***
— Виктор, это… — Юри с удивлением в карих глазах уставился на представшую перед ним картину и слегка приоткрыл рот. — Это мне? Все было, как и представлял Никифоров: круглый столик посередине балкона, накрытый белой скатертью, был уставлен вазой с красными аккуратными розами, двумя кружками с горячим сладким чаем и большой коробкой дорогих конфет… А над всем этим возвышалось красивое, темно-синее, звездное небо, которое завораживало одним лишь своим видом. Вместо ответа Виктор поспешно подоспел к стулу, который стоял возле столика, и жестом пригласил Юри присесть. — Прошу. Юри нервно сглотнул и послушно сел на стул и посмотрел уже на успевшего сесть напротив него Виктора, на лице которого сияла довольная радостная улыбка. — Юри, — Японец вздрогнул, с непониманием разглядывая все это убранство. — Давай с тобой хорошо проведем этот вечер. — А, д-да… — Что-то не так? — Виктор головой кивнул в сторону чая и на коробку конфет. — Расслабься, это же чаепитие. Получай удовольствие! Юри облегченно выдохнул, прикрыв глаза и поднося к губам кружку с чаем. — Да, извини, пожалуйста. Просто это все опять же очень неожиданно… — Кацуки лучезарно улыбнулся, отпив немного напиток. — В любом случае, спасибо тебе за такой приятный сюрприз! Виктор смущенно почесал затылок и закинул в рот конфету, затем запив ее чаем. Кстати, а конфеты он действительно выбрал качественные. Они даже имели какой-то особенный привкус. Недаром же такая красивая упаковка! Именно она привлекла внимание Никифорова в магазине. и он без раздумий побежал с ней к кассе. Юри тоже решил попробовать эти вкусные конфеты и положил себе в рот одну, начиная тщательно ее пережевывать. Сначала она ему показалась очень даже вкусной. Да и вкус был знакомый… Войдя во вкус, Кацуки начал жадно подъедать сладости, а Виктор лишь радостно смотрел на него. Вдруг Юри в ужасе уставился на коробку с конфетами, а затем на счастливого Виктора, осознав кое-что важное. — Виктор, — медленно проговорил он, — а с чем конфеты? Тот непонимающе пожал плечами и поднес к глазам коробку, Внимательно вглядевшись, он тут же нервно задергал глазом. — С ликером… — Виктор посмотрел на Юри, который уже понемногу веселел от сладости. — Э, э, э, Юри, Юри, спокойно! Но, как говорится, поздняк метаться.***
— Так, Виктор, значит, ты должен убраться в гостиной, купить новый набор посуды, выстирать одежду и… — Мари с осуждением взглянула на больного брата, лежавшего в кровати с умирающим видом. — И больше не давай ему этих конфет. С этими словами она удалилась, хлопнув дверью, заставив мужчину впасть в ступор. Кто ж знал-то, что все так обернется?