С Чистого Листа

      — Что же мне сегодня перекусить? — задумчиво поднося указательный палец к губам, молодой парень рассматривал стеллаж с булочками. — Думаю, нужно взять пару пачек рамёна и налупиться от пуза. Боже, да я чёртов гений! — улыбнувшись, парень поплёлся в нужный отдел.       — С Вас семь тысяч вон, — сообщила приятная на вид девушка, заворачивая покупки в пакет.       — Дайте ещё пачку Мальборо красного.       Оплатив свои продовольствия и очередную дозу, юноша направился к выходу.       — Эй, а ну брысь с пути!!!       Когда Хосок обернулся, на него бежал парень в чёрной кожаной куртке, на голове была кепка, а джинсы изодраны до неприличия, одним словом — хулиган. Столкновения было не избежать, к тому же честный Хосок расставил руки, чтобы воришка не сбежал из магазина.       — Дай пройти! — яростно прокричал преступник.       — Такие, как ты, должны быть наказаны! Двинешься, и я позвоню в полицию. Охранник, он здесь, вор! — завопил Чон.       — Ах так значит. — Парень приподнял козырёк кепки. — Тогда пойдёшь соучастником!       Момент и в руках Хосока запечатанные пакеты с соком.       — А ну стоять! Сейчас полиция приедет и хана вам, шпана!       Как ни странно, мужчина в форме бежал к Чону, в то время как настоящий преступник рванул к выходу.       — Господин, но это не я. Боже, что делать… — нервно бегая глазами по залу, парень в панике не придумал ничего лучше, как выбросить всё на пол вместе с оплаченным ужином.       — Ты чё стоишь?! Бежим!       Чья-то рука схватила Хоби и резко потянула на себя. Парни бежали довольно долго, будто за ними уже выпустили стаю собак и если они не будут бежать, то останутся без пяток.       Запрыгнув в переулок между домами, соучастники спрятались за мусорным баком. Они тяжело дышали, жадно глотая относительно свежий воздух, а относительно, потому как из мусорки изрядно несло дерьмецом.       Хосоковы глаза не могли словить фокус, пока взгляд не опустился вниз: рука незнакомца продолжала держать его запястье, слегка сжимая и разжимая. Придя в себя, Чон вырвал свою руку и поднялся, возвышаясь над воришкой.       — Ты сделал меня соучастником преступления! Ты должен взять на себя ответственность! — пробубнил Хосок, скрестив руки на груди.       — И мне было весело. Я так быстро ещё не бегал. Так уж и быть, я прощу тебе мой сок.       — Ты его украл. Он не твой. Как таких, как ты, земля носит?       — Не перегибай палку. Я взял всего пару булочек, а не человека убил, — незнакомец злобно посмотрел на Чона.       — Из-за тебя я выбросил свой ужин. Делись булочками, раз уж я соучастник, — надув губы, промямлил Хоби.       — Тогда с тебя сок. Я не люблю газированные напитки, — мило улыбнувшись, незнакомец снял с себя кепку.       Миниатюрное красивое лицо, волосы цвета смолы, маленькие хитрые щёлки вместо глаз, тонкие розовые губы и фарфоровая кукольная кожа. «Почему такой ангел занимается воровством?» — стало первым, что спросил у себя Чон, увидев обличье паренька.       Купив, а не украв, несколько пакетов сока, парочка разместилась на качелях в ближайшем парке и начала потягивать яблочный сок, заедая голод булочками с фруктовой начинкой.       — Меня Мин Юнги зовут. Раз уж мы едим вместе, стоит представиться.       — О, да. Я — Чон Хосок. Рад знакомству, — широко улыбнувшись, Хосок выставил ладошку в знак приветствия.       — А десять минут назад ты был готов посадить меня в тюрьму, — съязвил Юнги, сверкнув своими кошачьими глазками-щёлочками.       — Ну звиняйте, не каждый день такое происходит. И из-за тебя я остался без ужина, это плата. Ты меня покормил — я не заявил в полицию.       — И на том спасибо, — рассмеялся юноша.       — Мне пора. — Вставая с скрипящей качели, парень достал из кармана пачку сигарет, которую успел спасти. Закурив, он протянул руку Юнги. — Пока, господин Мин.       Воришка взял того за руку. Крепко сжав ладонь Хосока, юноша поднял глаза на нового знакомого, показав сквозь щёлочки необычный цвет глаз, который переливался в мягком свете фонарей.       — Мы ещё увидимся? Ты должен накормить меня.       — Какой наглый парнишка. Я бы хотел, но думаю, мы больше не увидимся,— широко улыбнувшись, Чон отпустил руку и пошёл в сторону дома, ни разу не обернувшись.       «Я просто не вспомню тебя, Мин Юнги». Затянувшись последний раз, юноша выкинул окурок себе под ноги.       Вернувшись домой и приняв душ, Хосок снова начал записывать что-то в свой дневник и делать стикеры-напоминалки. Некоторые из которых он никогда не снимал со стены…       «Твоё имя — Чон Хосок».       «Тебе двадцать три года».       «Не пугайся, ты вполне нормальный, просто каждый день для тебя — чистый лист».       На обоях были наклеены подписанные фото, какие-то вырезки из газет и много-много-много стикеров.       — Жаль, что здесь не будет его фото. Он милый. Хотел бы я подружиться с ним.       Выключив свет, Хосок заснул, снова позволяя эмоциям вырваться наружу и намочить подушку солёными слезами.       Сложно жить, когда с восходом солнца ты забываешь абсолютно всё. Кто ты? Откуда ты? Кто твои родители? Есть ли у тебя друзья? Как ты выглядишь? Больно. Это невыносимая боль, из-за которой не хочется открывать глаза. Вообще.

***

      Пронзительный звон будильника с надписью: «Доброе утро, наслаждайся жизнью!». Безбожно раннее утро. Наглое солнце щекотало прикрытые глаза в попытке разбудить светловолосого парня.       Медленно поднимаясь с подушки, Чон посмотрел по сторонам, пытаясь понять, где он находится. Хосок уставился на свои руки, которые казались ему чужими.       — Ну и где это я? — лениво обернувшись, парень начал изучать многочисленные записки, которые он, видимо, оставил сам себе. Сорвав самую большую, парень закрыл рот ладонью и просто залился слезами, впадая в истерику.       «Ты сильный. Твоя жизнь похожа на чёрную бездонную пропасть, в которую ты падаешь так бесконечно долго. Только держись. Улыбайся сегодня и проживай этот день так, словно это твои последние двадцать четыре часа, ведь твоё завтра никогда не настанет. Прости меня. Прости себя».       Тяжело, когда ты не помнишь детство. Не знаешь, когда родился, и совсем не помнишь лиц и имён своих родителей. Даже врачи пожимают плечами и беспомощно разводят руками, а психологи предлагают лишь продлить количество посещений. Но это бесполезно. Всё было и будет бессмысленно.       Найдя на разноцветной стене ярко-жёлтую записку: «Сейчас весна. Лёгкая одежда в шкафу в правой секции, джинсы на стуле, носки в комоде», — парень наскоро оделся и вышел на улицу, направляясь на работу, о которой он узнал из надписи на другом стикере.       Открыв дверь небольшой, но уютной кофейни, парень направился к девушке, которая протирала столы, готовясь к открытию.       — Простите, я же здесь работаю? — неуверенно задал вопрос юноша, неловко отводя взгляд. Он очень неловко себя чувствовал.       — О, Хоби-оппа, пойдём, я проведу тебя. Меня Ли Руми зовут, — мило улыбнулась девушка, взяв Хосока за руку.       Руми отвела парня в его кабинет. Сама комната была небольшой, в тёплых тонах, посередине стоял тёмный деревянный стол, а у стен возвышались стеллажи с книгами. Освещалось помещение огромным окном во всю стену.       — Хоби-оппа, ты пока садись, перечитай свой дневник, а я пойду дальше готовиться к открытию, — прощебетала девушка, прежде чем прикрыть за собой дверь.       Открыв блокнот, Хосок обнаружил всего пару строк: «Улыбайся этому миру и не думай о плохом. Ты это переживёшь. Вперёд, Чон Хосок!».       — Улыбаться, блин… ладно, я справлюсь с этим. — Светловолосый поднялся со стула и направился в зал.       — О, всё почти готово, — мило улыбнулась Руми, переворачивая табличку на входной двери, меняя надпись на «Добро пожаловать». — Я открыла кафе, так что скучать не придётся, скоро придут посетители.       И девушка не соврала. Буквально через пятнадцать минут после открытия, в дверях уже стоял улыбчивый мужчина в деловом костюме.       — Эй, Хосок, принеси своему старику кофе, — задорный старичок с седыми волосами весело хохотал, усевшись за самый ближайший столик к двери.       — Это твой лечащий врач, он знает про твою ежедневную потерю памяти, так что не переживай, — подсказала Руми, похлопав Хосока по плечу.       Выпив свой бодрящий напиток, мужчина подозвал к себе Чона, и тот послушно сел напротив.       — Как твоя амнезия? Таблетки помогают? — мужчина вперился серьёзным взглядом в лицо собеседника, изучая, казалось бы, на молекулярном уровне.       — Нет. Ну, я не знаю, если честно. Но думаю, что не помогают. Я не помню, что происходило вчера. И неделю назад. И вообще никогда. Проснулся утром — и будто вакуум в голове.       — Малыш, как бы я ни старался, как бы не хотел, я не могу поднять дозу таблеток. Это предел. Тебе просто придётся смириться с текущим положением дел, — старик свёл брови к переносице и грустно вздохнул.       — Ничего. Мне не страшно, это в каком-то роде даже весело, — улыбнулся Хосок. — Спасибо, что заботитесь обо мне. Приходите почаще.       Врач оплатил свой кофе и поспешно ушёл, работа есть работа. Следом за ним в кафе зашли какие-то молодые люди, вероятно, студенты, которым хотелось взбодриться перед нудными длинными парами. Люди хлынули потоками, одни сменялись другими. Кто-то улыбался и смотрел в большие окна помещения, кто-то серьёзно обсуждал что-то по телефону. На сердце почему-то становилось теплее.       Хосок заворожённо смотрел на людей и улыбался кончиками губ, из-за чего на его щеках появились милые ямочки.       «У всех людей есть прошлое, настоящее и будущее, которые они тщательно планируют. Но чем провинился я?» — закуривая на улице сигарету, думал молодой парень.       Стоя в окружении городской суеты, Чон смотрел на незнакомых людей и пытался вспомнить хоть что-то, хотя бы малейшую крупицу своего прошлого. Но все попытки оказались четны, а мысли и надежды, загорающиеся в его голове, тлели так же быстро, как и сигарета, сизый дым которой Хосок выдыхал.       Выкинув окурок, парень хотел зайти внутрь, но его отдёрнули за плечо.       — Эй, ты чего игнорируешь меня? — На него смотрел черноволосый парнишка, смешно сдвинув брови.       — Простите, а мы знакомы? — изогнув бровь, спросил удивлённый Чон.       — Ты совсем дурной, что ли? Как булки мои хавать, так мы знакомы, а как поздороваться — так тотальный игнор, — скрестив руки на груди, незнакомец надул губы.       — Прости, я просто запамятовал. У меня бывает, — хмыкнул Хосок. — Проходи внутрь, в знак своих искренних извинений я угощу тебя обедом.       — Ну раз уж ты настаиваешь, то я не против пожрать на халяву.       Нагловатый парень вальяжно уселся за столик возле окна, закинув ногу на ногу. Спустя пару минут хозяин заведения принёс ему кружку имбирного чая и пару пирожных с шоколадным кремом. Известный незнакомец взял в руки горячую чашку и с упоением вдохнул запах свежезаваренного напитка.       — Боже, как же я люблю имбирный чай. У него такой интересный, я бы даже сказал, своеобразный вкус, ты так не думаешь? — подняв свои глазки-щёлочки, спросил парень.       «Я бы ответил тебе, если бы помнил, какой на вкус этот чай», — с грустью подумал Хосок.       — Вероятно, ты прав, — подтянув один уголок губ, промямлил Чон.       — Кстати-кстати, ты говорил, что мы не увидимся. Так вот, смотри, вот он я. Увиделись, это ж судьба! — юноша широко улыбнулся, обнажая ровный ряд зубов.       — Прости, но я не помню твоего имени. Можешь напомнить? — Хосок поджал губы, смотря на парня, словно нашкодивший щенок.       — О-о-о, ну и дела. Ладно, так уж и быть, на первый раз я тебя прощаю. Юнги. Мин Юнги. Постарайся не забыть в этот раз.       «Красивое имя. Юнги. Я хочу тебя запомнить».       — Флуфай, а фы фдесь рафотаешь? — жуя пирожное, поинтересовался Мин.       — Да. Ну, не то чтобы прям работаю. Это моя кофейня, — скромно уточнил Хосок, улыбнувшись, когда заметил на чужих губах немного крема.       — Ну ни хера ж себе, — оценивающе осмотрев помещение, Юнги покачал головой.       — А где ты работаешь? — Чон решил немного расспросить знакомого, ну или не совсем знакомого паренька.       — А я не буду тебе отвечать. Считай меня нахлебником, который будет приходить к тебе на перекус.       Хосок продолжал общаться с Юнги, не замечая времени. Они говорили обо всём и ни о чём. Вместе весело вспоминали ту ситуацию в магазине, точнее Юнги рассказывал Хосоку, как всё было, а тот делал умное лицо и поддакивал, где это было нужно. Чон много смеялся, слушая про незримую погоню, эти злосчастные булочки и яблочный сок, который так любит Мин.       Кофейню давно покинул последний клиент, а парни всё не замолкали, точнее говорил Юнги, а Хосок слушал, открыв рот, и пытался запомнить каждое слово.       — Хосок, уже восемь вечера. Может, закроемся? — с надеждой спросила Руми, которая изрядно устала за весь день.       — Ой, уже так поздно…       Хосок посмотрел в окно, за которым небо затянуло тёмной пеленой. Совсем скоро кончится день, а это означало, что все его воспоминания вновь канут в небытие. Ночь до дрожи пугала Хоби: он не хотел забывать лицо доктора, своей помощницы Руми и нового знакомого. Грусть, словно морская волна, окатила Чона, и он заметно поник. Отпустив девушку домой, он сам прибрал с оставшихся столов и закрыл кофейню, пряча ключи в карман.       — Ты не хочешь прогуляться? Ты как-то позеленел, и мне это не нравится. Пошли пошаримся где-нибудь, — схватив Хосока за локоть, Мин ловко перебирал ногами и практически волок друга в неизвестном направлении. — Отказы не принимаются, так что шевели булками.       — Да я и не собирался. — Впервые за день Чон почувствовал себя живым и готовым свернуть пару-тройку гор размером с Чимборасо.       Парни долго шли по улицам города, весело смеясь и дурачась. Мин затащил Хосока в автобус, заранее предупредив, что проезд оплачивает «богатенький владелец кафешки». Выйдя через пару остановок, Юнги молча пошёл по прямой, махнув рукой Чону в знак того, чтобы тот не отставал.       Каково было удивление Хосока, когда Мин повёл его через какую-то тропинку, которая вела в «недолес». Старые новые знакомые шли, запинаясь о валяющиеся на дороге ветки, пока уставший Чон не врезался в спину Юнги.       — Вот. Мы пришли. Посмотри.       Выйдя из-за спины Мина, восторженный Чон открыл рот и широко улыбнулся. Перед его глазами вырос изумительный огромный город, который ночь заставила пестрить разноцветными огнями, словно гирлянду. Подняв голову вверх, парень увидел многочисленные яркие звёзды, которые не глушили искусственные огни большого города. Место было вдвойне прекрасно.       — Мне всегда спокойно здесь. Тут никогда не бывает людей и можно тихо посидеть, подумать и помечтать.       Усевшись на траву, Хосок достал красную пачку сигарет и угостил одной своего наглого друга. Парни наслаждались тишиной, смотря куда-то вдаль, и курили. Вокруг было настолько тихо, что можно расслышать, как трещит табак от каждой затяжки. Непередаваемое чувство. Сегодня Хосок понял, что есть люди, с которыми даже молчание может быть громче, чем слова, которые только колеблют воздух.       На часах было уже давно за двенадцать, и Хосок был вынужден вызвать такси. Мин ехать отказался, сказав, что рядом живёт его друг и он пойдёт к нему.       Добравшись до дома, Чон сделал огромную записку на альбомном листе.       «Эй, Хосок! У тебя появился человек, который сделал твой день счастливым. Не забудь его. Не забудь Мин Юнги!».