smile again

Мино смотрит на календарь и протяжно стонет. До конференции всего несколько дней, а доклад написан чуть меньше, чем наполовину. Он снова ощущает себя студентом, потому что май близко, тепло близко, но всё это ни черта не радует из-за приближающейся сессии, а в его случае злополучной конференции. Хотя в каком-то смысле это честь, что именно ему выпала возможность поделиться своими знаниями с другими психотерапевтами и получить что-то от них взамен. Для работы полезно. А еще там будет Сынхун, как один из ведущих специалистов частной клиники. Мино глупо смотрит на презентацию и сворачивает, не добившись от мозга никаких результатов. Дедлайн ближе, чем думалось в начале. Но заботит не так сильно, как могло бы - в конце концов, он просто может отказаться от зачитывания своей лекции. Гораздо больше места в голове занимает идиотское переосмысливание собственных жизненных принципов и моралей. И чужой нежный образ, но это неважно. Мино прогоняет мысли прочь, запрещая думать даже с учетом того, что никто не узнает. Но как не думать, если... Мино уходит в курилку, желая запереться там на замок. Наверняка Тэхён тоже мечтал о подобном неоднократно. Особенно после частых визитов старшего с навязыванием собственной компании. Он не видел его неделю. Смотрел куда угодно, но не в глаза напротив, когда курил на балконе. В определённый момент вообще сбежал на лестничную площадку, лишь бы не лицезреть вновь образ, болезненно разъедающий внутренности. В магазин бегал быстро, в максимально натянутом капюшоне и маске на пол лица. Это словно погоня от самого себя. Но иначе просто невозможно, потому что сам себя как раз и достал. Однако спустя ровно семь дней Мино столкнулся с Тэхёном в магазине, когда выходил из него. Белые волосы вспышкой пронеслись мимо. А еще взгляд. Отрешённый, печальный и напуганный. Мино больше всего потерялся именно от последнего. Слишком непривычно видеть младшего таким. А еще захотелось распознать почву этого страха. Почувствовать, увидеть. Интерес выжигает в Мино дыру. Аккурат размером с Нам Тэхёна, от чего напрашивается единственный выход, чем можно заткнуть болезненное отверстие. Сынхун спрашивал, как Мино не устал еще от себя самого. А Мино устал, просто признаваться в этом смысла нет. Он задаёт встречный вопрос: «А ты помнишь, как было у вас с Донхёком?». Друг хмурит брови, хоть через мобильник и не видно, просто Мино знает, и отвечает, что помнит. Все трое помнят, потому что Сынхун клеил мальчика на одну ночь, Донхёк устал и хотел развлечься, а Мино было интересно, чем это кончится. Кончилось свиданием через три дня после по идее ни к чему не обязывающего секса, и «будешь со мной встречаться?» утром после несуществующего чая у Сынхуна в квартире. Мино выжидает паузу, ждёт, пока друг загрузится, вспоминая то, что было три с половиной года назад. А потом рубит с плеча резким: «У нас с Тэхёном даже близко не так». На том конце провода слышится тяжкий вздох, и разговор исчерпывает себя. На самом деле не так важно быть похожими именно на эту пару. Просто Мино хотел бы чувствовать хоть сколько-нибудь знакомые чувства и ощущения. И чтобы мысли в голове будоражили, подогревали интерес, волновали мурашками по телу. Взять в пример того же Джину – обаятельного представителя фармацевтической компании, которому требовалось наведаться в их стационар всего раз, чтобы засесть в мозгу моментально. Джину говорил что-то про психотропные препараты и их свойства, а Мино не мог отвести взгляда от красивых губ и больших глаз. Следующая их встреча была уже свиданием и закончилась у старшего в квартире. А теперь вот Нам Тэхён, который не будоражит, не заводит, не интересует. И ни разу не заставляет лгать самому себе. Мино качает головой и поднимает взор к небу. На самом деле к серому потолку, освященному одной тусклой лампочкой. - Что происходит, а? – хриплым шёпотом, обращаясь к неведомым силам в надежде получить хоть что-то. А получает Тэхёна, недовольно замершего в проходе в курилку. - Надеюсь, ты докурил и сейчас свалишь, - фыркает младший. Мино не отвечает, потому что заебался ну вот вообще сильно. Он смотрит на Тэхёна с таким отчаянием, что последний даже теряется на пару секунд. В голове родилось родное колкое «тебе же будет скучно без меня, детка». И в ответ он получит привычный черный леденящий взгляд полный ненависти. Старший даже открывает рот, но закрывает обратно, обессиленный собственным непониманием. Клубок из ниток, с которым он изначально игрался, возомнив себя на всё способным котом, запутал его, обездвиживая сперва конечности, а затем и перетягивая горло. Дышать тяжело, а выпутаться нет возможности. Он смотрит на сигарету в своих пальцах и думает, почему курит именно эти. Мята вообще не нравилась ему никогда. Но на работе уже почти три месяца исключительно ментоловые. Интерес, что злокачественной опухолью разрастается в мозгу, поселился там еще зимой. Мино незаметно вздыхает, обречённо принимая выявленный факт, как данное. Стадия смирения близко. А потом смотрит на Тэхёна, безучастно курящего в стороне. Такой же претенциозно искусственный, аккуратный, чрезмерно изящный. Всё то, чем раздражает невероятно. Или раздражал, потому что глядя на эту напускную манерность в голове возникает другой образ. Более мягкий и приземлённый. Именно такой, какой нравится Мино. Кажется, что на рассуждения уходит весь вечер. На самом же деле лишь половина сигареты. Но докуривать парень не стремится. Тушит бычок, складывая в пепельнице гармошкой, и резко поднимается, не желая больше видеть то, что видит. Ни пальцы эти, держащие чертову сигарету и подносящие белый фильтр к губам. Гребаным губам. Ни даже длинные ноги, которые вообще никогда не привлекали, потому что Мино нравятся парни ниже его ростом, чтобы обнять сразу всем телом можно было. Таких удобно защищать и оберегать. Но не это строптивое создание с набором законченного фетишиста. Мино бесится еще сильнее, когда чужое лицо оказывается слишком близко. Непозволительно близко. Тэхён хотел сбежать как можно быстрее, но врезался в Мино, который точно так же предпочёл бы съебаться от гнетущей неловкости. Мало того что не вышло, так вообще воспроизвело сцену из дешёвого фильма. Мино за секунду успевает послать нахер лучшего друга, чей голос опять на повторе в голове. Думается даже, что когда он будет заниматься сексом с тем же самым Тэхёном, то в голове будет звучать голос Сынхуна. И это омерзительно до тошноты. Секс с Тэхёном, естественно. Но в противовес собственным мыслям и ощущениям он прижимает младшего к стене. Слишком грубо, от чего последний шипит и чуть жмурится. Но не вырывается. - Если ты собираешься меня поцеловать, то у тебя есть несколько секунд. Когда я закончу говорить, я тебя удар… Последнее слово Тэхёна пропадет на губах Мино. Это, безусловно, спасает от того, чтобы быть побитым, но не спасает от всего остального. Губы горят огнём. Но Мино не отрывается, наоборот углубляя, заставляя отвечать и не давая шанса опомниться им обоим. Тэхён опускает руки на бока старшего, цепляя пальцы на кофте. Слегка прикусывает чужой язык, затем нижнюю губу, целует ни разу не нежно. У Мино крышу бы снесло окончательно, да только звук сигнальной машины скорой помощи заставляет вовремя вернуться в реальность. Хотел ли он возвращаться, и не в собственной ли голове орала сирена – так и остаётся немым вопросом сквозь рваное дыхание в сумасшедшей близости от чужого лица. Мино плывёт взглядом от губ до тёмных глаз Тэхёна. Дикость, вперемешку со страстью, даже больно становится где-то в районе паха. И так ли омерзителен секс с Тэхёном – мелькает в голове тупым укоризненным вопросом. - Как же я, блять, тебя ненавижу, - выдыхает блондин, отталкивает от себя парня и уносится прочь из курилки. Мино трясёт. Он бессмысленным взглядом смотрит на стену. Туда, где только что был прижат Тэхён. Закрывает глаза и тихо шепчет «блять», описывая этим сразу всё. Лучше бы подсел на наркоту, чем вот так. Достаёт уже третью за последние двадцать минут сигарету и закуривает. Его жизнь летит под откос с бешеной скоростью, подобно каменному обвалу. Он спокойно себе жил на краю обрыва, но когда тот начал рушиться на глазах, то вместо того, чтобы отойти подальше, спасая жизнь, он подходит еще ближе. А теперь и обратно не вернуться, потому что разрушено всё с обеих сторон. И единственный выход – прыгать вниз, в надежде, что приземлишься удачно. В отделение Мино возвращается в крайне подавленном состоянии. Есть идея запереться в кабинете и делать вид, что его не существует. Не особо профессионально, зато действенно. Душа на пару с телом сходят с ума. Губы словно пламенем обдаёт, на них всё еще чувствуется Тэхён. Мягкий, сладкий, головокружительный. И одновременно с этим отталкивающий, вызывающий, дерзкий. При очередной мысли оставить всё и обдумать завтра, хочется протяжно простонать. Потому что думать уже нет сил. Да и что тут думать-то, когда поцеловал сам. Дуло пистолета никто к виску не приставлял. Наоборот только «если ты собираешься меня поцеловать, то у тебя есть несколько секунд». Мино думает, что лучше бы всё-таки ударил. Чем теперь вспоминать вкус губ Тэхёна и жалеть, что отпустил. - Доктор Сон, срочно во вторую палату! – к нему подбегает обеспокоенная и напуганная медсестра. Мино быстрым шагом направляется за девушкой, а дальше все, как в замедленной съёмке. Остановка дыхания у пациентки – молодой совсем, поступившей к ним с обычным неврозом. Он оказывает первую помощь, не теряя ни минуты, старясь не впасть в ступор, когда девушка отключается в его руках. Медсёстры быстро вызывают неотложку, пока врач присоединяет капельницу и вводит эуфиллин. Мино хватает одного взгляда на пациентку, чтобы понять, что произошло. Однако почему произошла резкая обструкция дыхательных путей, вследствие чего апноэ – не ясно совершенно. - Я выдала ей таблетки, но не успела даже остальным раздать, как она начала задыхаться, - лепечет медсестра. - Какие таблетки? – Мино ненадолго отрывает взгляд от пациентки и берёт в руки лист назначения, внимательно просматривая. Успокоительные и сердечно-сосудистые, ничего лишнего. Однако девушке лучше не становится даже от эуфиллина, пульс уменьшается с каждой минутой. Они всем отделением провожают её в реанимацию по скорой помощи, и Мино уходит в ординаторскую перечитывать все последние назначения. - Пиздец какой-то, - шепчет он сам себе, не находя в истории болезни ничего, за что можно было бы зацепиться. Голова начинает нещадно болеть. - Ты решил всё отделение по одному угробить? – бросает Тэхён с порога. Мино поднимает на него взгляд полный ненависти и почти умоляющего «пошёл вон, бога ради». Но блондин не стремится уходить, наоборот подходит и садится напротив. Кидает на стол полупустую упаковку одного конкретного сильнодействующего препарата. - Нашёл в туалете. Кто-то или пытается свести счеты с жизнью, или лишить жизни других. - Хочешь сказать, она специально приняла таблетки? – Мино откидывается на стуле, нервно рассматривая упаковку лекарства. Старательно избегая любого взгляда на Тэхёна, потому что воспоминания случившегося в курилке, словно кадры из фильма, проносятся перед глазами. «Какой-то очень хреновый и дешёвый фильм», - думает парень. - Что это за препарат, доктор Сон? – спрашивает Тэхён после тяжкого вздоха, в котором очень чётко прослеживается нотка «ты тупой?» Мино глубоко в душе успевает громко и коротко крикнуть от подобного обращения к нему. Из уст блондина звучит более чем интересно. - Морфин. - Я тоже знаю, что это морфин. А как ты думаешь, много пациентов среди наших в курсе, что таблетки с тупым названием «лерка» на самом деле опасное наркотическое средство? И что оно даёт эффект удушья от совместного приёма с сердечно-сосудистыми? - Тэхён вопросительно смотрит на Мино, но стоит им встретиться взглядами, как оба отводят их в сторону. Ебаный детский сад, Мино почти психует с этого. Не работай они одну смену на двоих, всё было бы гораздо проще, а теперь никуда не денешься. - Я понял о чём ты. Предлагаешь устроить обыск или опрос среди больных? - Я уже всё сделал, - отвечает Тэхён и кладёт перед врачом историю болезни одного пациента, - статус у мужчины «безработный», но я же тут не просто так работаю. Люди многое рассказывают, пока лежат под электродами по тридцать минут. Он раньше фармацевтом был, пока болезнь не дала о себе знать, и его не уволили. Я уверен, что случай на прошлой неделе с якобы твоим неверным назначением, тоже его рук дело. Мино слушает всё, просматривая бумаги и собирая в голове пазл целиком. Ситуация довольно-таки опасная, но быстро разрешаемая. - Проведём обыск, и я подпишу бумаги о его переводе в другое отделение, - он устало трёт переносицу и встаёт из-за стола. Выпить кофе сейчас сродни мечте. Голова всё еще невыносимо раскалывается, и Мино достаёт из шкафчика обезболивающее. Тэхён тоже поднимается с диванчика и направляется на выход. - Я забыл сказать «спасибо», - спохватывается Мино, когда младший уже держит руку на ручке двери, - но с чего вдруг ты помогаешь мне? - Потому что ты идиот, - отвечает Тэхён на выдохе и закрывает за собой дверь. Мино проклинает себя за то, что слишком хорошо понимает данные слова. И ведь это он не про ситуацию с пациентом.

***

Мино щурится от яркого солнца и достаёт очки из бардачка машины. Рассвет бьёт в глаза, не давая возможности нормально оценить обстановку на стоянке возле больницы, из-за чего парень не сразу замечает единственного человека, которого замечать не хочется вообще. Тэхён проходит через пропускную и останавливается у чужой машины, о чем-то беседуя с человеком за рулём. Смотреть на эту картину Мино неприятно более чем. Но из-за них он не может выехать на дорогу и приходится сигналить, привлекая к себе нежелательное внимание. Тэхён фыркает и уходит, явно намереваясь дойти спокойно до остановки и уехать уже домой. Но незнакомец следует за ним, просит о чем-то, зовёт. Когда Мино останавливается на светофоре неподалёку, то всё ещё наблюдает за односторонней беседой этих двоих. В груди что-то гадко покалывает от вида Тэхёна, который не злится, не смотрит враждебно, лишь устало и даже по-доброму. А один раз на чужих губах вообще мелькает улыбка, от которой хочется наизнанку вывернуться. Может им даже поговорить следовало бы, внести ясность в то, что произошло в курилке. Но вспоминать об этом страшно, неловко и не хочется даже, честно говоря. Только мало ли что там кому не хочется, из головы это теперь только если силой вырывать, что по определению не под силу обоим. «Ненависть – тоже чувство» проносится в мыслях. И стоит признать, что да, на Нам Тэхёна ему не похуй. Что дальше кроится за этим самым «не похуй» - неизвестно. Симпатию, если и признать, то со скрежетом, потому что такие парни не привлекают, бесят. Выводить из себя и подъёбывать – дело святое, даже если со стороны это похоже на то, как маленький мальчик дёргает девочку за косички, привлекая внимание. Мино плевать, как это выглядит, он не один такой, у них это обоюдно. Просто всё было бы гораздо проще, не окажись он однажды в чужой квартире. И не поцелуй он потом Тэхёна по собственному желанию. Мино обиженно фыркает, сетуя на мировую несправедливость по отношению к нему, и сворачивает в район, где живут друзья. Сегодня суббота и оба должны находиться дома. Они, собственно, и находятся. Сынхун открывает дверь в белой футболке и шортах, сонный, лохматый и недовольный, с немым укором на лице. - Мне плохо, хён, - стонет Мино и виснет на друге, вызывая у последнего кучу воспоминаний из студенческой жизни, когда кто-то точно так же заваливался в их комнату в общаге и тленил почем зря, бесконечно жалуясь на жизнь. - Ты с работы? – спрашивает Сынхун и тащит парня на кухню. Мино утвердительно кивает и падает на удобное плетёное кресло у окна. В квартире у друга классно. Она большая, светлая и просторная. Не одинокая студия, как у самого Мино, где путь от кухни до кровати занимает три секунды, а единственным гениальным дизайнерским решением является черный диван посреди комнаты и стены, оформленные под кирпич. К тому же у него еще и дикий бардак порой случается. У Сынхуна бардак был похлеще, но с появлением в квартире Донхёка порядок стал его неотъемлемой частью. Последний как раз выплывает из спальни. Так же в шортах и белой футболке. «Парные что ли?» - мелькает в голове у Мино, но тут же гонит мысли прочь - белая футболка и у него есть. - Хён, – Донхёк садится напротив, приветливо улыбаясь. Домашний и уютный. Но бурю эмоций не вызывает, даже доза умиления совсем небольшая. Так какого черта от Тэхёна ведёт нещадно? - Ну, рассказывай, - Сынхун ставит на стол две чашки с кофе и одну с чаем для младшего, и вопросительно смотрит на друга, усаживаясь рядом. - Тебе не понравится тема разговора, - Мино виновато отводит взгляд в сторону, прекрасно представляя, что выглядит сейчас как нашкодивший котёнок. Для взрослого мужчины прям самое оно. - Мне она не понравилась заранее, когда увидел тебя на пороге своей квартиры в восемь утра. - Я его поцеловал, - обречённо бубнит Мино. Дату смерти пациента сообщают не так уныло, как он новости из своей жизни. Донхёк давится чаем и во все глаза смотрит на старшего, стараясь не заржать в голос. Это видно по сомкнутым в тонкую линию губам и кричащим глазам. Сынхун же реагирует проще – смеётся и хлопает друга по плечу. - Ты когда с ним переспишь первый раз, тоже ко мне придёшь рассказывать? – снова угорает. – Мино-я, тебе сколько лет? - Семнадцать, - фыркает Мино, - и да, если это не дай бог случится, я тебе во время процесса буду названивать. - Вот теперь даже я не хочу, чтобы это случилось. Эй, семнадцатилетка, еще десять лет прибавить не забыл? Хотя отрицать не буду, ведёшь себя реально как подросток, - Сынхун поднимается из-за стола и принимается готовить завтрак, доставая необходимые продукты. - Это просто пиздец, как странно, - Мино морщится не то от горячего кофе, не то от воспоминаний, - я знаю, что вы мне предложите, уже подумал об этом. Но не хочу, вот веришь нет. О чем мы на свидании говорить будем? Мне даже видеть его не хочется, он манерный весь, вульгарный какой-то. Сынхун хотел было открыть рот, чтобы в очередной раз вывалить на друга аргументы, но решает молчать. Мино необходимо выговориться. Даже если это аналогично поведению девочки-подростка. Подобные умозаключения и сравнения не приходили бы в голову, не работай оба в психиатрии. И поддерживать друг друга вот так, выслушивая, словно психологи – долг для каждого. Мино вообще редко делится своими мыслями в таком количестве, как сейчас. Предпочитает обдумывать всё в одиночку. В то время как Сынхун только в нём и нашёл отдушину, особенно во времена начала их отношений с Донхёком. Старший ревновал своего парня ко всему, что двигалось. А что не двигалось, он двигал сам и ревновал еще сильнее. Усмирить подобное дерьмо в голове помог именно лучший друг, наставляя советами и выслушивая чужой ревностный бред. А теперь Мино сам пришёл к нему. В восемь утра, конечно, но этого человека он готов принять в любое время дня и ночи. И хоть всё происходящее в жизни младшего проще простого сложить в единый пазл, проблема в том, что этот самый пазл ему не нужен. Мино заканчивает тем, что с Тэхёном не так, как было с другими. Не так, как было у Донхёка с Сынхуном. А потом поворачивается в Донхёку и просит познакомить с кем-нибудь из своих друзей, которых у того навалом в универе. - А я тебя, между прочим, хотел с одним познакомить, помнишь? – щурится младший. – Но ты тогда нашёл Джину-хёна. А теперь поздно, у Ханбина парень появился. Сынхун ставит перед ними тарелки с завтраком, отвлекая от рассуждений о тяжелой личной жизни хоть ненадолго. Мино действительно становится немного легче, хоть и не ясно всё ещё что делать и как жить дальше. Сынхун советует хотя бы написать Тэхёну сообщение. Не так страшно, да и делать вид, что ничего не было, как Мино любит, потом будет проще. После завтрака они обсуждают предстоящую вечеринку. Донхёк воодушевлённо перечисляет список своих друзей, которых можно пригласить, не забывая упомянуть тех, с которыми Мино мог бы познакомиться поближе. Сынхун половину из них знает, поэтому одобрительно кивает головой. Хотя и понимает, что заранее всё потрачено. У его друга вообще сразу всё плохо и в ближайшем будущем грозит один единственный диагноз в лице вредного блондина. Когда Мино подъезжает к своему дому, сворачивая на автостоянку, то отборно матерится. Нет, Тэхёна он не видит. Но замечает знакомый автомобиль, припаркованный возле его подъезда. Зачем вообще в голове ревностные нотки и негодование – вопрос на миллион. Тэхён ведь говорил, что у него один мужчина в жизни – собственный кот. Да и мало ли, сколько у младшего может быть друзей. Мино паркуется, выходит из машины и направляется в магазин. Необходимо затариться энергетиками на ближайшие сутки – доклад так просто не отпускает. А на выходе из супермаркета его чуть не сбивает еще одна знакомая машина. Красная спортивная шевроле. Совпадение, конечно, поверхностное. Естественно, что он будет встречать на своём пути всех друзей Тэхёна чуть ли не каждый день. У них одинаковое рабочее расписание и квартиры напротив. Если и сбежать куда, то только к Сынхуну, а курить на лестничной площадке уже как само собой разумеющееся – балкон под запретом. Из машины одновременно и очень красиво вылезают Джей и Чжунэ. Мино мимолётно смотрит на милого паренька и вздыхает – такой славный, а встречается с кем попало. Впрочем, даже этот факт роднит его с Джину. Они не цепляются взглядами, парочка вообще не замечает Мино. И парень уносится домой чуть ли не пулей. Запирается снова на все замки, потому что, кажется, бесячая компания вломится к нему и разнесёт психику к чертям окончательно. А потом садится за ноутбук и полностью погружается в написание доклада. План «Б» в действии. Мино надеется, что Тэхёна на конференции не будет. «Личностный конфликт представляет собой внутриличностное противоречие, воспринимаемое человеком значимой для него психологической проблемой, требующей своего разрешения и вызывающей внутреннюю работу сознания, направленную на его преодоление. Отрицание проблемы сопоставимо с отрицанием у человека смертельно опасного диагноза, который в свою очередь не способен исчезнуть только из-за непринятия его личностью».