75 и 76

– Здесь болит? – грубый голос на контрасте с мягким прикосновением ладони, которая приятно холодит отек на боку. Лежащий на больничной кушетке Солдат отстраненно кивает – он слишком устал, чтобы сопротивляться. Сейчас он редко использует биотическое поле, только в крайней необходимости, и обходит стороной нанотерапию Мерси. С тех пор, как встретил Жнеца. Это никогда не было его ночным кошмаром, но каждый раз, запуская руки в искусственное тело, он осознавал, что не смог бы так жить. Лучше быть слепым и немного потерпеть. – Помнишь, ты тоже навернулся однажды, – хрипит Джек. Очаг боли обволакивает – без давления. Гэбриэл останавливается, словно прислушиваясь к чужим словам. Да, Солдат хорошо помнит о разрозненности его памяти, иногда такой, что Жнец смотрит на него без осознания. Хорошо если просто – никак. А порой пробивает до нутра колкий взгляд множества глаз, нацеленных на добычу. Чтобы такое испытать, не нужен визор. – На SEP во время тренировки сорвался, потом неделю в госпитале продержали. – Джек морщится от тяжелого болезненного вдоха. – Я боялся, что тебя не восстановят на программу. В воцарившейся тишине медотсека шумит неоновая лампа. «Ангела, я не тяжелораненный, мне просто нужен отдых», – сипло и прерывисто рычал Солдат на подключенный кардиомонитор. Словно она несколькими часами ранее не латала его пробитое легкое и не собирала ребра открытого перелома. – Рассказываешь небылицы, – без особого раздражения фыркает Жнец. – Ты мне не веришь? – спрашивает Джек. – Не особо. Он слышит фальшь в его словах, а еще добрый искренний смешок – когда в последний раз такое было? Заразительный. – Подай мне визор, я вправлю тебе мозги. – Солдат порой тоже хочет рассмеяться как раньше, правда выравнивает дыхание от острой боли в грудной клетке, но на лице – улыбка. Холодные наниты скользят под халатом, просачиваясь сквозь повязку и собираясь около шва. Покалывают. Он дергается от руки как от огня – сдавленно стонет. – Убери их, – на этот раз его голос серьезный, возможно, немного испуганный. Жнец успокаивающе шипит, водя круги когтями по седым вискам. Так заботливо. Ласково. Солдат чувствует, как он наклоняется – оставляет невесомый поцелуй и словно стирает его со щеки подушечкой большого пальца под лезвием. – Не болей, – все еще несерьезно. Джек больше не ощущает его рядом.