Я думаю, тебе нужен доктор

Из-за ширмы Джим не мог видеть ничего, и о происходящем мог только догадываться по звукам, доносившимся из операционной. Звякали какие-то инструменты, шипел гипошприц, тихо гудели системы жизнеобеспечения (о да, он помнил этот гул…), изредка коротко переговаривались медсестры и врачи. Ни одного сказанного ими слова Джим не понимал, кроме периодически повторяющегося «давление в норме». Это его успокаивало. «Раз давление в норме, значит, и все остальное тоже будет в норме», - повторял он про себя. Свистнул коммуникатор. - Кирк слушает. - Капитан, необходимо ваше присутствие на мостике, - раздался негромкий голос Спока. Кирк вздохнул, оглянулся на ширму и ответил: - Иду. Ему очень не хотелось оставлять там, на операционном столе, МакКоя и Чехова, атакованных неизвестным существом, но быть капитаном корабля приходится в любой ситуации. Даже если… Он не хотел думать, что там «если». Джим уже выходил из медотсека, когда услышал за спиной резкий писк мониторов давления и нечеловеческий крик боли. Джим метнулся обратно и рванул в сторону ширму. То, что он увидел за ней, заставило его похолодеть. Лежащий с пристегнутыми руками и ногами на операционном столе МакКой, опутанный целой паутиной тонких трубок, выгнулся дугой в приступе сильной боли. На соседнем столе лежал неподвижный Чехов. Бледная рука с торчащим на запястье катетером безжизненно свешивалась со стола. Если бы не изредка вздрагивающая линия кардиографа, Джим подумал бы, что Чехов не выдержал. Но его сердце билось, дыхание выравнивалось, и линии на энцефалографе больше не выписывали узор дикой пляски. Несмотря на нервное и физическое истощение, он был жив. Более того, было похоже, что существо, поселившееся в его мозге, покинуло Павла. Но Джим не мог порадоваться такому исходу дела, потому что рядом от боли сходил с ума его друг. - Капитан, покиньте медотсек! - Что?! Нет! Ленн... - Капитан, немедленно покиньте медотсек! –вновь прозвучал голос доктора. - Джи-и-и-м… Уйди…пожалуйста…дай им…довести до конца…не мешай… - сквозь стиснутые челюсти процедил МакКой. Кирк в растерянности отступил назад, чем немедленно воспользовалась доктор Браун, выпихнув капитана за дверь, которая тут же закрылась. Постояв несколько секунд в замешательстве, Кирк развернулся и поспешил на мостик. В операционной тем временем началась вторая фаза операции. Существо покинуло мозг Павла и пыталось переместиться в организм МакКоя, чего нельзя было допустить. Попытки проникнуть в мозг и вызывали приступы сильнейшей боли у Леонарда. Он знал, что это возможно, и знал, что руководить операцией в таком состоянии он не сможет, поэтому план действий был расписан для медиков заранее. Барокамера и магнетрон были уже готовы. Медсестры закатили туда стол с извивающимся от боли Боунсом и захлопнули дверь. - Нагнетайте. Стрелка манометра поползла вправо. Зашипел гипошприц, впрыскивая под кожу Боунса нейролептик. Мышцы обмякли, дыхание постепенно выравнивалось. Боунс погружался в искусственный сон. На экранах мониторов стали плавными всплески, показывающие удары сердца доктора, и энцефалограф уже не вздрагивал резкими скачками. Доктор Браун обернулась к ассистентам. - Думаю, получилось. Мысли о том, что происходило в медотсеке, занимали Кирка полностью, поэтому доклад Спока он слушал рассеянно, что тут же и было замечено старшим помощником. Закончив сообщение, Спок коснулся плеча Джима и сказал: - Терпение, капитан. Сейчас вы никак не можете повлиять на ситуацию. Кирк взглянул на него и коротко ответил "Примите командование!", а сам покинул мостик и быстрым шагом направился к турболифту. Дверь медотсека с легким шорохом отъехала в сторону. Капитан шагнул внутрь, с надеждой глядя на доктора Браун. - Капитан, состояние лейтенанта Чехова стабилизировалось. Существо было извлечено из его мозга, обменные процессы приходят в норму, и сейчас ему требуется только полное восстановление сил. Он очень истощен, капитан. - А МакКой? Браун молча отвернулась от капитана, стянула с головы тонкую шапочку, скомкала ее и бросила в мусороприемник. - Надеюсь, что с ним тоже все будет в порядке, - не поворачивая готовы, сказала она, - нам пока удалось изолировать существо, благодаря решению доктора МакКоя поместить его самого в барокамеру. Высокое давление губительно для мхени, они привыкли жить при крайне низких показателях. Собственно, они могут спокойно переносить отсутствие атмосферного давления вообще… - Да-да, поэтому он и перемещается так свободно в открытом космосе! - Именно так. Но он не уничтожен полностью. Он парализован, - Браун вздохнула и посмотрела на Джима, - капитан, я надеюсь, что длительным сжатием в барокамере мы заставим пришельца покинуть организм доктора, пока он не проник в его мозг. - Сколько времени потребуется на это? - Я не знаю, капитан. Я первый раз встречаю подобное. Джим понимающе кивнул и уже направился к выходу, но его остановил тихий, прерывающийся кашлем, голос Чехова из-за ширмы. - Капитан… Капитан, что с доктором МакКоем?