И целого мира мало. Временно фарфоровая.

- Опять пришёл орать на меня? - соскакивая с подоконника, уточнила блондинка. - Я мириться пришёл… - виновато проговорил Дима, подходя к ней, - Ну, прости меня, Поль. Я не хотел тебя обижать, но ты же сама начала… - Я начала? Ты хотя бы во время секса можешь не задавать мне вопросов, касающихся беременности? Я уже вообще не хочу никаких детей, потому что… - Что? - на секунду замирая, спросил он. - Потому что терять их безумно больно… - закончила она, испуганно отступая назад. Его взгляд был какой-то прозрачный и пустой. И казалось, что ничего он больше не слышал, делая поспешные выводы и заранее принимая это, как отказ. - Нет, Дим, это не значит, что я не хочу ребёнка… - замахала руками Пелагея, понимая, что ляпнула совсем не то, что хотел услышать будущий муж. А будущий ли теперь? А муж ли? - Ты именно так сейчас и сказала, - отозвался мужчина, разворачиваясь в сторону двери. - Стой, - крикнула она, подрываясь за ним и хватая за локоть, - Если ты сейчас уйдёшь, мы никогда не поговорим… - Может, так даже лучше, - вырвав свою руку, сказал Дима, только сейчас приходя к выводу, что в их отношениях произошла огромная трещина. - Я хочу ребёнка, Дима, и хочу его от тебя, но ближайшие полгода нет никакого смысла говорить об этом. Я не могу обсуждать эту тему вечно. Мне плохо, Билан, мне больно… Да почему так трудно это понять? - прокричала Поля, надрывая голосовые связки и начиная рыдать навзрыд. Он мог бы всё-таки уйти, оставив её здесь одну, возненавидев себя за то, что она в очередной раз плачет. И плачет именно из-за него. Он сам довёл её своими словами и попытками что-то обсудить. Довёл, зная, что неделю назад она даже разговаривать нормально не могла, глядя в одну точку. И, по-моему, сейчас он снова надавил на её больное место, посчитав, что если она может смеяться и улыбаться, значит ей уже не больно. Резко развернувшись, Дима встретился с её убитым взглядом. Точно таким же, как три недели назад. - Не плачь, только не плачь… - прошептал он, крепко обнимая её и чуть отрывая от пола. И кто бы мог подумать, что ему, взрослому мужчине, который старше неё на целых пять лет, может быть страшно снова увидеть этот взгляд. В нём было столько боли и беспомощности, что дар речи моментально отнимался, а ноги непроизвольно подкашивались. - Прости меня, любимая моя, родная, Поль, прости… Я идиот, я не должен был вообще поднимать эту тему. Это я во всём виноват, только не плачь, умоляю… - повторял Дима, крепко прижимая её к себе. Случись этот момент перед самым отъездом в Грецию, они бы ни за что никуда не полетели. Не помог бы уже ни один остров, ни одна страна, даже самая тёплая. Другой континент был бы уже бессилен в этой ситуации. - Пусти… - всхлипнула блондинка, отрываясь от него и пряча красное и опухшее от слёз лицо. - Я хочу выпить, - неожиданно заявила она, шмыгнув носом. - Воды? - недоуменно переспросил мужчина, не понимая, что она имела ввиду. - Виски, - смахивая слёзы, ответила Поля, горько усмехнувшись. Спешно обойдя его, она вышла из комнаты, спускаясь вниз и направляясь прямиком к тому самому мини-бару, около которого сегодня уже проходил Дима. Достав первую попавшуюся под руку бутылку, Поля пробежалась глазами по названию "Jack Daniel's", одним махом опустошая её на половину. Полина с Исхаковым так и замерли на месте, а Дима застыл на предпоследней лестничной ступеньке, внимательно наблюдая за девушкой. Влажные дорожки от слёз, кажется, в ту же секунду начали высыхать, не желая задерживаться на её лице. Сорок градусов мигом шарахнули по голове, заставляя Пелагею поморщиться от крепости напитка и пошатнуться назад от такого внезапного порыва влить в себя виски. - Ну ты, мать, даёшь… - первой отмерла Гагарина, даже присвистнув от такого. - Лихо, - подметил фотограф, уложив руку на плечо жены. Обалдело глядя на Диму, она ожидала, как отреагирует он, боясь даже шевельнуться. И если учесть, что до завтрака дело так и не дошло, то виски оказался первым, что поступило в её организм, а ничего хорошего это не предвещало. - И как оно? - поинтересовался Билан, преодолевая ещё одну ступеньку. - Что "оно"? - прохрипела Поля, отставляя бутылку на столешницу и растерянно глядя на него. - Самочувствие твоё как? - на удивление, очень спокойно спросил он. - Вроде нормально, только тошнит чуть-чуть, - пожала плечами блондинка, попытавшись улыбнуться, - Ты даже не будешь ничего говорить? - Могу сказать, что хочу позавтракать. Поэтому, если ты в состоянии, то пошли есть, заодно и договорим, - отозвался мужчина, протянув ей руку. Сделав несколько неуверенных шагов в его сторону, она робко вложила свою руку в его ладонь, чувствуя, как крепко он сжал её, потянув за собой. Ничего не объясняя друзьям, что молча наблюдали за происходящим, молодые люди вышли из дома. - Ну и что это было? - спросил Дима, вовсе не собираясь что-то ей высказывать. Вопрос, скорее, был риторический. Этот странный момент между его извинениями, слезами и её внезапным "налётом" на мини-бар произошёл слишком быстро, отчего все присутствующие осознали суть происходящего только через пару минут. - Вернёмся домой, выпей что-нибудь от головы, пока по мозгам не ударило… - посоветовал он, в который раз усмехаясь её поступку. - Извини, что я так завелась утром. Просто давай договоримся пока что не поднимать эту тему вообще? - предложила Пелагея, удобнее перехватывая его за руку и сплетая их руки в замок. - Давай, - согласно кивнул он, резко останавливаясь на месте, приближаясь к её губам и требовательно целуя. Чувствуя на её губах крепкий привкус виски, Дима невольно усмехнулся, вновь вспомнив её спонтанное желание залпом влить в себя половину бутылки. И ничего он не мог с этим поделать, сказать ей или как-то прокомментировать. Мог только целовать посреди улицы на виду у проходящих мимо жителей и туристов. И плевать, кто был прав, а кто виноват, оба понимали, что не хотят ссориться из-за такой ерунды. Завтрак, плавно перетекающий в обед, был не так далёк от ужина, но больше напоминал полдник. До ресторана молодые люди дошли только к четырём часам дня, периодически останавливаясь в каких-то местах, рассматривая улицы и просто прогуливаясь. И Димино обещанное "пока по мозгам не ударило" всё-таки успело ударить, о чём девушка предпочла промолчать, догадываясь, что в случае чего, он обязательно развернёт её назад, обеспокоившись её самочувствием. И пока Пелагею чуть-чуть "подташнивало", Полина испытывала на себе все прелести беременности, а в частности токсикоз. Третий месяц беременности проходил в особенном страхе, ведь именно на этом сроке была Поля, когда "что-то пошло не так", и ребёнок умер. И если Пелагея смогла пережить эти страшные три недели с мыслью, что её малыш уже не родится, то Гагарина заранее знала, что не выдержит этого. Узнав о том, что произошло с подругой, Полина боялась всего, связанного с ребёнком, поэтому теперь не возникало споров на тему кофе или чего-то ещё. Всё, что не рекомендовалось беременным было воспринято ею, как "строго запрещено". Говорить Диме с Полей об этом вроде бы счастливом событии молодые люди не стали, решив, что сейчас не время для таких радостных новостей, которые могут быть остро восприняты ими. Поэтому Полина упорно продолжала молчать, принимая витамины, что назначил врач после встречи со взмыленной блондинкой, напуганной чуть ли не до истерики. И так как отдых и покой входили в список рекомендаций врача, они с Исхаковым решили непременно съездить в десятидневный отпуск. Ожидая, пока их заказ принесут, Дима решил, что его "Instagram" срочно нужно пополнить новой фотографией с Полей, и его не очень волновало, что все сразу догадаются, с кем он снова укатил в Грецию. И слухи об их романе в очередной раз воскреснут, а газеты начнут пестрить заголовками а-ля: "Тернистый путь Пелагеи от Билана до хоккея и обратно. Что связывает наставников шоу "Голос"?". - Ты бы руки-то убрал, а то мы не очень похожи на друзей, - засмеялась блондинка, когда он крепко обнял её за талию, едва не касаясь шеи губами. - А это для семейного архива пока что, - ответил мужчина, подхватив её смех и отложив телефон в сторону. И не было, в принципе, ничего криминального в том, что он поцеловал свою невесту в людном месте, но парочка русских туристов всё же узнали в молодых людях наставников шоу "Голос", так и не решившись подойти. Им даже в голову не пришло сфотографировать пару и продать снимок журналистам за кругленькую сумму, потому что они точно так же здесь отдыхали, никому не мешая, а так поступать с людьми просто-напросто неправильно. Вновь наводя на них фронтальную камеру, Дима сделал несколько селфи. - Губы красные… вот совсем же непонятно, что осталось за кадром, - цокнула Поля, рассматривая себя на фотографиях. - Может, ты помидор ела. Какая вообще разница? Фильтр наложим и вперёд, - усмехнулся он, чмокнув её в щеку. - Давай другую сделаем? - предложила она, забирая телефон у него из рук. Прислонившись к его щеке, девушка улыбнулась, делая сразу три снимка с разными выражениями лиц. А через мгновенье фотография была выложена с двусмысленной подписью: "Сбежали от целого мира с @pelageya001, а @gagara1987 и @isxakov остались за кадром))". И тысячи сердечек вперемешку с различными комментариями пронеслись табуном по аккаунту Димы. И все, конечно же, поняли, что это всего лишь дружеская поездка и ничего больше. Ну, сдружились люди, ну, бывает. Но руку всё-таки стоило убрать...