 градуса, а дождь лил, будто намекал мне, что никто тут меня не ждал, а я приехала. Но как не крути, даже такие «счастливые» выходные закончились. А это означало одно — наступил понедельник и пора в школу. Меняется комната, постельное бельё, город, штат. Но отвратительный звук будильника остаётся. Нет, звук не такой уж и противный, когда я его выбирала, мне показалось, что пение птиц должно по утрам даже радовать. Но реальность оказалась жестока. Правильно говорят «хочешь разлюбить песню — поставь её на будильник». Нехотя я встала. Нехотя иду в ванную и совершаю все свои утренние ритуалы. Мысленно настраивая себя, что невозможно быть в одной школе королевой, а в другой никем я иду одеваться. А ведь действительно, я не имею права потерять то, что строила годами. Надо им показать, кто пришёл и как стоит себя вести в моём присутствии. Надев легкое, короткое платье я спускаюсь в столовую, на первый этаж. Так непривычно жить в частном доме. «Тут идеально проводить вечеринки» проскальзывает в моей голове. И от одного слова «вечеринка» я невольно улыбаюсь, а мой день явно становится лучше. Что ж, начинаю узнавать Лидию Мартин. Мамы уже нет дома. Есть только аппетитные блины, кленовый сироп и записка. Хватаю её и быстро пробегаю по ней глазами :

«Малышка, должна бежать. Завтрак на столе, деньги на карточке. Помню, обещала отвезти тебя в школу, прости. Я знаю, как важен первый день, я мысленно с тобой! Эта дурацкая работа не даёт возможности мне доказать, что я - хорошая мать. Но надеюсь, ты меня поймёшь. Вот адрес школы, возьми такси. Хорошего дня! Люблю. Мама.»

Не то, что бы мама так не делала и раньше, но не отвезти меня в первый же день это, как минимум жестоко. Раньше меня всегда забирал Эйдан. Он вообще всегда был рядом. Об одной мысли о нём, мои глаза невольно пустили скупую горячую слезу, но быстро смахнув её, я успокоилась, вызвала такси и принялась за завтрак. Не прошло и 10 минут, как машина была около моего дома. Доев мюсли и схватив на ходу сумку, я выбегаю на улицу после второго звонка таксиста мне и угроз включения счёта за простой. Сегодня я отмечаю что этот город не такой уж и мрачный, но мнение о том, что он маленький не меняется. Через 15 минут я подъезжаю к школе и невольно задаюсь вопросом, зачем я вообще вызывала такси. Потом, посмотрев на высоченные каблуки понимаю, что идея таки не плохая, так как с такой обувью я дошла бы ко второму уроку в лучшем случае. Расплатившись, выхожу из машины и оглядываюсь по сторонам. Ну привет, Beacon Hills High School. У меня есть скромная, но надежда, что мне тут понравится. «Так, это просто школа. Даже если у тебя что-то не получится, тут нужно проучится лишь год. Это пустяки. Соберись!» Сколько раз я это повторила сама себе? И откуда во мне появилась такая неуверенность? Отбросив светлую прядь с лица я иду к главному входу. Нет-нет, я обязана пройти красиво и не упасть. Видимо, сегодня удача на моей стороне, поэтому по лестнице я поднялась красиво и грациозно успев поймать на себе пару заинтересованных взглядов. Хорошее начало, отмечаю я про себя и тянусь рукой к ручке огромной входной двери, как тут она сама раскрывается и чуть не сбив меня с ног, из здания выбегает длинноногая шатенка, вслед за брюнетом, крича ему что-то по типу «прости!». Нормальное начало. Даже вполне не плохое. Меня не сбили с ног, это уже прекрасно. Зайдя в огромный холл я, мягко говоря, растерялась. Городок меньше Джорджии, а вот школа раза в три больше. Так и стоя около двери я оглядываюсь по сторонам, как тут ко мне подходит высокий седоволосый мужчина, в строгом костюме и странных очках, которые походят больше на очки Гарри Поттера. — Мисс Мартин, — неожиданно обращается он ко мне, а увидев мой интерес продолжает, — Добро пожаловать. Я мистер Джонсон, директор школы. — Здравствуйте, мистер Джонсон, — расплываюсь я в своей милейшей улыбке и вижу по его лицу, что моментально располагаю его к себе, протягивая ему руку. — Я был поражен вашими баллами, по некоторым предметам. Мы рады, что в нашей школе появилась такая сильная выпускница, — улыбаясь он легко пожимает мою руку. — давайте, я проведу вас на урок. У вас сейчас как раз математика. Это ваш любимый предмет, верно? — О, да. — одобрительно киваю я головой, — точные науки это моя стихия. — Что ж, эта аудитория — ваша. — говорит он, открывая передо мной дверь и мы заходим в класс. — Доброе утро, ребята. Это ваша новая одноклассница, Лидия Мартин. Покажите ей, что вы любите новеньких. — Присаживайся за свободную парту, — говорит мужчина лет 35, в джинсах и светлой рубашке в мелкую клетку, который находится в кабинете, около огромной белой доски. — Я — мистер Кук, преподаватель математики. Пройдя между рядами уверенной походкой, я замечаю свободную парту, как раз за брюнетом, который чуть не сбил меня с ног, когда я заходила в школу. Проходя мимо него, я заметила на себе короткий, но оценивающий взгляд. И ухмылку. Уверенна, он думал, что я не замечу её. Нет дружек, и не таких обламывали. В конце класса, в ряду, возле окна я вижу ту самую шатенку, которая бежала за этим парнем. Вид у неё был крайне обиженный и стоило мне войти в класс, как во мне явно уже была прожжена дыра от её взгляда. Мне будет тут весело. Вот теперь я уверенна. Итак, в моей жизни готово меняться что угодно, кроме нудных уроков. И нет, не такие уж они и нудные. Просто вся школьная программа делится для меня на три типа. Первый — точные науки. В точных науках мои знания явно опережают школьную программу и мне просто скучно сидеть на уроках и слушать то, что элементарно и понятно. Второй тип — это предметы по типу языков, литературы или философии. То, что легко можно выучить, но мне просто не интересно изучать их углубленно. И есть третий тип — история. То, что я искренне ненавижу и не понимаю. Люди, которые понимают историю, для меня — герои. И нет, не то, чтобы мне было лень или трудно просто сесть и выучить. Нет, мне не трудно. Просто не интересно. Ну совсем, а то, что мне не интересно совсем мой мозг отказывается запоминать. Через несколько минут, после того, как я села, и мистер Кук начинает рассказывать новую тему, я слышу два неуверенных стука в дверь. После фразы «входите», в кабинет заходит стройная кареглазая девушка. Её волосы темно-каштанового цвета достигают лопаток. На её лице видна неуверенная улыбка, которой она пытается задобрить учителя. Легкая, почти прозрачная рубашка, через которую виден топ, заправлена в джинсы и явно выглядит не по погоде. В такой скорее я бы пошла на пляж, нежели в школу, да и еще в такой-то холод. Но стоит отдать дань вкусу этой девушки, он определенно у неё есть. С ней вместе заходит высокий, симпатичный, накаченный шатен. Такие как он обычно разбивают сердца половины девушек в школе, а потом и в колледже, искренне веря, что их внешность будет спасать их всю жизнь. Такие обычно снимаются в рекламе мужских трусов или парфюмов. — Кто бы сомневался. — разводит руки в стороны мистер Кук не поворачивая голову к двери, — мисс Арджент и мистер Уиттмор. У вас такой ритуал — опаздывать на мои занятия? Садитесь. Прослушав его монолог, парень и девушка быстро проходят по кабинету и садятся в самом конце аудитории, на что мистер Кук лишь раздраженно вздыхает и продолжает вести урок. Проходит пол урока, прежде чем на доске он записывает задания, а после начинает осматривать класс, будто выбирая жертву, которая вот-вот попадет в лапы огромного паука, который тут же скатает её в куколку и через пару дней съест. — Мисс Мартин, я наслышан о ваших познаниях в области математики. Но вы же понимаете, одно дело — слова, совсем другое — дело. Проходите к доске, вот ваше уравнение. — ох, не нравится мне его ухмылка. — А на второе уравнение пойдет… — готова отдать голову на отсечение, что он сделал эту паузу намеренно и теперь просто наслаждается напряжением, — опоздавшая мисс Арджент. Одновременно со мной поднимается опоздавшая девушка. Она как-то подавленно улыбается преподавателю и идет к доске. Все, кто остался на местах облегченно вздыхают. Да уж, видимо, у этих ребят большие проблемы с математикой или преподом. Подойдя к доске, я смотрю на своё уравнение и уравнение брюнетки. Спасибо, что оценили мои знания достаточными для того, чтобы решить уравнение выпускного класса, правда из программы углублённой математики. Но вот уравнение девушки, с фамилией Арджент не многим легче. А видя её ступор с маркером в руках, когда я уже практически дописываю ответ, а она всё еще пытается написать первые действия я понимаю, что он задал ей задачу не из выполнимых. Написав ответ, я самодовольно закрываю маркер и кладу его на стол. Мистер Кук, смотрит на меня недоверчиво и удивленно одновременно, а потом, сложив руки за спиной, идет к столу. — Что ж, мисс Мартин, садитесь. Я польщен уровнем вашей подготовки. Действительно, ваши оценки поставлены вам по заслугам. — он садится за стол и дописывает мою фамилию в общем списке учащихся в этом классе, а после, напротив моей фамилии красуется высший балл. — А вот по поводу вас, Арджент, мне нечего сказать. В который раз вы расстраиваете меня своими знаниями и подготовкой к уроку. Садитесь, и готовьтесь на следующий урок. — Прошу прощения, — тяну руку я, заранее триста раз наорав на себя за то, что собираюсь сделать. — Да, мисс Мартин, вам мало одной оценки и вы хотите решить еще одно уравнение? — кинув на меня взгляд, он вновь принимается что-то записывать в своей тетради. — Я могу решить любое ваше уравнение без проблем. Но у меня другой вопрос. — мягко улыбнувшись говорю ему я. — И какой же? — видимо, я его заинтересовала, что он даже отложил ручку. — Почему вы даете своим ученикам материал, который дают в классах с углубленным изучением предмета? — милая улыбка сменяется на холод, и я вижу то, как он замешкался. — Мисс Мартин, вы считаете, что лучше знаете, какой материал мне давать на своём уроке? — мой вопрос поставил его в явный тупик, и глубоко задышав, он даже расстегнул верхнюю пуговицу на рубашке. — Совсем нет, но я считаю, что те, кто хотят решать задачи, подобны тем, которые даёте вы, выбирают углубленное изучение предмета и учат то, что интересно им. Вокруг все утихли и смотрели на столкновение новенькой и строгого препода. Видимо, до меня никто еще не решался делать подобного. Даже мозг шатенки не успев обработать одновременно две задачи: прожигание взглядом ненависти и удивления. Выбрал-таки вторую эмоцию, поддавшись общей реакции. Лишь странный брюнет отстраненно смотрел в окно, словно ему не было никакого дела до моих перепалок с преподавателем. — Мисс Мартин, в этом кабинете я буду решать какую давать информацию. Я польщен вашей заботой о новых одноклассниках, но я готовлю их к университетской программе и искренне рад, что вы уже знаете этот материал. Так позвольте и им выучить это же. Спор окончен. До конца урока я то и дело ловила взгляды преподавателя, а так же отвечала на сотни его вопросов. Видимо, он задался целью выбить меня из колеи или найти пробел в моих знаниях. Что ж, мне уже интересно. Когда прозвенел звонок я была несказанно рада, так как его вопросы начали меня порядком бесить. Они не были сложными, зато достали своей однотипностью. Ну и странный тип, неужели он думает, что я не знаю ответы на эти элементарные вопросы? Я вышла из аудитории и пошла в сторону шкафчиков, которые заприметила еще тогда, когда директор Джонсон вёл меня в кабинет. По пути ко мне подбежала та самая брюнетка, из-за которой и случилась моя стычка с математиком. — Привет, — с улыбкой произносит она, остановив меня. — Ты, же новенькая? — Да, — ответно улыбаюсь я ей, девушка располагает к себе. — Я в шоке, просто в шоке. Никто и никогда ему не перечил! — с восторгом говорит она. — Хах, спасибо. — Меня Эллисон зовут, — тут же произносит она и протягивает руку. — А меня Лидия, — протягиваю руку в ответ. — Зря ты вступила с ним в перепалку, он теперь будет доставать тебя до конца семестра. — виновато посмотрела на меня Эллисон и опустила глаза. — Или я буду раздражать его тем, что знаю всё, — гордо отмечаю я и улыбаюсь. Мы как раз подходим к шкафчикам, открыв один из них я кладу туда часть учебников, которые мне передал директор. — Ты же не обижаешься? — обеспокоенно спрашивает она. — На что? Это пустяки. Покажешь мне кабинет литературы? — Конечно покажу, — отвечает вдруг неоткуда появившийся шатен. — А ещё, приглашаю тебя сегодня на вечеринку. — Джексон, ты даже не представился, — говорит мне через плечо девушка, а потом смущается. — За то ты сделала это и лишила меня прекрасной возможности подкатить к новенькой, — сказал он и стал возле девушки. — Нельзя же так сразу! Да и вообще, кто сказал, что она пойдет? Почему ты считаешь, что каждая девушка в этой школе тебе что-то должна? — скрестив руки на груди и приподняв бровь она обратилась к парню. — Эл, пожалуйста, не позорь меня глупыми вопросами, — взмаливается шатен и закатывает глаза. — Ребят, — перебиваю я их и смотрю сначала на Эллисон, а потом на Джексона, — вечеринка — это хорошее начало! Джексон вызвался вместе с Эллисон провести меня к классу. Мы идем по коридору и заливаемся хохотом. Много незнакомых лиц смотрят на меня с неподдельным интересом, видимо задаваясь вопросом кто же я такая. Что ж, скоро они узнают, что к ним пришла новая королева школы. По пути к нам подходят несколько ребят и здороваются с Джексоном. Представившись как Скотт и Тео, ребята тут же спросили буду ли я на вечеринке и пообещали вечером непременно ко мне подойти и не дать заскучать, на что я лишь посмеялась и ответила, что подумаю над их предложением. На протяжении нашего пути я замечаю типичную ситуацию, которая происходит со всеми новенькими: заинтересованные взгляды парней, которые уже прикидывают, что слетит с меня первым: юбка или рубашка, и взгляды девушек, у которых на примете появилась новая соперница на пути к сердцу Джексона.