Узник брака

      Чимина трясет всю дорогу. Его волнение передается не только малышу, но и брату. Паку страшно подумать, что будет дальше. Но главное, что он, Юнги, жив. Хотя от этого не легче. Какие травмы получил альфа — по телефону не сказали, поэтому младший накручивает себя на протяжении всего пути до больницы.       Когда братья приезжают в больницу, Чимин несется сломя голову в палату. Он сталкивается с врачом у самой двери, поспешно вытирая слезы тыльной стороной ладони. Тот отводит молодого парня чуть в сторону, прося успокоиться. Но Чимин будто не слышит, ему страшно, и он хочет увидеть Юнги прямо сейчас.       — Что с ним?       — Сотрясение третьей степени, перелом трех ребер, сильные ушибы, много ссадин, — говорит врач, вздыхая, потому как сейчас ему предстоит сказать то, что, скорее всего, боится услышать Пак.       — Договаривайте, доктор, — просит Джун, держа малыша на руках, который начинает плакать.       — У него частичная потеря памяти, — добавляет он, всматриваясь в шокированное лицо омеги.       — Что он помнит? — дрожащим голосом спрашивает Чим, все еще с надеждой в глазах.       — Свое имя, кем работает, кто его родители, свое детство, — перечисляет врач. — Вас он не помнит.       — Не помнит, — тихо говорит Пак, оседая на скамью. — Он не помнит меня и сына. Не помнит…       — Я могу привести сотни случаев, когда память возвращалась через короткий промежуток времени, — подбадривает младшего доктор. — Нужно лишь поместить пациента в привычную для него обстановку.       — Да, я понимаю, — отвечает Чимин, поджимая губы. — Можно к нему?       — Он пришел в сознание, но еще очень слаб, — отвечает мужчина. — Вы можете зайти, но ненадолго.       Пак забирает у брата сына и, громко выдохнув, входит в палату. Юнги лежит на койке и сразу же обращает внимание на молодого омегу с ребенком в руках. В нос бьет приятный запах яблок, и Мину кажется, что он должен его помнить.       — Привет, — старается улыбнуться Чим, но не очень и получается.       — Привет, — отвечает Юнги, чуть приподнимаясь.       — Ты не помнишь меня, верно? — все-таки уточняет Пак, надеясь, что это неправда.       — Нет, извини, — отвечает альфа.       — Меня зовут Чимин, — подходя ближе, говорит омега. — До недавнего времени я был твоим мужем.       — Был?       — Ты привез документы на развод, и я их подписал. Потом… Эта авария, — продолжает парень, тяжело вздыхая. — А это наш сын. Его зовут Ёуль.       — Наш? — даже улыбается Юнги. — Я всегда хотел детей, — как-то мечтательно произносит альфа.       — Правда? — Чимин считает, что скрывать от альфы что-то будет неправильно. Поэтому омега расскажет все, как есть. — Ты женился на мне не из-за большой любви.       — Тогда почему? — хмурится Мин, совершенно не понимая своих поступков, о которых омега сейчас рассказывает.       — Ради карьеры, — отвечает Пак. — Но давай сейчас не будем об этом, — просит Чим, шмыгая носом. — Врач пустил меня совсем ненадолго. Могу я прийти к тебе завтра?       — Да, конечно, — отвечает альфа. — Я хочу узнать о себе больше. И, наверное, только ты сможешь мне рассказать все. Приходи с Ёулем, — добавляет он.       — Хорошо, — улыбается Чимин, касаясь руки старшего. — Я пойду, — добавляет омега через минуту, покидая палату.       Внутри какой-то непонятный осадок, в голове сумбур. Чимину кажется, что у него в жизни появился шанс. Еще один шанс на счастье. Но амнезия же не навсегда, и процент того, что Мин может все вспомнить, все еще есть. Поэтому этот шанс может стать провальным.

***

      Чимин ходит в больницу как по расписанию. Юнги стал совершенно другим человеком: добрый, мягкий, нежный, улыбается постоянно, шутит, делает комплименты и пытается стать ближе. За то время, пока Юнги лежит в больнице, Чимин словно заново влюбился. Именно таким альфа был до того, как Пак сказал о ребенке. А потом… Потом все изменилось.       Спустя месяц, проведенный в больнице, альфу решают выписать. Пак долго думал над тем, что будет тогда, когда это произойдет. Чтобы Мин вспомнил Чимина и своего сына, ему нужно окунуться в привычную для него атмосферу. Эта атмосфера — квартира в Сеуле. Омеге пришлось взять себя в руки и держаться как можно увереннее, переступая порог своей клетки. Он снова в нее вернулся. Снова и сам. Но при других обстоятельствах и не со стопроцентной уверенностью, что это была плохая идея.       Пак раскладывает вещи, укладывает после Ёуля спать, а сам идет готовить обед, как раз альфа к тому времени возвращается из магазина. Чим хмурится и раздумывает над тем, чем же он питался все эти три месяца? В холодильнике только еда быстрого приготовления, даже кофе нет, который альфа так сильно любит. О специях и других продуктах вообще заикаться нечего. Будто в этой квартире не жили долгое время. Если бы Мин питался как следует, в холодильнике остались бы испорченные продукты, но и таковых нет. Похоже, альфа забил на себя…       Пока омега мельтешит на кухне, Юнги сидит рядом с сыном, отмечая для себя, что он, Ёуль, очень похож на него. Малыш спит спокойно, поэтому альфа просто наблюдает за умиротворенным лицом ребенка, не замечая чужой взгляд на себе. Он заботливо поправляет одеяльце и гладит по головке, улыбаясь. Это маленькое чудо — плод совместной любви. Но не все, как оказалось, было так гладко.       Пак понимает, что Юнги не тот, кем был раньше. Это словно два разных человека. И стоит ли Чимину сделать все, чтобы тот вспомнил прошлое? Такой Мин ему нравится куда больше: заботливый, спокойный, нежный. Чимин не простит себя, если не сделает все, как нужно. На обмане далеко не уедешь, и омеге не позволит совесть. Старший изменился, кардинально, и, откровенно говоря, Пак надеется на то, что он таким и останется, и тот прошлый Юнги не вернется.       — Обед готов, — тихо говорит Чимин, подходя к альфе.       — Сейчас иду, — отвечает Мин, глядя на малыша.       — Я помню лишь один случай, когда ты вот так сидел рядом с сыном, — начинает Чимин, проглатывая подступающий к горлу ком. — Когда я болел, а ты вернулся из командировки. Это было самое хорошее время, за все годы совместной жизни.       — По твоим рассказам, я был той еще скотиной, — усмехается Юнги, но почему-то во все, что говорит омега, он верит. Странное чувство, когда ты полностью доверяешься человеку и веришь любому его слову.       — Это правда, — отвечает Пак, ловя улыбку на лице старшего. — Идем, все остынет. Стряпню ты мою всегда ел, поэтому даже не думай отказываться.       — Ладно, — усмехается Мин, следуя за младшим в кухню.       Готовит Чимин действительно хорошо, за что Юнги ставит в своем списке еще одну галочку. А еще Пак очень нежный и ранимый, отчего Мину кажется, что тот сильно страдал, когда он вел себя как сволочь. Все это время он мучил парня, отчего на душе становится гадко. Но Юн хочет узнать о себе все и сделать соответствующие выводы. Возможно, жизнь Чимина изменится, если альфа сделает для этого все от него зависящее.       — Меня мучает один вопрос, — вдруг говорит Юнги, привлекая внимание мужа. — Документы, которые я тебе привозил, документы на развод, где они?       Почему-то этот вопрос Чимину не нравится. Хотя, с чего бы это? Он ведь их подписал, значит, все решил. Или нет?       Теперь уже нет, наверное.       — В твоих вещах их не было, — отвечает Пак, опуская глаза. — Если хочешь, я свяжусь с адвокатом.       — Нет, спасибо, — улыбается Мин. — Я даже боялся, что они все еще есть. Я ни в коем случае не хочу тебя принуждать к чему-то, и если ты сам хочешь, мы можем возобновить бракоразводный процесс.       — Для начала ты должен в-все вспомнить, — отвечает Пак, неловко улыбаясь. — А потом мы решим, как поступить.       — Да, это хорошая идея, — добавляет Юнги, снова принимаясь за вкусный и сытный обед.

***

      Вскоре Юнги возвращается на работу. Он помнит все и каждого, помнит все проекты и отчеты, но самое главное, почему-то, он забыл: свою семью. Он помнит даже Чонгука, но то, что они с ним теперь не друзья — нет. Мин потерял самое дорогое, но никто не говорит, что невозможно обрести это вновь.       — Хён, я рад, что ты вернулся в строй, — улыбается Чонгук. — Надеюсь, наши отношения не повлияют на работу.       — И какие у нас отношения?       — Ты правда ничего не помнишь?       — Чимин не успел мне все рассказать, — отвечает Юнги, настораживаясь немного. Значит, случилось что-то существенное, иначе как объяснить то, что теперь Чонгук не его друг?!       — В любом случае, я рад, что ты вернулся, — отвечает Чон. — Надеюсь, ты вспомнишь все.       Почему все так? Мин задавался этим вопросом уже не первый раз. Из тех рассказов, которые Мин слышал от Пака, выходит, что они жили как соседи. Он ненавидел Чимина и не любил сына. Каким же был Юнги? От самого себя противно становится. Но Чимин успел рассказать и о том, что сам предложил развод, и что Юнги приезжал в надежде, что младший не подпишет документы. Это не меняет того факта, что альфа относился к мужу как к рабу, как к придатку, как к способу подняться по карьерной лестнице. Мин был эгоистичной скотиной, но… Может, к лучшему, что он все забыл? Теперь жизнь Чимина, если он пожелает, станет лучше: ярче и веселее, будет наполнена нежностью и любовью. Потому что в такого, как Пак, невозможно не влюбиться. Он рожден для того, чтобы его любили. И Юнги чувствует это трепетное чувство, будто испытывал его раньше, и оно осталось где-то глубоко, а теперь возрождается, словно феникс из пепла.       Всегда ведь можно успеть на следующий поезд и выйти на станции, где когда-то потерял все. Можно ведь. Главное — захотеть этого всем сердцем.

***

Месяц спустя

      — Я постараюсь освободиться пораньше, — говорит Юнги, пока тот завязывает ему галстук. — Мы могли бы прогуляться вечером.       — Это свидание? — щурит глазки Чимин, поправляя воротник белоснежной рубашки.       — Да, Минни, это свидание, — улыбается альфа.       — Я буду ждать, — отвечает омега, получая легкий поцелуй.       — До вечера, — добавляет Мин, беря портфель и скрываясь за входной дверью.       Чимин счастлив, потому что Юнги стал совершенно другим человеком. Теперь нет этого ощущения неприязни и ненависти. Теперь в жизни все иначе. Юнги любит Пака, а тот, в свою очередь, никогда не переставал любить. И если он полюбил того, кто приносил боль, то этого человека он полюбит однозначно. А все потому, что Юнги это Юнги, и любовь омеги очень крепкая, а теперь еще и взаимная.       И, наверное, Чимину необязательно теперь знать, что Юнги все вспомнил. Ведь теперь Мин постарается все исправить…